Развод Любовь на перекрёстке судьбы

Глава 1

Глава 1

– Давай быстрее, чего ты возишься!

Мне не понравился тон мужа. Что значит возишься?

Я зашнуровала ботинок Маше, поднялась с колен. Только собралась разъяснить Виктору, что заплести шикарные волосы дочери и переодеть ребёнка после тренировки это всегда время, как заметила кое что.

Мой ненаглядный муж стоял вполоборота и улыбался! Только не мне.

Виктор смотрел на теннисный корт, где скакала тренер – белобрысая девка в короткой бесстыжей юбке, в облегающем топе и кепке с лейблом клуба. Муж смотрел туда, на неё. Не отрываясь.

Неприятный укол ревности шарахнул в самое сердце. Я нутром почувствовала тревогу. Мгновенно исчезли все звуки, я как оглохла. Только холодная оторопь ревности по спине.

– Мам, я пить хочу, – Маша дёрнула меня за руку. – А? – я повернулась к дочери, достала из её рюкзачка бутылку с водой. – Я вас в машине буду ждать, – Виктор не глядя на нас с дочкой отправился на выход из холла спортивного комплекса.

Сердце снова ёкнуло, я прям почувствовала что-то не то.

Повернулась к витринному стеклу, туда, где на кортах во всей красе спортивные куколки в теннисных нарядах скакали по зелёному газону, мотаясь за мячиками. Ту, за которой наблюдал мой муж, я заметила сразу. Трудно было её не заметить.

Она медленно шла вдоль газона, помахивала ракеткой. Другой рукой белобрысая дива достала телефон и вся расплылась от звонка.

Кстати, я заметила, Виктор выходил тоже доставая телефон. Это он ей звонил? Или у меня уже паранойя?

Я впилась глазами в ту чёртову дуру с ракеткой в руке и с ногами от ушей. Такие ноги хочется повыдёргивать сразу. Стройные, с хорошо очерченными икрами, наверняка натёртые автозагаром…

Да белобрысая вся была как с картинки.

Высоко поднятый белый хвост волос, торчащая на груди вершинками кверху тенниска, почти ничего не скрывающая юбчонка на оттопыренной заднице.

Мне с ней не тягаться. Правда, я тоже была худенькая, но …как бы это сказать…

Я была обычная мамка пятилетней девочки, замороченная на кружках, на уюте в доме, на заботах о деловых костюмах мужа бизнесмена. А эта ведьма была заморочена на взглядах мужиков.

Я отвернулась. Вокруг меня в воздухе что то скручивалось грозовым облаком. Ещё раз посмотрела туда, на белобрысую. Она сидела на низкой лавке, вытянув ноги и продолжая дышать в телефон.

– Мам, идём, нас папа ждёт.

– Маша, а ну ка, посмотри вон туда, – я показала дочке на белобрысую, – Видишь вон ту красивую тётю, что говорит по телефону?

– Марину Ивановну? – дочка кивнула,: – Когда я подрасту, она заберёт меня к себе в группу.

– Да? – у меня перехватило дыхание,: – А ты её откуда знаешь?

– Не знаю, – дочка потащила меня за руку,: – Ну идём. А то снова с папой в машине будете ругаться.

Меня кольнуло замечание дочери. С другой стороны, Машка была права. Виктор вечно был чем то недоволен, бурчал, бухтел. Я чаще помалкивала, но иногда вставляла ему в ответ свои пять копеек и тогда начиналось…

Но сегодня было что то другое. И муж был другим, злее и раздражительнее, чем обычно.

– Идём, Машенька, – подхватила ладошку дочери, не успели выйти, нас поймала мамаша Игорька. О, только не это! Знаете, бывают такие активные мамаши-фонтаны, общественницы, которых ничем не заткнуть.

– Елена, вы же не забыли, мы все собираемся на дне рождения Вани в субботу. Подарок вы уже выбрали какой купите? Я список присылала. – Фокина прожигала меня глазами.

– Нет, я тороплюсь, давайте позже, – я ледоколом пыталась обогнуть эту глыбу, Фокина не отставала:

– Куда уж позже. Вы вечно всё в последний момент делаете, Елена. Итак, выберите подарок, который вы оплатите, список я вам ещё раз перешлю. К вечеру жду ответа!

