Развод. Этот сладкий вкус мести

Глава 1

– А если кто-то услышит? – весёлый женский смех прозвучал из ванной комнаты.

Там шумела вода, дверь была приоткрыта.

Я остановилась на пороге комнаты и, как в кошмарном сне, скользнула взглядом по смятым простыням, разбросанной мужской и женской одежде, пятну красного вина на белом пушистом ковре…

Сердце забилось тяжело и шумно, будто начало захлебываться в крови.

Ледяное онемение медленной волной скользнуло от лопаток вниз, парализуя, заставляя прирасти к месту.

– Да плевать, – сквозь шум воды прозвучал мужской голос.

Хорошо мне знакомый голос.

Я прикрыла глаза и задышала часто и поверхностно.

Этот голос я узнала бы из тысячи. Низкий, мужественный, хорошо поставленный, с отчётливой ноткой надменности.

Голос моего мужа.

– Я не хочу снова ловить на себе насмешливые взгляды твоей мамочки, – хихикнула… Ева.

Моя сводная сестра.

В виски вонзились тысячи ядовитых игл, затылок стянуло горячим давлением, меня мелко затрясло. Я просто приросла к месту, оказавшись не готовой к такому удару судьбы.

Мой любимый муж и моя младшая сестрёнка. В дýше. Вдвоём. Без одежды.

Как-то отстранённо я вспомнила тот страшный день десять лет назад, когда машина моего дяди попала в аварию. Тётя Ира, его любимая супруга, умерла на месте. А дяде Игорю удалось из последних сил выбраться из машины и вытащить Еву. Он дождался появления скорой, с рук на руки передал им бессознательную дочь и тут же упал. Больше он так и не встал.

Мои родители не смогли отдать девятилетнюю племянницу в детский дом. Вот так у меня появилась младшая сестра, очень быстро осознавшая, что по каким-то причинам в новой семье её любят сильно больше родной дочери.

– Может быть, мы не будем говорить о моей маме, когда мой член внутри тебя? – насмешливо спросил Паша.

Ева засмеялась, а я закачала головой, отказываясь в это верить.

Это просто не могло быть правдой. Но было ею.

Я беззвучно хихикнула и тут же замолчала. Нервы начали сдавать. Ощущение растущих на голове рогов просто добивало.

Я подняла руку и прижала подрагивающие ледяные костяшки пальцев к губам, сдерживая смех.

И… что мне делать?

Нет, правда. Я как-то за шесть лет брака никогда даже не задумывалась, как буду реагировать, если любимый муж вдруг решит мне изменить.

И, уж тем более, я никогда не представляла, что лично застану его за этим грязным делом.

Помимо шума воды из ванной стали доноситься ритмичные шлепки и сбитые дыхания.

Они трахаются прямо за стенкой.

Что мне делать? Есть какое-то руководство в духе “Итак, вы попали в клуб Рогоносцев”?

Мелькнула мысль просто уйти и… не мешать, что ли. Но это было как-то очень странно. Я уж точно не собиралась закрывать на происходящее глаза и делать вид, что ничего не случилось.

Посидеть тут и подождать, пока выйдут? Ага, может, ещё за праздничными шариками смотаться и тортик прикупить? А потом радостно кричать: “Дорогой, я всё узнала!”.

Последняя мысль возмутила до глубины души. И я, наконец, почувствовала запоздалую злость.

Они что тут, совсем охренели?! Я всего на пару часов уехала, к вечеру собиралась вернуться. Это, мать их, дом родителей Паши! Они в свой роскошный особняк на День рождения Романа Захаровича всю родню пригласили.

Что там Ева сказала про насмешливые взгляды моей свекрови?

Так они уже не в первый раз трахаются? И любимая свекровушка об этом знала, но даже не подумала мне рассказать? А ещё порядочную женщину из себя изображала…

Вдох-выдох, я стиснула кулаки и решительно рванула к ванной комнате.

С мрачным предвкушением я представила, как исказятся от ужаса лица любовничков, когда они меня увидят. О, мне хотелось посмотреть на их рожи и невнятные лепечущие попытки оправдаться!

Я дёрнула на себя дверь и встала на пороге ванной комнаты.

Стеклянная кабинка располагалась прямо напротив. Её дверца была открыта, а внутри, под упругими струями горячей воды, стояли…

Ева опиралась ладонями на стенку, сильно прогибалась в пояснице и оттопыривала задницу. Сзади неё, сжимая широкими ладонями узкую женскую талию, стоял Паша.

Точнее, не стоял. До моего появления он ритмично вбивался в её тело бёдрами.

