Развод. Мы забыли, как любили

Глава 1

— Как же я соскучилась, мой лорд. Позвольте доставить вам удовольствие, — послышалось из-за двери, стоило только её открыть.

Документы в моих руках рассыпались по полу.

Я так спешила привезти их в министерство своему супругу. И меня даже не насторожило отсутствие секретарши на своем месте.

Впрочем, вот и… она.

Сидела на коленях у ног моего мужа. Его ноги были широко расставлены, а голову он откинул на спинку кресла.

Мы встретились с ним взглядами.

— Грейс, — процедил Рейган Фростмар, мой муж и по совместительству лучший друг и правая рука императора драконов Эрэйна Норвелла.

Лучший финансист империи, тот, от одного взгляда которого тряслись знатные мужи, потому что после встречи с ним лишались значительной части имущества.

Гений, талант, одарённый дракон.

Мы пятнадцать лет в браке. У нас есть сын.

— Что ты делаешь? — едва шевеля губами, прошептала я.

Сердце разрывалось от боли, словно туда вонзили острый шип.

Я не могла даже нормально начать дышать, всё сузилось до узкого коридора, где на одном конце была я, его верная супруга, а на другом — мой изменник муж.

— А ты не видишь что?

— И давно ты… изменяешь мне?

— Какая разница, Грейс, — равнодушно бросил супруг.

— Как ты можешь? Мы же истинные! — выкрикнула я.

Меня трясло. Я думала мы счастливы в браке, но сейчас красивая картинка фасада шла мелкими трещинами, грозясь осыпаться под ноги.

Муж поморщился. А потом погладил по щеке ту черноволосую девицу, что сидела у его ног, и продолжала, не смотря на меня, гладить его бёдра руками. Водить от колен до паха наманикюренными пальцами.

— Истинность — это атавизм. Ненужная часть нашей жизни. Тем более мы выполнили долг перед родом. У меня есть сильный и одарённый наследник — Теон. Наш сын. Дальше я могу строить ту жизнь, которую сам захочу и не обращать внимание на своего дракона.

Он при мне поднял девицу за подбородок, пока я держалась за ручку двери и умирала прямо тут, в кабинете.

Провёл по её красным пухлым губам, пальцем вдавливаясь в них, и помог ей подняться. Та поправила своё фиолетовое платье, развернулась и… торжествующе посмотрела на меня.

Ну что сказать?

Молодая, красивая, свежая, на десяток лет, а то и больше младше меня, девица смотрела с пренебрежением, словно я старая ненужная кляча.

А ведь мне всего тридцать четыре.

Но мой муж решил, что строить свою жизнь со мной необязательно. Даже если я его истинная и его дракон признал меня.

— Иди, Грейс, и готовься к разводу. Я сейчас занят. Когда освобожусь, мы поговорим.

Я попятилась, наступая на документы, которые рассыпались из моих рук.

Муж поморщился, стоило только это заметить. Черты его лица исказились. Он не любил беспорядка и неподчинения больше всего в мире.

— И собери за собой документы!

— Пусть их соберёт твоя секретарша. Она ведь твой осознанный выбор. Думаю, она будет рада угодить.

— Что ты несёшь, Грейс? Фили не будет выполнять твою работу. Подними эти бездновы документы и уходи.

Я вдавила каблук в бумагу с гербовой печатью и решительно проткнула её насквозь.

Смотрела прямо в чёрные глаза мужа. Тому было плевать, что я чувствую агонию собственного сердца, а молодая любовница ликует и топчет его… топчет его…

Но Рейган уже всё решил.

— Ты не сможешь отказаться от истинности, — прошептала я. Мир стал искажаться от слёз, подступающих к глазам.

Хотя, видят боги, я не хотела показывать, как слаба. Не тогда, когда на меня смотрит его молодая любовница.

— Смогу. Есть специальные средства, — сквозь зубы процедил муж.

— И дал его тебе император?

— Не твоё дело.

— Значит, он знает.

Конечно, рядом с таким мужчиной, как мой муж, должна быть достойная женщина. А не нищенка с окраин, воспитанная бабушкой, без особого дара — просто посредственность. Видимо, Рейган решил изменить это.

— Не тебе осуждать решения императора.

— Разумеется.

А потом я снова перевела взгляд на девицу. Та мялась рядом, стояла чуть ближе ко мне, и тут она… положила ладонь на свой живот. Я проследила за этим движением взглядом и подняла глаза на неё.

Там отражался ответ на мой невысказанный вопрос.

От меня мой муж не хотел больше детей — у нас только Теон. А от неё, выходит, захотел…

Это был ещё один точечный удар. Моё сердце и душа больше не выдержали.

Я начала задыхаться.

— Не вздумай падать в обморок. Только не здесь! Что обо мне подумают люди. Что я довел супругу до нервного срыва, м?

Глава 2

Я прохрипела это и развернулась. Меня шатало. Я придерживалась за стены коридора и шла в сторону выхода. Широкие коридоры министерства, как никогда, казались узкими.

Меня трясло, как в лихорадке. Внутри то зажигался огонь, то смывало всё ледяной водой. Я ничего не видела и не соображала. Всё померкло.

Моя жизнь разбита и кончена. Я неудачница, что не смогла удержать мужа рядом, даже будучи его истинной.

Что, казалось бы, проще? Инстинкт и так на моей стороне.

Но нет. Прошли годы, и вот одна умелица смогла изобрести подобное зелье.

«Надоело жить с парой? Подавляй истинность!»

И сам император помог мужу избавиться от нашей связи. Это честь как не посмотри. Сам Его Величество заинтересован в том, чтобы его лучший министр нашел себе супругу под стать.

Я ведь никогда не была равной Рейгану. Сначала лучшему студенту Академии, самому завидному наследнику герцогского титула, а теперь и правой руке императора, министра целой Империи Драконов, родовитому Рейгану Фростмару — носителю сильного дара.

Его род — богатейший в империи. Поцелованный богами, так называли его.

А потом в Академии появилась я. Сирота, без денег, в стоптанных бабушкиных туфлях, в платье, которое сама сшила из бархатных штор, потому что больше не из чего было. У меня едва хватило на писчие принадлежности. Поступила в Академию по императорскому распоряжению.

Некогда в моём роду водились деньги, правда, о них даже моя бабушка уже не помнила. Но какой-то баронессой я была — без земли, без денег, без положения.

Мы жили на окраине столицы в небольшом ветхом домике. Но кровь-то не водица. А в моем случае именно за нее и можно было торговаться, только вот дар у меня такой, что лучше бы молчать, а то не сносить головы.

Таким, как я, полагалась пара золотых монет в месяц на содержание как обедневшей знати. И, собственно, бесплатная учёба. Так я и попала в Академию… и оказалась истинной Рейгана.

А тот так был зол этому факту, что даже целый год мог сопротивляться и просто игнорировал моё существование, пока все же зверь не взял верх.

Одна ночь, принесшая нам сына, изменила его жизнь. Он был вынужден взять меня в жёны.

Видимо, его до сих пор не отпустило это. У него ведь уже была подобрана знатная, одарённая невеста, и, кажется, у них была любовь. А тут — я.

А я ведь тоже хотела жить. Моя бабушка слишком рано умерла. Мне пришлось два года изображать её, чтобы соседи не донесли об этом. Играть в театр двух актеров.

Я переодевалась в её одежду, рисовала себе морщины — только чтобы император, как только я стану совершеннолетней, позволил мне пойти учиться в Академию, а не отправил замуж за старика.

И подобранного мне жениха я уже знала на тот момент. Тот был ровесник моей бабушки и дважды вдовец. Он даже приехал, чтобы познакомиться, заранее так сказать.

Мы так испугались с бабушкой, что не передать. А это старик уже и письмо написал, что претендует на меня.

Учеба была единственным шансом избежать этого замужества.

Моя жизнь не была лёгкой. Но я не могла подумать, что однажды стану не нужна своему истинному.

И когда все это началось?

Кажется, месяца четыре назад Рейган резко изменился. Стал ещё более замкнутым, начал злиться на меня.

Я старалась как можно меньше попадаться ему на глаза. Ругаться с ним — для меня смерти подобно.

Видеть в его глазах недовольство слишком больно. Я привыкла и приняла тот факт, что мой муж эмоционально сух.

Подстроилась под него. Он ведь только мне доверял свои любимые коллекции древностей, которые собирал с маниакальным рвением.

Я подумала — это ведь что-то значило?

А теперь мне хочется смеяться от этого! Дракон доверил мне свои сокровища, а я приравняла это к любви!

Какая же я глупая…

А потом Рейган стал приходить поздно, а уходить слишком рано. Мы спали как соседи в кровати.