Всё же мне удалось отвязаться от надоедливой бабищи. Я уже выскочила на парковку выискивая глазами Виктора.

Муж стоял возле нашей Ауди. Как всегда расслабленно. Одна рука в кармане, вторая прижимала к уху телефон. Его лицо…

Ах ты, батюшки. На физиономии мужа разливалась сплошная благодать. Красивое лицо Виктора самодовольно светилось улыбкой, он вообще был как кот у миски со сметаной.

У меня сердце тоненько поскуливало, висело на тонкой ниточке. Я так боялась поверить, что с моим мужем происходит то, чего я боялась больше всего на свете. Неужели у него кто то есть. А может нет?

Может, от недостатка секса и ласки с его стороны в последнее время у меня появились бредовые фантазии. Ну подумаешь, улыбается в телефон…

Только я муженька раньше с такой улыбочкой не видела. Как же мне хотелось послушать что привело моего Витю в такой счастливый восторг. Подкрасться незаметно, растопырить уши и хоть что то услышать.

Странно, ещё вчера мне бы такое и в голову не пришло. Я приличная, хорошо воспитанная женщина. Не курю, ни в коем случае не пью, не ругаюсь матом. И уж тем более не подслушиваю.

Но сегодня, сейчас моё воспитание дало трещину. Я на цыпочках подбиралась к мужу со спины, вся превратившись в слух. Ну надо же! В самый неподходящий момент дочка рванула к Виктору с радостным визгом: “ Папа!”

Виктор обернулся к Маше, одними губами кому то произнёс “до вечера, дорогая”, сунул телефон в карман.

Я слышала. Я собственными ушами слышала эти ядовитые слова “пока, дорогая”. Разум метался подбирая причину под эти слова.

Может, Виктор говорил с матерью, с сестрой? Чёткая догадка сверлила мозг: “Лена, очнись. Виктор слова доброго никогда не говорил своей родне, правда они платили нам тем же”.

Я замерла в трёх шагах от машины не в силах поверить в происходящее. Мой муж только что говорил с другой бабой!

Виктор подхватил Машу, покружил её, прежде чем усадить в автокресло. Возился с застёжками, а я всё стояла, глядя ему в спину. Смотрела на его широкие плечи, видела, как он чмокнул дочку в нос, не могла пошевелиться. Вот с кем он разговаривал?

Виктор повернулся ко мне:

Глава 2

Глава 2

– Виктор, что у тебя с той женщиной?

– Ничего, – Виктор дёрнулся, тень растерянности скользнула по его физиономии.

Глаза мужа стали стеклянными, дыхание сбилось. На секунду, но сбилось!

Вдруг муж спохватился, пришёл в себя, округлил глаза:

– С какой женщиной? О чём ты вообще говоришь, Лена?

Он напыщенно выпятил грудь, полностью вернулся в роль царя всех царей.

Обошёл меня, сел за руль.

А я теперь не сомневалась. Поймала мужа на горячем. Мужья, у которых “ничего” отвечают по-другому.

Села рядом с Виктором:

– Кому ты сказал “ До вечера, дорогая”?

– Что ты несёшь, Лена. Мухоморами с утра позавтракала! – Виктор вцепился в руль, злобно выдавил из себя: ”Идиотка”.

– Мам, пап, ну хватит. – Маша была на своей волне, она терпеть не могла, стоило нам зацепиться с Виктором. Да, да, я знала, что нельзя при детях выяснять отношения. Однако, сегодня мне было не до правил.

Холодное подозрение ударило волной адреналина. Я попалась на крючок чёткой догадки.

Женская интуиция страшная штука. Особенно, когда просыпается ревность.

Какой же дурой я себя почувствовала. Я ведь знала, что права, но как доказать самой себе, что не ошибалась.

Закусила губу, почувствовала, как румянец рванул по щекам. Вечно меня подводила моя дурацкая особенность краснеть от смены настроения.

А вот настроение у меня менялось часто. Потому, что у нас с мужем давно было не всё в порядке.