Но самое мерзкое, что от удара дверью Паша даже не остановился! Он даже с ритма не сбился, лишь повернул голову и широко весело мне улыбнулся.

– О, Аврора! – обрадованно позвал он. – Скидывай платье и давай к нам, родная.

Я была готова к чему угодно, только не к такому.

У меня воздух вышибло из лёгких и все слова растерялись.

Такая наглость, такое возмутительное поведение! Он… он!..

Я застала его с моей сестрой, а он ничуть не смутился и продолжал то, чем они до меня тут занимались. Ему ещё и хватило совести пригласить меня присоединиться!

Чувствуя себя оплеванной дурой, я стояла и только открывала и закрывала рот. Слов не было. Точнее, их было так много, что я даже не знала, с каких начать.

– Да-да, – Паша хохотнул и звонко шлёпнул Еву, когда она попыталась выгнуться и посмотреть на меня, – я уже понял, ты настроена на минет. Давай на коленочки, зайка.

Сестра захихикала и всё же выглянула на меня, активно подмахивая моему мужу. Они вдвоём веселились, откровенно потешаясь надо мной.

– Вы… вы что, совсем рехнулись? – выдохнула я, чувствуя, как от стыда и злости пылают щёки.

Очень захотелось швырнуть в них чем-нибудь, но ничего подходящего в ванной не оказалось.

Не в силах оставаться здесь, я вылетела в спальню, захлопнув дверь.

Меня просто трясло от отвращения, неверия, возмущения, в конце концов! Как он посмел предложить мне что-то подобное? Как вообще он может так себя вести?!

Глава 2

Я упёрлась ладонями в косяк, но он был сильнее.

Когда-то я считала это поводом для гордости, ведь сильный мужчина всегда защищает свою женщину.

Теперь же оказалось, что защищаться надо было от него.

– Пусти меня! – брыкаясь, воскликнула я. – Ты с ума сошёл?!

Ева, мокрая, с блестящими глазами, стояла в душевой и… улыбалась, чёрт возьми!

– Ну правда, Рора, – протянула она. – Не будь занудой.

Меня затрясло.

От унижения и ощущения безысходности. От того, что они смотрят на меня, как на надоедливую пуританку, которая не вписалась в формат их вечеринки.

– Вы больные, оба! – заорала я под громкий звук захлопывающейся двери.

Паша резко развернул меня к себе.

– Что ты строишь из себя святую? – Его пальцы впились в молнию на моём платье. – Думаешь, я не знаю, о чём ты на самом деле по ночам мечтаешь? Не устраивай цирк, Аврора. Тебе понравится…

Паша резко дёрнул платье вниз. Послышался треск.

И я даже не сразу поняла, что это был звук моего разрывающегося по швам платья.

В голове зазвенело, а слёзы покатились по щекам против воли.

Это правда происходит со мной? Это действительно мой муж? Тот самый, который клялся любить меня, пока смерть не разлучит нас?

– Ты ненормальный! – Я рванулась, не желая сдаваться, но он уже стягивал с меня бретельки лифа.

– О, да ладно, – усмехнулся Паша, продолжая раздевать меня под довольным взглядом сестрёнки. – Не всем же быть такими правильными занудами, как ты.

И в этот момент во мне словно что-то перемкнуло.

Когда Паша откинул мой лифчик в сторону, на мгновение теряя контроль надо мной, я со всей дури врезала ему коленом между ног.

Он заорал, как резаный, и упал на колени, сжимая в руках причинное место.

Ева вскрикнула и подлетела к нему, испуганно поглядывая в мою сторону.

Я вывернулась и схватила первое, что попалось под руку – полотенце с пола – и пулей вылетела из ванной.

Босиком. В одних трусах и с полотенцем, прикрывающим грудь.

Лишь бы убежать.

Лишь бы подальше от обезумевшего мужа.

В коридоре гремела музыка – внизу вовсю праздновался день рождения отца Паши. И ни он, ни гости не догадывались, что за драма сейчас разворачивалась здесь, на втором этаже.

Я сбежала по лестнице на кухню, тяжело дыша. Сердце колотилось, как ненормальное, в голове гудело, а руки дрожали так, что я не могла нормально обернуть полотенце вокруг тела.

– Интересное шоу, – раздался вдруг спокойной низкий голос. – Оказывается, отец знает толк в организации праздников.

Я испуганно вздрогнула и подняла взгляд.

У кухонного острова стоял Илья, старший брат Паши.

Человек, само появление на празднике которого было чем-то вроде снисходительного подарка.

