Разрушу твою жизнь - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Кира Черри (самиздат)

Пролог

Я заканчивала красить ногти на ногах, качая головой в такт музыке, что разливалась эхом по большой гостиной. Ей я заполняла пространство, чтобы не чувствовать себя одиноко в огромном пустом доме. Последние несколько месяцев я жила здесь одна. И я была бы только рада перебраться в город в уютную квартиру, но пока не нашла покупателя на дом. Отец бы в гробу перевернулся, узнай, что я собираюсь его продать. Но по-другому никак — денег почти не осталось.

Вдруг музыка затихла, сменяясь рингтоном, оповещая о входящем звонке. Я отставила флакончик лака на журнальный столик и взяла в руки смартфон.

— Алло!

— Карина, это я! — представился собеседник, будто я была не в состоянии прочесть его имя на экране. — У меня срочная новость! Рому выпустили.

Я тут же замерла и даже перестала дышать. По телу расползлись жуткие мурашки, заставляя поежиться.

— Что? — еле выдавила от шока. Сердце подпрыгнуло чуть ли не до горла, вызывая тошноту. И страх. Безотчетный страх при упоминании этого имени. — К-когда?

— В пятницу.

Я резко поднялась с дивана. Глаза судорожно забегали по гостиной, пока я старалась соображать. Пятница — это же так много! Значит, прошло уже несколько дней!

— Почему сразу не сказал?!

— Я не работал в выходные. Мне самому только что сообщили.

— Боже... — выдохнула я, чувствуя, как тело охватывает дрожь. Страх заграбастал меня в свои лапищи, заставляя нервы натянуться, как канаты. В висках застучало, будто молоточком по мозгам.

— Но разве ты не этого хотела?

Хотела, но не так скоро. И не без предварительной подготовки.

Нет, нет, нет, все должно было быть не так!

— Мне пора, — ответила я и скинула звонок.

Я открыла рядом стоящий ноутбук и стала просматривать билеты на самолет, чтобы отправиться за границу. Я боялась, что прошлое настигнет меня здесь. Теперь, когда он на свободе.

Да, я хотела, чтобы он вышел. И дала за это большую взятку. Потому что чувствовала свою вину. Ведь Рома попал в тюрьму из-за меня! Но я не готова встретиться с ним лицом к лицу. Не сейчас, когда я абсолютно одна и беззащитна. А он знает, где меня найти.

Я купила билет на ночной рейс в Таиланд и отправилась на второй этаж собирать вещи. Лучше переждать за границей месяцок-другой. Если Рома меня не найдет, то, скорее всего, оставит попытки. А я почему-то не сомневалась, что он будет искать. Искать и мстить за испорченную жизнь.

Я положила в чемодан все самое необходимое, взяла загранпаспорт, ключи от машины и уже открыла входную дверь, чтобы отправиться в аэропорт, как вдруг замерла на пороге. Потому что встретилась с ледяным взглядом серых глаз. Равнодушных, потухших. Давно мне знакомых.

По телу от страха пробежали мурашки. Я шагнула назад, вмиг растерявшись. Открыла рот, но не знала, что сказать, в ужасе уставившись на гостя. И как он здесь оказался? Я ведь закрыла ворота. Или у него все еще остался ключ?

— Ну здравствуй, Карина, — голос ровный, как будто спокойный, но я все равно чувствовала в нем яд. — Сколько лет, сколько зим...

Два.

Два лета и две зимы.

Ровно столько я у него украла.

— Р-рома, — мой голос дрогнул.

Я попятилась назад, когда он начал наступать на меня грозовой тучей. Высокий, крепкий. С убийственным взглядом. От его присутствия воздух потяжелел в сто крат.

— Не ждала, значит? — он сузил глаза, увидев чемодан на колесиках. Столько всего невысказанного между нами. Оно, как затягивающая удавка вокруг моей шеи, сдавило горло.

— Рома, мне очень жаль...

Входная дверь с силой захлопнулась, заставляя меня вздрогнуть и замолчать. Я сглотнула вязкую слюну, пока сердце бешено стучало в груди от нахлынувшей паники. Я видела ненависть в серых глазах. Они полыхнули праведным гневом, желваки заходили на скулах. И я поняла, что Рома здесь не ради моих извинений.

Они ему не нужны.

Ему нужна расплата.

— Я думал, ты окажешь мне более теплый прием. После всего, что натворила.

Я сморгнула подступающие слезы, пытаясь унять бешеный пульс. Зря я не оставила охранников, хотя бы одного. А теперь от спасения меня отделяла одна лишь кнопка на сигнализации у двери. Но Рома не позволит ее нажать.

— Я-я...

— Раздевайся, — ледяной властный тон, от которого по спине пробежали мурашки. Я застыла на месте, еле дыша.

— Ч-что?

— У меня два года не было женщины. Неужели ты думала, что я здесь только для того, чтобы поговорить?

Рома, как хищник, сделал два быстрых шага ко мне и схватил за руку, не позволяя сбежать. Кожу тут же обожгло от крепкой хватки, и я поморщилась.

— Ты за все заплатишь, сука! — прорычал мне в лицо, другой рукой больно схватив за подбородок.

— Отпусти!

— Раздевайся! — крик оглушил и заставил слезы политься из глаз. Я никогда не видела Рому настолько грозным, настолько наполненным яростью. Он повел меня к дивану, как тряпичную куклу, мотая из стороны в сторону. Хватка слишком крепкая, мне не вырваться.