Я спрашивала, что с ним, а он отмахивался и злился снова. И так по кругу. Я думала, что это проблемы в империи и у него в министерстве… а оно вон как вышло.

Есть у него проблема.

И это я.

Я рассмеялась нервно, а потом прикрыла рот рукой. Не дай боги, меня кто-то увидит в таком состоянии. Я ведь испорчу ему репутацию, за которую он так печётся.

А с другой стороны… он тут девчонку раскладывает! Ещё утром я бы сказала, что это точно не про моего супруга. Тот слишком зациклен на репутации, на внешности — он чёртов перфекционист. Да у него даже карандаши лежат по линейке, и листы — уголок к уголку!

А тут такой бардак. Девчонка, сидящая на полу и собирающая пыль подолом…

Боги! Да он так голову от неё потерял, что не обращает на это внимания.

Я дошла до лестницы, меня шатало. Навстречу шли служащие и здоровались со мной. Я лишь кивала, потому что все силы уходили на то, чтобы держать спину прямо и не упасть прямо тут, на полу, не скрутиться калачиком.

Глава 3

Я открыла двери в наш особняк и позвала всех слуг. Дождалась, когда они соберутся в доме. А потом распустила всех, раздав им выходное пособие.

— И вещи свои соберите.

— А что случилось, леди Грейс? — вышла вперёд наша пожилая экономка.

Я улыбнулась.

— У вас у всех небольшой отпуск.

Слуги переглянулись. А потом принялись собираться и уходить.

Я стояла у комода в холле и выписывала всем чеки на предъявителя. Рейган не обеднеет, а люди порадуются за него. Отметят его счастливую личную жизнь.

Через час закрылась дверь за последним работником.

А я… как привидение, которое шатает из стороны в сторону, начала обходить дом с первого этажа. Смотреть на то, какой он у нас был красивый. Как я старалась подбирать текстиль, мебель — не без критики со стороны мужа, но я училась быть его супругой.

Так училась… что в какой-то момент потеряла себя.

Стерла себя. Растворилась в муже.

Прошла в сторону огромного зала для коллекции супруга. Он собирал книги, статуэтки, древности, оружие.

Я шла по просторному залу и рассматривала всё, что стояло на пьедесталах. А потом взяла его секиру какой-то древней династии драконов.

Говорят, что настоящие драконьи артефакты не горят и не бьются.

Проверим.

Я замахнулась этой секирой и ударила по статуям летящих драконов. Те рухнули на пол. Раздался грохот.

А потом я размахнулась и снесла ряд античных ваз. Они рассыпались в мелкую крошку.

Я расхохоталась, а потом разрыдалась, упала на колени и отбросила секиру. Стала собирать черепки и тут же сама себя одёрнула.

Плевать мне на эту коллекцию! Она была мужа, не моя!

Лучше бы он эти деньги на сирот потратил… а не на это.

Я упала на бок, согнула ноги в коленях и закричала, вцепившись в свои волосы.

Я плакала и кричала. Орала до хрипоты, выплёскивая боль. Не знаю, сколько прошло времени, но я так замерзла лежать на мраморном полу.

Сил просто не осталось.

Я едва поднялась. А за окном уже вечерело.

Скоро придёт муж со своими бумажками. Я ведь и правда подписывала брачный контракт. Зная своего мужа, останусь я в одном нижнем белье.

Тем более после того, как разбила его вазочки…

Так а чего мне терять?

Он думает, что будет жить в нашем доме, где я потратила столько любви на обустройство, со своей молодой девицей?

Ахахах…

Я вмиг сбросила с себя шелуху примерной, благовоспитанной леди.

Снова подхватила тяжёлую секиру и продолжила, танцуя между стеллажами, сносить всё на пол.

Прикрывала глаза и проводила лезвием по каждому предмету.

А когда разворотила огромный зал, откинула секиру на пол. Руки ныли — такая она была тяжёлая.

Пошла в каминный зал, взяла огниво в гостиной. Направилась на второй этаж в нашу спальню. Открыла дверь.

Прошла к своему туалетному столику. Открыла его. Там были драгоценности.

Не знаю, что я тогда подписывала — я так любила мужа, что даже не читала ту бумагу, которую мне подсунули.

Но это мое.

Украшения я забрала. Продам — и открою своё дело.

Потом взяла накопители — без них у меня не было магии совершенно.

Это был мой секрет. И мой дар. Сложила одну смену белья в небольшой саквояж и взяла деньги, которые были в мешочке.

Я всегда хотела шить и открыть свой салон. Так почему бы не начать воплощать свои мечты, а не мечты и желания собственного супруга?

Значит найду помещение, внесу залог и закуплю ткани.

Мои мужчины решили начать новую жизнь. Что ж, я буду уважать их выбор.

Я переплела волосы в тугой пучок. Переоделась в другое платье.

Покидать дом — так с огоньком.

А когда привела себя в порядок, сумерки уже опустились на улицы.

Я подошла к нашей супружеской кровати и подожгла огниво.

— Гори ясно…

Бросила артефакт на покрывало. Всё вмиг полыхнуло.

Я смотрела, как горит моя жизнь, и отпускала себя. Я представляла, как горю тут же и очищаюсь.

Уже горел тяжёлый балдахин, стена напротив. Огонь лизал шторы. И только когда он начал подбираться к моим ногам, я вышла, подхватив небольшой саквояж с украшениями и документами.

Я шла, а позади меня всё горело.

Огонь быстро и жадно поедал всё. Когда я вышла из дома, позади меня что-то с треском обрушилось. Надеюсь, это упала со стены любимая картина Рейгана.

Не сразу заметила мужа, на лице которого было слишком много эмоций.

Глава 4

Муж зло сверкнул тёмными глазами, зрачок стал драконьим, вытянулся, заострился, и в этом взгляде уже не было человека — только ярость, только зверь, только собственник, у которого отбирают его сокровище.

Я расхохоталась, громко, безумно, запрокинув голову, мои белоснежные волосы рассыпались из пучка. Ветер подхватывал их, разбрасывал по плечам, позади меня уже полыхал дом, огонь жадно лизал стены, выбрасывался из окон, трещал, рушился, пожирая всё, что я когда-то считала своим.

Я спустилась по ступеням, медленно, не спеша, выпрямив спину. А Рейган уже формировал плетение воды, быстрыми четкими движениями, чтобы потушить особняк.

— А ты думал, что будешь спать на выбранных мной шелковых простынях со своей любовницей? — бросила я, кривя губы в улыбке. Только мои глаза не улыбались, внутри я была полна боли.

— Ты ответишь мне за это, Грейс!

Он был взбешён.

Но даже сейчас, в этом хаосе, он оставался идеальным до тошноты.

— Считай, что это не я, — протянула я холодно, с усмешкой, — а сама Бездна разверзла свои врата в твоём доме, и отряд демонов вышел, чтобы спалить к чертовой матери твои сокровища.

Я чуть склонила голову, наблюдая за ним.

— У тебя ведь всё застраховано, Рейган, так что ты ничего на меня не повесишь.

— Р-р-р… — сорвалось с него, низко, почти рычанием.

— И не рычи, — отрезала я, резко, с тем же тоном, каким раньше он осаживал меня.

Он шагнул ближе, нависая, давя своим присутствием, своей силой, своей привычной властью.

— Я оставлю тебя ни с чем! — процедил он сквозь зубы. — Ты хоть понимаешь, что натворила?

Я улыбнулась.

Спокойно.

Почти мягко.

Но в этой мягкости не было больше ни любви, ни страха. Там была дыра от вырванного моим мужем сердца.

— Понимаю, — ответила я тихо, глядя ему прямо в глаза, в это искажённое яростью лицо, которое когда-то было для меня всем. — Я обедневшая баронесса, сирота, никто по твоим меркам… и досталась в истинные такому одарённому гению финансов. Вот что ты хотел мне сказать в лицо столько лет и не говорил. Зато твои друзья не забывали меня ткнуть носом в эту разницу положений, когда ты не слышал.

Муж лишь раз отвлёкся от плетения и сверкнул глазами в мою сторону, поморщился от досады, что мне это было известно.

Я усмехнулась, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёмное и холодное.

— Тебя ведь это грызло. День за днём. Как это — великому Рейгану Фростмару досталась такая, как я? Та, что даже в Академии была посредственностью, училась на бытовом факультете. Ты ведь не любишь заурядность.

Я шагнула ближе, не отрывая взгляда.

— А твоя новая пассия… вся такая подающая надежды девочка. Талантливая, одарённая, молодая.

Губы растянулись в кривой улыбке.

