Пышка-попаданка на (не)счастье дракону

Пролог

— Лена, я не собираюсь брать тебя на день рождения к Пашке! — раздражённо бубнит в трубку мой жених Никита. — Чего тебе на даче этой делать? Ты там никого не знаешь!

— Но ты же говорил, что все будут с девушками, собирался познакомить меня с друзьями!

Чувствую, что меня накрывает волна разочарования, ведь так хотела провести время с возлюбленным, войти в его круг. Мне казалось, что это сблизит нас.

— Ну, Ир… — чувствую, что Ник мнётся.

— Что, Ир? Я даже купальник новый купила, чтобы в баню сходить, в озере поплавать!

На секунду в трубке повисает тишина, а затем жених вдруг срывается.

— Вот именно! Купальник! У всех мужиков девчонки худенькие, стройные, а ты… Да надо мной все ржать будут.

Слово не было произнесено, но отлично понимаю, что имел в виду «ненаглядный».

— Значит, я — корова! — режу холодно и безразлично, хотя внутри всё бурлит от злости и едкой обиды.

— Я этого не говорил! — тут же принимается оправдываться Ник. — Слушай, не устраивай истерику на ровном месте. Ну съезжу я на денёк один, отдохну, ты там всё равно никого не знаешь. А потом вернусь и сходим куда-нибудь. А лучше у тебя посидим. Приготовишь пирожков с мясом к воскресенью?

Аккуратно нажимаю кнопку разъединения вызова и кладу телефон рядом, хотя хочется запулить аппарат об стену. Одновременно хочется горько плакать и истерически смеяться. То, что я принимала за искренние чувства и серьёзные отношения, оказалось глупым фарсом. Никита стесняется меня, ведь я, по его мнению, корова.

Глаза сами собой находят зеркало, и невольно всхлипываю. А ведь мой жених, — теперь уже точно бывший — по-своему прав. Ну не похожа я на девочек-Дюймовочек, у меня и бёдра широкие, и грудь немаленькая, ещё и лицо округлое. Про таких бабуля говорила «кровь с молоком», только вот для своего мужчины я оказалась жирной.

Злость и обида застилают глаза. Значит, мой «ненаглядный» захотел отведать домашних пирожков по возвращении с увеселительного мероприятия? Зачем ждать? Я сейчас их ему отнесу, как Красная Шапочка своей больной бабушке, — благо идти мне не через тёмный лес, а всего пару кварталов.

Пирожки… Забегаю на кухню и хватаю любимую скалку, которая привычно ложится в руку. Ну что, Никита, сейчас угощу тебя так, что навсегда запомнишь.

Что мне ещё нужно? Пожалуй, немного подсолнечного масла для аромата… Вылью на голову мерзавцу! Из незакрученной крышки немного густой жидкости проливается на пол, но не обращаю внимания, мечась по кухне, словно разъярённый хищник.

Почему мне так не везёт мужчинами? Я всего лишь хочу женского счастья, — банального простого: чтобы было на кого ножку во сне забросить, кому приготовить борщ, да поплакаться в жилетку, когда наступит ПМС и залюбят на работе. Мне не нужен олигарх с кубиками пресса и валютным счётом, — просто хочу вторую половину!

На секунду зажмуриваюсь, стараясь сморгнуть непрошеные слёзы и кляня свои излишне женственные формы. Вот можно было бы начать новую жизнь, в новом, стройном теле…

А затем моя нога поехала на разлившемся масле, тяжёлая скалка взмыла в воздух, я полетела головой в угол кухонного стола, а потом наступила темнота.