Развод. Гудбай, мерзавец!

Глава 1

В широком коридоре частной клиники повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь нестройным гулом голосов и шуршанием бахил. Я стояла у регистратуры, словно натянутая струна, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри все кипело.

– Так и кто тут у нас госпожа Ермакова? – наглая девица, с вызывающим видом, кривит губы в приторной усмешке. Её голос, звенящий и неприятный, резал слух, словно осколок стекла.

Проходящие мимо люди, с любопытством оборачиваются, живо интересуясь источником скандала. Администратор Люба нервно сглатывает и переводит свой взгляд на меня. Я подношу указательный палец к губам, едва заметно качая головой, давая ей знак не вмешиваться. Сама разберусь.

– Идемте! Госпожа Ермакова примет Вас в своем кабинете! – произношу я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и уверенно, но внутри все дрожит от возмущения. Машу рукой, приглашая девицу следовать за мной.

Девица, смерив меня недовольным, презрительным взглядом, неохотно идет за мной, цокая каблуками по дорогому паркету. В её походке чувствуется какая-то неприятная самоуверенность, словно она привыкла всегда добиваться своего.

Мы входим в мой пустой кабинет, где царит стерильная тишина. Она, обернувшись ко мне, недовольно шипит, словно змея.

– И где же она?

– Это я, – отвечаю сухо, стараясь скрыть дрожь в голосе. Внутри меня бушует буря, но я должна сохранять спокойствие и профессионализм. – Что вы хотели?

Девица застыла на месте, растерянно хлопая длинными ресницами. В ее глазах мелькнул испуг и непонимание.

– Вы? – пролепетала она, запинаясь. – Еся… говорил, что вы толстая и старая. А вы…

Волна ярости окатила меня при упоминании имени мужа. Меня затрясло от одной мысли о его предательстве.

– Что я? – процедила я сквозь зубы, стараясь сдержать гнев.

– А вы еще ничего, – пробормотала она неуверенно, потупив взгляд.

Усмешка тронула мои губы. Очередная наивная дурочка, поверившая в сказки старого ловеласа. В груди закипала ненависть к Есе и этой девчонке, пытающейся разрушить мой брак.

– Зачем пришла? – рявкнула я грубо, не желая тратить время на любезности.

Девица нервно сглотнула и выпрямилась, намеренно выставляя вперед округлившийся живот.

– Я беременна!

Внутри меня все похолодело. Я смотрела на ее живот и чувствовала, как подступает тошнота. Ненависть и отвращение смешались в ядовитый коктейль.

– От Еси? – выдавила я, стараясь сохранить хоть какое-то подобие спокойствия.

Она робко кивнула, и мир вокруг меня начал рушиться.

Я почувствовала, как скрипят мои зубы от ярости, а на лице невольно вырисовывается хищный оскал. В голове роились мысли о мести и отчаянии. Как он мог так поступить со мной? И что теперь делать с этой беременной девицей?

Еся, мой муж… В этот раз он переступил черту, перешел все границы дозволенного. Завел интрижку с юной девицей, годящейся ему в дочери. И теперь она стоит в моем кабинете беременная. Судя по округлившемуся животу, срок уже немалый.

– Срок какой? – едва сдерживаясь, процедила сквозь зубы, стараясь не выдавать бушующие внутри меня эмоции. Голос дрожал от гнева и обиды.

– Семнадцать недель, – пролепетала девица, испуганно пятившись назад и инстинктивно прикрывая живот руками, будто защищаясь от моего гнева.

Меня словно окатили ледяной водой. Услышав эти слова, я побледнела как полотно. Четыре месяца назад я потеряла своего ребенка, выстраданного и долгожданного. А муж… в это самое время развлекался с этой потаскухой, не думая о моей боли и страданиях.

Не глядя на девицу, я схватила телефон и, дрожащими пальцами набрала сообщение. Ярость клокотала во мне, требуя выхода.

"Гудбай, мерзавец!" – отправила я ему СМС, не жалея ни об одном слове. Пусть знает, что я обо всем догадалась. Пусть трепещет от страха! Козел!

