Разведёнка Big-Size для генерального

Глава 1

Ох, понедельник. День тяжелый, как и я сама, чего уж греха таить.

Мои джинсы предательски впиваются в бока, напоминая о вчерашнем тортике, а блузка обтягивает все, что можно и нельзя.

Впрочем, я стараюсь об этом не думать. Я вообще стараюсь не думать о цифрах на весах после развода. Лучше сконцентрируюсь на кофе, который купила по дороге.

Крепкий, черный, как моя тоска по нормальному сну.

Захожу в офис, стараясь не споткнуться о собственные ноги и не свалить случайно дорогую вазу в приемной. Секретарша Ирина кивает мне с непроницаемым выражением лица.

Я знаю, она меня не любит. Считает, наверное, что я занимаю слишком много места и в пространстве, и в компании. Ну и пусть считает. Мне на нее плевать.

– Это для тебя оставили, – Ира выгружает на стол огромную стопку папок с бумагами.

Да уж. Работы до вечера.

С другой стороны, зароюсь в них, как медведь в берлоге, и можно будет не отвечать на глупые вопросы коллег по типу: как ты себя чувствуешь? Каково это быть разведенкой? А почему ты продолжаешь работать с бывшим мужем?

И коронное: ты толстая, поэтому вы развелись?

Бр-р-р.

Пока мечтаю о спокойном рабочем дне, в приемной появляется он.

Мой босс.

Итан Андреевич. Высокий, подтянутый, с вечной полуулыбкой, от которой у всей женской части коллектива учащается пульс.

Но меня это не касается. Я с прошлой недели ношу гордый статус «Разведенка».

И отношения меня теперь в последнюю очередь интересуют.

– Доброе утро, – пищу боссу и скорее спешу свернуть в отдел маркетинга.

За документами потом вернусь, сейчас у меня руки заняты.

Иду по коридору, увешанному рекламными плакатами.

Здесь работает мой бывший муж Толик.

Он приходит чуть позже, поэтому я могу беспрепятственно заглянуть в его кабинет и оставить коробку с вещами, которые он забыл в моей квартире.

Мне они точно без надобности.

Забираю документы в приемной и незамеченной возвращаюсь к себе, в отдел логистики.

Погружаюсь в работу. Я вообще люблю вот так, чтобы меня не трогали, когда я занята важными делами.

А Толик меня всегда называл за это серой мышью.

То есть, в его понимании, ответственно выполнять свою работы и при этом особо не отсвечивать – зазорно.

Можно подумать, кого-то в этом офисе волнует что-то кроме качественно выполненной задачи. Наоборот босс ценит ответственность и всегда поощряет ее финансово.

Кстати, а угадайте, где я работаю?

В компании по производству спортивного питания.

Ирония, да?

Мне бы самой спортом заняться не помешало. Наверное.

Так считает Толик. А я ему назло теперь каждый вечер ем торт.

Жаль, бывший этого не видит. Впрочем, ему теперь плевать, у него есть бледная моль Сонечка из офиса напротив.

Стройная газель со светящейся кожей от бесконечных диет, она выглядит болезненно. И я бы на месте бывшего его пассию к доктору сводила. Как минимум сдать калл на яйцеглист.

За мыслями не замечаю, как дохожу до последней папки с бумагами. Делаю пометки, проверяю все по два раза.

Готовлюсь выдохнуть, довольная проделанной работой, но ко мне в кабинет неожиданно врывается Толик.

– Ты совсем идиотка, да? – налетает на меня бывший муж.

Мы буквально на днях с ним развелись.

– Ты меня опозорила! – орет этот неадекват, размахивая листом бумаги.

– В чем дело, Анатолий? – проговариваю сдержанно, уставив взгляд в ноутбук.

Слышу какие-то смешки. Приходится оторваться от важного занятия – создавания видимости высокой степени загруженности. Поднимаю взгляд. И что же я вижу?

Возле двери в мой кабинет столпились коллеги.

В первом ряду – бухгалтерша Лидочка, торжествующе размахивающая... рисунком?

– Лидка открыла коробку, и теперь весь офис ржет! – Толик швыряет на мой стол пачку бумаг.