Глава 1. Карина

Отец позвал меня в свой кабинет, расположенный на первом этаже нашего особняка. Даже вечером он работал. Если так подумать, он вообще всегда работал. Его компания — его детище — всегда было важнее меня. И бизнес отца всегда был основной темой для разговора за ужином. Больше его ничего не волновало, даже единственная дочь.

Я вошла в кабинет и остановилась у большого дубового стола, глядя на отца сверху вниз. В пепельнице тлела недокуренная сигара, и я привычно поморщила нос. Отец сидел в кожаном кресле, на его губах играла легкая самодовольная улыбка, что свидетельствовало о том, что он получил хорошие новости.

— Дочь, я только что говорил с Камилем. Мы обо всем договорились! Через месяц он вернется из Дубая, и мы объявим о вашей помолвке.

Я уставилась на отца непонимающим взглядом. Воздух из легких выбило одним словом «помолвка».

— Ч-что? О чем ты?

— Ваша свадьба. Камиль берет тебя в жены.

Отец широко улыбался, будто это новость должна меня обрадовать. Но по моей спине пробежал жуткий холодок. Я впала в ступор, не веря своим ушам.

— Камиль? Твой друг Камиль?

— Да. Хорошая для тебя партия.

— Ты о чем? Какая партия, отец? Он ведь почти твой ровесник!

От паники и шока я забылась и подняла голос на отца, отчего его брови тут же нахмурились. Он не любил, когда я не проявляла должного уважения. Но сейчас меня едва ли это волновало.

— Ему чуть за сорок, для мужчины это самый расцвет! Он тебе не одного ребенка заделает, будь уверена.

К горлу подступила тошнота, и я еле сглотнула противный ком, который грозился вырваться наружу остатками ужина. Меня начало потрясывать от отвращения. Я не представляла себя женой мужчины вдвое старше себя.

— Отец, как ты можешь так? Я не пойду за него! А как же Руслан? Была же договоренность с его семьей.

— Руслан нашел более выгодную партию, — ответил отец с легким разочарованием в голосе. — Увы, я ничего не смог поделать. Мое влияние уже не такое, как раньше.

Я сипло вздохнула, не веря своим ушам. Когда мама еще была жива — несколько лет назад — была условная договоренность между нашей семьей и семьей их друзей, что я выйду замуж за Руслана — моего ровесника. И несмотря на то, что все решили за меня, когда мне было всего пять лет, Руслан мне понравился. Мы с ним подружились, и я никогда не противилась воле родителей. Но Камиль...

— За Камиля я не пойду! И вообще, мне всего девятнадцать! Я еще не доучилась...

— Самое время выйти замуж и рожать наследников.

Отец был непреклонен. Его строгий тон говорил о том, что он уже все решил и не собирается слушать мои доводы.

— Я не буду!

— Не смей мне перечить! — крикнул он и ударил кулаком по столу, отчего я вздрогнула. Слезы от страха полились из глаз обильным потоком. — Ты выйдешь замуж за Камиля, и это не обсуждается!

В темных глазах отца пылал гнев, потому что я посмела дерзить. Он воспитывал меня в строгости и уважении к старшим. Я обязана быть покорной.

— Отец, я всегда была послушной, но я не могу в этим согласиться! Он вдвое старше меня!

— Камиль достойный муж. И очень богат. Мне нужны его инвестиции.

— То есть... ты продаешь меня ему? — ошарашенно прошептала, чувствуя адскую боль в груди. Там пекло от обиды и неверия. Я ощущала себя марионеткой в руках отца.

— Так надо, иначе мы обанкротимся, — спокойно ответил, не став утаивать от меня правду. Но от этой правды нисколько не легче.

— Ты жертвуешь моим счастьем ради своей компании? — я все еще не могла в это поверить. Я думала, отец любит меня. Пусть он и стал строже после смерти моей матери, но я все же верила, что он меня любит.

— Я делаю это и для тебя тоже! Камиль всем тебя обеспечит! Тебя и ваших детей!

От последней фразы мне стало тошно. Я не хотела ложиться в постель к мужчине, что настолько старше меня. Мне от одной этой мысли противно! Что он будет касаться меня своими руками...

Я поморщилась и замотала головой, не желая с этим соглашаться.

— Отец...

— Хватит! — снова ударил ладонью по столу, метая в меня молнии взглядом. — Я сказал, что вы поженитесь и точка! Ты мне еще спасибо скажешь, когда все его состояние перейдет к тебе и твоим детям!

Слезы душили, пока отец говорил что-то еще строгим тоном, но я не слушала. Мое сердце разрывалось на части от обиды и бессилия. Я просто не понимала, как он мог так со мной поступить.

Я выбежала из кабинета отца. Ноги сами понесли меня в небольшой садик за домом, который так любила моя мама. Здесь росли красивые цветы, которые я старалась выращивать в память о ней. Воспоминания и фотографии — это все, что у меня от нее осталось.

К сожалению, болезнь забрала маму слишком рано, оставляя меня одну с отцом. И с тех пор я не знала больше нежности, лишь покорность, в которой он меня воспитывал. Раньше я оправдывала это тоской по моей маме и тем, что отец просто сам по себе строгий, но сейчас я вижу, что я лишь средство для достижения его цели. Стать более влиятельным, более успешным, продав дочь замуж за богатого друга.