— Я ведь тебя знаю как облупленного. Ты ведь повёлся не на тело и не на молодость. Тебя зацепило то, что она — как ты. Гениальная.

Я тихо рассмеялась.

— А знаешь что? Не хочу, чтобы нас что-то связывало. Так что подавись всем этим и особенно своими деньгами! — я обвела взглядом территорию нашего особняка. А еще передавай привет Аннабель. Я, может, даже торт ей закажу. Это ведь она та великая травница, да? Которая изобрела тебе зелье против истинности.

Тишина между нами натянулась, как струна. Я горько усмехнулась.

— И знаешь, что ещё смешнее? Ты хотел себе в пару женщину под стать твоей гениальности и исключительности. И не видел дальше своего высокомерного носа.

Я сняла перчатку с руки и, не давая себе ни секунды на сомнения, дотронулась до его щеки, мягко, почти ласково, как когда-то давно, когда ещё верила, что он мой, и в тот же миг глаза Рейгана расширились от шока, а его плетение водного щита дрогнуло и рассыпалось, будто его никогда и не существовало.

А мои глаза потемнели, стали глубже Пустоты, и в этой тьме закрутились голубые вихри.

Его магия была вкусной, прохладной, свежей и я жадно тянула её в себя, пила, поглощала, делал то для чего и была создана богами, провела языком по губам, ощущая привкус магии воды, и даже зажмурилась на секунду от этого ощущения.

Рейган посерел, покачнулся, будто его ударили, осел на одно колено, упёрся рукой в землю и поднял на меня взгляд — растерянный, неверящий.

— Не ожидал, дорогой? — протянула я, чуть склонив голову.

— Что… ты сделала?.. — выдохнул он, будто ему не хватало воздуха.

— Забрала твою магию, — ответила я спокойно, почти лениво, чувствуя, как сила внутри меня переливается и оседает, — она такая вкусная.

Он дернулся, губы его дрогнули.

— … кто… ты?..

Я наклонилась к нему, чтобы он точно видел мои глаза.

— Чужая тебе женщина, — сказала тихо, без эмоций, будто это был уже давно свершившийся факт, — а теперь смотри.

Я опустила саквояж рядом с ним и подняла руки, чувствуя, как вокруг меня собирается влага, как отзывается пространство, как подчиняется мне то, что раньше принадлежало ему, и начала плести — не спеша, с той же точностью, с какой делал это Рейган, выводя линии, повторяя узоры, вспоминая каждое движение, каждую связку, каждую деталь, которую когда-то просто наблюдала.

Глава 5

Рейган

Я стоял на коленях и едва дышал. Эта ведьма, которая скрывала свой страшный дар все пятнадцать лет и играла неодарённую, смеялась мне в лицо.

Сожгла наш дом и ушла, едва не приплясывая, с одним саквояжем.

Выжала меня, выпила досуха.

Бездна меня раздери! Что у неё за дар?!

Я думал, что отдам прямо здесь концы и быть нашему сыну сиротой.

Сыну…

Он что же, мог унаследовать эту… дрянь неведомую?

Как вспомню глаза Грейс, затягивающие вихри моей магии — пробирает ужас до печёнок.

А больше всего на свете я не любил чувствовать себя должным, обязанным и… непонимающим.

Как она смогла поставить меня на колени? Как?!

— Эй, Рейган? Что с тобой? — под руку перехватил Керран, помог подняться.

И он тут как тут!

Бездна его подери!

— У тебя дом горит! Что случилось? Почему не потушил?

Около огромного факела, в который превратился наш дом, уже суетились другие водные драконы, и каждый, мать его, просто каждый смотрел на меня с недоумением.

Кажется, я буду первым водным драконом, дом которого сгорел к бездновой матери.

Я был зол, как тысяча демонов. Потому что моя Грейс, моя, твою мать, истинная, делала из меня дурака все эти пятнадцать лет!

Пять лет училась в Академии, строила из себя посредственность, когда могла поглотить магию любого и разнести всё к бездне!

Вот ведь ведьма!

И главное — скрывала свою суть.

А сейчас спалила. Наш. Дом.

Меня шатало от слабости. Последний раз я чувствовал себя таким выжатым, когда служил под руководством Рейгарда два года. Вот там мы выкладывались по полной.

Весёлое было время…

А если бы Грейс высосала так магию демона? Она бы и огнём овладела?

Она так играючи плела водный щит, словно училась не на тупом бытовом факультете, куда брали с каплей магии, а на профильном.

Убью её. Поймаю и припру к стенке. Пусть даёт ответы!

Я стал ошарашенно смотреть, куда она могла уйти на ночь глядя с одной только сумочкой. Но уже ничего не видел.

Закашлялся от дыма, который валил вокруг.

— Эй. Твои дома были? Как сын и жена? Ну? Отмирай уже, Рей! — тряс меня друг.

Я вырвал из его руки свою. Провёл по волосам.

— Ушла, ведьма. Подожгла всё и ушла! — процедил я.

— Что? Кто поджёг? — тупо переспросил Керран.

— Грейс! Кто ещё! — рявкнул я и начал отряхивать рукава камзола.

Его теперь только выкинуть! На кого я теперь похож?!

На погорельца. На водного дракона, дом которого сгорел!

Б..

Да меня в историю клана занесут!

— Грейс?.. — растерянно проговорил Керран, посмотрел на меня, на дом и обратно. — Тут всё фонит твоей магией.

Да! Конечно тут всё фонит моей магией! Так и хотелось вызвериться на нём. И я даже знал, что скажет Керран.

— И ты промазал плетением? Не смог потушить?

— Я тебе сейчас врежу, — я запрокинул голову, спрятал руки, которые чесались.

— Ладно, — растерянно протянул друг. — Так почему Грейс подожгла дом?

— Психанула.

— Психанула? Хм. Грейс — милейшая душа женщина, спокойная, рассудительная. Что могло её так довести? Ты, конечно, извини, что донимаю, просто хочу понять.

— Я развожусь с ней. Встретил другую. И сообщил ей об этом.

— … — выругался Керран и сплюнул под ноги. — Какого хрена, Рей? Вы же истинные.

— Уже нет. Эрэйн дал мне зелье, и теперь узы не связывают нас. Я заглушил инстинкт. Хочу понять, чего вообще хочу без влияния дракона.

— Не зверь, так пару бы тебе выбрали родители. Мы же аристократы — нам по любви в принципе не полагается жениться. Так в чём разница? Тут хотя бы притяжение было.

— Сказал же, хочу разобраться. Долг перед родом и империей я выполнил. У меня есть наследник крови и магии. Всё. Дальше я сам хозяин своей жизни.

— Идиот ты.

— Ты просто не понимаешь.

— Конечно не понимаю. Я недавно женился на женщине, что растила моих детей без меня. И мне даже в страшном сне не придёт в голову бросить её, чтобы что-то там проверить.

— У тебя дети мелкие. И ты не прожил с ней пятнадцать лет. Проживёшь — тогда посмотрим какие сомнения начнут тебя грызть.

— Нет, Рей. Риэль — мой надёжный тыл. Только от неё я хочу детей и только с ней хочу прожить остаток жизни. В этом я уверен. Я и так много потерял без неё.

— Каждый останется при своём, — отрезал я.

Глава 6

Грейс

Стоило только покинуть двор родного, такого любимого особняка, как я поняла неизбежность всей ситуации. Пятнадцать лет семейной жизни разрушены.

Рейган разводится со мной, я теперь одна. Даже сын спокойно чувствовал себя в компании любовницы моего мужа.

Сначала я думала направиться в гостиницу, но после того как часть эмоций схлынула, а боль уже не была такой острой — не потому, что я приняла эту ситуацию или пережила её, нет, — просто я была настолько эмоционально выжата, что не оставалось сил даже чувствовать эту боль, потому она притупилась, затаилась внутри, пульсировала, но не исчезла, и я решила, что мне нужно покинуть столицу

Отчего же император не выдал мне то же самое зелье, блокирующее истинность, чтобы и я не чувствовала?

А лучше такое, чтобы я вмиг разлюбила.

Нет, ещё лучше, чтобы мне выписали зелье, которое сотрёт память, вытравит последние пятнадцать лет. Потому что чувствовать то, что чувствую я, ужасно. Такого и врагу не пожелаешь.

Я растерянно шла вперёд по мостовой, по всей улице тянуло гарью. Этот запах теперь ассоциировался у меня с концом нашей семейной жизни.

Я ведь не была драконицей и не могла ощущать острую боль от разрыва истинной связи, но это не значило, что я, как человек, не любила своего мужа все эти пятнадцать лет и мне было менее больно раз я без второй ипостаси.

