Пять осколков её сердца

Пролог.

Темнота, не та мягкая, обволакивающая тьма, что скрывает секреты, а резкая, колючая, пронизанная мерцанием аварийных индикаторов.

«Осколок» плывёт сквозь космос, как нож, занесённый над спиной ничего не подозревающей жертвы.

— Ну что, красавчики, готовы к очередному акту самоубийства? — голос Эхо [Эхо – это искусственный интеллект корабля «Осколок», но не безликий голос системы. Это шестой член экипажа с характером, памятью и призраками в матрице.] разливается по панелям управления, слишком живой, слишком человечный для машины.

Капитан Кайл Вейн не отвечает.

Он стоит перед мониторами, его глаза, две льдинки, отражающие только холод расчётов.

— Дистанция?

— 300 метров и сокращается, — пилот Джетт Кейд касается дросселей [Дроссели (РУД – рычаги управления двигателем) это те самые «педали газа» космического корабля, но в виде рычагов.] лёгким движением, будто ласкает любимую перед расставанием. — Подходим тихо. Никаких всплесков.

— Сканеры чистые?

— Как моя совесть, — хрипит в комлинк [Комлинк (от коммуникационный линк) – это компактное устройство связи, встроенное в шлем или воротник скафандра/бронекостюма.] механик Зак Крофт. — Но это подозрительно. У такого грузовика должны быть системы защиты.

Тишина.

Гладиатор Рейф Морр проверяет оружие:

— Ловушка?

Металлический щелчок затвора звучит как выстрел.

— Всегда ловушка, — убийца Люк Дрейк растворяется в тени шлюза. [Шлюз космического корабля – это герметичная камера, которая позволяет переходить из среды с давлением (внутри корабля) в среду без давления (космический вакуум) и обратно.] — Но мы всё равно пойдём.

Кайл молча кивает.

«Осколок» причаливает к грузовому транспорту «Гефест-7» в мёртвой тишине. Магнитные захваты смыкаются с едва слышным стуком.

— Контурный захват завершён. Можете начинать ваш ежедневный подвиг, герои, — Эхо делает паузу. — Ой, то есть преступление.

Шлюз открывается с шипением.

— Стоп! — Кайл резко поднимает руку, заставляя команду застыть на месте. Его глаза сужаются, всё слишком просто. — Зак, что нам сказали про этот груз?

Хакер, не отрываясь от терминала [Терминал, за которым сидит Зак это экран, гибрид боевого и цифрового интерфейса, собранный собственноручно.], бормочет:

— Технологии пятого уровня. Контракт через три прокси [Прокси это цепочка подставных лиц/серверов, которые скрывают истинного заказчика.], наличными. Ни имён, ни вопросов.

Джетт перекатывает плечами, проверяя бластер:

— То есть, опять какая-то хрень, за которую кто-то заплатил, чтобы мы не спрашивали, что это.

Рейф молча кивает. Он уже видел такие грузовики, обычно внутри либо трупы, либо то, что лучше бы ими стало.

— Нам платят за доставку, а не за расследования, — Люк скользит вперёд, растворяясь в тени шлюза. — Берём ящики и уходим.

— Кстати, об оплате… — Эхо вклинивается в эфир. — Заказчик добавил бонус за скорость. Чем быстрее – тем больше нулей.

— Значит, либо груз испаряется, либо за нами уже летят. — Фыркает Зак.

Кайл сжимает кулаки. Он ненавидит такие заказы – без деталей, с подвохом.

Но кораблю нужен ремонт, а экипажу – деньги…

— Вперёд. Быстро, тихо, без следов, — наконец командует Кайл.

— Системы грузовика отключены. Но… — голос Эхо звучит неестественно тихо, без привычного сарказма.

Пауза. На экранах всплывают красные метки.

— Но что? — Кайл идёт к шлюзу.

— Он слишком чистый. Как будто его подготовили к нашему визиту.

***

Люк исчезает первым. Его маскировочный плащ сливается с тенями шлюза, оставляя лишь лёгкую рябь в воздухе. Пальцы в чёрных перчатках скользят по стене, нащупывая контрольную панель.

— Камеры глухи, — его голос доносится через комлинк, словно из ниоткуда. — Но есть подозрительный нагрев в отсеке 12-B.

Рейф проходит следом, его массивные сапоги не оставляют следов на пыльном полу.

Кайл проводит рукой по запылённой панели управления, оставляя чёткий след на сером металле. Его пальцы на мгновение задерживаются на кнопках, все системы мертвы, только аварийное освещение бросает синеватые блики на стены.

— Что за чертовщина? — его голос звучит резко в тишине заброшенного корабля. — Они что, бросили корабль?

Люк, переступая через оборванные провода, пожимает плечами. Его силуэт кажется ещё массивнее в полумраке.

— Или их бросили.

Зак уже у терминала, его пальцы мелькают над клавишами, заставляя экран мигать:

— Груз на месте. Но есть... Аномалия.

— Какая? — Кайл поворачивается, брови грозно сведены.

— Капсула. Не по списку.

Кайл задумывается на секунду, потом резко машет рукой:

— Забираем всё. Разберёмся с лишним потом.

Команда тут же приходит в движение. Гул двигателей нарушает мёртвую тишину, когда трюмные двери медленно раскрываются. Люк с Заком начинают перегрузку.

Ящики, контейнеры, оборудование, всё перегружается на транспортёр [Транспортёр это механизированная система для перемещения грузов на корабле или космической станции. Металлическая платформа с конвейерной лентой/роликами, встроенная в пол. Может быть оснащена магнитными захватами для фиксации груза в невесомости.], скрипя и грохоча.

И только когда основной груз уже почти погружен, луч фонарей выхватывает из темноты гладкую поверхность капсулы. Она стоит в углу, почти незаметная, покрытая слоем пыли.

Люк первым подходит и стирает ладонью грязь со стекла:

— Чёрт...

За матовым стеклом виден силуэт обнаженной девушки.

Она не двигается.

Луч фонаря скользит по запотевшему стеклу, выхватывая из полумрака детали, от которых у Люка перехватывает дыхание.

За матовой поверхностью, в синеватой жидкости криостаза, безвольно парит девушка. Ее розовые волосы, неестественно яркие даже в тусклом свете, медленно колышутся, словно водоросли в океане. Они такие длинные, что касаются ее бедер, переливаясь перламутровыми оттенками.