Дома меня вместо объятий мужа вечно ждала стирка и духовка, холодильник и расписание Машиных кружков и секций. Муж общался со мной отстранённо, я вообще уже забыла, что между нами когда-то была любовь.

Может быть поэтому я так болезненно перебирала в памяти его слова: ”до вечера, дорогая”.

Назревал скандал. Я прикусила язык, сдерживая всё что бушевало внутри.

Чтоб не нервировать ребёнка решила выяснять отношения дома. Однако, сценарий моей судьбы неожиданно сделал крутой вираж:

– Лена, – голос мужа вдруг зазвучал неожиданно тепло, его взгляд улетел поверх моей головы куда то в сторону: – Давайте летом поедем в отпуск. Все вместе. На море. Куда нибудь в Тайланд.

– В смысле?! – у меня дыхание остановилось.

Я подозрительно смотрела на мужа. Что то было не то. Я видела сбоку от себя как будто чужого мне человека. Он явно что то задумал, хотел отвлечь от моих расспросов с кем он по телефону говорил. Поэтому море приплёл.

Если бы я знала, как была права!

За шесть лет брака я только и слышала от мужа, что он пашет как вол, он бережёт каждую копейку, а тут вдруг Тайланд:

– Виктор, с чего ты вдруг решил отправиться за границу?

– Началось, – муж ударил кулаком по рулю, машина нервно взвизгнула клаксоном: – Что с тобой, женщина?

Маша услышала нашу перебранку:

– Мама, море, это где акулы и крокодилы?

– Доча, ну что ты себе придумала. – Виктор рассмеялся: – У тебя фантазии как у твоей матери. Вот прям вся в мать. На море дельфины.

– Я хочу увидеть дельфинов! Ура! – Маша весело болтала ногами, – Ещё на море живёт русалочка! Я в мультике видела.

Виктор резко дёргал машину перестраиваясь из ряда в ряд, нам сигналили. Ишь, разнервничался. Снова шипел на меня:

– Почему все свои действия я должен объяснять тебе, Лена? Муж решил свозить семью к морю. Почему ты не можешь спокойно сказать “спасибо” на подарок мужа, как все остальные?

– Кто все? Кому ты ещё делал подарки? – вопрос был не праздный.

– Да что ты к словам цепляешься! А то я тебе подарков не делал. – Виктор взбесился, злобно фыркнул.

Я перебирала в уме когда это мне был сделан подарок и ничего не могла вспомнить:

– Во-первых не ори, – я сама шипела, заводилась всё больше: – Во- вторых Тайланд это не море, это океан. А в третьих, про свой подарок мне напомни. Хоть про один.

Виктор процедил:

– Ты реально неблагодарная, Лена. Хорошего не помнишь. Машина, например, что у тебя под задницей, когда Машу возишь и сама по магазинам шастаешь, это плохой подарок? Забыла?

– Помню. Как продала свою первую машину, чтоб заплатить за кредит, когда погорело твоё первое предприятие. Так что ты просто вернул мне моё. Это для справки.

– А я просил тебя продавать ту машину? Как после этого я должен был чувствовать себя, когда женщина мужику пришла и положила деньги перед мордой. Я как и не мужик тогда получился. Дура! Без тебя бы справился.

– Ты же обещал с моста в Москва-реку спрыгнуть от горя. Вопил, что тебе долг отдать было нечем. Забыл? Конечно, я продала машину. Любая бы продала.

Сжатые губы мужа были молчаливым ответом.

Как я ни старалась, всё же избежать скандала не получалось. Обернулась назад, посмотрела на Машу, она увязла в планшете.

Я набрала побольше воздуха, собралась яростным шёпотом сообщить мужу что я думаю о его предприятиях вообще, о том, как я всегда поддерживала его в трудные времена, как мы чуть не оказались в однушке.

Я, между прочим, первое время с грудной Машей наперевес вкалывала, разрабатывая выкройки и скандалила с поставщиками. Наши предприятия занимались пошивом постельного белья, и я, между прочим, организовывала все процессы. Реально экономила каждую копейку.

Именно это не дало нам помереть с голоду.

Последние года два только отошла от дел, полностью переключившись на дом и ребёнка. Виктор сумел крутануться, расправил крылья. Мы, конечно, не стали олигархами, но деньги теперь водились, жизнь заметно изменилась.