Глава 2. Карина

Уже около полуночи, а я сидела в кухне с определенной целью. Ждала, когда Рома придет перекусить или попить воды. Я знала, что охрана дежурила с восьми вечера до восьми утра. Возможно, отцу не стоило оставлять всего по одному охраннику на ночь, но я была этому рада, ведь так нам никто не сможет помешать. А сам отец в такое время давно спит.

— Карина? — услышала я удивленный голос и обернулась. — Почему не спишь?

Рома подошел к столу, за которым я сидела. От его заботливого тона и прямого взгляда мои щеки слегка зарделись.

— Решила перекусить, — соврала я, надеясь, что вышло умело. Взяла в руку заранее приготовленный круассан, хотя чай уже чуть теплый. Ну не говорить же ему, что специально тут его ждала, он сочтет это глупым.

— Разве тебе с утра не на учебу?

Рома заглянул в холодильник и достал оттуда небольшой пластиковый контейнер, а затем поставил в микроволновку.

— Мне ко второй паре, — пояснила я, и в этот раз это была чистая правда.

— Любишь сладости на ночь? — улыбнулся Рома, заметив мой круассан.

— Сессия скоро, нервничаю.

Уже середина мая и приближается сессия. Хотя отец со своими новостями о помолвке и скорой женитьбе прервал все мои планы на учебу. Возможно, он вообще не планировал позволить мне получить диплом, раз так торопился выдать меня замуж.

— А ты где-нибудь учишься? — спросила я, чтобы не сидеть лишь под тихий гул микроволновки.

— Нет. Я после школы в армию пошел. Потом прошел специальную подготовку и хотел стать контрактником, но не вышло.

— Почему?

— Мать была против. Слишком за меня боялась, у нее сердце слабое. Пришлось отказаться от этой идеи. У нее, кроме меня, никого нет.

Я кивнула, подбирая слова, чтобы сказать что-то утешительное, когда микроволновка пикнула, оповещая о том, что минута прошла. Рома достал контейнер, а потом сел за стол напротив меня. Когда он открыл крышку, кухня наполнилась ароматом выпечки.

— Что это? — полюбопытствовала.

— Пирожки. Хочешь?

— Давай, — обрадовалась я, потому что давно ничего такого не ела. Раньше бабушка по маминой линии стряпала нечто подобное, но потом ее не стало, и баловать меня было некому.

Я взяла один пузатый золотистый пирожок и сразу же откусила. Начинка была моей любимой — лук и яйцо. Рома тоже принялся есть пирожки.

— Вкусно! Кто это делал?

— Мама.

— Ты живешь с ней? — осторожно спросила, чтобы не казаться невежливой, но мне очень хотелось узнать Рому получше.

— Угу, — ответил жуя.

— А сколько тебе лет?

— Двадцать два.

Молодой, симпатичный, добрый парень. И почему отец не мог подобрать мне в мужья кого-то наподобие? Почему для него деньги важнее счастья собственной дочери? Сердце тут же охватила обида, стоило только подумать о вчерашнем разговоре.

— Немного старше меня, — прокомментировала я под пристальным взглядом серых глаз, которые за мной наблюдали.

Рома улыбнулся, опуская взгляд ниже моего лица, и я слегка смутилась. Мне показалось, что он меня рассматривал как бы оценивающе. Пульс неожиданно участился, а щеки обожгло жаром.

Рома прочистил горло и потянулся за новым пирожком. А я гадала, считает ли он меня привлекательной? Возможно, стоило надеть что-то получше простой шелковой пижамы.

— Как тебе у нас работается? — спросила я, чтобы поддержать беседу. Серые глаза снова вернулись на уровень моего лица.

— Легче, чем я ожидал. Никаких плохих дядек, даже немного скучно.

Я улыбнулась. Рома был прав, в нашем элитном поселке редко происходит что-то криминальное. За всю мою жизнь к нам в дом ни разу не пробрались, так что, думаю, это была еще одна весомая причина для отца сократить численность нашей охраны.

— Скучно, но зато безопасно. Разве не это главное?

— Пожалуй, — согласился Рома, хотя по взгляду поняла, что он был бы не прочь быть вовлеченным во что-то более опасное и щекочущее нервы, что требует проявление волевых качеств и определенных навыков. Возможно, все молодые парни такие.

Какое-то время мы сидели молча, и я тайком рассматривала Рому. У него довольно густые и длинные ресницы, они пускали тень на скулы в полумраке кухни. И четкая линия челюсти с волевым подбородком. У Ромы большие ладони с выпирающими венами и крепкие руки, но при этом он не выглядел слишком широкоплечим и накачанным, просто подтянутый и в меру мускулистый.

Если бы отец застал нас сейчас, меня бы ждало наказание. За то, что сидела ночью наедине с мужчиной, да еще и заинтересованно рассматривала. Рома, казалось, заметил мой интерес, а потому быстро доел и поднялся с места.

— Я пойду. Нам не разрешено отлучаться дольше, чем на полчаса.

Я почувствовала легкое разочарование. Даже в безмолвной тишине мне нравилось быть в компании Ромы. Почему-то было четкое чувство защищенности, некого спокойствия рядом с ним.

— Камеры вдоль забора давно сломаны, — зачем-то сказала я. — Только у ворот рабочая.