Первый лист заставляет меня поднять брови. На нем Итан Андреевич изображен в виде античного атлета... только вместо гантелей он сжимает в мускулистых руках две огромные кофейные кружки, из которых льется напиток прямо в открытые рты толпы офисных работников. Подпись витиеватым шрифтом: «Герой труда. Несет кофе в массы».

– Ого, – невольно вырывается у меня.

Следующий рисунок еще лучше: наш босс в образе школьного учителя, но вместо указки в его руке – банан, которым он указывает на доску с графиком продаж. На графике кривая линия заканчивается стрелкой с надписью «Мечты маркетинга». А в углу сидит грустный офисный хомячок в крошечном жилете и галстуке.

– Ты... это всё во время планерок рисовал? – спрашиваю, переворачивая следующий лист.

Третий рисунок – шедевр. Итан в виде гигантского кота, растянувшегося во весь рост на стопке договоров. Одна лапа небрежно свешивается, когти вот-вот порвут страницу с подписью «Конфиденциально». Подпись: «Не беспокоить до 11:00. И после 15:00. И вообще лучше письмом».

– Да ты настоящий художник! – не могу сдержать улыбки.

– Не притворяйся, будто впервые видишь! – шипит Толик, хватая самый верхний рисунок. – Вот же...

Он размахивает листом, где наш строгий босс изображен в виде русалки. Но не просто русалки – а эпической: с трезубцем из скрепок, короной из степлеров и развевающимися на ветру... галстуками вместо волос. На заднем плане – офисное здание, тонущее в море из бумаг, а подпись гласит: «Нептун Канцелярский. Повелитель документооборота».

– Чего?! – теперь я действительно в шоке. – Да я даже палку с нуля нарисовать не могу!

В дверях кабинета раздается покашливание. Все замирают. На пороге – сам Итан, скрестивший руки на груди.

– Интересная выставка, – говорит босс ледяным тоном, подбирая с пола «русалочий» портрет. Внимательно изучает изображение, затем медленно поднимает взгляд: – Особенно... жабры. Они у меня и правда такие?

Толик издает звук, похожий на лопнувший воздушный шарик.

И в этот самый момент возле дверей кабинета замирает журналистка.

Глава 2

Толик, красный как рак, что-то мычит про «испортила жизнь», хватает свою коробку и с позором выбегает за дверь.

Я же, как прибитая, стою посреди кабинета, чувствуя, как на меня смотрят все без исключения представители офисного планктона.

Кто с сочувствием, кто со злорадной усмешкой.

Ну и денек!

Ровно через сорок минут я, словно на казнь, иду в кабинет босса.

Внутри все сжимается в тугой комок.

Увольнение? Так босс Толика одним словом уволил, если бы хотел, со мной поступил бы так же.

Штраф? Общественное порицание? Что он придумал?

Стучу в дверь, вхожу.

Итан сидит за своим огромным столом, с безупречной прической и непроницаемым выражением лица. Он предлагает мне присесть.

В кабинете пахнет дорогим одеколоном и властью. Я чувствую себя маленькой и жалкой.

– Лейла, – начинает Итан, – я ценю вашу работу. Но… ситуация сложилась, мягко говоря, неординарная. И, к сожалению, она попала в поле зрения прессы.

Итан делает паузу, а я жду приговора.

– Я принял решение, – продолжает он, – вы поедете со мной на загородную встречу в эти выходные. Там будет море прессы, тьма влиятельных людей, квест для всех гостей. И еще утром я собирался поехать один, но после случившегося это может больно ударить по моей репутации.

Он издевается?

Я в шоке. Я и поездка за город? Квест?

Да я же дальше офиса не выхожу!

Но Итан смотрит на меня серьезно и уверенно.

– Вы шутите? – выдавливаю из себя еле слышно.

– Лейла! – повышает голос мужчина. – Я бы на вашем месте сидел бы и помалкивал.

Босс поднимается из-за стола и принимается измерять шагами кабинет.

– Ты хоть понимаешь, что устроила? – подходит к столу, за которым я сижу, ставит руки по обе стороны от меня, нависая над сидящей мной со спины.

