Дорогой читатель, добро пожаловать в продолжение истории о душе из другого мира в теле метаморфа.
Если вы не читали ещё первую книгу, то познакомиться с началом этой истории можно здесь
https://litnet.com/shrt/9Zgc
Я не родился — я созрел, как плод на ветке времени, в тишине, где магия струится сквозь страницы старинных фолиантов, как дыхание забытых богов, и где пыль на полках — не грязь, а пепел ушедших эпох, бережно хранящий память о тех, кто когда-то искал здесь ответы.
Моё появление было не взрывом, а тихим всплеском — как первая капля росы на паутине рассвета, — ибо энергии накопилось достаточно: чистой, древней, той самой, что рождается там, где сердца людей ещё способны верить в чудо, даже если они сами об этом забыли.
И я пришёл туда, где чувствовал себя как дома — в лавку «Забытые слова», где воздух был густ от запаха пергамента, лаванды, воска и чего-то невыразимого — того самого, что делает дом домом, даже если в нём нет ни одного живого существа, кроме книг.
В тот вечер посетителей было мало: лишь несколько теней, бродящих между полками, будто их души всё ещё искали то, что потеряли в прошлой жизни.
Но потом вошла она — и мир вокруг замер, как будто затаил дыхание.
С ней был дракон — могучий, гордый, с глазами, полными ночи и огня.
Но я потянулся не к нему. Я почувствовал её — ту, чья душа светилась так ярко, что казалась чужеродной искрой в этом мире, словно звезда, случайно упавшая с небосвода и спрятавшаяся под чужой кожей.
Её тело… оно было не её — как маска на карнавале, надетая не по воле, а по необходимости, и в нём чувствовалась неловкость, напряжение, боль того, кто вынужден быть тем, кем не является.
А когда я пригляделся глубже — за этой оболочкой я увидел другое лицо: мужское, незнакомое, но такое же потерянное, как и женское.
«Интересно…» — подумал я, и любопытство, тёплое, как солнечный луч, подтолкнуло меня ближе.
И тут Эльвира, будто прочитав мои мысли, поставила на столик мои любимые орешки— пахнущие лесом, мёдом и детством.
Я не удержался.
Стал невидимым, как тень под луной, и схватил пару штук, уверенный, что никто не заметит.
Но дракон оказался ловчее, чем я думал: он поймал меня не руками, а вниманием — тем самым, что принадлежит только тем, кто умеет видеть дальше и глубже.
А потом — книга. Та самая, что лежала в руках прекрасной незнакомки, чьи глаза были полны не только света, но и страха, надежды и тайны, поведала о том кто я.
Она прочитала вслух: «Шушарик… ест только с рук того, кому доверяет…»
И протянула мне орех — не как подачку, а как жест доверия. Я не смог отказаться. Не потому, что проголодался. А потому, что её душа позвала меня — тихо, но безошибочно. И в тот миг, когда я коснулся её ладони, наши сердца соединились одной нитью, тонкой, как паутина, но крепкой, как сталь. Я стал её фамильяром.
И с тех пор знал всё: её радость, её страх, её любовь к дракону — ту, что была глубже океана и ярче звёзд.
Она дала мне имя — Ори.
Милое, тёплое, как первый снег на щеке.
Мне понравилось. И дракон мне понравился — не за силу, а за то, что она сияла, когда смотрела на него.
Но вскоре пришла первая беда.
В тёмной подворотне, где даже луна не решалась заглядывать, её схватили, опоили зельем, что заглушило её дар, как камень, брошенный в колодец.
Я почувствовал, как её душа закричала — не голосом, а тишиной, и в этот миг я позвал дракона, выпустив в мир всю свою тревогу, как сигнал бедствия.
Он пришёл. Спас. Но потом… разъярился.
Не на врага. А на неё — за ложь, за маску, за боль, которую она ему причинила, даже не желая того.
Она плакала всю ночь, тихо, как дождь над рекой, и каждая её слеза жгла мне сердце.
А я…
Я отдал столько сил, что вынужден был исчезнуть — уйти в тень, чтобы не угаснуть совсем.
А они... Дракон унёс её в свой замок.
И снова — беда.
Уже не просто опасность, а пропасть, готовая поглотить её навсегда. На этот раз я почти успел. Позвал дракона. Помог освободить её. Но ритуал уже начался — древний, жестокий, не знающий милосердия. И как бы я ни цеплялся за её душу, как бы ни отдавал ей свою энергию, я не смог удержать её в этом мире.
Единственное, что я сумел сделать — протянуть нить между мирами. Тонкую, хрупкую, как дыхание на стекле. Ту самую, что позволяет ей вернуться, если кто-то вовремя протянет руку.
Но мои силы тают, как восковая свеча. Я — связующее звено, мост между мирами. Но если дракон не поторопится, если он не найдёт способ разбудить ритуал возвращения…
…мы потеряем её навсегда.
А я…
Я не позволю. Пока в моём сердце бьётся хоть одна искра — она вернётся домой.