Затем, не теряя ни секунды, я набрала номер своего адвоката по бракоразводным делам. В голосе звучала решимость, которую я не ощущала уже давно. Весь бизнес был оформлен на меня еще до брака. И Еся, мой неверный муж, останется с голым задом! А иначе я буду не я!

Внезапно я вспомнила, что девица все еще стоит в дверях. Гнев вспыхнул с новой силой, и я сорвалась на нее.

– В первый кабинет проходи! – рявкнула я командным голосом, от которого девица побледнела еще больше.

– Зачем? – она испуганно оглянулась назад, ища пути к отступлению. В ее глазах плескалась растерянность.

– Тебя осмотрит гинеколог. Сдашь у нас вне очереди все анализы и пройдешь УЗИ. Если с ребенком все в порядке, считай, тебе повезло, – холодно процедила я.

– А если нет? – девица выглядела совершенно потерянной. Вся ее наглость, казавшаяся такой вызывающей мгновение назад, слетела с нее, словно шелуха.

– А если нет, то все претензии к Есе, – жестко ответила я. – Только вряд ли он тебе чем-то сможет помочь. Сам скоро останется на улице, без гроша в кармане. Будете жить втроем под мостом, – ядовито добавила я, наслаждаясь ее растерянностью.

– Но как же? – девица недовольно нахмурила брови. Кажется, до нее начало доходить, во что она вляпалась. – Еся говорил, что эта клиника принадлежит ему…

Глава 2

Девица испуганно ахнула, увидев мой взгляд. В нем читалось не просто недовольство, а настоящая звериная ярость. Я чувствовала, как внутри меня медленно закипает желание разорвать ее на части, стереть в порошок за одну только мысль о том, что она могла спать с моим мужем.

– Ну чего стоишь? – рявкнула я, не в силах сдержать клокочущую внутри злобу. – Живо иди в первый кабинет!

Едва слова сорвались с моих губ, девицу как ветром сдуло. Хлопнула дверь, и я осталась одна, пытаясь унять дрожь в руках. Куда она убежала? К гинекологу? Или побежала звонить Есе, жалуясь на мою неадекватность? Мне было абсолютно плевать. Пусть катится ко всем чертям. Сейчас главное – собрать осколки своей жизни и не дать им поранить себя еще сильнее.

Адвокат обещал перезвонить позже. Нам предстоял долгий и мучительный разговор, в котором предстояло обсудить все детали предстоящего развода. Я чувствовала себя загнанной в угол, преданной и опустошенной. Но в глубине души теплилась крохотная надежда на то, что после этого кошмара я смогу начать все сначала, построить новую жизнь, в которой не будет места лжи и предательству.

Звонка от мужа долго ждать не пришлось. Телефон зазвонил спустя пятнадцать томительных минут после того, как девица вылетела из моего кабинета.

– Ольга, это что за шутки? – протянул Евсей недовольно, в его голосе сквозило раздражение и легкое презрение.

– Какие уж тут шутки, Евсей, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, несмотря на бушующие внутри эмоции. – Все черным по белому. Четко и ясно.

Слышать его голос было мучительно больно. Каждое слово отдавалось эхом в моей душе, напоминая о тех счастливых годах, которые, как оказалось, были всего лишь иллюзией. Жалко было осознавать, что столько лет было потрачено впустую, подарено человеку, который этого не заслуживал.

– Ты серьезно? – прошипел он злобно. – Накануне юбилея нашей свадьбы ты решила со мной разойтись? Ты совсем спятила?

В его голосе не было ни капли раскаяния, только злость и эгоизм. Он думал только о себе, о том, как развод повлияет на его репутацию и благосостояние. И в этот момент я поняла, что больше не могу терпеть его присутствие в своей жизни, что должна разорвать эту связь раз и навсегда, чтобы обрести свободу и начать новую главу своей жизни.

Меня начинает бить крупная дрожь. Злость, обида, разочарование – все смешалось в один клубок и сдавило горло, не давая дышать. Как он мог? Как посмел так поступать со мной?

– А чего ты от меня ожидал, Евсей? – срываюсь на крик, хотя секунду назад еще пыталась держаться. – Думаешь, я закрою глаза на твою беременную потаскуху? Буду делать вид, что ничего не происходит, пока ты развлекаешься на стороне?