Он облокачивался бёдрами на столешницу и держал в руках стакан с чем-то крепким с таким видом, словно это был не чужой дом, а его личная территория. Вторая его рука лежала в кармане брюк.

И в этой позе было столько спокойной уверенности, что воздух вокруг становился гуще.

Высокий, широкоплечий, в тёмном идеально сидящем костюме. Явно дорогая ткань подчёркивала скрывающиеся под ней мускулистые руки. Пиджак был небрежно расстёгнут, открывая белую рубашку, обнимающую грудь. Галстук немного расслаблен. На запястье – явно дорогие часы. Не массивные, без вычурной позолоты и кричащих логотипов. Такие носят мужчины, которым не нужно никому ничего доказывать.

Тёмные волосы, чуть вьющиеся, были уложены так же небрежно, показывая, что их владелец не старался выглядеть идеально для остальных. Чёткая линия скул, лёгкая щетина и жёсткий изгиб губ дополняли картину.

Илья был одним из тех мужчин, которых почему-то хочется обойти стороной. А уж если столкнуться с ним лицом к лицу, то самое выгодное решение – замереть.

Илья медленно поставил стакан на столешницу.

Его тёмный взгляд прошёлся по моим голым ногам, наспех накинутому полотенцу, пересохшим губам и остановился на глазах.

И в его собственных глазах неожиданно для меня вспыхнуло… желание.

Взгляд потемнел, стал вязким, притягивающим. Он чуть оттолкнулся от столешницы и шагнул ко мне. Медленно, как хищник, который никуда не спешит – добыча всё равно никуда не денется.

– Это не… – начала было лепетать я.

И тут до меня долетел аромат его духов: такой же экзотический и манящий, как этот мужчина.

Все слова вышибло из головы тут же.

– Не знал, что этот унылый вечер вдруг станет таким… интересным, – произнёс он негромко.

Голос низкий, спокойный, с едва заметной хрипотцой.

И от него по позвоночнику прокатилась волна, совсем не связанная со страхом.

Илья остановился в шаге от меня. Его запах смешался с влажным воздухом и моим сбившимся дыханием.

Кажется, я впервые так близко рассмотрела его глаза. Тёмные, почти чёрные, с холодной искрой. В них читалось: “Я беру то, что хочу”.

Он вновь прошёлся взглядом по моим губам, по шее. Задержался на линии ключиц, виднеющихся из-под полотенца.

Я чувствовала этот взгляд физически. Почти как прикосновение.

И в этот момент я вдруг поняла: если бы я сейчас шагнула к нему, он бы не остановился. Даже учитывая тот факт, что я – жена его брата.

В нём не было смущения, не было растерянности. Только уверенность взрослого мужчины, который привык к тому, что женщины хотят его так же сильно, как он их.

Но потом он заметил.

Мои дрожащие руки. Наверняка растёкшуюся от слёз тушь. Следы чужих пальцев на предплечье.

Опасное желание в его глазах погасло, но не исчезло окончательно. На смену ему пришло лёгкое удивление и холод.

Глава 3

Я изумлённо уставилась на него.

– Что? – вырвалось сиплое из груди.

– Отомстить, Аврора. Ты же этого хочешь, не так ли? – Его голос снова стал ровным, почти ленивым.

Ладонь на моём плече ласково, невесомо скользнула по коже, вызывая одновременно и тягучие мурашки, и ледяной ужас.

– Думаешь, я лягу с тобой ему назло? – сглотнув, прямо спросила я.

– Думаю, да, – ответил Илья, шагнув вплотную.

Его ладони сомкнулись на моей талии. Решительно, уверенно, вызывая волну удушающего жара и парализующего страха.

Я издала невнятный звук, похожий на вскрик, но Илья уже не слушал.

Легко оторвав от пола, он без усилий поднял меня в воздух и усадил прямо на столешницу.

Мои щёки обожгло стыдом, но мужчина не дал мне и секунды, чтобы прийти в себя.

Он придвинулся вплотную, плавно и неумолимо развёл мои ноги в стороны, усмехнулся при виде белой полоски трусов.

Мне стало мучительно стыдно от мысли, что он ожидал увидеть меня без белья. На месте трусов он хотел увидеть… о Боже!

– Прекрати, – я попыталась оттолкнуть его, но от эмоций руки не слушались меня.

Мышцы словно налились свинцом, руки стали неподъёмными. Я пыталась оттолкнуть Илью, но моя ладонь скользнула по его груди чуть ли не поглаживающим движением.

Справедливости ради, он не почувствовал бы разницы, даже ударь я его.

