Пять сердец одного осколка

Пролог.

Оружейная «Осколка» это то место, где царит свой, суровый порядок. В воздухе висят запахи оружейной смазки, озона от зарядных устройств и холодного металла. На стеллажах, притянутых магнитами к стенам, лежит оружие, от грубых, но надёжных импульсных винтовок до тихих, смертоносных клинков.

Молчаливый и методичный Рейф разбирает и чистит плазменный резак, его массивные пальцы двигаются с неожиданной точностью.

Люк, напротив, не может стоять на месте. Он тенью, скользит между стеллажами, проверяя крепления скафандров, перебирая наборы отмычек и микро-взрывчатки. Его движения быстрые и экономные, глаза постоянно сканируют пространство, будто даже здесь он ищет скрытые угрозы.

Дверь со скрипом отъезжает в сторону и в проёме появляется Кайл. Он не просто входит, он вносит с собой напряжённую тишину. Его лицо привычно непроницаемо, но в уголках глаз лежат тени усталости и принятых решений.

Рейф лишь поднимает взгляд от детали, которую держит, и снова опускает его, продолжая работу.

Люк замирает у стойки с боеприпасами, положив ладонь на коробку с энергоячейками.

Оба ждут.

— Готовьтесь, — говорит Кайл без предисловий, его голос низкий и ровный, заполняет небольшое помещение. — Скоро начинаем.

Рейф кивает, не глядя, но его руки уже тянутся к диагностическому сканеру для проверки силовых полей скафандра.

— Рейф, — Кайл делает шаг ближе, его взгляд тяжёлым грузом ложится на массивного воина. — Твоя задача «Осколок». Чистая не должна отвлекаться на наш хлам. Наши системы могут не выдержать, ядро, двигатели, герметичность. Всё, что может лопнуть по швам от её действий. Будь готов латать на ходу. Даже во время погони, если она начнётся.

Рейф снова кивает, коротко и чётко. Он понимает. Его война будет войной с металлом и плазмой собственного корабля.

— А что с «Аргонавтом»? — спрашивает Люк, его голос звучит тихо, но ясно.

Кайл поворачивается к нему:

— Если у неё не получится стабилизировать его дистанционно, или если сигнал будет слишком слаб… я иду с ней на борт. Лично. Чтобы она могла работать вплотную, положив руки на корпус.

В оружейной повисает секундная тишина.

Идея безумная.

Идти на смертельно раненый, возможно, заминированный корабль лично…

— Я иду с вами, — говорит Люк и в его голосе нет ни вызова, ни просьбы. Это простая констатация факта. Его глаза, холодные и острые, встречаются со взглядом Кайла. — Там могут быть сюрпризы. Ловушки. Или… кто-то ещё, кто решил переждать в тишине. Я проверю путь. Обеспечу тыл.

Кайл изучающе смотрит на него несколько секунд.

Люк не отводит взгляда. Он не лезет вперёд из бравады. Он предлагает логичное, пусть и рискованное, решение. Дополнительная пара глаз, вторые руки, способные найти то, что не увидит никто другой.

— Хорошо, — наконец кивает Кайл. — Готовь два скафандра. Лёгких, с усиленными сканерами и полным набором для взлома и обхода. И оставь место для её… экипировки. Возьмём её в защитном коконе, если придётся.

Люк тут же разворачивается к стеллажам, его пальцы уже летают по креплениям, выбирая нужные модели.

— А если это ловушка и они ждут именно этого? — глухо спрашивает Рейф, глядя куда-то в пространство над плечом Кайла. — Что выхода не будет?

Кайл встречает его взгляд. В его синих глазах нет ни надежды, ни страха. Только холодная, гранитная решимость.

— Тогда, — говорит он тихо. — Наша задача вырвать «Осколок» отсюда. С любыми пробоинами, на половине двигателей. Но вырвать.

Рейф молча кивает. Он понимает, что это приказ на случай их гибели.

Спасать корабль и остальных.

— Готовьтесь, — повторяет Кайл, уже разворачиваясь к выходу. — У нас мало времени.

Он выходит, оставив за собой густую, деловую тишину.

В оружейной начинают звучать новые, более резкие звуки: шипение проверяемых клапанов скафандров, щелчки вставляемых в разъёмы приборов, металлический лязг оружия, которое Люк с бесстрастным выражением лица проверяет в последний раз.

Они оба уже делали это.

Готовили корабль к ремонту под огнём.

Но сейчас они готовят себя к шагу в пасть неизвестности, где их якорем и их главной уязвимостью будет хрупкая девушка с сиреневыми глазами.

***

Кокпит «Осколка» гудит привычным, низким гудением систем, но сегодня звук этот плотнее. В нём висит лёгкое, почти осязаемое, как статическое поле перед грозой напряжение.

Кайл входит и его взгляд сразу находит её.

Чистая сидит на своём уступе, подобрав под себя ноги, вся сжавшись в комок. Она похожа на потерявшегося ребёнка, которого нарядили в чужое, взрослое тряпьё. Но её глаза… её сиреневые глаза не детские. Они серьёзны, сосредоточены и пусты.

Джетт в своём кресле. Сегодня он не напевает. Его руки лежат на штурвалах, пальцы расслаблены, но в этой расслабленности, готовность сжаться в долю секунды. Его лицо маска холодной концентрации.

Он ведёт «Осколок» по заданному вектору, к красной метке на экране, к «Молчаливому Аргонавту».

Жёлтые точки рядом это аномалии, отмеченные Заком.

Джетт обходит их с хищной, почти кошачьей осторожностью, будто крадётся по минному полю.

— Подходим к границе зоны. Три минуты, — докладывает он, не оборачиваясь.

Голос ровный, без единой эмоции. Голос пилота перед прыжком в неизвестность.

Зак стоит у своего терминала, держа планшет. Он начинает зачитывать данные сухим, автоматическим голосом, но за этой монотонностью скрывается лихорадочный интерес учёного.

Или приглушённая паника.

— Объект: «Молчаливый Аргонавт», класс «Вьюнок». Длина 200 метров. Основные повреждения: пробоина в грузовом отсеке «Гамма-7», разрыв силового каркаса в секторах 5-Альфа и 6-Бета. Жизнеобеспечение в остальных отсеках на минимуме, атмосфера отсутствует. Экипаж, согласно их данным, эвакуирован.

Он делает паузу, переводит взгляд на Чистую, но та не смотрит на него. Она смотрит на схему повреждённого корабля, которую Зак вывел на вспомогательный экран. Её глаза скользят по линиям каркаса, по зияющей дыре, будто она пытается кожей ощутить боль этого незнакомого тела.