Глава 3. Рома

Я закончил обход около полуночи и вошел в дом, чтобы перекусить и немного отдохнуть. Услышал громкие звуки из гостиной, похоже, что-то упало, и я сразу направился туда. Свет был выключен, и только мерцание телевизора освящало комнату. Я увидел на диване Карину. Она была одна и, судя по всему, смотрела фильм.

— Привет, — улыбнулась, завидев меня, слегка поерзав на месте.

— Привет. Я услышал шум, — сказал я, будто оправдываясь за то, что ее потревожил.

— Я фильм смотрю.

— Ладно, — я кивнул и уже собирался уйти, как Карина произнесла:

— Хочешь, посмотрим вместе?

— Мне надо работать.

— Папы дома нет, он сегодня не вернется.

— И все же...

— Думаю, у него есть любовница, — сказала Карина с ноткой грусти, на миг опуская взгляд. — Он никогда не приводил женщин в дом, но почти каждую неделю остается в городе в ночь с субботы на воскресенье.

Я коротко кивнул, не зная, что ответить на такое откровение. Жизнь начальника меня не касается, лишь бы платил вовремя. И вообще мне стоило держаться подальше от его дочери.

В фильме резко раздались громкие звуки, и она вздрогнула.

— Составь мне компанию, — попросила Карина. — Я одна боюсь смотреть.

Ее голос звучал робко, наверное, это меня подкупило. Мне не хотелось быть грубым и расстраивать девушку, которая казалась слишком одинокой в этом огромном пустом доме. Я работал у них пару недель и никогда не видел ее в компании друзей.

— Хорошо.

Я прошел к дивану и сел с ней рядом, переводя взгляд на экран.

— Что смотришь?

— Триллер. Хотела пощекотать нервы.

— Тогда логичнее смотреть одной, — хмыкнул я, немного привстав на диване, чтобы поправить штаны и сесть поудобнее. Но Карина решила, что я собрался уйти, и вдруг взяла меня за руку.

— Не уходи, — тихо попросила тоненьким голоском.

От ее прикосновения по спине пробежали мурашки. Я растерянно сел обратно, почти не шевелясь. Ее кожа теплая и нежная. И я мог уловить цветочный аромат, который исходил от девушки.

Я поднял на нее глаза и увидел, как ее щеки зарделись. Густые реснички встрепенулись пару раз, а затем Карина меня отпустила, слегка смущаясь.

— Извини, я просто...

— Все нормально, — усмехнулся я, делая глубокий вдох.

Наверное, мне стоило сесть от нее подальше. Потому что Карина слишком красивая, а в комнате полумрак и жуткий фильм. Если она кинется мне на грудь от страха, будет слишком неловко.

— Угощайся, — предложила она, кивнув на журнальный столик. На нем стояли тарелка с попкорном, пачка чипсов и пара банок газировки.

Я взял нетронутую баночку, открыл и сделал несколько глотков. На экране появились мрачные картинки вкупе с напряженной музыкой. Карина шумно вздохнула.

— Странный выбор фильма для девушки, — отметил я. — Разве вы не любите мелодрамы?

Карина взглянула на меня с загадочной улыбкой и немного пожала плечами.

— Я за разнообразие.

Ее глаза скользнули от моего лица вниз до плеч и бицепсов. Карина будто украдкой меня осматривала, а потом снова отвернулась к телевизору. Меня улыбнула ее стеснительность.

Через несколько секунд она вздрогнула от неожиданности, когда в фильме произошло кое-что ужасное. От волнения ее грудь начала быстро вздыматься и опадать, привлекая мое внимание. Сегодня девушка не в закрытой пижаме, как несколькими днями ранее, а в тонком сером топике и таких же серых шортиках. И я тут же подумал, что зря вообще на все это согласился. Потому что она сидела слишком близко, а я вроде как на работе. Увидь меня сейчас начальник — ее отец — я как минимум получил бы выговор, а как максимум меня бы злобно послали на три буквы.

Музыка вновь стала напряженной, как и полагается в таких мрачных фильмах, и Карина неосознанно потянулась ко мне. Взяла меня за руку, не отводя взгляд от телевизора. Я мог чувствовать ее страх не только по учащенному дыханию, но и по мурашкам, которые забегали по ее телу. Волоски на руках, освещаемые мерцанием экрана телевизора, буквально встали дыбом.

В фильме произошло убийство, и Карина пискнула, зажмурившись. Ее пухлые губы разомкнулись, делая судорожный вдох. Словно опомнившись, она открыла глаза и виновато посмотрела на меня, а потом хихикнула, отпуская мою руку.

— Извини. Просто жутковато.

У нее большие красивые глаза, обрамленные черными густыми ресницами. Высокие скулы, которые сейчас залились румянцем, и идеальный рот с пухлыми губами. Восточная красавица.

Карина шумно вздохнула и потянулась к столику за своей газировкой. Черт, лучше бы она этого не делала, потому что ее тело слегка вытянулось, открывая моему взору тонкую талию, переходящую в аппетитные бедра. А под кромкой шортиков выглянула полоска черных трусиков.

Я тяжело сглотнул, усилием воли отрывая от нее взгляд. Потому что в моей голове моментально начали мелькать непристойные картинки. Карина довольно привлекательная, а интимная обстановка влияла чересчур неблаготворно для нас обоих. Я невольно поерзал на диване, заглушая промелькнувшее в голове желание.