Он стоит так близко, что я чувствую запах его дорогого одеколона, и мне становится не по себе.

А еще почему-то рядом с Итаном Андреевичем я сейчас не чувствую себя толстой пышкой жирухой, как меня последние месяцы обзывал муж.

Я чувствую себя неуверенной девушкой, которая попала в ловушку.

И которую злой босс может прибить, как муху, если пожелает.

– Я… п-понимаю, – лепечу дрожащими губами. – Но почему вы не можете поехать один?

– Да потому что те снимки, где я разглядываю эти... «шедевры»! Уже ушли в прессу. И мне теперь из кожи вон надо доказать, что я человек с чувством юмора, а не... – он с отвращением смотрит на смятый рисунок, – не какой-то там русалокот!

– Как? – не понимаю.

– Ты поедешь со мной на квест. Будем изображать, что мы вместе придумали эти рисунки как корпоративный челлендж. Это глупо, но лучше так, чем чтобы все думали, будто я не умею принимать шутки в свой адрес.

– Но почему я? – пищу от безысходности.

Взял бы эту журналистку, она неделю с ним встречи добивалась, интервью взять хотела. Глазки строила, подкарауливала.

Я натыкалась на них пару раз в приемной.

– Так ты же виновата, нет? Ну, и муж твой, разумеется, но он виноват больше, поэтому его я просто уволил. Да и толку от него, давно собирался избавиться от бездельника.

– Бывший муж, – цежу сквозь зубы.

– Да-да, я знаю, – отмахивается босс.

А с каких это пор он следит за моей личной жизнью?

Итан отстраняется от меня, возвращаясь за свой стол. Садится, сцепляет руки в замок и смотрит прямо в глаза.

– Ты у меня сейчас единственный вариант, Лейла. Ты не звезда соцсетей, не мелькаешь в светской хронике, ты обычная сотрудница. Идеальная кандидатура для создания видимости, что это просто корпоративный розыгрыш.

Я молчу, переваривая услышанное.

Мой бывший муж уволен. Я еду изображать соучастницу дурацкого челленджа.

Это какой-то абсурд.

Но в то же время внутри зарождается странное любопытство.

Загородная встреча, квест, влиятельные люди…

Мир, который всегда был для меня закрыт, вдруг открывается.

– Я… согласна, – произношу, сама удивляясь своему решению.

Итан, усмехнувшись, вскидывает бровь, словно и не ожидал другого ответа.

Разумеется. Ведь он считает, что у меня нет выбора.

Хотя я могла бы уволиться.

Но так не хочется искать новую работу. И зарплата здесь неплохая.

Впрочем…

– У меня есть условия, – перехожу на деловой тон.

Наверное, я не имею права после случившегося выставлять условия, но все же, соглашаться на все, что предложит генеральный, глупо.

Мало ли, что у него в голове.

– Во-первых, никаких личных подтекстов, – загибаю пухленький палец. – Во-вторых, после поездки вы забудете об этом инциденте и не будете напоминать мне о нем. И, в-третьих… – выдерживаю многозначительную паузу. – Вы мне поднимете зарплату.

– Чего? – усмехается босс.

Улыбка у него обаятельная – неудивительно, что сотрудницы краснеют в его присутствии.

– Просто, я… Итан Андреевич, мне же надо в чем-то поехать, а у меня спортивная форма последний раз была в десятом классе, и та, размеров на пять меньше, чем нужна сейчас, – сочиняю первую пришедшую на ум отмазку.

А что?

Зарплата у меня, конечно, неплохая. Но мои формы не то чтобы бунтуют против узких джинсов, которые даже сейчас, когда я полдня не ела, продолжают впиваться в бока, но намекают, что пора бы уже увеличить зарплату – хотя бы для того, чтобы купить такие же джинсы на размер больше.

– Принято, – коротко отвечает Итан. – И, Лейла, на публике держись увереннее. И учись улыбаться, а то выглядишь как-то кисло. Поездка в пятницу вечером. Подробности получишь от моей секретарши. Можешь идти.