Пять ночей с драконом

Глава 1. Незваный гость 

— За молодых! Долгих лет! Много счастья! — гости выкрикивали поздравления, вскидывая вверх кубки и расплескивая напитки на белые скатерти, отчего мерещилось, будто их щедро окропили кровью.

Поначалу я еще пыталась отвечать и благодарить, но шум голосов быстро слился в общую массу. В итоге я просто улыбалась и кивала в разные стороны.

Пиршественный зал был забит до отказа. Казалось, весь город собрался, чтобы отпраздновать мою свадьбу. Слуги бегали между столами, расставленными буквой «П», едва успевая подливать напитки и разносить еду. Пахло жареным мясом и медовыми пирогами. В углу играли лютнисты, но музыка тонула в гуле голосов и звоне кубков, напоминающим лязг мечей на поле брани.

Отец не поскупился, все-таки выдавал замуж единственную дочь. Но мне бы хватило тихого семейного застолья. Я и так была счастлива, ведь выходила за того, кого выбрало мое сердце.

Разумеется, этот брак был выгоден обеим семьям. Два самых влиятельных семейства в торговом городе. Моей принадлежит двадцать судов, семье мужа – семнадцать. Объединив наши капиталы, мы станем главными поставщиками шелка и пряностей на континенте.

Тот факт, что мы с женихом полюбили друг друга, – чистое везение. Далеко не каждая девушка из богатой семьи может таким похвастаться. Как правило, брак у патрициев – очередная сделка.

Верджила, моего теперь уже мужа, шум оглушил не меньше. Сжав мою руку в своей, он наклонился к моему уху и прошептал:

— Вот бы сбежать отсюда.

Я кивнула, хотя отлично понимала, что это невозможно. Справа сидит моя родня – отец, мать и братья, слева от Верджила – его. Мы в капкане, из которого не вырваться. Остается наслаждаться пиром в честь нашей свадьбы.

На мне было серебристое платье, сияющее, как туман на рассвете. Волосы, украшенные венком из живых цветов, струились по плечам, подобно золотому шелку. Я знала, что красива, но меня волновал лишь один восхищенный взгляд – моего мужа. Скорей бы объявили первый танец! Не терпелось ощутить ладони Верджила на своей талии.

Я обернулась и посмотрела на стену. Высокая спинка стула мешала, и я отклонилась в сторону. Все ради того, чтобы увидеть свою тень. Благо свечей в зале зажгли так щедро, что тени образовались как днем.

Моя прямо сейчас кружила на стене, как будто уже танцуя с Верджилом. Как обычно, ей передалось мое настроение. Тень отображала не только мой образ, но и эмоции.

— Сиди ровно, Рианнон, — одернула матушка. — Ты уже не маленькая девочка, а замужняя дама. Помни о статусе, на тебя все смотрят.

Я выпрямилась до хруста в спине. Нокс – это имя я дала своей тени еще в детстве – вижу только я. Точнее, другие видят обычную тень, живая она исключительно для меня.

Все дело в моем даре. У всех чародеек тени-фамильяры. Увы, мой дар слишком слаб, чтобы владеть настоящей магией. Все, что я могу – общаться с собственной тенью. Но я этому даже рада. У меня, по крайней мере, есть лучшая подруга, которая всегда рядом. Я никогда не чувствую себя одиноко.

— Опять твоя тень? — нахмурился Верджил.

А вот мужу Нокс не нравилась. Он ее не видел, и его нервировало, что я постоянно с кем-то общаюсь в его присутствии, а он не понимает, что происходит.

— Она очень рада за нас, — перевела я ему.

— Скажи ей «спасибо», — кивнул он. — Но сегодня ты только моя. Хотя бы на брачную ночь. Никаких теней!

— Как ты планируешь это организовать? — рассмеялась я. — Тень – неотъемлемая часть меня.

— Значит, наша брачная ночь пройдет в абсолютной темноте, — буркнул Верджил.

Я захлопала ресницами. Не думала, что для него это такая проблема. Но, наверное, неприятно, когда за тобой все время следят. Это я уже привыкла.

— Пусть любовь живет в каждом вашем поцелуе! — выкрикнул кто-то из гостей.

И другие подхватили:

— Поцелуй! Поцелуй! Поцелуй!

Я ощутила, как вспыхнули щеки, а сердце взволнованно заколотилось в груди. Мы с Верджилом, конечно, уже целовались. Но не на глазах у целого зала гостей!