Глава 4. Карина

После возвращения с института я вошла в кабинет отца, чтобы его поприветствовать. Он окинул меня пристальным взглядом и тут же недовольно нахмурил брови:

— Что на тебе надето?

Я опустила глаза на свою кремового цвета тонкую блузку и юбку-карандаш, не понимая его недовольства.

— Так сейчас одеваются приличные девушки? Ты меня опозорить хочешь?

— Отец, я...

— На выходных поедешь за новой одеждой! И чтобы никаких коротких юбок! Одежда приличной девушки должна быть закрытой! Или хочешь, чтобы жених подумал о тебе нелестно?

— Но сейчас жарко, почти лето, — пыталась возразить я, но отец не слушал и продолжал ругаться.

— И сотри помаду с губ! Ты в институте была или в борделе?! Я не растил из тебя шлюху!

Грубые слова донеслись до меня словно пощечина. Я поморщилась, пытаясь сморгнуть непрошенные слезы, выступившие в уголках глаз от криков отца.

— Камиль вернется через три недели, может, раньше. К этому времени ты должна выбить всю дурь из своей головы и стать достойной невестой!

Я вся дрожала, опустив взгляд, слушая наставления отца с бешено стучащим сердцем. Хотелось кричать на него в ответ от несправедливости и злости, но я не смела. Иначе отец запрет меня дома и даже в институт не пустит, пока я не научусь покорности. Я слишком хорошо выучила этот урок несколько лет назад.

— Иди к себе и хорошенько подумай о своем поведении. И выброси все тряпки, которые не подобают девушке из приличной семьи. Я потом проверю!

— Да, отец, — почти прошипела я и вышла из его кабинета.

Слезы лились из глаз, пока я поднималась в свою комнату. В голове набатом стучали слова о том, что у меня осталось три недели, может, меньше. Как только Камиль вернется, у меня больше не будет свободы.

Нет, этого нельзя допустить!

Страх выйти замуж за нелюбимого подстегивал действовать решительнее. Я больше не могла оставаться слишком застенчивой. Что, конечно, было трудно, учитывая, что опыта с парнями у меня не было. Я даже за руку ни с кем не держалась и ни разу на свидание не ходила. Поэтому не знала, как себя с парнями вести. Но я четко решила, что если не попытаюсь изменить свою жизнь, то навсегда останусь безвольной игрушкой в чужих руках.

Около полуночи я выскользнула из своей комнаты и тихонько спустилась на первый этаж. Я знала, что дежурил Рома. За два дня, что мы не виделись, я даже успела соскучиться по парню. Он мне по-настоящему нравился. Рома милый, добрый и внимательный, а еще очень мужественный и довольно привлекательный. И от него пахнет морем и свободой. В прошлый раз, когда мы смотрели вместе кино, мне удалось прижаться к его крепкой груди и почувствовать этот тонкий аромат. Возможно, это было бестактно с моей стороны, но мне хотелось быть к нему ближе, ощутить тепло мужского тела, объятия.

От воспоминаний о том вечере мои щеки слегка запылали, а на губах появилась улыбка. Мне бы очень хотелось все повторить, но, к сожалению, отец сегодня ночевал дома.

Я вышла в сад и присела на скамейку, оглядываясь по сторонам. Ромы пока не было видно. Я томно вздохнула и подняла глаза к ночному небу, любуясь маленькими звездочками. Я знала почти все популярные созвездия. Раньше мы с мамой вместе смотрели на звезды и любили помечтать.

Подул легкий ветерок, заставляя меня поежиться. Наверное, стоило накинуть кофту, ведь по ночам еще довольно прохладно. Я снова осмотрелась по сторонам и, наконец, заметила Рому, приближающегося ко мне. Сердце сразу забилось быстрее.

— Карина?

Он явно был удивлен увидеть меня здесь в такое время. Рома остановился в шаге от меня, глядя сверху вниз.

— Ш-ш-ш, — шикнула я и мельком взглянула на дверь в дом. Еще не хватало, чтобы отец проснулся.

— Что ты тут делаешь? — спросил почти шепотом.

— Не спится, — пожала я плечами, не в силах оторвать от его лица взгляд. Серые глаза слегка поблескивали в свете полной Луны и манили своей загадочностью.

— Что-то случилось?

От легкого беспокойства в его голосе в груди разлилось тепло. Мне нравилось, что Рома внимательный и участливый по отношению ко мне. Этим он отличался от всех мужчин, которых я знала.

На миг повисла тишина. Мне не хотелось посвящать его в свои проблемы. Мне, наоборот, хотелось о них забыть, спрятаться. Не найдя, что ответить, я опустила глаза. Но Рома вдруг протянул руку и приподнял мое лицо за подбородок. Нежно и аккуратно, отчего у меня перехватило дыхание. По телу пробежала волна мурашек от ласкового прикосновения, казалось бы, грубых рук.

— Тебя кто-то обидел?

Глаза в глаза.

Пропущенный удар сердца.

А затем, поддавшись мимолетному порыву, я встала со скамейки, приподнялась на носочки и коснулась его губ своими.

Ноги вмиг стали слабыми, будто невесомыми. Я продолжала стоять, но по ощущению словно падала. В мягкое пушистое облачко, которое окутывало меня собою.

Я приоткрыла рот и провела по нижней губе Ромы кончиком языка, пробуя на вкус. Тело бросило в дрожь от ярких, неизвестных мне до этого момента ощущений. Я почти не дышала, замерев. Но все закончилось слишком быстро, потому что Рома отстранился.