Виктора потёр подбородок, медленно, как то скрипуче проговорил:

– Елена, как ты меня достала. Сто раз говорил: хватит мотаться по развивающим кружкам с Машкой. Из-за этих чёртовых кружков ты вечно устаёшь и орёшь на всех, как дура.

Глава 3

Глава 3

Значит, в командировку…

Я ведь понимала, что муж мне наврал. Не было там никакой командировки.

Слова “до вечера, дорогая” это не про командировку.

Так, а что если позвонить моему ненаглядному лжецу. Если Виктор на вокзале или в аэропорту по любому слышно будет. На заднем фоне там или люди будут гомонить или объявления о прибытии поезда.

Набирала номер мужа, но Виктор оказался или хитрее, или он был в самолёте и там отключил телефон.

Или он весело кувыркался со своей лахудрой, а телефончик выключил специально!

Постойте! А может он любовницу с собой в командировку прихватил? Какая же я дура. Если он с любовницей попёрся в командировку, это же запросто можно выяснить. Просто позвонить его секретарю и узнать.

Вера Павловна женщина в возрасте, медлительная, но очень педантичная, она точно знала о передвижениях моего мужа. Правда, я её сто лет не видела, да и вообще у нас было шапочное знакомство.

Зато, как говорил мой муж, я единственная жена, которая не имела морального права ревновать мужа. У него секретарша была вдвое старше него.

К сожалению, кроме пожилой секретарши планета населена кучей других дамочек. Интуиция женщины всегда найдёт кого к кому приревновать.

Я несколько раз хватала телефон и даже набирала номер секретаря и откладывала. Нельзя звонить, время позднее. Надо было дождаться утра.

Бродила спятившей кошкой по квартире и всё думала, думала.

Итак, у моего Вити кто то есть. Кто?! И где он сейчас.

Вспомнила наш недавний скандал. Виктор пришёл с работы, сел ужинать за стол и тут я заметила, что на его пальце нет обручального кольца.

– Виктор, где твоё кольцо?

Он резко взглянул на руку, сжал её в кулак. Да так, что костяшки побелели:

– В кармане где то, – ответил, принялся ломать хлеб, потянулся за ложкой.

– Почему оно в кармане? – я не собиралась уступать.

– Чего ты привязалась. Я был в сауне, снял, чтоб не соскользнуло.

– Когда?

– Что когда?

– В сауне ты когда был? Ты мне ничего не говорил. – от возмущения я чуть не выронила половник.

– Дашь ты мне спокойно поесть, что за расспросы? Ну был муж в сауне, в бассейне – это нормально для друзей встречаться в бане.

– А если бы я пришла без кольца из сауны, ты дал бы мне спокойно поесть?

– Глупее ничего не могла придумать?

– Могла. Где мокрые вещи после бассейна?

– Истеричка! – Виктор вскочил, сунул руки в карманы: – Чего ты добиваешься?

От его тяжёлого взгляда меня начало трясти, но я всё равно гнула свою линию:

– Покажи мне кольцо!

Виктор сузил глаза, сжал губы. Лицо стало страшным, злым. Я испугалась, не знаю, какая сила заставляла стоять прямо и смотреть ему в лицо. Он ехидно усмехнулся, снова сел за стол, отодвинул тарелку:

– Борщ остыл. Разогрей. Поем, потом все разговоры.

Я обошла его, отправилась в прихожую, сорвала пиджак с вешалки пришла на кухню:

– В каком кармане кольцо?

Сама полезла в карман его пиджака глядя ему в лицо.

И вот тут случилось сальто мортале кухонного разлива.

Муж подскочил, выхватил у меня пиджак:

– Тебе как пришло в голову брать чужое? Не смей трогать мои вещи.

Выхватил у меня свою тряпку, нащупал кольцо, напялил на палец, стал буквально тыкать им мне в лицо:

– Довольна?

Помню, смотрела на него и думала, что как раз в пиджаке было что-то кроме кольца. Что-то, чем я испугала мужа до визга.

Вспомнив про тот скандал, сейчас – ничего умнее, чем вывернуть его карманы мне в голову не пришло.