Он был в разы сильнее меня. Для него всё моё сопротивление ничего не значило.

Илья сделал крохотный шаг, преодолел остатки разделяющего нас расстояния, встал вплотную.

Я чуть не задохнулась, когда его бёдра плотно вжались в меня.

Господи… я… он, у него там…

– Отойди! – сипло приказала я, пытаясь отползти, хоть как-то отстраниться от него.

У меня плыла голова. Внутри всё перемешалось.

Этот мужчина всегда пугал меня. Уверена, он пугал даже собственную семью. Дерзкий, никому не подчиняющийся, всегда делающий исключительно то, что хочет он сам.

Илья не появлялся на семейных праздниках. Они его утомляли и злили, а все остальные ругали его за глаза, но сами наверняка чувствовали себя куда спокойнее в его отсутствие.

На нашу с Пашей свадьбу Илья отправил денежный перевод с сухим “Поздравляю”. Я впервые увидела его лично через год после свадьбы, и то случайно, Паше пришлось зачем-то заехать к нему в офис.

В момент нашего знакомства, когда Паша представил меня, как любимую жену, Илья окинул меня медленным пристальным взглядом. Не поднимаясь из-за стола, он разглядывал меня, как кобылу перед покупкой. Я себя в жизни такой униженной и испачканной не чувствовала. Я краснела, держала спину неестественно ровной и всё ждала, когда Паша вступится и осадит брата, но муж молчал.

“Может, мне ещё и раздеться?” – не выдержав, бросила я с вызовом тогда, не пытаясь скрыть охвативший меня гнев.

После этого Илья впервые посмотрел в мои глаза и… улыбнулся. Криво, предвкушающе, с видом человека, познавшего эту жизнь и понимающего в сотни раз больше, чем мы.

А ведь он был всего на четыре года старше Паши. И на шесть лет старше меня.

Все шесть лет, что я была замужем за Пашей и являлась частью этой семьи, я безмолвно разделяла общее отношение к Илье. Я его опасалась, предпочитала держаться подальше и тайно радовалась каждый раз, когда он не приезжал на очередной семейный праздник.

Он казался мне чужим, далёким, непредсказуемым и опасным.

И сейчас я в полной мере убедилась в своих ощущениях.

Меня просто трясло. От страха, от неясного волнения, непонимания, беспомощности.

Он действовал быстро, уверенно, неумолимо.

Он не давал мне времени на анализ ситуации и принятие решений. Он не позволял мне ничего решать.

Был только он и его желания.

Понимая, что требования и сопротивление не помогают, я подняла голову, сквозь слёзы жалобно посмотрела в его тёмные глаза и практически взмолилась:

– Пожалуйста… не трогай меня.

Он улыбнулся мне, холодно и уверенно.

– Тебе понравится.

Мужчина сильно, почти больно сжал пальцами мои бёдра, заставляя сильнее вжаться в него и не позволяя отстраниться.

Он был так близко. Он был повсюду. Его тело, его руки, его сводящий с ума дикий чужой запах. Я задыхалась, не зная, куда себя деть. Я верно теряла связь с реальностью.

И когда Илья начал склоняться ко мне с очевидным намерением поставить на моих губах клеймо поцелуем, я с горечью произнесла:

– Он тоже так сказал. Ты недалеко от него ушёл.

Илья замер на половине пути, так и не коснувшись моих губ.

На секунду мне показалось, что он меня просто убьёт сейчас.

Медленно, как неживой, мужчина отклонился. Его пылающий неожиданной яростью взгляд обжёг мои глаза, оцарапал саму душу, заставляя поёжиться и затрястись.

– Не смей нас сравнивать, – приказал он едва слышным, пробирающим до костей ледяным, жутким голосом.

Мне стало в разы холоднее. Я так остро осознала себя, непозволительно сидящей прямо на кухонном столе, в одном лишь полотенце, с широко разведёнными ногами перед посторонним человеком.

В доме родителей моего мужа.

В момент, когда десятки людей собрались на праздник.

Если кто-то войдёт… Если хоть одна душа сюда заглянет…

– Пожалуйста, – я была готова разрыдаться от стыда и ужаса. – Отпусти меня… так нельзя…

Он не реагировал. Я вообще не уверена, что он услышал хоть одно из моих слов. А мне невероятных усилий стоило сдержать слёзы.

Дрожа, стараясь не плакать под немигающим тяжёлым взглядом и не думать о том, в каком виде я перед этим жутким человеком, я не сразу услышала быстрые тяжёлые шаги.

А когда услышала, было уже поздно – в кухню кто-то решительно вошёл.