Глава 5. Рома

Я вошел на кухню в половину первого. Вопреки моим ожиданиям, Карина была там. Я надеялся, что она не будет ждать меня, хотя вовсе не явиться я почему-то не смог.

— Ты опоздал, — сказала она, поднимаясь со стула и направляясь ко мне. Все в той же тоненькой маечке на лямках и коротких шортиках. Темные волосы волнами спадали на плечи.

Я поднял глаза на уровень ее лица и небрежно пожал плечами.

— Я вообще не хотел приходить.

Карина замерла на полпути. В ее глазах промелькнуло разочарование.

— Почему?

— Потому что это неправильно, — ответил я и обернулся на дверь в кухню. В любой момент мог войти ее отец.

— Кто сказал?

Девушка подошла ко мне, положила свои тоненькие ручки на мою грудь, но я аккуратно отстранился.

— Карина.

— Я тебе не нравлюсь? — с обидой спросила, закусив губу. Густые ресницы затрепетали от неуверенности, она опустила взгляд.

— Дело не в этом.

Я тяжело вздохнул, чувствуя себя кретином, что отталкиваю ее. Потому что Карина очень красивая и нежная девушка, любой парень не смог бы перед ней устоять. Но проблема в том, что я слишком хорошо умею выполнять приказы.

— Твой отец...

— Неужели ты его боишься? — снова подняла на меня глаза. Робкая, хрупкая девчонка, но в ее глазах горел огонь, который раззадоривал меня.

Я отрицательно покачал головой, а она подошла ко мне и просто поцеловала. Без всякого предупреждения, не говоря ни слова. Впилась в мои губы своими, перекидывая свое пламя на меня. И всей моей выдержке тут же пришел конец.

Я углубил поцелуй, стиснув ее тонкую талию в своих ладонях, прижимая к своей груди. Меня окутало тонким девичьим ароматом: что-то цветочное и немного сладкое, как мед. Он туманил сознание, заставляя действовать инстинктивно, а не рационально.

Кончик ее языка соприкоснулся с моим.

Страстно.

Жадно.

Неистово.

И по венам расползлось желание, проявляясь напряжением в паху. От одного ее дыхания на моих губах член стал твердым, как сталь.

Моя ладонь спустилась к ее бедрам и сжала упругую ягодицу, пока я оттеснял девушку к столу. Затем одним рывком поднял ее и усадил на него, вставая между ее ног.

Карина шумно выдохнула мне в губы, задыхаясь. Я чувствовал ее твердые соски даже через ткань топа и свою футболку. Чувствовал жар ее кожи и как она плавилась под моими ладонями.

Мне хотелось исследовать все ее тело, поэтому руки от бедер поднялись выше. Одна запуталась в шелковистых длинных волосах, не позволяя ей отстраниться и оторваться от моих губ, а вторая залезла под топ и коснулась нежной голой кожи живота. Я тут же почувствовал вибрацию мышц и тихий полувздох-полувсхлип.

Карина вцепилась в мои плечи, напряженно сжимая, когда я коснулся ее груди. Она простонала и выгнулась мне навстречу, переставая отвечать на поцелуй. Жадно хватала воздух губами. Такая трепетная и разгоряченная, вся во власти момента.

Я провел языком по ее шее и сжал полушарие, отмечая, какая у нее мягкая и налитая грудь. Совсем не маленькая, среднего размера, чуть больше, чем моя ладонь. Член топорщил штаны, и я вжался в бедра девушки, давая понять, как сильно она меня возбудила.

И тут меня накрыло осознание, что мы не можем делать это здесь. В любой момент мог проснуться ее отец и застукать нас на горяченьком.

Я нехотя отстранился от Карины, рвано дыша. Так много хотелось с ней сделать, найти выход вожделению, что меня охватило. Но я понимал, что так не должно быть.

— Не здесь, — сказал я, когда она взглянула меня, чтобы понять, почему я остановился. — Не так.

Карина тяжело сглотнула и робко кивнула, соглашаясь. Ее губы слегка припухли от страстных поцелуев, а щеки были алыми. Она облизнула пухлые губки и смущенно опустила глаза.

Я снял ее со стола и потянул за собой на улицу, чтобы прохладный воздух привел нас в чувства. Мы вышли в сад — ее самое любимое место в особняке.

— Мы могли быть застуканными, — сказал я, пока мы не спеша шли ко скамейке.

— Отец крепко спит и никогда не спускается на первый этаж ночью. Ты сам знаешь.

Мы сели на скамейку. Карина все еще не отпускала мою руку. Смущенный румянец уже почти сошел с ее лица.

— А еще я знаю, что ты не отделаешься простым выговором, если он нас застукает, — сказал я, помня, как Карина плакала из-за отца. Я не идиот, чтобы понять, что он слишком строг с дочерью.

— Мы тихонечко, — тихо прошептала. — Будем встречаться тайно.

— И как ты себе это представляешь? Я ни разу не видел, чтобы ты возвращалась домой поздно вечером или ночью.

Карина томно вздохнула и отвела взгляд.

— После занятий я должна ехать домой. Отцу не нравится оставлять меня без присмотра.

Повисла тишина. Казалось, мы оба раздумывали над нашим положением. Все это так неправильно. Я не люблю секретничать и прятаться.