– О чем ты? – осекается он, резко меняя тон. Слышу в его голосе нотки растерянности, но я больше не верю ни единому его слову.

– Девка твоя заявилась ко мне в клинику с пузом, – цежу сквозь зубы, стараясь сохранять хоть какое-то подобие спокойствия. – Срок семнадцать недель. Не знаешь такую?

– Как зовут? – игнорирует он мой выпад.

Тут я зависаю конкретно. Внутри все обрывается от осознания того, насколько глубоко я заблуждалась в этом человеке.

– А у тебя их несколько, да? – спрашиваю с ироничной усмешкой, хотя на самом деле мне совсем не смешно. – Ты уже и имена перестал запоминать, Евсей?

– Оля, прекрати, – в его голосе слышится раздражение и злость. – Я серьезно.

– Да пошел ты! – кричу я, не в силах больше выносить его лживую игру. Сбрасываю звонок и, шатаясь, иду к двери, закрываю кабинет на ключ. Затем опускаюсь на пол, обхватываю себя руками и тихо вою, как раненый зверь. Внутри пустота, боль и бесконечная усталость. Кажется, что жизнь кончена.

Всю свою жизнь я посвятила больным детям, отдавая им всю душу и обретенные знания. О детской неврологии я знала все – от самых редких генетических заболеваний до сложных случаев ДЦП. Запись ко мне на прием велась за три месяца вперед. Люди чувствовали, что я – последняя надежда для их больных детей. И я помогала. Изучала новые действующие протоколы, разрабатывала индивидуальные схемы лечения на основе сданных анализов. Наблюдать за тем, как у тяжелых детей происходит прогресс в развитии, как они делают первые шаги, произносят первые слова, – было моей истинной радостью, моим смыслом жизни. Но вот самой мне Бог деток не дал. Сколько я лечилась, что только не делала, по каким святым местам только не была – все без толку. Последняя беременность закончилась трагедией – ребенок погиб на большом сроке, оставив в моей душе незаживающую рану. И вот теперь я узнаю, что у мужа скоро будет ребенок, здоровый, крепкий малыш, но от другой женщины.

Это больно. Это удар в самое сердце, от которого, кажется, уже не оправиться.

Что со мной не так? Я красивая, ухоженная, хозяйственная, добрая. Почему же муж мне изменил?

Я считаюсь одним из лучших детских неврологов страны, ко мне едут со всех уголков, чтобы получить шанс на выздоровление. И вот я стою сейчас у разбитого корыта, осознавая, что все мои достижения, все мои регалии – ничто по сравнению с личным счастьем, которое рухнуло в одночасье. Моя семья развалилась на части, и в сорок пять лет я осталась одна, с разбитым сердцем и ощущением полной бессмысленности происходящего.

Резкий звонок телефона выводит из тягостных раздумий. Беру телефон и вижу, что мне звонит Люба – наш администратор, мой верный помощник и давняя подруга.

Глава 3

Смахиваю мокрые дорожки с лица и, глубоко вздохнув, направляюсь к зеркалу. В тусклом отражении вижу бледное, осунувшееся лицо с покрасневшими глазами. Поправляю макияж, тщательно маскируя следы недавней бури, чтобы эта наглая тварь не заметила моих слез.

Выхожу в зал, стараясь сохранять невозмутимый вид. Люба, моя верная помощница, стоит, словно скала, и мужественно отражает нападки разъяренной девицы. В ее голосе слышится усталость, но ни капли раздражения. Люба умеет находить общий язык с любым, даже самым сложным пациентом.

- Ольга Ивановна, - облегченно вздыхает Люба, увидев меня, и в ее глазах читается тихая мольба о помощи. Она явно уже на пределе.

Девица, до этого момента яростно жестикулировавшая, резко поворачивается ко мне. В ее глазах – вызов и злоба. Упрямо вздернув подбородок, словно желая казаться выше и значительнее, она цедит сквозь зубы:

- Мне нужен главный врач или заведующая! Я хочу подать жалобу на грубое обращение!

Смотрю на нее в упор, пытаясь понять, что Евсей в ней нашел. Неужели его мог привлечь этот вульгарный макияж, этот дешевый парфюм, эта надменность во взгляде? Как он мог позариться на такое ничтожество? Внутри поднимается волна презрения и отвращения.

