"Попутчик"

"Попутчик"

Шумел Красноярский железнодорожный вокзал.

Различные привокзальные звуки с каждой минутой заметно нарастали и сливались воедино, создавая до одури пронзительный и непонятный для слуха звон. Гул поездов, разговоры – всё перемешалось в кучу, и разобрать ничего из этого было практически невозможно.

Утро наладилось: тёплое, светлое. В воздухе стоял едкий запах семечек и пота.

На перроне толпились люди. Другие же проходили мимо. Одни торопились – кто не так часто путешествовал поездом, а те, кому это было не в новинку, шли спокойным шагом.

И вот по радио диспетчер объявил посадку на рейс.

Народ, кто с огромными сумками, кто налегке, толкаясь и бурча, ринулся на погрузку к вагонам.

И снова по радио тот же тоненький, приятный голосок объявил, чтобы провожающие вышли из вагонов.

…Взвыл с надсадной тоской паровоз и медленно тронулся.

Вокзал остался позади.

Замелькали перелески, леса…

Владимир Орлов, средних лет, крепкий, круглолицый мужчина с кудрявой шевелюрой, ехал в отпуск на родину, в Республику Алтай, навестить мать. Жила она в небольшой деревушке Белый Ануй Усть-Канского района.

Сам же Владимир уже в течение десяти лет проживал и работал в Красноярске, вдали от родных мест. В своё время он был призван в армию и по распределению попал в военно-воздушные войска под Красноярском. После двух лет службы он успешно демобилизовался и вернулся на родину. Поболтался там пару недель… И вскоре принял твёрдое решение: ехать в Красноярск и устраивать свою дальнейшую жизнь именно там. По приезду арендовал однокомнатную квартирку на краю города, и вскоре его взяли водителем на КАМАЗ в одно из местных предприятий по грузоперевозкам. Спустя несколько месяцев Владимир познакомился со своей будущей супругой – хрупкой и слегка застенчивой девушкой Ритой. Он сам потом не раз признавался ей, что полюбил её именно за застенчивую, светлую улыбку. После свадьбы как его родители, так и её собрали нескромную сумму и в качестве свадебного подарка приобрели молодожёнам двухкомнатную, благоустроенную квартиру ближе к центру города. Вот так и началась бурная семейная жизнь.

В купе Владимир находился один. Почти весь день он проспал, только ближе к вечеру сходил в вагон-ресторан и выпил пару чашек кофе. А теперь он сидел в купе и читал свежую прессу.

- Что только в стране не творится, - изумился Владимир, прочитав одну из газетных статей. Тяжело вздохнув, он положил газету на край столика и вышел в тамбур покурить. Ему было ужасно скучно.

В коридоре возле окошечка стоял седовласый, смуглый, с грустными глазами небритый мужичок. Он с тяжёлым и печальным взглядом задумчиво глядел в окно, смоля папироску. За окном висела чёрной вуалью тёмная летняя ночь, вдалеке мерцали огоньки различных окрасов.

Владимир вынул сигарету и принялся тормошить свои карманы в поисках спичек. Их не оказалось. «Наверное, в купе оставил», - мелькнула мысль в голове. Но возвращаться он не стал. Владимир решительно подошёл к седовласому и великодушно спросил:

- У вас прикурить не будет?

Тот снисходительно посмотрел на Владимира. Некая глубокая грусть и тоска находились в этих уставших глазах. Владимир это заметил. Мужчина лениво вынул коробок спичек из кармана и протянул его попутчику.

- Благодарю, - сказал Владимир, прикуривая. – Далеко едете? – он вернул спички обратно владельцу.

- Домой, - хрипло выдохнул седовласый.

- Вы с Алтая? – поинтересовался Владимир, хотя сам и не понимал, для чего он это спросил у незнакомого ему человека. Но что сделано – то сделано. Может быть, для завязки душевной беседы. Очень уж за последний день ему не хватало общения. Ведь он вдоволь намолчался за целый муторный день, и одиночество его явно напрягало, хотелось просто с кем-нибудь поговорить, чтобы время в пути скоротать.

- Да. С Алтая.

- Значит, земляки, - улыбнулся Владимир и похлопал седовласого по плечу. – Я ведь тоже с Алтая. Сейчас, правда, в Красноярске живу. Вот взял отпуск и решил на родину рвануть. Мать навестить да братьев, - пояснил он. – А вы с Алтая откуда?

- С Алейска, - неохотно ответил тот.

- А я с Горного Алтая, деревня Белый Ануй, - Владимир, прищурив левый глаз, затянулся сигаретой. В коридоре повис едкий запах недорогого табака. – Меня, кстати, Владимиром звать, - он протянул седовласому свою могучую жилистую руку.

Тот вяло посмотрел на неё. Молчал. Затем заглянул разговорчивому собеседнику прямо в глаза. Затушил папиросу в жестяной баночке и только тогда подал руку.

- Алексей, - сухо выдавил он.

- Очень приятно.

- Взаимно.

- Слушай, Алексей… - начал Владимир. – Давай на «ты»?

Седовласый пожал плечами. Ему было всё равно.

- Ну, вот и отлично, - он бросил окурок в банку. – А может, примем по маленькой, так сказать, за знакомство? Ведь не каждый день встречаешь земляка. Как тебе предложение? Посидим, поговорим. Я как раз один в купе еду. Тоска зелёная. Ну, так что?

Алексей в очередной раз пронзительно оглядел незнакомого ему человека.

- Можно, - согласился он не сразу.

- Вот и отлично, - великодушно улыбнулся Владимир. – За разговорами да под водочку с хорошей закусочкой путь покажется не таким уж долгим и утомительным.

Пришли в купе.

Алексей снял куртку, повесил её на вешалку и сел за столик. Владимир тем временем принялся вынимать из огромной сумки продовольствие, которое ему в дорогу наложила супруга. Лук, яйца, хлеб, колбаса… И самое главное – бутылка водки.