Глава 6. Карина

Время закрутилось как сумасшедшее. Началась сессия, но все мои мысли были забиты Ромой. Мы встречались тайком по ночам во время его дежурств. Один раз встретились в городской библиотеке после моих занятий, и то отец отпустил со скрипом на два часа. Я тогда соврала, что хочу позаниматься с однокурсницей, потому что грядет очень важный экзамен. Все два часа мы с Ромой целовались в самом неприметном углу библиотеки.

Наверное, отец отпустил меня туда только потому, что я всю неделю вела себя послушно и не воротила нос, когда он говорил про Камиля. А я просто думала о Роме в эти моменты. О его нежных губах и ласковых руках. Я действительно в него влюбилась. Мое сердце стучало как бешеное, стоило ему появиться рядом. А когда его губы касались моего лица, мое дыхание замирало, а по телу разбегались приятные мурашки.

— Ты слышала, что я сказал? Ты слишком рассеяна в последние дни, — заметил отец за ужином.

— Прости, папа. Думаю об экзамене во вторник, — соврала я.

— Когда твоя сессия закончится, вернется Камиль. Ты уже купила новые наряды?

— Не было времени. Куплю на выходных.

— Хорошо, — снисходительно кивнул. — Не скупись на красивое платье, ты должна выглядеть под стать жениху. Больше нам не придется во всем экономить.

Выражение его лица стало более мягким и довольным. Отец как будто был напряжен все эти недели, боясь, что что-то может пойти не так. Знал бы он, что я задумала.

— Ты останешься в городе в эту субботу? — поинтересовалась я.

Время поджимало. Я боялась, что Камиль поменяет планы и вернется слишком рано. И тогда моя клетка захлопнется. Я не хотела так рисковать. У меня осталось около полторы недели, а если что-то пойдет не так, то еще меньше. К тому времени как Камиль вернется, я хотела уже принадлежать другому. И самое лучший момент сделать это — в субботу, когда отца не будет дома. Я не хотела, чтобы наш первый секс был тайком на кухне или где-то в саду на скамейке. Я мечтала о том, чтобы первый раз был идеальным.

— Да, — ответил отец, и я постаралась, чтобы мое лицо оставалось беспристрастным, хотя в душе я ликовала. Меня охватило легкое волнение несмотря на то, что я уже все продумала и была готова. Хотя можно ли быть до конца готовой к своему первому разу?

В полночь я тайком вышла в сад, чтобы найти Рому. Он взял меня за руку и потащил в укромный уголок, самый темный в саду. Рома прижал меня к стене ограждения и тут же жадно впился губами в мой рот.

Я закрыла глаза, чувствуя, как мое тело обмякает в его руках. Я не понимала, как я раньше жила без всего этого. Без Ромы. Без его горячего дыхания на моей коже. Без его нежных губ и игривого языка. Даже его запах казался для меня таким нужным, как кислород.

Его руки блуждали по моему телу, забравшись под тонкий топ. В каждую нашу встречу я чувствовала томление внизу живота. Чувствовала, как схожу с ума от его прикосновений. И как между ног становилось очень влажно.

Я задыхалась под натиском его горячих губ, что терзали мой рот в страстном поцелуе. Иногда Рома прикусывал нижнюю губу, заставляя меня чуть ли не стонать.

Мы целовались около часа, не в силах оторваться друг от друга. Прерывались на короткие мгновения, а потом все по новой. Когда воздуха в легких катастрофически стало не хватать, я отстранилась, устало повиснув на шее Ромы. Он ласково погладил меня по волосам, а потом по лицу. Рома всегда касался меня нежно, заставляя мое сердце замирать в груди.

— Ты должен быть здесь в субботу. Отец снова будет ночевать в городе. Ты должен подмениться.

— Я не могу постоянно подмениваться на субботу, Карина. Это будет выглядеть подозрительно.

— Пожалуйста, — попросила я. — Это очень важно. Я хочу... Я думаю, нам пора... сделать это.

Я смущенно опустила глаза, не в силах назвать вещи своими именами. Обычно я ни с кем не обсуждала секс. Девочки, конечно, сплетничали и рассказывали о своих парнях в перерывах от занятий, но я всегда отмалчивалась или делала вид, что у меня что-то важное появилось в телефоне, чувствуя себя в эти моменты неловко.

Грудь Ромы слегка завибрировала от сдавленного выдоха, а затем он поднял мое лицо за подбородок, заглядывая мне в глаза. Хотя вряд ли в темноте он мог в них что-то разглядеть.

— Уверена? Нам не нужно торопиться.

Я томно вздохнула. Ах, если бы он знал...

— Я хочу этого, — твердо сказала.

Я хотела сделать это именно с ним. Чтобы он стал моим первым и единственным. Я хотела, чтобы только он любил меня, только он касался меня.

— Хорошо. Я подменюсь.

***

Сердце бешено стучало в груди, когда я вела Рому по лестнице в свою комнату. Он еще ни разу там не был, в моей маленькой крепости. Спальня выглядела слишком девчачьей — в светло-розовых тонах, мебель была кремового цвета. В комнате стояли живые цветы и цветные картины, а еще несколько фотографий из моего детства. Но я давно к себе никого не водила. Отцу не нравилось, когда я приглашала друзей домой, последний раз это было в старшей школе.

Рома вошел в мою спальню и стал с интересом осматриваться. Задержал взгляд на фотографиях на комоде, а затем улыбнулся.