Да, нам вначале семейной жизни было сложно. Рейган не принимал меня. Но мы ведь как-то это прошли, как-то научились с этим жить.

Наша любовь, может быть, не была острой, воспламеняющейся, яркой, но она была. Она заключалась в уважении, в касаниях, в том, как я сама готовила завтрак своему супругу и как он его ел и щурился довольно после этого.

В том, как я приняла его излишний перфекционизм, который порядком выпил из меня мои нервные клетки. Но я подстроилась, а потом даже начала получать удовольствие в деталях.

Я всегда старалась всё делать хорошо. Это помогало мне в учёбе, в том, как я изучала разные виды магии, в том, как старалась наладить наш быт. Мне нравилось, когда вещи лежали аккуратно, уголок к уголку, когда всё в коллекции моего супруга стояло ровно, каждая деталь находилась на своём месте.

Я даже сама начала собирать вещи, любила красивые, изящные, с единственной лишь разницей — те предметы, которые я выбирала, создавали уют, а не стоили безумных денег, которые Рейган был готов отдавать за свою коллекцию.

Но я тоже любила носить платья отглаженные, без заломов, и волосы мои всегда были уложены волосок к волоску. Мне нравилось смотреть на собственного супруга, а в его глазах я видела, что ему нравится то, какой я стала рядом с ним. Да, мы не признавались друг другу в чувствах, но это ощущалось. По крайней мере, я так думала.

А оказывается, его глодал тот факт, что мы истинные. Но то, что от него беременна любовница, меня просто разбило.

Хотя я и сама не настаивала на рождении второго ребёнка, это не значило, что я бы его не хотела, если бы Рейган попросил меня об этом.

Более того, я понимала своего супруга в этом вопросе. Он часто любил повторять, что лучше сделать одно дело, но качественно, на высоте и хорошо, чем много и вполсилы.

Пожалуй, этот принцип можно было перенести и на рождение ребёнка. Теон действительно был таким же гениальным, как его отец. Возможно, потому мы и не заводили второго — всё тепло, любовь и заботу отдавали первому.

Рейган опасался, что второй наш ребенок может быть не столь гениален как первый. Я это понимала, потому что хорошо знала мужа. Мне же было все равно. Я бы любила свое дитя безусловной любовью.

Но я не ожидала, что Рейган захочет ребёнка от другой женщины. Да, впрочем, я вообще не ожидала, что он может захотеть любую другую женщину.

Я снова и снова прокручивала в голове ту картину, которую увидела в кабинете, и медленно брела в сторону вокзала.

То сиреневое платье, подол которого мялся по полу. И как Рейган даже не передёрнулся от этого. Ведь я так хорошо его знаю. И та помада, которую он стёр с губ любовницы. Я бы такой цвет никогда не выбрала — он не был идеально подобран ни к цвету кожи, ни к волосам, ни к глазам, ни к платью. Мне бы самой захотелось его стереть.

Когда живёшь с мужем-перфекционистом, это накладывает отпечаток. Но я находила в этом положительное. А ещё — если уж ползать по полу и стоять на коленях перед чужим мужчиной, стоило бы выбирать другие ткани, не те, что после одного движения превращаются в мятую тряпку, покрытую изломами и затяжками от грубого каменного пола.

Нашей близости с мужем всегда предшествовал целый ритуал. И мы оба получали от этого удовольствие — в той неспешности, с которой всё происходило.

Мы всегда принимали ванну, а масла я подбирала лично. Всегда были свечи и полное расслабление. Мы помогали друг другу смыть усталость целого дня, а потом я снова облачалась в новую рубашку для сна, которую тоже подбирала сама. Только тончайшее кружево и дорогой шелк.

Рейгану было важно сделать всё красиво: красиво меня раздевать, красиво укладывать на кровать, любил зарываться в мои белоснежные волосы и вдыхать их особый аромат. Морозная вишня. Так он чувствовал мой запах.

Глава 7

Всю дорогу я не сомкнула глаз, смотрела в пугающую тёмную пустоту окна. Омнибус размеренно трясся по ухабам, в салоне было не так много людей.

Я сжимала саквояж, а в голове выстраивала план своих действий. Так было легче пережить ту боль, что постоянно пульсировала внутри.

Главное — не думать о Рейгане. Главное — не думать о Теоне.

Ни о чём не думать.

Тем более у Рейгана теперь будет ребёнок.

Я усмехнулась про себя горько. Он души не чаял в собственном сыне. Всем известно, что ребёнок, рождённый от истинных, будет магически одарён, у истинных всегда получается самое сильное потомство.

Так отчего же Рейган разменялся на другую?

И снова все мысли свелись к нему. И снова пришлось усилием воли прогонять их.

Нет! Не буду о нём думать!

Рассвет я уже встретила в Ледяном клане. Вышла, вдохнула прохладный свежий воздух. Поправила волосы, выбившиеся из пучка, потом прошла в дамскую комнату на вокзале и посмотрела на себя в зеркало.

Выглядела я ужасно по собственным меркам: заострившиеся скулы, впалые глаза, тёмные круги под ними, и волосы — как бы я ни привыкла укладывать их идеально, сейчас до идеала было слишком далеко. Меня коробило от этого. Да и платье хотелось сменить — казалось, я пропиталась запахом гари.

Я сняла перчатки, умылась, опустила руки в холодную воду. Постояла так какое-то время пока приводила мысли в порядок.

Потом, спросив у кассира на вокзале, где можно снять приличную гостиницу, направилась именно туда, по дороге купив в газетном киоске свежие новости. Теперь мне нужно было вживаться в роль жительницы Ледяного клана.

Пока на карете, звенящей упряжью, добиралась до приличной гостиницы, я раскрыла первую полосу. Важная новость заключалась в том, что два враждующих клана: Ледяной и Лунный заключают перемирие. На днях будет свадьба.

Я отложила газету, покачала головой, усмехнулась и сжала в руках саквояж с драгоценностями.

Надо же, какой у нас император заботливый. Одной рукой он женит людей — наследницу Лунного клана и главу Ледяного.

А другой рукой разводит, как нас с Рейганом.

Я заселилась в номер, но сразу наметила себе: сегодня я буду отдыхать, буду спать. А уже завтра, с новыми силами, начну кирпичик за кирпичиком строить своё собственное будущее.

А ведь как я хотела открыть собственную мастерскую! Только не знала, как подойти с этим вопросом к мужу.

В глубине души понимала, что он будет против. Он вообще был против того, чтобы я работала. В средствах я не была стеснена — подарки Рейган дарил всегда самые дорогие.

Но я хотела заниматься собственным делом. Хотела быть не только его супругой, приложением к нему.

Меня всегда интересовала мода. Когда я видела ткани, мне казалось, что они пели для меня. Мне нравилось подбирать цвета, сочетать их, соединять различные узоры, создавать что-то новое, своё, не то, что привыкли носить в высшем свете.

Но нет худа без добра. Для того чтобы моя мечта о салоне воплотилась в жизнь, пришлось потерять собственную семью.

И снова эти мысли. Нет. Я больше не хочу об этом думать.

Сегодня я в последний раз позволю себе просто быть женщиной, которая сломалась.

Весь день провалялась в кровати. Аппетита не было, желания вставать тоже. Я просто лежала, свернувшись клубочком, и смотрела в окно стеклянным взглядом. Как забылась сном — тоже не помню. Проснулась утром — голова болела, была слабость, меня подташнивало. Но я снова усилием воли собрала себя.

Это состояние было похоже на то время, когда не стало моей бабушки. Тогда мне было шестнадцать, и на меня обрушилась взрослая жизнь — резко, неумолимо.

Я понимала, что не могу потерять те несколько золотых в месяц, которые давали на содержание обедневшей знати. Понимала, что не хочу замуж за того старика. А ещё мне нужно было похоронить бабушку — так, чтобы об этом никто не знал, чтобы не доложили императору и тем более тому престарелому жениху.

Я похоронила бабушку на заднем дворе нашего бедного дома, а потом два года играла её роль, переодевалась, изображала её голос, её походку. И тогда, казалось бы, я смогла выжить. Значит, и сейчас смогу.

Я приняла ванну, собралась, привела себя в порядок настолько, насколько это было возможно. Снова вернула идеальную причёску — волосы убраны волосок к волоску, хотя далось это тяжело. Привела в порядок собственное платье.

Мне нужно было отправиться в банк, оставить там украшения, одно колье сдать, на эти деньги найти и арендовать помещение, закупить ткани, сделать красивую вывеску.

Столько дел, столько дел.

Но главным из них было одно — не думать. Не думать о том, что осталось позади.