На цыпочках, чтоб не разбудить Машу прокралась в гардеробную.

Так, если у мужа кто то есть, значит и следы измены где то должны быть.

В хищной улыбке оскалила зубы методично выворачивая карманы его пиджаков. Во всех карманах чистота, даже крошек нет, только жевательные резинки да тик-ток. Смотри, какой денди. Наверное, чтоб целоваться жвачек накупил. Гад. Скотина.

Добралась до карманов брюк. Ничего. Где ещё посмотреть…

На глаза попалась барсетка. Там тоже пусто. Зато сбоку стоял дипломат и вот тут меня как током ударило. Виктор всегда брал дипломат с собой в поездку, почему сегодня не взял?

Значит, мои подозрения правильные. Муж где угодно, но не в командировке.

Снова набирала и набирала его номер, телефон равнодушно талдычил: “ Телефон абонента выключен или …” Я сбрасывала, не дослушав и набирала снова и снова. Скотина, бери уже трубку!

Выскочила из гардеробной, помчалась на кухню. Бродила из угла в угол, сердце бухало набатом.

Честно, врагу не пожелаю такого состояния. Я точно знала, что вот сейчас, прямо в данную минуту мой муж где то с другой бабой.

Повернулась к кофемашине. Нажала кнопку, агрегат зашумел трактором. Тонкая струйка ароматного кофе медленно набиралась в чашку.

Я сухими глазами смотрела на чёрную жижу булькающую в чашке, думала скорее бы утро. Сразу позвоню его секретарше, узнаю в какую командировку он уехал, в какой город.

Вплоть до того, что вызвоню все гостиницы в том городе, но найду его и смогу убедиться: врал мне милый или нет.

Хлебнула обжигающий кофе, стояла у окна, смотрела в темноту, вдруг меня осенило: надо в его кабинете поискать что нибудь. Ну не может такая грязь, как измена не замарать мужика.

Поставила чашку, толкнула дверь в его святая святых.

Если бы мой муженёк был дома, то начал бы визжать – в его кабинет нельзя входить, вползать, дышать и вообще. Вроде как это единственный его личный угол во всём доме.

Глава 4

Глава 4

Утром рано отвезла Машу в садик. Вернулась в машину, сидела как убитая, бесцельно смотрела в лобовое стекло.

Напряжение не отпускало с ночи. С того самого момента, как из папки в кабинете мужа выпало два картонных прямоугольника. Отрывные талоны на посадку в самолёт.

Помню, подняла квиточки и уставилась в чёткие буквы: рейс, номер, Ларин Виктор и на другом Латышева Марина. Перелёт Москва-Чэнду. Стала вспоминать, в Китай мой милый летал полгода назад.

Получается, любовнички уже полгода вместе. Как минимум.

Посмотрела на часы. Начало восьмого. Меня всё подмывало позвонить секретарю, узнать про командировку. Но внутренние приличия сдерживали. Рано звонить. Хотя бы восьми утра дождаться.

И всё таки где мой муж.

И вдруг меня как током ударило. Он в загородном доме. В смысле они там. Недаром Виктор вчера про камин вспомнил.

Дальше я ни о чём не думала.

С прокрутами колёс сорвалась с места. Вцепилась в руль, неслась в сторону трассы, что называется, со свистом за ушами.

Машина не слушалась руля. Ночью был дождь, мокрый асфальт опасно скользил сливочным маслом под колёсами. Из-за слёз, то и дело застилающих глаза, ничего не было видно, приходилось тереть лицо ладонью.

Представляю, на кого я была похожа после бессонной ночи с зарёванным опухшим лицом.

Мне надо было сейчас, немедленно поставить заключительную точку в моих подозрениях. Дура, какие уж там подозрения, это уже убеждения.

Тот посадочный квиточек на имя Латышевой Марины сложил картину из обрывков. Я, правда, не знала какая фамилия у теннисистки, может она и не Латышева. Но и сотрудниц Марин у моего мужа не было.

Надо же, скотина. В Китай её возил, а я с марта деньги на сумочку выпрашивала. Так мне и надо. Сама себя зарыла вечными своими уступками мужу. Всё стеснялась зубы показать. Неудобно было просить на себя.

