Расплата

Дисклеймер

Данная книга является художественным произведением, ничего не пропагандирует и ни к чему не призывает. Все совпадения с реальными людьми и ситуациями в жизни случайны. Автор не несет цели кого-то оскорбить или задеть в своем произведении и не поощряет аморальные поступки.

• Плейлист:

* Another Love | Tom Odell

* To Build a Home | The Cinematic Orchestra

* I Love You Like A Love Song | Selena Gomez

* Молчи и обнимай меня крепче | Шура Кузнецова

* Целоваться | Миша Марвин&Маша Вебер

* Bad Boy | Marwa Loud

* Мурашками | МОТ

Глава первая

Элла

Выхожу из помещения навстречу морозной погоде и понимаю, насколько мне не поступал кислород в легкие. Я задыхаюсь от тяжести судьбы, что с сегодняшнего дня окончательно легла мне на плечи.

— Заходи внутрь, замерзнешь.

Я срываю фату и смотрю через плечо на человека, который назывался мне родным дядей.

— Без устраивания проблем. Ты прекрасно понимаешь, что не было иного выхода, Элла.

Тяжело дыша, я стараюсь не упускать его замыленные черты лица из виду.

Холод бьет притупленой болью в виски, но даже это в сто раз приятнее, чем голос Омара Магомедова.

— Сестра? — Я ничего не ответила дяде, обратив внимание на Сиану, младшую сестру, что появилась позади него. Она забеспокоилась и вышла за мной.

— Идите внутрь. Даю вам пять минут.

Закончив фразу, мужчина спокойными шагами зашел в ресторан, пока я скорчилась от декабрьского холода, обняв себя за плечи.

Сиана подходит ко мне и крепко стискивает меня в свои теплые объятия. Мне не хватало такого жеста поддержки за весь день.

— У тебя еще есть шанс сбежать, — шепотом произносит она, готовая вновь разреветься. Я мотаю головой и разжимаю объятия.

— Нельзя. Иначе ты станешь жертвой. — Лучше я, чем сестра. Пусть, хотя бы, ее мечты не разбиваются, подобно тысячам хрустальных осколков, как мои.

Казалось бы, какой сейчас век, какие свадьбы по принуждению и договоренности? Но, ни век, ни, тем более, год во дворе не имеют значения, когда сами люди застряли в желании развиваться.

— Тогда сбежим вместе.

Я крепко сжимаю руки сестры и пытаюсь выдавить из измученного выражения лица улыбку. Я пронесла в голове вариант побега тоже, но слишком велик риск, что нас бы поймали. Магомедовы влиятельная семья.
— Но я не хочу так! — срывается на вопль Си, чувствуя безнадежность ситуации.

У нас нервы на пределе, но, порой, приходится плыть по течению.

Асхабовы жаждут мести и я - единственный ключ к завершению этой самой мести. За чужие грехи приходится отвечать приближенным людям, если виновник скрылся, но я не считаю, что брат совершил преступление, он защищался.

Разве каждый из нас не предпочел бы самооборону вместо смерти?

— Решили сбежать, куколки?

Силас Асхабов, второй брат среди «наследных принцев» империи Асхабовых, обратился к нам, скривив ухмылку. Видимо, мы простояли здесь дольше, чем было положено.

— Не лезь.

— Я бы не стал огрызаться, Саванна. — Парень стряхивает пепел с сигареты, зажатой между длинными пальцами.

— Я Сиана, — сестра прошипела в ответ. Она не любит, когда коверкают ее необычно-красивое имя. И я тоже.

— Мне плевать. Идите внутрь, пока не забеспокоились мои родители.

Моя кожа покраснела от ледяного холода, я уже не чувствую плеч, потому что вышла без шубы, в белоснежном платье с бретельками.

Не отпуская руку сестры, я прохожу с ней в помещение.

Нет смысла спорить и противиться своей судьбе. Я перенесу этот удар и что-нибудь придумаю.

Мои родители не потерпели бы предательства от Омара, он отлично воспользовался их смертью, отдав на растерзание врагам меня, а не одну из своих родных дочерей. Это естественно.

Нет, зверство нельзя оправдать.

***

У входа в банкетный зал, где все еще играет веселая музыка, а танцпол полон довольными гостями, я выпускаю пальцы Сианы и пытаюсь перевести дыхание.

Свет софитов бьет нам в лица через стеклянные двери. Сестра непрерывно смотрит на меня тревожными голубыми глазами и ждет моей поддержки, но слишком поздно. Побег не состоится, по крайней мере, в ближайшее время.