Я поправила перчатки, проверила, как лежит пучок, пригладила складки платья, убедилась, что подол не примят, и только после этого вышла из гостиницы. Шаги мои стали ровными, размеренными, дыхание выровнялось, плечи расправились. Я возвращала себе привычную уверенность, хоть и трудно это было.

Сначала — банк.

Глава 8

Я вытерла руки о передник, повязанный на мне, а потом вытащила перчатки из кармана.

И тут услышала от девушки:

— Присаживайтесь, — сказала она.

Я чуть удивлённо вскинула брови, но послушалась. Хотя видела, что девочка волнуется. И всё больше отмечала про себя детали. Она была не одна, а с компаньонкой. Пожилой женщиной, одетой в добротную одежду, и, признаться честно, пошита она была гораздо лучше, чем платье на госпоже.

Обе мои гостьи устроились напротив за небольшим круглым столиком, который я себе прикупила для обсуждений заказов.

— У меня для вас будет очень необычная и, возможно, непростая работа, — начала девочка, стараясь говорить уверенно.

Я чуть склонила голову набок, но от меня не укрылось, что моя посетительница так же внимательно рассматривала меня — руки, осанку, выражение лица. Я видела, как она волновалась и не мешала ей.

— Это мой первый гардероб, который я хочу пошить, — добавила она. — Не смотрите на мой внешний вид, но я хочу, чтобы вы постарались. Мне будет интересно ваше мнение, так что не бойтесь говорить откровенно.

Я ей улыбнулась, подбадривая. Теперь я уже была уверена, что правильно угадала кто передо мной.

— Я супруга главы клана, Каллиста Айсхарн, — сказала она наконец тихо, но чётко. — И мне нужен гардероб, потому что на данный момент все мои платья… — она изящно указала на серое платье с белым воротничком, — именно такие.

Я на мгновение застыла, потом чуть подалась вперёд.

Мне стало искренне жаль девочку. Её встретили так ужасно, а платье пошили явно с намёком, чтобы унизить таким гардеробом. Я не знала, какой глава клана Ледяных драконов, потому что не была знакома с ним лично.

Пару раз мы виделись мельком в столице во дворце императора. Но мой муж никогда не говорил ничего плохого о нем.

Но почему же тогда его супруга одета столь неподобающим образом?

Это ведь рушит и его авторитет тоже.

Хотя… глава мог и не сам заниматься гардеробом своей молодой супруги, а поручить это дело кому угодно. Матери, что могла ненавидеть эту девочку из вражеского клана, любовнице, которая решила унизить новую госпожу.

Только никому из них не пришло в голову, что эта девочка ни в чем не виновата, и она оставила всех, чтобы найти здесь новый дом, и сделала это даже не по своей воли. И потому точно не заслужила такой прием.

Я помогу Каллисте и пошью ей самый лучший гардероб.

— Я бы не хотела ничего вычурного, открытого или чрезмерно пышного. Пусть красота будет сдержанной. Есть ли у вас идеи по поводу моего гардероба? Ах да… бюджет не ограничен, — добавила она и зарделась. — Так что, пожалуйста, постарайтесь.

Я снова тепло ей улыбнулась.

— Так вы та самая молодая супруга из Лунного клана? — спросила я негромко. Но вовремя заметила, как юная леди напряглась.

Я протянула ей руку и сжала ее ладонь.

— Я поняла, — сказала я мягко. — И поняла, почему вы оказались в таком положении. Всё в порядке. Я сделаю всё в лучшем виде. Не разочарую вас.

Я поднялась и пошла за листами бумаги и карандашом.

— Начнём с обсуждения идей. В каком цвете вы хотели бы видеть ваш гардероб?

Каллиста задумалась:

— В клане Ледяного принято носить все оттенки синего и белый, в клане Лунного — все серебристое и серое. Но я бы хотела чего-то другого…

Я кивнула.

— Тогда создадим для вас свой цвет, — сказала я. — Тот, что подойдёт только вам. И согласна, вписаться в общество Ледяных будет сложно, и одежда тут мало поможет. Вы заметная девушка… красивая, стройная. Хотя, пожалуй, чересчур.

Я осеклась, то, что девочка явно недоедала было видно невооруженным взглядом. Но она только открыто улыбнулась, чуть приподняв подбородок.

— Говорите, продолжайте, — мягко ответила она. — Я нисколько не обижусь.

— Вашу небольшую грудь мы подчеркнём, но очень аккуратно, — оживилась я, подхватив лежащий на столе кусок ткани. — Сделаем тонкий, деликатный намёк. Предлагаю бархатный лиф — мягкий, плотный. А сверху пустим кружево. Рукава кружевные, полупрозрачные, лёгкие. И маленькая капелька открытого тела даст тот самый нужный акцент… намёк, не больше.

А дальше я расслабилась и полностью отдалась делу. Каллиста улыбалась, а мне было приятно с ней работать.

Наконец-то мою фантазию никто не будет сдерживать. И я очень и очень была благодарна этой смелой девочке.

Я крутилась у стенда тканей. Многие из них не подходили, но в голове у меня уже план, где срочно можно купить необходимые материалы.

— А цвета… начнём с мягких, пастельных — бежевого, персикового… у вас зеленые глаза. Зеленый тоже вам будет к лицу. Но от голубого тоже не будем отказываться, да и серебристый вам будет уместен. Кому, как не вам, его носить, м? И ваши веснушки, они вам идут.

— Пошейте, пожалуйста, мне одно красное платье, — тихо, но твёрдо сказала она.

А я замерла посреди своего небольшого ателье.

Глава 9

Так отчётливо потянуло дымом, что я резко подскочила. Сердце ударило в грудь, дыхание сбилось, а пальцы сами начали нащупывать обувь. Я быстро надела туфли, подбежала к окну, распахнула створку и сразу поняла — горит моя мастерская внизу. Оттуда уже вырывались огненные языки и лизали кирпичную кладку. Летели искры в мое испуганное лицо.

Я бросилась к двери, сбежала по лестнице вниз, едва не оступившись на последних ступенях и удержавшись только благодаря деревянным перилам.

Выбежала на улицу и, задыхаясь, свернула за угол, где и был вход в моё ателье. Оно полыхало.

У меня всё умерло внутри.

Как же так… Как же так… Я же всё выключила.

Там ничего не могло воспламениться. Ничего! Я проверяла!

Я стояла в ужасе и не сразу начала формировать плетение воды. Только она сейчас была в моём резерве — я ещё не наполнила его магией льда.

Пальцы дрожали, плетение сбивалось, но я всё же сплела заклинание и опустила его в сторону двери. Только потом заметила, что стеклянная дверь была разбита, словно туда что-то бросили.

Повалил пар, обдавая меня удушающе жарким облаком. Я отшатнулась, прикрывая лицо руками, чтобы не спалить его.

И тут же в переулок следом подоспели пожарные. Они начали тушить мастерскую, а я в ужасе прижалась к противоположной стене здания и смотрела на то, как от моей маленькой мечты ничего не остается.

А ведь я сегодня была такой счастливой!

И вот теперь смотрела на руины того, что осталось от моей мечты.

Это было как скатиться с горы. Вот ты стоишь на вершине, понимаешь, что не всё так плохо, а очень даже замечательно, и тут резко срываешься, и падаешь. И понимаешь, что всё зря. Всё впустую!

Я прижала руки к груди, наблюдая за пожарными, которые уже вошли внутрь и начали обследовать мою мастерскую, убеждаясь, что все действительно потухло. Но тут передо мной оказалось лицо полицейского. Высокий, крепкий, типичный представитель драконьей породы, в строгой форме и с цилиндрической невысокой шляпой на голове.

Он представился, но я не запомнила.

— Госпожа, вы кто? Представьтесь, — потребовал полицейский.

Я перевела на него взгляд, опустила руки, которые повисли плетьми вдоль тела. Голос не слушался.

— Я… хозяйка этой мастерской.

— Хозяйка? Ваше имущество застраховано?

Я не сразу, но утвердительно кивнула головой. Что-что, а жизнь с моим бывшим супругом научила меня — всё нужно страховать. Я подняла руку, сжала собственное горло, снова перевела взгляд на полицейского.

— Проследуйте с нами. Нам нужно во всём разобраться.

— Пришлите мне повестку. Я приду утром… — я хотела сделать шаг, вернуться в свою комнату, зализать раны.

Но мой локоть жёстко перехватили и развернули меня.

— Вы не поняли. Вы прямо сейчас отправляетесь в полицейский участок.

— Но почему? — растерянно спросила я и поморщилась от крепкого захвата на руке.

— Потому что мне нужно разобраться, кто вы, для чего застраховали свой салон, а теперь ещё и, наверняка, его подожгли.