Уже через двадцать минут сворачивала с трассы. У меня пульс зашкаливал. Сердце колотилось где то в горле. Пробираясь на нашу улицу вползала медленно, кралась лисой.

Давно я тут не была. Забор наполовину из рабицы, строительный мусор вокруг дома, весь свежепостроенный дом как на ладони. И машина Виктора. Во всей блистательной красе!

Я поняла, что они там. Не он, а ОНИ!

Ощущения были сродни путешествию по знойной пустыне. Иссушенное сердце захлебнулось в кипящей крови. Стало сухо во рту, нечем было дышать. Розовые очки рухнули в никуда.

У мужа любовница. Измена.

Машина Виктора стояла перед ступенями.

Не в гараже, не под навесом, а перед ступенями. С чего бы вдруг. Первое, что делал мой муж возвращаясь домой или сюда, на дачу, это ставил свою ненаглядную тачку в гараж. Любовно оглаживал, сдувал пылинки и чуть ли не рукавом протирал фары. Трясся над ней как над хрустальной…

Это мой убитый Матисс мог оставаться не то, что во дворе, он и за воротами был никому не нужен.

Я подошла к машине, смотрела на переливающееся бордовыми и золотистыми звёздочками чудо. Плавные изгибы машины сияли изяществом.

На пассажирском переднем лежал клатч. Чужой. Чёрный, бархатный дешёвый клатч никак не вязался с дорогущей машиной Виктора.

Собственно, почему я называла эту дорогостоящую четырёхколёсную шикарную красавицу-Ауди Витиной? Она также его, как и моя. Ведь так?

Я огляделась. На глаза попался прекрасный красно-оранжевый кирпич. Это подруга-судьба приготовила его специально для меня.

Подняла кирпич, ох тяжеленный. Как раз то, что надо.

Размахнулась и со всей силы влепила кирпичом по вылизанной морде машины. Удар пришёлся прям по центру капота.

Звук сначала был такой, будто упал огромный термос. Глухо так, – бум! – а потом треск со скрежетом. Ровно через секунду разорвалось небо, зашлось сиреной. Сигнализация выла как раненый бронепоезд.

Я от ужаса отступила, попятилась.

Из дома вылетел Виктор. Голый. В намотаной простыне на бёдрах. Сначала он увидел меня.

Я, как Наполеон, стояла сложив руки на груди бесстрашно смотрела ему в лицо.

А вот лицо моего мужа стало страшным, когда он уставился на захлёбывающуюся сигнализацией машину.

Взгляд мужа был непередаваем: вселенское горе. Его взгляд скользил по капоту, ощупывая каждый сантиметр моего хулиганства.

Хороший такой, мощный скол до самого металла. Покарёженный, с рваными зазубринами. С трещинами, извивающимися кривыми линиями через весь капот. Я молодец – отличный удар.

– Витенька, что случилось? – следом за моим мужем выскочила “его вишенка” на торте – Марина. В халатике, всклокоченная и перепуганная. Заметив меня сразу спряталась в нору.

Мой муж поднял на меня белые от бешенства глаза, схватился обеими руками за голову. Прошипел:

– Что ты наделала!

Простыня соскользнула с его бёдер. Абсолютно голый мужчина на фоне крыльца выглядел жалко.

Я смотрела на мужа. Каким же он мерзким показался мне в эту минуту. Голый, жалкий, какой то растерянный с серо-бежевым комком между ногами. И вот то самое, серое и вислое, из за чего началось сражение вызывало отвращение. Какая жалкая гадость!

Муж впопыхах ухватился за соскользнувшую простыню, ко мне тоже вернулся дар речи:

– Штаны надень, Ромео.

Развернулась и пошла к своей машине.

– А ну, стой, ведьма!

Виктор неуклюже бросился меня догонять. Я испугалась. Припустила к машине, успела спрятаться в салоне, закрылась изнутри.

Муж стучал пятернёй по стеклу, по двери:

– Лена, дура, что ты наделала!

Не стала ждать марлезонского балета. Завела свой верный матисс, тронулась, показав в окно средний палец.