Марина купила билет в один конец за семь минут до отправления.
Не потому что спешила. Просто в какой-то момент стало ясно: если сейчас не уйти, она останется. А оставаться было невыносимо.
На автовокзале пахло кофе из автомата, мокрым асфальтом и чужими разговорами. Люди спешили, ругались, смеялись. Обычная жизнь шла дальше, как будто ничего не произошло. Как будто вчера вечером она не сидела на полу кухни, обнимая колени, и не слушала, как человек, с которым она прожила три года, говорит:
— Мне кажется, мы просто привыкли.
Марина назвала кассирше первый город в списке. Она не собиралась туда ехать по-настоящему. Это был просто способ уехать. Подальше.
— Место у окна?
— Да.
Автобус оказался старым, ночным, с потертыми сиденьями и тусклым светом. Почти полный. Марина протиснулась между людьми, нашла своё место, поставила рюкзак под ноги и только тогда заметила, что ладони дрожат.
Она отвернулась к окну. За стеклом медленно уплывал вокзал.
— Простите.
Марина обернулась. Рядом стоял мужчина с билетом в руках.
— Это место свободно?
— Да. То есть… — она махнула рукой. — Моё у окна.
Он сел, аккуратно поставил рюкзак между ног и тут же уткнулся в телефон, будто заранее извиняясь за своё присутствие.
Марина была благодарна за тишину.
Автобус тронулся. Двигатель загудел, и город начал растворяться в темноте. Светофоры сменялись редкими фонарями, потом — просто дорогой.
Минут десять они ехали молча. Потом автобус резко притормозил, и Марина, не удержавшись, слегка ударилась плечом о соседа.
— Извините, — сказала она автоматически.
— Ничего, — ответил он. — Это дорога извиняется.
Марина усмехнулась. Не удержалась.
— Вы часто ездите ночью?
— Чаще, чем хотелось бы.
Он посмотрел на неё впервые внимательно. Усталый взгляд, лёгкая небритость, и что-то очень знакомое — будто человек давно не спал не из-за работы, а из-за мыслей.
— Алексей, — сказал он после паузы.
— Марина.
Снова тишина. Но уже другая.
— Вы возвращаетесь домой? — спросил он вдруг.
Марина покачала головой.
— Я оттуда уезжаю.
— Тогда понятно.
— Что понятно?
— Обычно так смотрят в окно те, кто не знает, где выйдет.
Она посмотрела на него внимательнее.
— А вы?
— Я купил билет, чтобы не отвечать на вопросы.
Марина кивнула. Этого было достаточно.
Автобус мчался в темноту, а внутри было неожиданно спокойно. Впервые за долгие месяцы ей не хотелось проверять телефон. Не хотелось ничего объяснять. Не хотелось быть удобной.
Ей просто хотелось ехать.
Через полчаса Марина поняла, что не уснёт.
Сиденье было неудобным, мысли — слишком громкими, а за окном мелькала бесконечная чернота. Она снова повернулась к окну, но отражение возвращало её взгляд.
Алексей спал. Или делал вид. Голова слегка наклонена, руки сложены на коленях. Он выглядел спокойнее, чем раньше.
Марина поймала себя на странной мысли: рядом с незнакомым человеком ей почему-то легче, чем с тем, кого она знала много лет.
— Вы не спите? — спросил он, не открывая глаз.
— Нет.
— Я тоже.
Он выпрямился и потянулся.
— Хотите кофе? — спросил он.
— У вас есть?
— Терпимый. Это уже победа.
Он протянул ей термос. Марина отпила. Кофе был действительно терпимым.
— Спасибо.
— За кофе или за паузу?
— За то и другое.
Они улыбнулись почти одновременно.
— Знаете, — сказал он, глядя вперёд, — я всегда думал, что дорога — это про движение. А оказалось, иногда это просто место, где можно остановиться.
— И ничего не решать.
— Именно.
Марина кивнула.
— Я боюсь, что если остановлюсь, придётся признать, что всё кончилось.
— А если ехать дальше?
— Тогда можно притвориться, что всё ещё впереди.
Он посмотрел на неё внимательно, без жалости и без лишних слов.
— Иногда это не притворство, — сказал он. — Иногда это просто начало.
Марина снова посмотрела в окно. За стеклом начинался рассвет.
И ей впервые показалось, что она едет не от чего-то.
А к чему-то.
Автобус остановился резко, будто передумал ехать дальше.
— Перерыв пятнадцать минут, — сказал водитель и вышел, хлопнув дверью.
Марина вздрогнула. Алексей посмотрел на часы.
— Хочется выйти?
— Хочется вдохнуть.
Они вышли вместе.
Небольшая заправка, холодный воздух и редкие огни. Ночь здесь была другой — тише, плотнее. Где-то далеко лаяла собака, пахло бензином и мокрой травой.