Я ахнула от этого заявления, прикрыла рот ладонью.

— Что? Что вы такое говорите…

— У меня такие ушлые женщины, как вы, уже в печёнках, — явно превышал свои полномочия мужчина и тем более не был знаком с правилами приличия. Он это рычал мне прямо в лицо. — И чего вам в своем клане не сидится, м?

Я была поражена. Со мной давно никто таким тоном не говорил. А всё потому, что за моей спиной всегда был властный супруг.

— Где ваши документы? — строго спросил он.

— Я снимаю квартиру над мастерской. Они там.

— Идёмте.

И он сам решительно потащил меня наверх, пока пожарные продолжали вытаскивать обломки. Я распахнула дверь, зашла в комнату. Полицейский зашёл следом, не спускал с меня взгляда, следил, как коршун. Я взяла документы, сложила их в сумочку, вышла, закрыла за собой дверь.

— А ещё потрудитесь мне рассказать, — холодно добавил он, — что Водная делает в клане Ледяных.

— Я не понимаю, к чему все эти обвинения. Я просто приехала сюда, чтобы работать. Я свободная женщина и могу жить где пожелаю. И работать тоже где пожелаю.

— Разберёмся, — сухо бросил полицейский.

Когда мы вышли на улицу, карета с зарешеченными окнами уже стояла у входа. Меня довольно грубо туда затолкнули и усадили. Я сидела, сжимая сумочку, пока рассвет медленно поднимался над городом.

Мы остановились у серого мрачного здания. Меня вывели и конвоировали в полицейский участок, затем оставили в пустом кабинете с деревянным столом и стулом, прибитым металлическими скобами к полу. Ещё час я просто просидела на этом стуле.

Не знаю, что там проверял этот полицейский, если он даже не спросил моего имени и не посмотрел документы.

Какой-то сплошной произвол! А я так устала!

И что же теперь каждого, кто страхует своё имущество, нужно подозревать в поджоге?

Глава 10

Спустя полчаса в комнату ворвался ещё один полицейский, гораздо старше первого, с усами и холодным взглядом.

Он мрачно посмотрел на меня, затем присел напротив. В его руках были мои документы. Позади него стоял тот самый первый полицейский, который притащил меня сюда и не забыл перед этим обвинить чуть ли не во всех смертных грехах.

Я вскинула подбородок, спина стала ещё прямее, я сжала свою сумочку.

— Это ваши документы? — строго спросил новый сотрудник полиции.

— Мои.

— Вы знаете, что бывает за подделку документов?

— А вы, простите, кто? Вы так и не представились.

— Яром Брейер. Начальник полиции Ледяного клана.

— Господин Брейер, с каких пор в нашей империи отменили презумпцию невиновности? По какому праву вы считаете меня виноватой? И как вы думаете, если бы я подделывала документы, то написала бы там именно фамилию рода Фростмар?

Мужчина молча прожигал меня взглядом, затем посмотрел в сторону своего сотрудника, который явно хотел выслужиться, но я видела, как он уже начал нервничать. Они переглянулись, потом снова вернули всё своё внимание ко мне.

— Ожидайте, — коротко бросил он, встал и пошел на выход.

— Да когда же это всё закончится?! Когда вы меня выпустите?! — не выдержала я и крикнула им вслед.

Но они уже закрыли дверь. Я вскочила, начала дёргать ручку — было заперто. Я снова подошла к столу, буквально рухнула на него, опустила голову.

— Бездна знает что… Что это за произвол такой!

Потом подошла к окну, стала смотреть наружу. Сколько ещё это продлится?

Пришлось ждать. И когда дверь открылась вновь, на пороге стоял высокий, статный темноволосый дракон. Его глаза были полны холодного льда — голубые, как горное озеро. И я знала, кто это.

Лорд Кайден Айсхарн. Глава этого клана.

Всего пару секунд длилось наше противостояние взглядами. Потом он указал мне рукой на стул.

Я прошла и устало опустилась на него, сумочку отложила на стол. Глава сел напротив. Когда позади него намеревались встать те два полицейских — начальник и его подчинённый, — лорд Айсхарн лишь взглянул на них, и они сразу вытянулись по струнке и вышли.

А ведь мужчина был молод, а уже имел такую власть. Молодой глава клана. И супруг моей заказчицы.

Теперь мои документы были у него в руках.

— Леди Грейс Фростмар. Я Кайден Айсхарн.

— Я узнала вас, лорд Айсхарн.

— И что же вы здесь делаете, леди Фростмар?

Я медлила лишь пару секунд. Впрочем, а с чего мне стесняться? Я вскинула подбородок ещё выше, снова выпрямила спину.

— Мы разводимся с Рейганом. Я уехала. Открыла здесь своё дело и собиралась работать. Но в моём ателье случился пожар. Потом меня обвинили в поджоге, потому что я имела наглость застраховать собственное дело. А после обвинили в мошенничестве и подделке документов.

Даже если он и удивился, то по его каменному лицу было сложно что-либо понять.

— Я прошу простить полицейских. Не каждый день они видят женщину с фамилией Фростмар, работающую модисткой.

— А вы выходит сразу поверили?

— Я видел вас пару раз в сопровождении вашего супруга во дворце императора. На лица у меня хорошая память.

— Я могу быть свободна? — устало спросила я, даже радоваться, что наконец меня перестанут понапрасну обвинять не было сил.

— Разумеется, — сдержанно ответил мужчина. — Я лично доставлю вас до вашего места жительства.

Я выдохнула.

Лорд Айсхарн встал, я тоже поднялась следом за ним. Он передал мне документы, затем заложил одну руку за спину, прошёл к двери и открыл её, выпуская меня. Там же по стойке смирно стояли начальник полиции и его подчинённый.

— Леди Фростмар не трогать. И я хочу, чтобы ровно через сутки вы выяснили, кто поджёг её ателье. И от вас, Брейер, я жду личного отчёта.

Те выпрямились, переглянулись.

Лорд Айсхарн рукой указал мне направление, и мы молча покинули полицейский участок. Там же стояла карета, последней модели на современных рессорах. У нас тоже была такая же. Лорд также молча сопроводил меня, помог забраться внутрь и сел напротив. Я назвала место, где жила.

Когда мы добрались, Кайден так же помог мне выбраться из кареты, снова заложил руки за спину, посмотрел на здание, где я снимала квартиру, потом перевёл взгляд на меня.

— Почему вы живёте в этом доме? Ваш супруг никогда не производил впечатления человека, способного оставить свою супругу, даже в разводе, без должного содержания, — спокойно и откровенно проговорил Кайден.

Я вздохнула.

— Мы не успели с ним обсудить моё содержание, — как можно более нейтрально ответила я.

Он снова перевёл взгляд на окна моей квартиры.

— Я могу вам помочь. Подыскать что-то более подходящее вашему статусу.

Глава 11

Рейган

— Присаживайся, Рейган. Ну, рассказывай, как жизнь холостая, — откинулся в кресле император.

— Эрэйн, ты меня позвал по делу или по личному вопросу? — я опустился в кресло, расстегнул камзол, размял плечи и шею.

— Что-то на тебе лица нет? — продолжал веселиться император, растянув губы в насмешливой улыбке.

Я удобнее устроился в кресле, тоже откинулся назад.

— Как прошёл твой развод? — последовал очередной вопрос.

— Феерично, — процедил я.

— Слышал, что весь твой особняк как спичка полыхнул.

— Эрэйн, спроси уже, что хочешь спросить. У меня не так много времени.

— Так я и задаю тебе вопросы. Только не услышал на них нормальных ответов. Надеюсь, ты не обидел Грейс? Знаю, что твоя семья заставила её подписать кабальный договор, вступая с тобой в брак…

— Я подготовил новый, только мы его не подписали. Ей положена половина моего имущества.

Только не сказал, что после того, как она спалила наш особняк, я не могу её найти. Уже три чёртовых недели прошло! Как сквозь землю провалилась!

— Наверное, она решила начать новую жизнь. Без тебя. Без сына. Может быть, уже даже встретила кого-нибудь. Возможно, скоро придёт приглашение на её собственную свадьбу.

От каждого произнесённого слова внутри всё свербело. Сам не заметил, как сжал подлокотники кресла. Только хруст немного отрезвил.

— Кому она нужна, — процедил я. — И у неё никого нет и не будет.

— Серьёзно? Красивая женщина, ухоженная, молодая. А если всё, что ты говоришь, правда, то ещё и богатая. Думаешь, в нашей империи не найдётся мужчины, которому она нужна будет?

— Ты сейчас на что намекаешь?

