Утро 25 мая началось для Анастасии ровно в 6:45 с вибрации телефона и ощущения, что кто-то всю ночь жевал её внутренности пережёванной жвачкой и плюнул обратно.
- Настя, привет! Не разбудил? - голос в трубке принадлежал её парню. То есть, бывшему парню. То есть, как выяснилось две недели назад, парню, который последние полгода встречался ещё и с 22-летней Катей из «Инстаграма».
- Разбудил, Максим, - она приоткрыла один глаз и уставилась в потолок своей съёмной однушки на «Профсоюзной». - Ты вообще знаешь, который час?
- Слушай, тут такое дело... - Максим мялся. - Катя хочет, чтобы я перевёз свои вещи из твоей квартиры. Ну, которые ещё остались. Ты не могла бы собрать мои диски? И книги там, по маркетингу.
Настя села на кровати. Волосы торчали в разные стороны, во рту было сухо, как в пустыне Сахара.
- Ты звонишь мне в полседьмого утра, чтобы я собрала тебе диски?
- Ну, ты же всё равно в отпуск собиралась... Я думал, заеду, заберу.
- Максим, - медленно проговорила Настя. - Я сейчас приеду на работу, и меня там сожрёт мой босс-идиот. Потому что мы срываем дедлайн по проекту, который я, между прочим, вытаскиваю одна. Потом я, возможно, не выдержу и напишу заявление. А потом я приеду домой, и если я увижу хоть одну твою вещь, я выкину её в окно. Вместе с дисками. Ты меня понял?
- Настя, не кипятись...
- Я не кипячусь. Я просто очень хочу спать. И очень хочу, чтобы ты исчез из моей жизни окончательно. Пока.
Она сбросила вызов и упала обратно на подушку. Полежала три секунды, потом резко встала. Спать всё равно уже не получится.
Через сорок минут, выпив две чашки кофе и сделав вид, что завтракала (на самом деле просто откусила два раза от бутерброда и выкинула), Настя втиснулась в метро.
Москва гудела, толкалась и пахла потом. Кто-то наступил ей на ногу в новых туфлях. Кто-то чихнул в спину. Кто-то громко обсуждал по телефону, что «Петрович опять всех подставил». Настя смотрела на уставшие лица в вагоне и думала: «Господи, зачем я тут? Почему я не могу просто взять и уехать?»
Она мечтала об этом с детства. Ещё когда они с отцом смотрели передачу про путешествия по России. Байкал, Алтай, Камчатка, Владивосток - эти названия звучали для неё как музыка. Она представляла, как едет на машине, останавливается где хочет, спит в палатке, смотрит на звёзды.
Но были две проблемы.
Первая - у Насти не было прав. Ну, то есть права были, она их честно сдала пять лет назад, но с тех пор садилась за руль раза три, и каждый раз это заканчивалось нервным тиком и желанием пересесть на велосипед. В Москве ей такси было удобнее. А куда-то далеко - самолётом. Но самолётом не то. В самолёте ты не чувствуешь страну.
Вторая проблема - работа. Работа, которая высасывала все соки. Работа, на которой она торчала с девяти до восьми, а иногда и дольше. Работа, на которой её босс, Игорь Борисович, считал себя гением, а всех остальных - недоумками.
Офис находился в башне «Москва-Сити». Красивый вид, дорогая мебель, бесплатный кофе из автомата, который на вкус напоминал опилки. Настя работала проджект-менеджером в IT-компании, которая делала приложения для доставки еды. Ирония судьбы: она организовывала доставку еды для других, а сама часто обедала всухомятку за своим столом.
Когда она вошла в опенспейс, её встретила знакомая картина. Менеджеры тупили в мониторы, разработчики в наушниках строчили код, а в углу кто-то шумно пил чай и обсуждал вчерашний сериал.
- Настя! - раздался громогласный голос из кабинета с прозрачными стенами. - Зайди!
Игорь Борисович сидел в своём кресле, закинув ноги на стол. Ему было под пятьдесят, он носил дорогие часы, которые купил на первую зарплату, и считал себя очень крутым. На самом деле он был просто везунчиком, который попал в струю десять лет назад и до сих пор плыл по инерции.
- Садись, - он махнул рукой на стул. - У меня плохие новости.
Настя села. Она уже знала, что последует дальше.
- Заказчик по проекту «Еда-экспресс» недоволен. Говорит, мы срываем сроки.
- Игорь Борисович, - спокойно начала Настя. - Мы не срываем сроки. Мы идём ровно по графику, который утвердили две недели назад. Заказчик просто хочет добавить новый функционал, который не был предусмотрен. Если мы его добавим, мы сдвинемся на месяц.
- А ты сделай так, чтобы не сдвинуться.
- Это невозможно. Это физика. Чтобы добавить новый блок, нужно переписать половину кода. Я уже говорила с тимлидом.
Игорь Борисович убрал ноги со стола и наклонился вперёд.
- Слушай, Настя. Ты умная девочка. Я тебя взял на эту должность, потому что верил в тебя. А ты мне сейчас говоришь «невозможно». В моём лексиконе нет слова «невозможно». Есть слово «надо».
У Насти внутри всё сжалось. Она слышала эту фразу раз сто. «Надо» - и точка. А как - неважно.
- Игорь Борисович, я не могу нарушать законы физики.
- А ты попробуй, - он улыбнулся своей противной улыбкой, которая означала «я начальник, ты дура». - Давай, иди, работай. Вечером жду отчёт о проделанной работе.
Настя вышла из кабинета. Руки дрожали. Она прошла на своё место, села и уставилась в монитор.