Вот только старый обычай требовал свое. Верджил поднялся и потянул меня за руку вверх. Пришлось тоже встать. Повернув меня к себе лицом, он прошептал:

— Не верится, ты и правда моя…

Верджил наклонился, а я приподнялась на носочки, предвкушая ласку. Но в этот раз нашим губам не суждено было встретиться.

Двойная дверь с грохотом распахнулась в стороны. Сквозняк вихрем пролетел по пиршественному залу, едва не потушив свечи. Краем глаза я отметила, как заметалась Нокс, ловя свет, в попытке не раствориться в темноте. Она ненавидела исчезать.

Гости замерли от неожиданности. Кто-то с поднесенным кубком к губам, а кто-то с недоеденным угощением во рту. Тишина особенно остро ощущалась после шума, что стоял еще миг назад.

Чуть придя в себя, все повернулись к двери. За порогом царила тьма, но на ее краю угадывалась фигура. Незнакомец, казалось, сотканный из ночного мрака, пока не шагнул в зал.

На его лице, словно вырезанном из тени, выделялись лишь глаза. Серебристые, но не от блеска свечей, а горящие как у волка в темноте. Взглянув в них, я сразу поняла – мне знаком этот редкий пепельный оттенок. Я его уже видела! Но где…

Глава 2. Десять лет назад   

— Рианнон, не подходи к окну! — няня дернула меня сзади за юбки, оттаскивая от опасного по ее мнению места.

Как будто можно заболеть черной смертью, глядя на умирающих через стекло. Но люди были напуганы, а потому верили во всякую чепуху. Какие только слухи не ходили! Например, что мор послан свыше для наказания грешников. Но отец говорил, что его завезли на одном из заморских кораблей, коих много в нашем порту. Ему я верила больше.

Няня осенила меня священным знаком и задернула шторы. В комнате сразу стало темно, а главное – тоскливо. Нокс и та пропала. Без нее мне было здорово не по себе, я слишком привыкла, что она всегда рядом.

Я родилась с живой тенью. Она росла и развивалась вместе со мной, как часть меня. Родители надеялись, что во мне проснется сильный дар. Но к двенадцати годам тень – единственное, что говорило о наличии во мне чародейской крови.

— Можно мне к матушке? — попросилась я.

Меня не пускали к ней уже несколько дней. Сердце ныло, подсказывая – она не в порядке. Матушка всегда уделяла мне много внимания. Я – младшая из ее детей, к тому же единственная девочка. Она обожала своих трех сыновей, но между нами была особая связь.

— Госпожа занята, — повторила няня то, что я слышала по десять раз на дню.

Естественно, я не поверила, а едва няня прикорнула после обеда, выскользнула за дверь и поспешила в покои матери. Коридоры были пусты, дворец будто вымер. Слуги больше не смеялись, не гремели посудой. Мои шаги звучали глухо, как в склепе.

Добравшись до родительской спальни, я тихонько постучала, но никто не открыл. Но я же слышу голоса! Там явно кто-то есть.

Тогда я дернула ручку – не заперто. Никогда я не входила в спальню родителей без разрешения, но в этот раз рискнула. Приоткрыла дверь, да так и застыла на пороге. В покоях было не протолкнуться. Отец, старшие братья, лекари – я сбилась со счета, сколько здесь людей.

Пахло травами, от которых нет толку, лишь горло першит. Матушка лежала на кровати. Бледная, как простыня, что ее укрывала. Но не цвет ее лица меня напугал, а мрачные тени под глазами. Я была наблюдательным ребенком и отлично знала эти признаки. Черная смерть! Болезнь прозвали так из-за отметин, похожих на синяки, что постепенно покрывают все тело. А потом человек умирает. От мора нет спасения.

Мой ужас сложно передать словами. Я застыла, вспоминая, как матушка пела мне перед сном, как мы гуляли вместе по рынку, как наряжались. Казалось, что она никогда не заболеет, не оставит меня одну… А теперь даже не знаю, позволят ли мне попрощаться.

— Риана, тебе нельзя сюда, — меня заметил отец. Он не ругался, что было на него не похоже, а лишь с досадой покачал головой. — Рейбранд, займись младшей сестрой.

Рей, самый старший из моих братьев, подошел, мягко вытолкал меня в коридор и закрыл дверь в спальню. Взяв за руку, он повел меня в кухню, где угостил сладостями. Поставил передо мной целое блюдо марципанов! Именно тогда я осознала, насколько все паршиво. Мне никогда не разрешали есть сладости в таком количестве.