Кровь застывает в жилах от сознания произошедшего. Я не желаю входить в семью, жаждущей погрязнуть во тьме.

Я устала каждый раз бороться с противоречивыми мыслями о том, что нужно попытаться понять обе стороны конфликта, но я не хочу жить в аду, стать без вины виновной. Не нужно быть ясновидящей, чтобы осознать, что моя жизнь разрушена.

Другие мужчины берут в жены своих любимых девушек для того, чтобы осчастливить их и стать счастливыми сами, но не Алеф Асхабов.

Он с такой ненавистью прожигает меня взглядом, что лишь этого достаточно для желания больше никогда не встречаться с этим человеком.

Переведя дух, я вновь оказываюсь в удушающей атмосфере, набитой пафосом и лицемерием, и опускаюсь на свое место, рядом, по левую сторону, садится Сиана, сегодня у нее тоже плохой день.

— Где была? — Алеф недовольно прошипел мне на ухо, после осушил стакан с виски. Меня трясет, но я стараюсь не потерять сознание. Его энергетика разрушительна.

— Вышла подышать. Нельзя? — Бросаю на него острый взгляд, призывая свои внутренние силы не срывать зрительную нить, иначе я проиграю в битве.

— Нет. Это лишь начало того, что тебе запрещено.

Нас прерывает ведущий, дальше следуют оглушительные аплодисменты, нас приглашают разрезать торт. Это выглядит так нелепо и неискренне.

Благодаря безмерной любви и взаимоуважению между нашими с Сианой и Юсуфом родителями, я понимаю ценности брака и важность его здорового фундамента. Об этом я мечтала, когда речь заходила о возможном замужестве.

Алеф больно обхватывает мои пальцы, которые держат рукоять ножа, и резким движением разрезает тесто кремового изделия.

Мне больно, и неприятно от его близости, ведь он прижимается всем телом к моей спине, и запах виски с табачным дымом отдают мне в ноздри. Я хочу, чтобы это оказалось страшным сном.

Пустили фейерверки вокруг нас, зал огромен, а потолок высокий, мы точно не загоримся, а жаль, ведь, внутри у меня творится пожар.

— Знаешь, женушка. — Алеф произносит каждое слово с особой ядовитой смесью, обхватив мою талию в кольце своих рук. Он кладет свой острый подбородок мне на плечо, а я молча продолжаю терпеть, глядя перед собой, пока огни фейверка отображаются в зрачках моих глаз небесного оттенка. — Этот фарс - единственное то прекрасное, что ты увидишь перед началом ада. Мне даже жаль тебя, последний день в твоей жизни набит ложью. Ты заслужила. Каждый Магомедов на земле достоин такой участи, если в его жилах течет ваша кровь. — Он усилил хватку на моей талии, причинив боль в ребрах. Кислород, которого и так было ничтожно мало, стал меньше.

Глава вторая

Элла

Я просыпаюсь с первыми лучами солнца, когда яркий свет бьет прямо в глаза. Ощущаю острую, неприятную боль в горле, и горячий лоб. Кажется, я заболела.

Медленно приподнимаюсь и оказываюсь в сидячем положении на огромной софе. У меня состояние, будто я перенесла падение с шестого этажа. Все тело ломит от тяжести.

Слезаю с кровати и направляюсь к двери, но, прежде чем выйти, соображаю ухватить несколько бриллиантовых колец из шкатулки, стоявшей на туалетном столике.

Это подарки новоиспеченной невестке дома Асхабовых от гостей и главы семейства, Амирхана Асхабова, только этот мужчина не утерял то человеческое, чего не осталось в его жене и детях. А украшения Bulgari стоят целое состояние, я незаметно спрячу парочку к себе в чемодан, потому что чувствую, что называемый муж скоро отберет изделия.

Я смогу продать ювелирку и накопить финансовую подушку для нас с Сианой. Мы сбежим, как только удастся поймать подходящий момент.

Благо, чемодан долго искать не пришлось, кто-то додумался оставить его у двери спальной.

Я протаскиваю его в комнату и переодеваюсь.

Соображаю туго, но не вариант пролежать в логове врага целый день, показывая свою уязвимость.

Переодевшись и приведя в порядок растрепанные волосы, я спускаюсь.

Здесь ориентируюсь плохо, что нормально, потому что я впервые в этом доме, но у меня получается дойти до трапезной комнаты. Логика и аромат еды стали подсказкой.

