Путь к себе

1 Глава

Дюон

После похорон брата я отправился в Японию. Нужно было лично пообщаться с бухгалтером — тем самым, что умудрился просрать общаг и пройтись по последнему маршруту Кая. В голове то и дело всплывали обрывки последнего разговора с отцом:

- Я конечно, подозревал, что балбес Кай плохо закончит… - Недовольно произнес отец, постукивая пальцем по рабочему столу, за которым сидел. – Слишком много дури в нём было… Идиот… А Борам, хитрая лиса, знала какого сына себе забрать…

Да, кто ты такой, чтобы так пренебрежительно говорить о моей матери! – зло подумал я, но, не подавая виду, продолжил его слушать.

- Хочешь-не хочешь, но тебе лично придётся разобраться в этой истории. Навести порядок…

- Надеюсь, вы не думаете, что я займу место Кая? – Спросил я Бао, хотя прекрасно знал, что именно на это он и рассчитывает.

Бао замолчал, уставился в одну точку, продолжая пальцем постукивать по столу и, наконец, сказал:

- Конечно, я об этом мечтаю… Ты теперь – единственный мой наследник, и не хотелось бы, чтобы моими трудами и деньгами пользовались посторонние люди… Но… Деньгами тебя не купить… - С кривой ухмылкой заметил он, переводя взгляд на меня. – Сам научился хорошо зарабатывать…

Сучонок, - пронеслось в моей голове, слово, которое Бао точно собирался сказать, но – сдержался.

- Мне стоит за это извиниться перед вами? – С иронией спросил его, на что Бао поджал губы и, раздув ноздри, выдохнул.

- Совсем нет уважения… - Недовольно прохрипел он.

А есть за что уважать? – мысленно спросил, а вслух сказал:

- Ладно, это и в моих интересах узнать, что случилось с Каем и имеет ли это отношение ко мне.

Бао не знал, но у меня действительно появились серьёзные опасения, что кому-то может быть выгодна моя смерть. Например, конкурентам на фармацевтическом рынке… Только моя проверенная группа знала, что сейчас на финальном этапе испытаний находится созданное мною лекарство, которое должно стать настоящим прорывом в нейродегенеративных заболеваниях. И если произошла утечка…

С этими мыслями я и оказался снова в Токио. В аэропорту меня ждал… интересный персонаж. С виду он напоминал какого‑нибудь героя из манхвы про мафию. Волосы прилизаны назад, в чёрных строгих брюках с ярко‑красными подтяжками, светлой рубашке — верхние пуговицы расстёгнуты, рукава закатаны по локоть, и в довершение ко всему – до блеска начищенные остроносые туфли, сверкавшие при каждом шаге. Но, что самое интересное, ни одной татуировки, по крайней мере на видном месте… Глядя на него, на ум приходила лодка, которая не знает к какому берегу причалить.

Сначала я подзавис на его подтяжках — кричащих, нелепо ярких на фоне остального сдержанного образа. Но тут меня привлёк странный звук — клацанье зубов. И, переведя взгляд на его лицо, я увидел, как он гоняет во рту Чупа‑чупс.

— С приездом, — небрежно поприветствовал он меня, вытащив конфету изо рта и расплывшись в ухмылке. — Я Хён. Можно сказать, ваша правая рука…

Правая рука, значит, — мысленно хмыкнул я. Что‑то подсказывало, что с этим типом придётся держать ухо востро. Его манера держаться — расслабленная, но с налётом вызова. Подтяжки, конфета, нарочитая небрежность в голосе.

— Ну, привет, Хён, — ответил я, пожимая его протянутую руку. Рукопожатие у него оказалось неожиданно крепким — не вялым «касанием пальцев», как у многих любителей позёрства, а твёрдым, чётким.

Не такой уж он и клоун, каким хочет казаться, — мелькнуло у меня в голове.

Хён окинул меня оценивающим взглядом — быстро, но внимательно.

— Поехали? — спросил он, снова засовывая Чупа‑чупс в рот и кивая в сторону выхода. — У нас много дел, а времени — в обрез.

Я кивнул, мысленно отметив, что этот парень, несмотря на весь свой эксцентричный вид, с головой явно дружит и – не склонен к пустой болтовне.

Сначала Хён привёз меня в какую-то убогую избушку у подножия горы. Вокруг неё были ухоженные рисовые поля.

Я вышел, огляделся. Вокруг — ни души. Только шелест травы да далёкий гул поездов.

— Что за дыра?

- Здесь держим бухгалтера, отличное, тихое местечко. – Ответил Хён и повёл меня в дом.

Спустившись в подвал по скрипучим лестницам, я увидел двух качков – один сидел, уткнувшись в телефон, второй дремал на небольшой кушетке у двери.

- Парни, знакомьтесь, - и только Хён хотел назвать моё имя, я шикнул на него и прижал палец к своим губам. Хён в растерянности замолчал, а я кивнул на дверь, за которой и находился бухгалтер. Моя правая рука, сразу понял ход моих мыслей и указал на мои очки. Сняв их и спрятав в карман, я толкнул дверь.

Воздух здесь был тяжёлым – воняло мочой, плесенью и ещё хрен знает чем. В углу, скрючившись, жался мужик. Лицо в синяках, рубашка разорвана, на руках — следы от верёвок.

Бухгалтер. Тот самый, что контролировал финансы Хын‑кай.

Я замер на пороге, разглядывая его.

— Ну и зрелище, — пробормотал себе под нос, поморщившись от смеси дерьмовых запахов.

Мужик поднял голову. Глаза у него были мутные. Бухгалтер, едва разглядев в полумраке подвала мою фигуру, обомлел. Его глаза расширились, губы задрожали. Секунду он молчал, будто не веря собственным глазам, а потом вдруг просиял и запричитал:

— Кай! Кай-сама! Я же говорил, говорил, что не причастен к вашему исчезновению! Они мне не верили… не верили ни единому слову! Вы живы! Живы!

Он неловко пополз по грязному бетонному полу, пытаясь дотянуться до моей ноги, и судорожно схватился за край моих брюк.

— Отпусти, — сказал ему, отдёрнув ногу, продолжая смотреть на бухгалтера сверху вниз. Видимо мой взгляд показался ему слишком холодным и равнодушным, потому что он поёжился и попытался отползти назад.

Да, мой взгляд, многих вводит в ступор, а цвет глаз добавляет эффекта.

— Я всё объясню, Кай-сама, всё до мельчайших подробностей! Клянусь, я не предавал вас! Ни за что бы не посмел!