— Мне уже двенадцать, — я отодвинула от себя марципаны. — Не надо со мной, как с ребенком. Расскажи, что происходит.

— Раз ты такая взрослая и сама все видела, то должна бы понять, — буркнул Рей.

Он потянулся за блюдом, чтобы убрать его со стола, край его рукава задрался, и я похолодела. Черная отметина! И на нем тоже! Неужели вся моя семья больна?

— Мама умрет? — шепотом спросила я.

Рей глянул на меня хмуро.

— Молись за нее, Риана. Молись за нас всех. Только чудо спасет этот город.

Чудо… Рей ушел, а я еще долго размышляла над его словами. Я не особо верила в чудеса, но, когда нет других альтернатив, хватаешься за любую надежду.

— Вот ты где, неугомонная девчонка, — няня нашла меня на кухне. — Почему я должна бегать по замку и искать тебя?

— Нянюшка, а расскажи, пожалуйста, еще раз ту сказку, про дракона, исполняющего заветные желания, — попросила я.

Няня вздрогнула. Не знаю, что сыграло роль, то ли мой непривычно ласковый голос, то ли жалость к ребенку, который скоро потеряет мать, а может, и сам умрет, но она заговорила.

— Ладно, слушай, непутевая, — буркнула она, усаживаясь на соседний стул. — На юге, где начинаются горы, есть драконья скала. Предание гласит, что это не просто кусок камня, а уснувший дракон. Он спит так долго, что окаменел. Но если прийти к нему с чистым сердцем, коснуться его носа и попросить исполнить заветное желание, он непременно это сделает.

— Вот так просто? — усомнилась я. — Почему тогда люди не ходят к нему и ничего не просят?

— Дракон не всем откликается, его не так-то легко разбудить, — ответила няня. — А еще он просит взамен плату.

— Какую? — нахмурилась я.

— А это как повезет. Каждому он назначает что-то свое, но одно неизменно – плата всегда непомерно высока.

Я поежилась. Как много дракон попросит за спасение от черной смерти? Есть ли у меня столько? Моя семья знатна и богата, но что-то подсказывает, дракону золоту не нужно, он захочет иное. Не уверена, что потяну. Но я просто обязана попробовать!

Когда стемнело, я зажгла свечу и поставила ее так, чтобы тень появилась на стене. Нокс не привыкла, что я призываю ее по ночам, и заволновалась.

Глава 3. Трудное решение 

Я вернулась в дворец тем же путем. Спрятала одежду обратно в тайник, легла в свою постель и уснула. Да так сладко, как не спала уже много ночей. Причиной тому была глубокая внутренняя уверенность, что теперь все точно будет хорошо. Дракон не подведет. А пять ночей… отдам уж как-нибудь.

Но утром, когда первый луч солнца скользнул по лицу, и я проснулась, случившееся показалось сном. Дивным, но нереальным. Я говорила с живым драконом? Да быть того не может! Есть только один способ проверить.

Откинув одеяло, я прямо в ночной сорочке выскочила за дверь. Вприпрыжку пронеслась по коридору и без стука ворвалась в родительскую спальню. Так рано здесь никого не было. Лекари ушли, братья спали в своих комнатах, и даже отец временно перебрался в другие покои, чтобы не тревожить больную.

Шторы были плотно задернуты, в спальне царил полумрак. На цыпочках я подкралась к кровати и заглянула за балдахин. Мамины глаза были закрыты, но грудь вздымалась. Дышит.

Я присмотрелась. Мне кажется, или она уже не так бледна? Все-таки света очень не хватает. Недолго думая, я подошла к окну и отдернула штору. Спальню залили золотые лучи утреннего солнца. Один из них упал на мамины веки, она заморгала и открыла глаза.

Я застыла, глядя на нее. Не потому, что боялась наказания за дерзость. Все дело в ее лице. Оно все еще было бледным, но темные отметины пропали. Кожа мамы очистилась. Черная смерть отступила!

— Риана, дочка, что ты здесь делаешь? Немедленно уходи! Тебе сюда нельзя… я могу заразить… — в ужасе запричитала матушка.

— Все в порядке, — улыбнулась я. — Ты здорова. Не веришь, посмотри сама.

Она удивленно моргнула, но все же вытянула перед собой руки. Они тоже были чисты. Тогда она спустила сорочку с плеча, но и там не нашла отметин.

— Подай мне зеркало, Риана, — хрипло попросила матушка.

Я тут же исполнила ее просьбу, и она с помощью зеркала еще раз тщательно осмотрела себя. В процессе матушка несколько раз дышала на стекло и протирала его, словно не доверяя отражению. Но в итоге признала очевидное – хвори больше нет.