— Доброе утро. — Киваю главе семейства, сжимая длинный рукав черной водолазки. Как же мне некомфортно, Всевышний.

— Доброе, дочка. Занимай свое место рядом с мужем.

Я подхожу к Алефу, как Силас опережает меня и занимает стул рядом с братом. Стул, предназначенный для меня.

— Прости, тут занято, куколка, — с белоснежной улыбкой обращается ко мне Силас.

Арес и Акиф дали ему «пять», Алеф усмехнулся, не смотря в мою сторону, а Салим не поддерживает крысиные движения своих братьев, он лишь поправляет оптические очки на ровном носу, наблюдая за всем молча.

Он поступает так не из симпатии ко мне, а по личным причинам, спасибо и за это, хотя бы на одного мерзавца меньше.

— Силас. — Амирхан строгим тоном обратился к нему, парню стало немного неловко.

— Сын прав. Зачем девчонке занимать место нашей будущей невестки?

— Это девчонка и есть жена нашего сына, Севинч.

— Я никогда не приму это оскорбление. — Она без труда выдерживает летящие искры с глаз мужа и отпивает чай.

Оскорбление... То же мне. Я сама не в восторге иметь в мужья человека, который унижает меня с первых секунд брака.

Алеф не в духе, видимо, женщина, которую он предпочел мне, не смогла удовлетворить его.

С чего я вообще думаю об этом? Больно надо.

— Силас, пересядь, и чтобы ты больше не смел разговаривать так с невесткой.

«Второй», так назвала Силаса сестра, слушается приказа отца и освобождает мне место, я занимаю стул и перевожу дыхание.

Голова закружилась.

Единственное, что сейчас необходимо это чай и лекарство, ну и покой.

Последнего не дано, пока я нахожусь здесь.

Мой болезненный вид не остался без внимания со стороны господина Амирхана, за что я безмерно благодарна.

— Дочка, тебе нехорошо? — он озадачено посмотрел на меня в ожидании ответа.

Я не стану врать, мне действительно нездоровится.

— Кажется, у меня температура.

— Ничего у тебя нет. Притворяешься. — Акиф не упускает возможности поддеть меня. Он как заноза в заднице, как выразилась бы моя сестра.

Как же я скучаю по Сиане.

Вчера она плакала.

Успокоили ли ее? Чем она сейчас занята? Как чувствует себя?

Миллион вопросов, моя тревожность дает о себе знать. Я позвоню ей после завтрака.

— Луиза поможет тебе с лечением.

Луиза управляет работой персонала по дому, как я поняла. Она следит за порядком и надлежащим исполнением обязанностей сотрудниц, которым доверена готовка и уборка.

Женщина средних лет разливает мне чай и следует на кухню за градусником.

С горем пополам, я доедаю завтрак, стараясь игнорировать боль в горле, и допиваю теплый напиток.

Я не рискую встать с места, ведь, все продолжают сидеть.

Господин Амирхан просит прощения, встает из-за стола и направляется в свой кабинет, попутно отвечая на поступивший звонок.

Вот и осталась я на съедение шакалам. Зеленый свет подан.

— Брат, когда ты женишься и приведешь нормальную? Мне не нравится эта сука.

— Она никому не нравится, отец просто культурничает, — встревает в диалог Арес, на что Акиф согласно кивает.

Эта заноза в заднице продолжает называть меня нехорошим словом и никто не затыкает его. Ожидаемо.

Я уверена, что, в присутствии Амирхана, Акиф не посмел бы раскрыть свой грязный рот в мою сторону, хотя... Это же озлобленный близнец, не знаешь, чего ожидать от него. Если остальные могут не утерять внутреннее равновесие, то Акиф нет. Всей семье пока удается держать его в узде, но даже они начинают не справляться.

— Раз эта особа здесь, пусть хотя бы не маячит перед глазами.

— Ты прав, сын, — нарушает молчание Севинч, поставив опустошенный армуд на стол, глаза Акифа заблестели от предвкушения. — Это отродье не будет сидеть, сложа руки.

— Я не отродье, — мой голос спокоен.

Пока я ничего не ощущаю, ни привязанности, ни любви, к этим людям, их провокации и бесчестные поступки ничто для меня. Как они этого не понимают?

Поступок Алефа с другой женщиной сработал бы, будь у меня к нему хоть какие-то положительные чувства.

