Рассвет для Мины

Глава 1. Мина

- Лучше не комментируй, - я бросила на собеседника колкий взгляд. - Так меня окрестила та, кто родила. И выкинула на порог детдома вместе с люлькой и запиской. А у приемной матери не хватило мозгов, чтобы дать мне человеческое имя.

Незнакомец изобразил что-то среднее между сочувственной улыбкой и гримасой фальшивой жалости. Я медленно отпила, давясь сладкой жижей, в которой плавало молоко с привкусом животного жира.

- Отвратительный кофе, - выдохнула я, отодвигая принесенную им чашку подальше к краю стола. - Сколько осталось времени?

- Две минуты, - тут же ответил он, словно отсчитывал секунды до конца нашего свидания.

- Тогда слушай дальше. - Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, а взгляд утонул в сплошной зелени кустов за окном кафе. - В три года меня взяли в семью. Мачеха, как ты уже понял, не страдала избытком ума. А приемный отец… - слово застряло где-то в горле, и я выдавила его, как гной из незаживающего нарыва. С трудом и болью. - Он был мудаком.

Мысли занесли меня в ту часть детства, когда единственной мечтой осталось не возвращаться домой. Фоновый гул мира начал пробиваться сквозь ритм в наушниках - я всегда носила их, чтобы отсечь лишнее, иначе реальность оглушала. Большой палец нащупал сенсор на правом ухе, и музыка притихла.

- Представляешь, пока я была еще маленькой, даже в психушке чувствовала себя счастливее, чем дома. Боялась только дня выписки. Потом, правда, все изменилось... Да, забыла сказать. У меня шизофрения…

Я перевела взгляд с улицы на него, но не успела поймать его реакцию - в зале прозвучал резкий короткий сигнал, и мой собеседник исчез, как последний след, смытый мощным напором воды.

Через мгновение ко мне присел очередной кандидат - невысокий круглолицый брюнет, с характерной южной внешностью и почти такими же черными глазами, как мои. Я машинально представила его с зелеными волосами - по давней привычке перекрашивать в уме все, что мне не нравилось.

- Ах, какая красивая девочка, - он присвистнул с неподдельным восхищением, сложив губы в подобии поцелуя, а я поморщилась от очередного комплимента, о котором он сразу пожалеет, как только откроется мой рот.

- В двенадцать я просила у Бога и Деда Мороза уродство. Хотя бы огромный шрам - лишь бы мужчины перестали обращать на меня внимание.

Его рот вытянулся в немом возгласе, но он мгновенно взял себя в руки, решив представиться:

- Я Гаяр. А как тебя зовут?

- Мина, - коротко отрезала я, наблюдая, как в его глазах зарождается идиотская шутка.

- Противопехотная или противотанковая? - широко улыбнулся он, довольный своим остроумием.

- Нет, - настала моя очередь улыбаться, и я обнажила зубы в ухмылке, больше похожей на хищный оскал. - Как невеста Дракулы.

Я плавно придвинулась ближе и перекинула волосы на одно плечо, обнажая шею с левой стороны. Кончик ногтя холодной чертой прошелся по тонкому шраму, повторяющему ход сонной артерии.

- Я пластический хирург, - мое представление его ничуть не смутило. Он даже с профессиональным интересом взглянул на шрам. - Могу помочь. Сделаю так, что и следа не останется.

Я лишь отрицательно качнула головой - реальность перед глазами начинала медленно схлопываться, темнея по краям. И в этих черных границах уже проступали тени, по старой привычке тянувшие ко мне свои несуществующие пальцы.

- А где ты работаешь? - его голос заставил картинку резко встать на место.

Но я не успела ответить. В зале снова взвыл сигнал. Новый знакомый, чье имя тут же вылетело из головы, с неохотой поднялся, оставив на столе свою визитку.

Его место тут же занял светловолосый кандидат, и мой ответ улетел уже к нему:

- Я работаю в морге. Отвечаю за процесс кремации.

Он беззаботно рассмеялся, запрокинув голову и искренне полагая, что я с ним шучу.

- У тебя интересный цвет волос, - он поправил воротник своей безупречно белой рубашки и принялся изучать меня со спокойным любопытством. - Особенно в сочетании с глазами.

- Я рано поседела. - Шутить я никогда не умела. Впрочем, судьба вдоволь насмеялась надо мной и всю мою жизнь можно было воспринимать как черную сатиру. - В три года. Когда впервые столкнулась с галлюцинацией.

Я предпочитала думать, что действительно поседела в тот момент. Иначе пришлось бы признать, что черноволосый ребенок, в миг ставший белым, использовал запретную магию.

Но меня проверяли тысячи раз - на колдовство. Исследовали мои видения и детский бред, пока не сошлись в одном: очень раннем начале шизофрении.

- Может, поедем ко мне? - мой рассказ явно не впечатлил блондина. Но я и не винила его.

Никому не было дела до моей жизни. Прожив двадцать один год, я так и не завела друзей. Девушки всегда избегали меня, а парни хотели только одного...

Впрочем, я не стремилась к дружбе. Но иногда так хотелось выговориться, что приходилось посещать эти идиотские свидания вслепую, где я хотя бы на час могла притвориться обычной...

- Поедем, - незаметным движением я снова включила в наушниках всепоглощающий шум, поднялась и, не оглядываясь, вышла из кафе.