— Святые реликвии, — прошептала матушка, — это чудо…

Она протянула ко мне руки, и я запрыгнула на кровать, прямо к ней в объятия.

— Чем от тебя так ужасно пахнет? — рассмеялась она.

Я вздрогнула. Запах сырой рыбы от чужой одежды пропитал мою кожу и волосы, а я, привыкнув к нему, перестала чувствовать.

— Слуги явно заслужили нагоняй. Совсем забросили свои обязанности, пока я болела, — покачала головой матушка.

На шум в спальню пришел отец, а за ним и братья. Далеко не сразу они поверили в чудесное исцеление. Еще несколько дней матушку проверяли лекари, но я была спокойна. Я знала, что она и все, кто болел, выздоровели в ту ночь.

С неделю я ходила под впечатлением. Город снова ожил, черная смерть исчезла без следа. Все, как обещал дракон.

— Даже чародеи не могли справиться с черной смертью, а она просто взяла и отступила сама. Надо обязательно съездить к святыням во славу нашего чудесного исцеления, — сказала матушка за одним из семейных ужинов, и отец ее поддержал.

Меня же распирало от гордости. Я долго молчала о своем участии в спасении города, но в тот вечер не выдержала:

— Это все дракон. Я попросила его спасти город, и он исполнил мое желание.

— Не говори чушь, — фыркнул Рей. — Драконов не существует. Ты вроде уже не маленькая, чтобы верить в сказки.

— Но это правда! — возмутилась я. — Вот увидите, он прилетит за мной.

Родные только посмеялись над моими словами. Я же в ту пору часто смотрела на небо, выглядывая там дракона. Но оно оставалось чистым.

Весь город ездил по святым местам, возносил молитвы и приносил дары, что невероятно меня раздражало. Ладно моя жертва, но почему никто не верит в дракона? Я начала думать, что именно поэтому он не прилетает за мной. Обиделся на неблагодарных горожан.

Я только и твердила, что о драконе всем, кто был готов слушать, но мои попытки переубедить не верящих терпели крах. Еще немного – и я бы прослыла городской сумасшедшей. Матушка не могла этого допустить и взяла дело в свои руки.

Она запретила няня рассказывать мне легенды и сказки, а мне – упоминать дракона. Мне было уже тринадцать, и мне в приказном порядке велели повзрослеть. А чтобы я, наконец, успокоилась, мы совершили прогулку к горам.

Я надеялась увидеть своего дракона, но его там не оказалось.

— Здесь была драконья скала. Где же она теперь? — удивилась я вслух.

— Наверное, где-то в другом месте, ты просто перепутала, — успокоила матушка. — Скала не может взять и исчезнуть.

Но я точно знала, что права. Скала была именно здесь. Но ее месте даже вмятина осталась, словно долгие годы там лежал кто-то огромный и тяжелый.

Значит ли это, что дракон не превратился обратно в камень? Если так, то почему он не приходит за мной, чего медлит? Должно быть, он перелетел на другое место и уснул там, забыв обо мне.

Шли недели, месяцы, годы. Дракона все не было. Я выросла. Дракон не прилетел. Я встретила Верджила и влюбилась. Дракон не прилетел. Я забыла и перестала ждать. Тогда-то дракон и пришел за мной.

Глава 4. Дракон

Год… десять… сто… тысяча… две… Когда ты камень, время течет иначе. Постепенно перестаешь его замечать.

Поначалу он еще ждал. В венах бушевало пламя битв, во рту ощущался привкус демонической крови. Они победили! Но какой ценой… Проклятие тяжким грузом легло на плечи, в прямом смысле придавив к земле. Не пошевелиться, не позвать на помощь. Остается только ждать.

Время текло мимо размеренной рекой. Люди рождались и умирали, но помнили их. К нему приходили, приносили дары, пытались его вернуть. Но постепенно о драконах забывали. Он превратился в легенду. Прекрасную, но нереальную.

День сменял ночь, сезоны – друг друга. Снег покрывал крылья, от жары трескалась спина. Годы – капли в бурной реке. Он перестал их считать.

Внутренний огонь угас и стал пеплом. Но он все равно упорно ждал. Надеялся и верил, что скоро проклятие будет снято. Она придет, коснется камня, позовет, и он откликнется. Но ее не было. Его касались тысячи рук, и все не те.

Тогда он разозлился. Ярость клокотала внутри камня, но не могла выйти наружу. Она разъедала его изнутри, подтачивала силы.