— Да так, ни на что. Тем более это уже не моё дело. Верно? Не моего и не твоего ума. Ты же ушёл от Грейс. Верю, что и она обязательно будет счастлива с мужчиной, который ее оценит. И ему она сможет родить наследников. Сына и дочь, например. Не только же тебе быть счастливым.

Раздался грохот и на пол упал подлокотник. Перед глазами встала красная пелена. Я мрачно смотрел на императора.

— Давай теперь о деле, — резко сменил тему Его Высочество.

Это снизило градус моей ярости от его слов.

Мысль, что у Грейс может быть другой мужчина никогда не появлялась в моей голове. Это просто нечто невозможное: Грейс и другой мужик.

Она не сможет. Нет. Точно нет.

Император махнул рукой в сторону двух больших стопок с папками, стоящими позади него. Я вскинул бровь, постучал пальцем по уцелевшему подлокотнику, прищурился.

— Верно понимаешь. Это твоя работа на ближайшие, я надеюсь, не слишком долгие месяцы. Потому что результат мне нужен был ещё вчера.

— И что же там?

— Ты знаешь, мятежники мне уже порядком надоели. Я хочу попробовать вычислить, кто именно финансово их содержит, и перекрыть кислород.

— В поле закона действовать будем? — спросил я, подобравшись.

— Разумеется. Пока действуем по закону. А потом посмотрим. Если что, Кейган будет полностью с тобой на связи.

— Откуда эти документы?

— Тайная канцелярия позаботилась. Учти, в этих папках почти год работы. Здесь, насколько возможно, описано всё: покупки, продажи рудников, недвижимости, подарки любовницам, жёнам, детям. Все по Высшей знати. Я хочу, чтобы ты проанализировал это, проанализировал цифры, выявил связи — видимые и невидимые. Нам нужно понять, где основной источник дохода мятежников.

— Здесь слишком много работы.

— Ну так я и не простого служащего об этом прошу. Как раз работа для твоей гениальной натуры. Ты теперь мужчина свободный, не обременённый семьёй. Тебе все карты в руки. Особенно никого к документам не подпускай. А если подпускаешь, то это должен быть полностью проверенный человек. Под магическую клятву.

— Я сам буду этим заниматься.

— Это наилучший вариант. Утечки быть не должно.

Император постучал пальцами по столешнице.

— Ты любовницу свою проверил? А её семью?

— Филиция моя помощница.

— Называй как хочешь. Так проверил?

— Проверил.

— И как?

— Семья у неё кристально чистая. Никаких странных финансовых движений. Они точно не причастны к мятежникам.

— Ну хоть это ты сделал. А то мало ли, мозги ведь могли в штаны утечь.

— Эрэйн.

— Ну а что? Я тебя не узнаю. Пятнадцать лет стабильности, примерная семья, жена — красавица и умница, сын, подающий надежды, еще школу не окончил, а уже подрабатывает в департаменте. И тут — раз, и развод. Истинность под откос. Поиск тобой запрещённого ритуала, чтобы оборвать вашу связь с Грейс. Признаться, мне иногда даже хотелось тебя к целителю отправить. Особенно мозгоправу. Мало ли, заклинанием тебя долбануло. Или, может, тебе приворотное зелье кто-то начал подсыпать. С чего ты вдруг так переобулся?

Глава 12

Грейс

Я так переживала, что ничего не успею сделать, но у меня всё получилось. У мастера, у которого я в этом городе покупала ткани, появилась совершенно новая, просто потрясающая партия, которая определённо подойдёт Каллисте.

Я на ходу продумала образ, фасон платья, варианты отделки, сочетание тканей, а когда подъехала на карете к дому, оказалось, что меня там уже ожидает поверенный лорда Айсхарна.

Более того, у него в руках уже были документы от страховой компании. Всё было решено, и мне совершенно не нужно было этим заниматься. А за углом уже вовсю работали ремонтники, устраняя последствия поджога.

Поверенный лорда Айсхарна заверил, что поджог будет расследоваться. Я удивилась, но оказалось, разбитое стекло моей двери мне вовсе не показалось. Действительно кто-то бросил зажигательную смесь прямо через нее, и, конечно же, если бы я не успела выскочить и затушить огонь, здание выгорело бы полностью. Возможно, даже пострадал бы весь дом.

Так что я даже успела получить от полиции благодарственное письмо, которое начальник полиции, хоть и не лично, но всё же передал через поверенного как жителю клана Ледяных, проявившему гражданскую сознательность.

Я была так ошеломлена и удивлена, когда поверенный передавал мне на руки все эти бумаги и документы, что едва могла понять, как всё так получилось.

А потом, стоило только поверенному отбыть, я сама про себя рассмеялась. Какое, интересно, было лицо у тех полицейских. Это же надо — меня ведь явно приняли за жительницу водного клана, а тут вдруг извинения и благодарности.

А потом я вообще расхохоталась в голос. Замшелые представления об исключительности кланов тому явно пришлось пересмотреть. Глава полиции Ледяного клана выписал благодарственное письмо магине Водного клана.

Настроение поднялось еще больше. Я ещё раз обошла мужчин, которые занимались ремонтом моего ателье, а потом попросила одного из них помочь поднять ткани из кареты наверх. И там уж я оторвалась по полной. Это была минута моего триумфа. Моё первое платье, сшитое для знатной леди. Я верила, что именно оно принесёт мне успех.

А ещё я верила, что такой мужчина, как лорд Айсхарн, точно сделает Каллисту счастливой.

Уже к вечеру я дошивала нижнее бельё — тонкий шёлк с кружевной отделкой. Потом любовно оглаживала свою работу, складывала в бумажный конверт. Но была удивлена, когда спустилась и обнаружила возницу у своего порога. Оказалось, лорд Айсхарн прислал его, чтобы забрать первое платье для Каллисты.

И тогда я уж точно поверила, что всё у них будет замечательно.

По лестнице я поднималась уже более одухотворённой, затем приняла ванну, распустила волосы, переоделась и просто упала на белоснежную пушистую кровать, забывшись сном.

Казалось, теперь у меня всё будет замечательно. Даже если помощь лорда Айсхарна заключалась лишь в уважении к моей фамилии, я была этому рада. В конце концов, я действительно Фростмар пятнадцать лет.

Так отчего же мне должно быть стыдно пользоваться этой фамилией? Конечно, я не собиралась бросаться ею на каждом шагу. Но и отрицать то, что она мне принадлежала, тоже не собиралась.

Я продолжала шить платья, покупать ткани. А уже через три дня мне отдали ключи и сказали, что я могу продолжать работать в ателье. И снова моя жизнь наладилась, потекла размеренно и спокойно.

Пусть я и скучала по сыну, по разрушенной семье, но работа помогала забыться. А я загружала себя как могла.

Я делала выкройку очередного платья, когда на двери прозвенел колокольчик. Я подняла глаза. Это был лорд Айсхарн. Я отложила всё и встала.

— Лорд Айсхарн. Приятно видеть вас на пороге моего ателье.

— Я пришёл рассказать вам, кто был замешан в поджоге.

Я указала ему рукой на небольшой столик, предназначенный для гостей. Мы сели друг напротив друга. У меня как раз уже был готов чайник с вишнёвым чаем. Я подала ему фарфоровую чайную пару. Мы сделали первые глотки.

— И кто же это?

— Это мадам Басти.

— Но я не знаю никакой мадам Басти. И не могу даже вспомнить, чтобы кому-то переходила дорогу.

— Она считается лучшей модисткой нашего клана. Вся именитая аристократия стекается к ней за лучшими нарядами. Как мне стало известно, она плохо, — на этом слове он сделал особый акцент, — приняла мою супругу. Каллиста поставила ее на место и ушла. Но так как мадам Басти не могла отыграться на моей супруге, она решила сделать это на вас. Потому что никто другой не принял бы заказ молодой супруги главы клана, дабы не переходить дорогу мадам Басти. Для меня это удивительно, но эта женщина имела особое влияние на всех остальных модисток. Я бы даже сказал — преступное влияние. Но так как теперь доказано, что именно это был её заказ — спалить ваш салон, чтобы моя супруга вернулась к ней, — эта женщина понесёт наказание. Это будет уроком для всех. Если хотите, то можете переехать в её салон. Она уже освободила место.

— Нет, спасибо. Я останусь на своём месте, — улыбнулась я.

—Мадам Басти находится в застенках, а потом будет изгнана. В моём клане она больше работать не будет. Вскрылся ещё ряд других преступлений. Вы не первая, кто пострадал от её рук. Также ей предписано выплатить большую денежную компенсацию. Прикрывающие ее полицейские тоже наказаны и будут отбывать срок в казематах.