— Посмотрите. Она заговорила. — Арес сует себе в рот ложку с джемом, откинувшись на спинку удобного стула.

— Не в твоих интересах дышать вообще. Так что, заткнись.

Алеф молча наблюдает. Да, а что еще нужно делать «мужу»? «Позволять» чтобы его жену унижали. Придется обороняться самой, хотя это гиблое дело среди Асхабовых.

— Акиф, следи за языком.

— А то, что? Меня также пристрелишь, как твой ублюдок брат моего? Убийца.

Глава третья

«Я буду ждать тебя там, где птицы парят в облаках».

Элла

Я всегда любила эту фразу и нашла глубокий смысл в ней. Душераздирающие слова, которые откликаются в сердце ассоциацией о моих родителях, точнее об их нынешнем местонахождении после автокатастрофы.

Я вижу разные сны и потеряла счет времени, не различаю, где реальность, а где нет.
Вот, приходят отрывки в сознании, когда я слышу отдаленные диалоги, это означает, что меня вырвали из царства морфия в наш мир.

— Я сказал тебе дать ей эти лекарства по графику! Почему ты не сделал этого?!

— Пусть сдохнет. Зачем спасать жизнь убийцы?!

Салим и Акиф.

Голоса принадлежат им.

***

Секунда, и я вновь возвращаюсь в иллюзию, которую создал мой мозг.
Здесь безопасно.

Я брожу по лесу, окутанному тонким слоем тумана и забредаю к домику, подходя к двери, я вижу родителей, сидящих за столом вместе с нами, там мы еще маленькие. Приятный отрывок из воспоминания детства.

Папа часто возил нас отдохнуть загород, только Сиана всю дорогу капризничала, не хотела отрываться от встреч со своими подружками по выходным.

***
Картинка меняется, подобно встроенным декорациям в театре, и теперь я сижу в кресле, перед горящим камином, держу новогодний подарок, упакованный Юсуфом.

Он задает вопрос о том, понравился ли мне браслет в виде аккуратной платиновой бабочки посередине, края крыльев которой обсыпаны частичками сапфиров? Он долго выбирал изделие.

Я киваю, тянусь к брату и заключаю в свои крепкие объятия.

Мой Юсуф. Как же я скучаю, мое сердце ноет от тоски по тебе. Где бы ты сейчас ни был, какие бы сложности ни проходил, я верю, что ты вернешься к своим преданным сестрам, которые ждут и уверены в твоей невиновности.

***

Вспышка. Я снова в реальности.

Тусклая комната, освещенная прикроватными лампами.

Я способна различать только голоса.

— Если бы ты не загрузила ее бессмысленной работой с температурой под сорок, а позволила бы вовремя принять необходимые лекарства, сейчас она не валялась бы в бреду уже который день.

Алеф.

Он обращается к своей матери?

— Мытье посуды тут не причем. Силас сам видел, как она щеголяла в одном свадебном платье в мороз! — Госпожа Севинч... Точно она.

— Это все результат стресса, нервных срывов и простуды. — Спокойный голос Салима вмешивается в разговор. — Зачем ты запретил ей общаться с сестрой?

Да, зачем?

***

Мое сознание проносится между двух миров, подобно качающейся лодке на неспокойных волнах.

Я снова здесь, со своей семьей и мне не хочется уходить. Блуждаю в видениях, где-то эти отрывки вырваны из памяти о прошлом, где-то все является иллюзией.

Наш особняк. Я делаю шаги и стук туфлей на невысокой платформе отдается в помещении. Останавливаюсь, как только становлюсь свидетелем сцены ссоры отца и его младшего брата, Омара.

Дядя всегда пытался вставить палки в колеса всем, кто, по его мнению, был сильнее его самого.

Я никогда не приму подлости по отношению к родным. Я всегда отдавала свою преданность, любовь и заботу Юсуфу и Сиане и так продолжится до самой смерти.

Я их старшая сестра, а это добавляет больше ответственности, как если бы я была младшей.

Омар - волк в овечей шкуре, он видел врагов в лице родных.

***

Яркий свет озаряет картину.

Я снова в нашем мире. Замыленый силуэт сидит рядом на кровати и угрожающе сжимает мою руку.

Через пару секунд я снова отключусь, поэтому мне не страшно.

— Я думаю, может, будет лучше, если ты умрешь? Так свершится отмщение. Мы тратим на тебя слишком много сил и ресурсов. Твои поступили бы так же с моим сыном? Нет. Вы загубили его, шакалы. Так вы отплатили за многолетнюю дружбу? Так?!