- Ты, видимо, плохо слышишь? – спокойно, но твердо произношу я, стараясь не выдать бушующих внутри эмоций. – Я ведь сказала тебе, что эта клиника принадлежит мне. Я здесь главный врач, заведующая и детский невролог в одном лице. Так что не стоит устраивать балаган. Лучше сходи к гинекологу.

В ее глазах вспыхивает ярость. Кажется, она готова броситься на меня с кулаками. Но я не отступлю. Не позволю ей увидеть мою слабость. Не позволю ей торжествовать.

Девица упрямо дергает плечом.

- Никуда я не пойду, пока Еся не приедет сюда и не разберется, – с вызовом заявляет она, по-детски надув губы.

- Ты ему уже звонила? – с притворным интересом спрашиваю я, наслаждаясь ее замешательством.

- Да, – отвечает она, а потом хмурится, словно столкнулась с неожиданной проблемой. – Но он… трубку не берет.

- Еще бы, – тихо усмехаюсь я, представляя, как Евсей, вероятно, пытается избежать этой неловкой ситуации. – Но не переживай. Он скоро явится.

Девица, услышав мои слова, самодовольно усмехается, словно одержала маленькую победу. Видимо, уверена, что он поддержит ее, а не меня.

- Хотелось бы мне посмотреть на то, как он поставит Вас на место, – с плохо скрываемой злостью произносит она.

Я не выдерживаю и начинаю хохотать. Смех вырывается из меня против моей воли, заряжая какой-то дикой энергией. Да, девица, конечно, дура, но изрядно подняла под конец мне настроение. Мне отчаянно захотелось посмотреть, как муж станет себя вести. Как он выкрутится из этой нелепой ситуации.

- Как тебя зовут? – спрашиваю я из чистого любопытства.

- Меня? – растерянно хлопает девица своими накладными ресницами.

- Тебя! – понижаю я тон, чувствуя, как внутри закипает злость от ее непроходимой тупости.

- Лёля, – громко отвечает она, гордо вздернув подбородок.

Лёля?! Мать твою! Это какой-то сюрреализм. Какая-то извращенная пародия. Евсей так часто называл меня ласково… Лёля… моя Лёля… Интересно. Это он ей дал такое прозвище? Или это ее настоящее имя?

- Лёля – это полное имя? – допытываюсь я.

Девица презрительно фыркает, закатывая глаза.

- Какая разница! – бросает она с вызовом.

Действительно, какая разница! Мне по сути должно быть уже все равно. Ведь скоро Евсей останется в прошлом. Обдеру его как липку и забуду его, словно досадную ошибку. Сотру из памяти, как старый ненужный файл.

- Кофе не хотите? – с натянутой улыбкой задаю я вопрос, стараясь держать себя в руках. Но тут же вспоминаю, что Лёля, беременна. - Нет, лучше чай! С французским печеньем.

У сидящей за стойкой администратора Любы удивленно приоткрывается рот. Я краем глаза замечаю её недоуменный взгляд. Она-то прекрасно знает, что французским печеньем я угощаю только действительно важных людей. Клиентов, партнеров, проверенных друзей. А тут хабалка нарисовалась!

- А давайте! – с удовольствием соглашается Лёля. - Всё равно же придется ждать Есю! Надо же чем-то себя занять.

- Что ж, – усмехаюсь я. – Иди за мной.

Лёля делает шаг в мою сторону, затем испуганно останавливается. В её глазах мелькает секундное замешательство, но тут же сменяется привычной наглостью.

Оборачиваюсь к ней лицом, стараясь скрыть иронию в голосе.

- Ты что, боишься меня? – спрашиваю я с притворной заботой. Мне интересно наблюдать за ее реакцией.

- Нет! – быстро отвечает она, стараясь казаться храброй.

- Ну, вот и славно. – делаю вид, что верю ей.

- Но вы… странная, – через секунду выдаёт она, и я едва не спотыкаюсь на месте от удивления.

- Почему это? – с любопытством вскидываю бровь.

- Я думала, вы мне волосы вырвите, – честно признаётся Лёля, пожимая плечами. – А вы предлагаете чай.