Путешествие к тебе

✧ Пролог ✧

Наёмная убийца не помнила своего настоящего имени. В организации «Терраса Серебряного Дождя» к ней обращались Тридцать Третья. Девушка имела лишь крупицу воспоминаний о своём детстве — грушевое дерево, в тени которого она любила отдыхать. Зато в её память надолго врезались ужасающие сцены тренировок.

Подготовка по становлению профессиональной наёмной убийцей в «Террасе Серебряного Дождя» длилась на протяжении пятнадцати лет. Задача адептов заключалась в полном подавлении человеческой сущности, а также формированию собачьей преданности.

На самом деле, по сравнению с другими учениками, Тридцать Третья явно была неполноценной. Она боялась смерти, боялась её до ужаса, поэтому ради выживания была готова стать послушной собакой.

☾ ☾ ☾

В день экзамена, стоя по колено в густой и зловонной грязи адепты «Террасы Серебряного Дождя» беспощадно боролись. Они вцепились друг в друга, руководствуясь лишь одним желанием — добраться до заветного жетона, который позволил бы им выжить и стать полноправными членами организации.

Среди барахтающихся фигур, подобно дикому цветку, пробивавшемуся сквозь камни, особенно выделялась Тридцать Третья. Её лицо было перепачкано грязью, но в глазах горело пламя решимости.

Каждый удар девушки был точен и жесток, каждое движение оказывалось быстрым и смертоносным. Тридцать Третья уже давно поняла, что в организации нет места состраданию, что здесь слабый становится добычей сильного.

Грязь под ногами чавкала и хлюпала, заглушая крики и стоны. Жестокость этого экзамена возмущала небо и землю, но Глава секты, наблюдавшая за кровавой бойней со стороны, оставалась невозмутимой. Она не видела в этих юных телах людей, лишь орудия, которые нужно было закалить.

Тридцать Третья продолжила свой путь к центру грязевой ямы, где на постаменте, подобно ясной звезде на тёмном небе, сиял жетон. Девушка видела, как тела соучеников, с которыми она росла и тренировалась каждый день на протяжении пятнадцати лет, падали в грязь, но не могла позволить себе проявить слабость. Сердце бешено билось в груди, кровь стучала в ушах, однако Тридцать Третья не позволяла страху и сомнениям овладеть собой.

Один из соучеников, высокий юноша, преградил ей путь. Это был Двенадцатый. В его глазах читалось такое же отчаяние, как и в глазах девушки.

— Тридцать Третья... Я правда не хочу этого... – прохрипел он.

Тридцать Третья встала в боевую стойку, готовая к нападению, но внезапно юноша вонзил клинок себе в живот. Девушка замерла в оцепенении, глядя на то, как юноша извергнул кровь и, согнув колени, упал в грязь.

— Почему ты...

Двенадцатый слегка повернул голову и взглянул на Тридцать Третью. Этот взгляд был таким же, как и в те времена, когда он украдкой смотрел на неё, наблюдая издалека. Губы Тридцать Третьей дрогнули. Она замерла, не в силах сдвинуться с места.

Двенадцатый с трудом произнёс:

— Глава заставляет нас сражаться друг против друга, но... из-за чувств... я не могу, не хочу и не буду вредить тебе...

Сердце Тридцать Третьей наполнилось противоречивыми эмоциями. Время словно замедлилось, и она наблюдала, как медленно тело её товарища утопало в грязи. Перед глазами проносились картины их прошлого: совместные битвы, победы, радость и смех. Она вспомнила, как он делился с ней спелыми грушами, как подставился вместо неё под удар стрелы и после столкнулся с неодобрением Главы секты.

"Я думала, что тогда Двенадцатый оказался ранен, потому что был небрежен. Теперь я понимаю, что он сделал это намеренно".

Этот человек мог нагрубить ей, назвать слабой и никчёмной, когда она получала травмы на тренировках, мог даже жестоко избить. Но всё это Двенадцатый делал лишь для того, чтобы заставить Тридцать Третью стать сильнее. Такой человек, как Двенадцатый, никогда по-настоящему не причинял ей вреда.

Раздался пронзительный крик Тридцать Третьей. Ярость охватила девушку, а её глаза налились кровью. Она вонзила свой кинжал в глотку адепта, напавшего на Двенадцатого. Тридцать Третья не обратила внимания на булькающий звук, когда соученик захлёбывался в собственной крови.

Девушка подбежала к Двенадцатому и увидела, как его кровь пропитывала грязь. Она опустилась рядом с ним, и её взгляд стал мрачным. Тридцать Третья протянула руку, но не знала, могла ли она касаться его.

— Теперь... для меня всё закончилось, — слабо сказал Двенадцатый, пока его глаза спокойно смотрели на Тридцать Третью, без радости и печали.

Губы девушки задрожали:

— Нет... Вставай... Ты должен подняться и сражаться!

Двенадцатый попытался улыбнуться:

— Боюсь, что не смогу.

Тридцать Третья упрямо перебила его:

— Вставай! Ты ведь не умер от ядовитых игл, не умер от яростного пламени и укуса чудовища! Даже выжил, получив тринадцать ударов мечом во время тренировки! Эта маленькая рана не может тебя погубить! — прокричав это, девушка сжала руки в кулаки. Она видела слишком много смертей и знала, как выглядит конец.

— Эта рана чуть больше чем маленькая... На этот раз мне не удастся тебя впечатлить.

Тридцать Третья сжала зубы, её горло пересохло, и она замолчала.

— Пятнадцать лет я существовал, ведомый чужими замыслами, даже смерти не мог найти без дозволения Главы. Только сейчас я исполнил своё желание... — Двенадцатый смотрел на девушку с нежностью, хотя его глаза и начали стекленеть. — Тридцать Третья... мне всегда хотелось открыто выразить свои чувства, но я не мог этого сделать... До этого момента... Мне всегда нравились твои распущенные волосы. Они, развеваясь на ветру, напоминали несломленный боевой флаг... Не проигрывай...

Такими были последние слова Двенадцатого.

Для Тридцать Третьей весь мир погрузился в тишину, несмотря на продолжающуюся кровавую бойню вокруг неё.

Кулаки девушки дрожали от напряжения. Она медленно встала, клинок Двенадцатого оказался в её руке. Аура Тридцать Третьей стала поистине угрожающей. Один из адептов с криком бросился в её сторону.