Слышу шорохи. Кто-то открыл дверь.

— Мама, что ты делаешь? Отойди от капельницы! — Салим.

***

Наступила темнота.

Сейчас волны видений перенесли меня к Юсуфу и Амиру.

Та злосчастная стройка. Они сцепились друг с другом.

Один из них пытается отобрать оружие у второго, но я не могу понять, кто принес пистолет и собирался напасть, а кто защищается.

Происходит выстрел.

Я вздрагиваю и снова оказываюсь в реальности.

— Ее сестра здесь.

— Черт. Не впускайте ее в дом. Скажите, что мы уехали в медовый месяц.

— Она не глупая, вдобавок, увидела твою машину во дворе, Алеф.

— Силас, иди и выпроводи ее. Придумай что-нибудь!

— Мелкая фурия такая неугомонная, сначала звонки, теперь постоянные визиты. Главное, чтобы отец не узнал, что мы игнорим новоиспеченную родственницу по всем фронтам. — Арес тоже здесь.

Они говорят о Сиане? Си...

Я вновь проваливаюсь в темноту.

***

Шло время, часы, дни или месяцы, я все так же не понимала.

Видения и перемещения по сценам памяти становились реже.

Я успела услышать еще пару диалогов, где Асхабовы рассуждали, стоя у моей кровати, стоит ли отправить меня в больницу. Севинч запрещала, потому что не хотела слухов вокруг семьи о том, что перемирие — фарс, и уважаемая чета Асхабовых погубила свою невестку в первый же день, но господин Амирхан предупредил их, что, если сил и знаний Салима в медицине будет недостаточно, то плевать он хотел на скандалы, он отвезет меня в больницу.

В один из дней, я медленно открываю глаза и мое зрение начинает восстанавливаться, картина происходящего становится яснее.

Лучи солнца, которые просачиваются через стекла панорамных окон, радуют меня.

Неужели, я больше не отключусь в мир бреда и страданий?

Я не одна в спальной, ощущаю чье-то присутствие в конце просторного помещения.

— Я опускаю брюки и она офигевает от того, насколько у меня огромный.

— Арес. — Салим, удобно расположившись в кресле и держа в руках раскрытую книгу, тихо рассмеялся, не отрываясь от чтения. Видимо, краем уха слушает рассказы Ареса.

— Дальше эта малышка ощутила лучший оргазм в своей жизни. — Он сложил ноги крест на крест на круглом кофейном столике.

Глава четвертая

Элла

Парни выбежали из комнаты, поспешив до места происшествия.Они могут напасть на Сиану, я не оставлю ее одну.

Срываю катетер, стягиваю одеяло и слезаю с кровати.Ноги не слушаются и я сразу падаю на колени, шипя от неприятного ощущения.Попробуй пролежать восемь дней в одной позе, я посмотрю, как ты встанешь потом без проблем, но медлить нельзя.

Я доползаю до двери, берусь за ручку и поднимаюсь, решаю применить тактику идти, опираясь на стену.

Дохожу до перил в тот момент, когда Сиана без особых преград, увесистыми армейскими ботинками, перешагивает в особняк через пространство разбитого панорамного окна, под ее подошвой хрустят частички стекла, а за спиной морозный ветер играет со шторами. Снег проникает в помещение, залив бархатную обивку дивана и часть персидского ковра. Главное, чтобы сестра не поранилась.

— Ты сумасшедшая?! — Арес хватается за голову, зарываясь длинными пальцами в свои кудри.

Си хочет съязвить, но тут замечает меня и поджимает губы, как бы говоря, что она чувствовала подвох из-за того, что я не выходила на связь, из-за игнорирования Асхабовых.

Сестра туже затягивает пояс теплого пальто на стройной талии и достает пушку. Парни и я опешили от такого, Салим, Арес и Акиф осторожными шагами расступились перед ней, открыв проход к лестнице. Даже Акиф затих, о, чудо!

Нет, правда, откуда у нее револьвер?

— Что они сделали с тобой?! — Поднявшись, моя малышка осторожно обнимает меня и отстраняется, изучая мой внешний вид.

Я стою перед ней в одной ночнушке, с небрежными локонами на голове. Не было времени принять душ и привести себя в порядок после болезни. Сестра такое устроила.

Стоп. А кто переодел меня?

— Ничего. Я подхватила температуру под сорок и...

— Не врешь?

Я мотаю головой и Сиана выдыхает.