Глава 7. Карина

Новая неделя прошла для меня головокружительно. Очень остро и горячо, на грани опасности, когда адреналин кипит в венах, но при этом будто за спиной выросли крылья.

Я хотела каждую минуту проводить с Ромой, хотела быть с ним рядом. Когда он не работал, я томилась в его ожидании, а потом набрасывалась на него, и мы не могли оторваться друг от друга. У меня от него совершенно снесло крышу, потому что я потеряла всякий стыд. Однажды мы занимались сексом в самой дальней комнате на первом этаже, а еще один раз в темном уголке сада. Отца бы удар хватил, если бы он узнал. Но, к счастью, он всегда крепко спал и никогда не бродил по дому среди ночи.

Я не думала ни о чем другом, словно оказалась в какой-то параллельной вселенной, в которой есть только Рома и я. И его нежные поцелуи, от которых мое сердце заходилось в груди. Я даже забыла, какой сегодня день, пока отец не вызвал меня к себе. Он сидел в своем кабинете со стаканом спиртного в руках и сигарой. Выглядел довольным, как объевшийся кот. Только пройдя на середину, я заметила мужчину, сидящего в кресле напротив отца.

— Карина, проходи. Наш дорогой Камиль приехал, привез тебе подарки. Сегодня будет ужин...

— Отец, я не выйду за него замуж, — спокойно сказала, избегая взгляда его друга, который обернулся, чтобы посмотреть на меня.

Эти слова вырывались наружу последний месяц, но мне приходилось сдерживаться и вести себя покорно. И теперь я могла наблюдать, как брови отца в негодовании ползут вверх.

— Что?

— Я не выйду за него замуж. У меня другой.

Лицо Камиля вытянулось, как у отца. Тот с громким стуком поставил бокал на стол, и жидкость слегка расплескалась по его руке. Отец резко поднялся с места, прожигая меня взглядом.

— Что ты сказала?

Я тяжело сглотнула, чувствуя, как руки начинают дрожать. Когда он встал, я почему-то ощутила себя на его фоне беспомощным ребенком.

— Я сказала... у меня другой мужчина.

Глаза отца злобно сверкнули, а потом он подлетел ко мне и схватил за руку, придвигая к себе, чтобы заглянуть в глаза.

— А ну повтори! — прорычал мне в лицо, обдавая тяжелым дыханием. — Кто у тебя?

Моя рука заныла от боли, потому что отец схватил слишком сильно, что наверняка останется синяк. Он напряженно смотрел мне в глаза, не в силах поверить в то, что я сказала.

— У меня есть парень! — выпалила я, сдерживая слезы. — Мы встречаемся! И я уже не девственница.

Как только эти слова сорвались с моих губ, мне прилетела пощечина. Я ахнула, еле удержавшись на ногах. Щеку обдало жаром, и я вмиг позабыла о боли в руке, ошарашенно уставившись на отца. Он никогда прежде не бил меня. Никогда.

— Ах ты шлюха! Решила меня опозорить?! Я разве так тебя воспитывал?!

Отец вцепился в горловину моего платья и придвинул к себе, как тряпичную куклу, потому что у меня не было сил сопротивляться. От него волнами исходила ярость.

— Думаю, мне пора, — холодно донеслось откуда-то сбоку, и я заметила идущего к двери Камиля, о котором уже успела позабыть. Дверь за ним громко захлопнулась, заставляя меня вздрогнуть, а отца слететь с катушек.

— Как ты могла так меня опозорить?!

— Я говорила, что не хочу за него! — прокричала я сквозь слезы, пытаясь вырваться из хватки отца, но он держал слишком крепко. Я боялась, он снова ударит меня.

— Глупая девчонка! Ты понимаешь, что наделала?!

— Я люблю другого!

— Кто? Кто посмел тебя тронуть?! — он снова перешел на рык, сильнее сжимая ткань платья в кулаке.

— Не важно.

— Говори — кто?!

Отец оттолкнул меня от себя, и я чуть не упала, запнувшись о ковер. Отступила к стене, смахивая волосы с лица, а затем увидела, как он расстегивает ремень на штанах.

— Говори! Или я тебя выпорю, что живого места не останется!

— Отец, перестань! — в страхе произнесла, начиная по-настоящему дрожать. Сейчас он выглядел как дьявол. Разъяренный, бесчеловечный. Я никогда его таким не видела.

— Шлюха! Я вырастил шлюху!

Отец замахнулся, и через секунду руку и бок обожгло огнем, когда кончик ремня достал до моего тела. Я вскрикнула и начала рыдать сильнее. Меня охватили страх и паника.

— Говори — кто?! — снова прорычал, заставляя меня забиться в угол.

— Отец, прошу!

Еще один удар, и я жалобно заскулила. Мне не верилось в происходящее. Не верилось, что он мог так со мной поступить. Неужели он ни капли меня не любит? Разве может родитель быть со своим ребенком таким монстром? Или я совсем для него ничего не значу?

— Говори мне имя! Кто это сделал?!

Он снова замахнулся, и я сдалась. Слишком слабая, слишком его боялась.

— Р-рома, — тихо прошептала я, крепко зажмурившись.

На несколько секунд повисла тишина, в которую были слышны лишь мои рыдания и тяжелое дыхание отца.

— Рома? Какой Рома? Наш охранник Рома? — сразу догадался. — Ах он сукин сын! Ну я ему устрою!