Устав, он смирился, что быть ему навеки скалой. Птицы садились на его спину, мох покрыл лапы, корни прорастали в щелях хвоста. Уже непонятно, где кончается он и начинается земля.

Он забыл свое имя. Забыл, как пахнет небо. Как звучит его собственный рев. Он и сам стал забытым. Легендой, затертой временем. Историей, которую никто больше не рассказывает.

Вдруг раздались шаги. Давно к нему никто не приходил. Когда-то сотни рук касались его в попытке оживить, но то время безвозвратно ушло.

Шаги звучали все ближе. Быстрые, легкие, от маленькой ноги. А потом он ощутил давно забытое – прикосновение теплой ладони. Живое, настоящее. От него, как от гальки, брошенной в воду, по телу пошли круги. Камень дрогнул.

Не верилось, что это оно. Свершилось! Он оживал. Дрожь пробежала по телу. Легкие впервые за много веков наполнил воздух, парализованные мышцы обрели подвижность. Он пошевелился, и камень осыпался с тела, словно лавина с гор.

Она должна быть особенной – та, что пробудила его. Скорее бы прояснилось зрение, не терпится взглянуть на нее.

Он открыл глаза, но рядом никого не было. Невозможно! Он же ощутил прикосновение. Он ожил! Наверное, она испугалась его мощи и сбежала. Он непременно должен ее найти.

Внизу что-то шевельнулось. Он повернул голову и разглядел на земле детеныша. Грязного, худого и дурного пахнущего. Присмотрелся и тряхнул головой. Не может быть, что его разбудило… это. Какая насмешка судьбы! Прекрасные, юные девы пытались и не смогли, а чумазому созданию хватило мимолетного прикосновения.

Лишь ощутив чародейскую кровь, он понял, почему именно она. Это дремлющая в ней сила пробудила его. Теперь их жизни связаны. Даже больше того – его существование отныне зависит от маленькой чародейки. Однажды она спасет его, а пока ему придется еще немного подождать.

Она прошла с достоинством все испытания. Не дура, уже хорошо. А то, что не красавица, и ладно. Он смирится. Главное – силы в ней достаточно.

Маленькая чародейка загадала правильное желание, и он, взяв с нее обещание, отпустил. Пока все шло так, как должно.

Но ждать оказалось труднее, чем он думал. Камень не чувствует. Он холоден и равнодушен. Теперь же у него было живое тело, а плоть и кровь нетерпеливы.

Он следил за маленькой чародейкой. Наблюдал, как она выросла и оформилась. Кто бы подумал, что из неряхи получится красавица. Она преобразилась. Расцвела. Превратилась в женщину, от которой не отвести взгляд. Лучше бы она оставалась дурнушкой… Ее красота тоже стала частью его испытания.

Демоны между тем сделали все, чтобы драконы никогда не вернулись в этот мир. Он проверил – все его братья по-прежнему в камне. Ему «повезло» очнуться первым. И теперь на нем огромная ответственность – спасти весь род. А для этого ему самому необходимо выжить.

Но враги и тут подстраховались – отправили прислужников, следить за ним. Их задачей было всячески ему мешать.

— Возьми ее сейчас, ты же хочешь. Чего ты ждешь? — предлагала ему похоть.

— Ты же дракон! Какое тебе дело до людских жизней? Делай, что пожелаешь, — твердила гордыня.

— Она – твоя! — вопила жадность.

— Почему другой имеет право к ней прикасаться, а ты – нет? — вопрошала зависть.

— Убей соперника! — советовал гнев.

— Все пустое… — вздыхало уныние. — Она никогда не выберет тебя. Так стоит ли стараться?

— Лучше насладись последними днями жизни.

Каждый день они нашептывали ему в уши свои сладкие речи. Соблазняли и подстрекали. Но он держался. Нельзя нарушать порядок, иначе ничего не получится.

Он решил отвлечься. Не смотреть на маленькую чародейку, не думать. В конце концов, она лишь условие необходимое для выживания. А его главная задача – спасти свой род.

Он занялся поиском братьев. Далеко же их разбросало. Но постепенно одного за другим он находил драконьи скалы. Скоро придет их время. Как только он закончит.

Изредка он поглядывал, как поживает маленькая чародейка. Она встретила мужчину и согласилась стать его женой, что заставило усомниться в ее умственных способностях. Такие ей нравятся? В ее избраннике не было стержня. Он напоминал флюгер – куда ветер подует, туда и повернет.