— Минуту. Эта пушка ненастоящая! — восклицает заноза в заднице, прищурив глаза темно-серого оттенка.

— Серьезно?! — Арес выгибает бровь и после тоже присматривается.

Салим обхватывает ладонью лоб, ему неловко, что они повелись на уловку пятнадцатилетней девочки.

— О-о. Меня спалили. Бежим.

Арес и Акиф разгоняются к лестнице, начав игру в догонялки на Сиану. Сестра сплетает наши пальцы и помогает мне добежать до «моей» спальной.
Мы успеваем вовремя зайти и Си захлопывает дверь прямо перед их носами.

Асхабовы так долбят в дверь, что я испугалась в моменте, что конструкция слетит с петель.

Как только мы с сестрой восстанавливаем дыхание, смотрим друг на друга и заливаемся громким смехом. Игрушечный пистолет, это в стиле Сианы.

— Выходи, фурия! Думаешь, ты самая умная?!

— Не хватало одной, вторая приперлась!

— Я то умная, а вот вы - не очень.

— Сиана, не зли их еще больше, — произношу шепотом я, опасливо смотря на дверь.

— А что такое? Разве это я чуть было не наложила в штаны из-за игрушки?

Мы снова хохочем, теперь на пару тонов ниже, забавляясь ситуацией. Мне удалось забыться на несколько минут.

А Арес и Акиф не оставляют попыток «добраться» до сестры, у них на нее заточены два клыка, вместо одного. Мало было враждебности, добавилось еще.

***

Как только возмущения и битье по двери утихают, я сажусь на кровать. Сиана берет стул, стоявший в углу, и располагается напротив, успев снять пальто.

Ее бархатные белоснежные щечки порозовели от холода, а темные длинные локоны слегка промокли из-за снега.

— А сейчас серьезно. Почему твой телефон выключен? Как прошла та ночь, которая брачная? Тебя обижают? Знаю, что обижают. Ты же даешь отпор? Тут я сомневаюсь, твоя воспитанность и сдержанность, которые в избытке, не позволяют нарушителям личных границ показать их место в аду, хотя, это уже не воспитанность в избытке, а мозг, ибо как ты можешь оказаться такой глупой и слабой. Вообще, что такое слабость? Я изучаю ютуб-ролики про психологию и отлично знаю, как должно быть, а как нет.

— Остановись и выдохни.

Когда Си начинает монолог, это интересно, конечно, но, иногда, долго.

— Телефон никто не поставил на зарядку, а я была в отключке, как ты успела узнать, — вру, — брачной ночи не было и я благодарна за это всеми фибрами души. — У Алефа была ночь, он же уехал к какой-то женщине, но сестре необязательно знать про это. — Мы понимали, что будет непросто, поэтому я не беру на свой счет невежество некоторых существ этой четы. — Оскорбления в свою сторону я еще могу пропустить мимо ушей, но когда Акиф клевещет на Юсуфа или называет Сиану сукой, я хочу стереть его с лица земли. — Твоя очередь отвечать на вопросы. Откуда у тебя возникла идея в голове таким образом проникнуть в дом? Как спросил Арес, ты сумасшедшая?

Си повествует о том, как она названивала мне и не получала ответа, как начала приходить в имение Асхабовых каждый день, но ее даже не пускали на порог, потом она пыталась достучаться до дяди, чтобы он помог, но безрезультатно, я не удивлена, и вот, чаша терпения заполнилась и она решила действовать радикально, чтобы пробраться сюда. Я не виню ее и поступила бы точно так же, если бы мне оборвали связь с близким человеком.

На протяжение рассказа Сианы меня одолевали то ярость, то смятение. У нее еще были проблемы дома с семьей дяди, с самим Омаром. Не только я лишилась безопасности, но и сестра лишилась моей защиты.

— А как охранники пустили тебя во двор?

— Они такие же смышленые, как и их хозяева. Никакие.

Притягиваю малышку к себе и оставляю крепкий поцелуй ей в лоб. Моя девочка, как же я скучала.

— Я чуть было не достала номер Амирхана из контактов дяди. Как мне показалось, он адекватный и это не притворство.

Мы отстраняемся друг от друга.

— Да, ты сложила правильное мнение. Он замечательный человек...

— Чего не скажешь о его кобре-жене, да? — Си, как будто, читает мысли. Мы всегда понимаем друг друга с полуслова.

— Да, но не раскидывайся обзывательствами, я не хочу беды для тебя.