Марина поёжилась. Алексей молча снял куртку и протянул ей.
— Не надо, — сказала она.
— Надо. Я всё равно не мёрзну.
Она не стала спорить.
— Вы часто так делаете? — спросила она.
— Что именно?
— Заботитесь о незнакомцах.
— Только о тех, кто выглядит так, будто сейчас развалится.
Марина усмехнулась.
— Спасибо за честность.
Они стояли рядом, не торопясь обратно. Пятнадцать минут казались подарком.
— Знаете, — сказал Алексей, — я раньше всегда точно знал, куда еду.
— И что случилось?
— Жизнь решила проверить меня на гибкость.
Марина посмотрела на него.
— И как проверка?
— Пока больно. Но, кажется, полезно.
Они вернулись в автобус, когда водитель уже звал пассажиров. В салоне стало теплее, но прежняя тишина ушла. Теперь между ними было что-то ещё — ощущение, что этот путь они проходят не в одиночку.
Марина поймала себя на том, что ждёт, когда Алексей снова заговорит.
Она не любила это чувство. Ожидание. Обычно она всё контролировала сама.
— А вы кем работаете? — спросил он, будто прочитав её мысли.
— Редактором.
— Круто.
— Иногда. Чаще — бесконечные правки и чужие тексты.
— А свои?
— Свои я всё откладываю.
Он кивнул, как будто понял слишком хорошо.
— У меня был стартап.
— Был?
— Был. Очень уверенный в себе.
— И что пошло не так?
— Я поверил, что всё можно рассчитать.
Марина улыбнулась.
— Ошибка новичка.
— А у вас?
— Я верила, что если стараться, всё обязательно получится.
— И?
— Оказалось, стараться можно в одиночку. А отношения — нет.
Они замолчали. Но тишина не давила.
— Странно, — сказал Алексей, — мы знакомы несколько часов, а говорим так, будто давно решили быть честными.
— Потому что нам не нужно продолжать.
— А если нужно?
Марина посмотрела на него.
— Тогда будет сложнее.
Он улыбнулся.
— Сложнее — не значит хуже.
Автобус ехал дальше. Где-то впереди начинался новый город, новая остановка, новый выбор.
Марина закрыла глаза.
И впервые за долгое время подумала:
а если этот путь — не ошибка?
Автобус въехал в город ещё до рассвета.
Марина проснулась от того, что кто-то слишком бодро включил свет. Она прищурилась, посмотрела в окно и сразу поняла: это не тот город, куда она собиралась.
— Мы где? — спросила она хрипло.
— Судя по вывеске, в месте, где очень любят шаурму, — ответил Алексей.
За окном действительно висел огромный баннер с надписью «Лучшая шаурма в области». Других ориентиров не было.
— Это наша остановка?
— Моя — точно нет. А ваша?
— Я не знаю, какая у меня остановка.
Он посмотрел на неё с уважением.
— Смело.
Автобус остановился. Водитель повернулся:
— Конечная для тех, кто выходит. Остальные — через двадцать минут едем дальше.
— Двадцать минут, — повторил Алексей. — Этого достаточно, чтобы совершить пару жизненных ошибок.
— Например?
— Например, съесть шаурму на рассвете.
Марина рассмеялась. Смех вышел неожиданным, громким. Она тут же смутилась, но Алексей улыбался так, будто это было самым естественным звуком в мире.
— Пойдём, — сказала она. — Если уж ошибаться, то красиво.
Шаурма действительно оказалась лучшей в области. Или просто самой своевременной.
Они сидели на холодной лавке у ларька, укутавшись в куртки, и ели молча. Марина поняла, что давно не ела с таким удовольствием.
— Знаете, — сказал Алексей, — если бы мне год назад сказали, что я буду есть шаурму в незнакомом городе с женщиной, с которой познакомился в автобусе, я бы решил, что жизнь пошла не туда.
— А сейчас?
— А сейчас думаю, что она наконец-то туда повернула.
Марина посмотрела на него.
— Вы всегда так говорите?
— Только когда не понимаю, что происходит.
Она улыбнулась.
— Честно.
— А вы? — спросил он. — Вы часто уезжаете вот так?
— Первый раз.
— И как ощущения?
— Страшно. И… немного смешно.
— Отличное сочетание.
Они допили кофе из бумажных стаканов и вернулись в автобус за минуту до отправления. Водитель посмотрел на них с подозрением, но ничего не сказал.
Марина снова села у окна. Алексей — рядом.
— Алексей?
— Да?
— Если мы вдруг выйдем в одном и том же городе ещё раз…
— Это будет уже традиция.
— Или диагноз.
Он рассмеялся.
— Согласен на оба варианта.
Автобус снова тронулся.
Марина откинулась на спинку сиденья и поймала себя на мысли, что ждёт следующую остановку. Не из-за города. Из-за того, что будет между ними.