Глава 13

— А по твоему внешнему виду, Грейс, не скажешь, что он добрый. Да, ты присаживайся. Может быть, выпьем чаю? — говорил Керран со сдержанной улыбкой.

Он был одет в чёрный камзол без опознавательных знаков, но в этом явно угадывалась форма. Позолоченные пуговицы, строгий крой, брюки, туфли, начищенные до блеска, волосы уложены волосок к волоску.

Я отложила всё, что делала, отошла в подсобку, чтобы взять горячей воды и заварить чай. Керран меня не торопил, а я и не спешила. И только после того, как закончила приготовление чая, поставила чайничек между нами и две фарфоровые чашечки, присела, сложила руки, ожидая, что он мне скажет.

Керран не спешил начинать разговор. Он взял чашку, сделал небольшой глоток, будто действительно пришёл просто выпить чаю, а не задавать неудобные вопросы.

Я же чувствовала, как внутри медленно натягивается струна. Он был другом Рейгана. И это уже само по себе не сулило ничего хорошего.

— У тебя уютно, — спокойно заметил он, оглядывая мастерскую. — И, как я вижу, дела идут неплохо.

— Стараюсь, — коротко ответила я.

Он кивнул.

— Меня заинтересовала одна деталь. Твое ателье подожгли. Ты успела прибежать. Успела даже применить магию. Локализовала огонь. Для человека с единичным даром — весьма впечатляюще.

Я почувствовала, как холодок пробежал по позвоночнику, но внешне лишь слегка пожала плечами.

— Паника иногда творит чудеса. Да и накопители у меня были.

— Были, — повторил он тихо. — И тут тоже много интересного.

Он поставил чашку на блюдце, сцепил пальцы в замок и посмотрел прямо на меня.

— Ты ведь понимаешь, Грейс, что меня интересует не сам поджог. Меня интересует другое. Твоя магия.

— У меня нет никакой особенной магии, — спокойно ответила я. — Я пользуюсь накопителями. Это не запрещено.

— Разумеется, не запрещено, — согласился он слишком легко.

Молчание между нами затянулось. Я уже начала думать, что он просто пытается меня вывести, но в следующий момент Керран медленно достал из нагрудного кармана сложенный лист бумаги. Положил его на стол и подвинул ко мне.

— Тогда, думаю, тебе это будет интересно.

Я развернула лист.

И в следующий момент мир будто качнулся.

Там были все адреса, которые я посещала не так давно. Лавка старика на окраине. Подвальная мастерская возле южных ворот. Частный дом на тихой улице. Даже женщина, у которой я покупала накопители через посредника. Всё. До последней покупки.

Меня бросило в холодный пот.

За мной следили.

Я медленно подняла взгляд на Керрана. Он наблюдал за мной спокойно, почти лениво, но глаза его были холодными и внимательными.

— Хороший список, правда? — тихо произнёс он. — Особенно если учесть, что все накопители — ледяной магии. И покупались они с завидной регулярностью.

Я сжала бумагу пальцами, стараясь, чтобы руки не дрожали.

— И что это должно значить?

Он чуть наклонился вперёд.

— Это значит, Грейс… что ты очень интересная женщина.

Я молчала. Не знала, что сказать. В голове одна за другой вспыхивали мысли, варианты, расчёты. Он выложил передо мной слишком много. И главный вопрос, повисший между нами, я чувствовала почти физически.

Зачем водной непроявленной драконице, женщине, которая была замужем за водным драконом и принадлежала к клану Воды, ледяная магия?

Я не поднимала взгляда. Только смотрела на список, который всё ещё держала в руках, и просчитывала. Если он знает адреса, значит, следили давно. Если следили давно, значит, подозрения возникли не сейчас. Если подозрения возникли не сейчас, значит, Рейган мог что-то сказать… нет. Тот точно не скажет. В этом я мужа знала хорошо. А раз Керран тут, значит у него есть только подозрения.

Керран тем временем спокойно пил чай, будто не вывалил на меня только что всю эту правду.

— А ты ведь очень богатая женщина, но сама об этом не знаешь, — произнёс он лениво, окидывая взглядом мою мастерскую.

Я резко подняла глаза.

— В каком смысле?

— В прямом. Рейган нанял ищеек, чтобы они нашли тебя. Да что там… он, пожалуй, только меня не попросил о помощи. И то только потому, что я достал его вопросами о поджоге особняка. Зато обратился к главе Тайной Канцелярии — Кейгану. Тот, конечно, согласился.

Он сделал паузу, снова сделал глоток чая.

— Только вот я тебе скажу. Все наши силы с Кейганом сейчас уходят на то, чтобы сбить твой след. Потому что Рейган озверел. И теперь уже сам вышел искать тебя.

Меня неприятно кольнуло внутри, но я удержала лицо.

— Может быть, ты вернёшься в столицу? — продолжил он спокойно. — Нам так будет спокойнее. И ему.

— Мне всё равно, что ему спокойнее. Мы в разводе.

— Только документы ещё не подписаны, Грейс. Да и скажу тебе честно — нам сейчас нужен вменяемый Рейган. Ему поручено слишком серьёзное дело, а он, вместо того чтобы заниматься им, идёт по твоему следу.

Глава 14

Но ни через пару дней, ни через пять Керран не пришёл. Это было странно. Но после его слов о том, что за мной следят, я стала обращать на это внимание.

Ничего с этим поделать я не могла, потому просто продолжала работать. Не будет же Керран связывать меня, чтобы доставить в столицу. Мне не было дела до супруга. До его сложностей с драконом и вообще с головой. Он вычеркнул меня, решил посмотреть, что будет без меня. Пусть смотрит. Как и мой сын.

У меня всё очень даже неплохо получалось. Мне начал нравиться Ледяной клан. Мои наряды нравились Каллисте и Шани. Работа шла, заказов становилось всё больше, и я постепенно переставала оглядываться назад.

А когда однажды мне принесли письмо, где Каллиста просила приехать, только не в главный особняк, а в другое место, я насторожилась. Тем более я знала, что дом Ледяного клана сгорел. Причины я не знала. Газеты молчали. Слухи расползались разные.

Я собралась, взяла необходимые вещи для примерки девочки. Наверняка мерки у Шани изменились. Захватила образцы тканей, потому что планировала сшить ей ещё несколько платьев.

Но когда добралась на карете к другому особняку семьи лорда Айсхарна, сразу почувствовала гнетущую атмосферу. Меня сопроводили воины клана и провели прямо в комнату к девочке.

Измученная, в простом белом платье-пижаме, Шани лежала на кровати. Вокруг неё собралась почти вся семья. Её тёмные волосы прилипли ко лбу, были мокрыми от пота. Она была бледная, почти прозрачная.

Когда я вошла, она резко повернула голову, хотя казалось, до этого спала, и посмотрела прямо мне в глаза.

Тут ко мне подошла Каллиста, она была напряжена и вымучено улыбнулась. Мы обнялись с ней.

— Грейс, пожалуйста, пошей Шани платье. Такое, какое она попросит.

— Каллиста… что происходит? — осторожно спросила я.

— Не спрашивай меня, пожалуйста. Просто выполни просьбу.

Я снова посмотрела на всех — настороженных, взволнованных, напряжённых, — кивнула и подошла к кровати.

Разложила саквояж, достала мерную ленту, блокнот, ручку. Затем села с другой стороны кровати.

— Шани, милая… ну что, пошьём тебе самое замечательное платье? Вставай, детка. Какое ты хочешь? — ласково проговорила я.

Шани улыбнулась настоящей живой улыбкой, словно испытывая облегчение.

Я протянула руки. Шани вложила в них свои ладошки. Я осторожно потянула её с кровати, и девочка встала. Я развернула мерную ленту и начала обмерять её заново, размеры изменились. Шани сильно похудела. Потом я присела на колени, чтобы продолжить, и тогда произошло странное.

В одно-единственное мгновение голос Шани стал холодным, проникновенным:

— Многоликая проведёт всех. И в её руке должен быть букет вереска. Тогда Бездна не выжжет земли.

Женщина средних лет тут же вскочила с кровати, подбежала к столу, где лежали листы, и быстро стала все записывать.

А я… внимательно, снизу вверх, посмотрела на девочку. Моя голодная, пожирающая Пустота почувствовала жажду. В девочке было слишком много тяжёлой магии. Магии, с которой её детский организм просто не мог справиться. Она опустошала её, разрушала, не находила применения и причиняла ребёнку боль.

У Шани пот стекал по вискам, черные волосы растрепались, пряди прилипли к лицу.

Я, не вставая, протянула к Шани руку в перчатке.

Девочка всхлипнула, заплакала. Слёзы потекли по её лицу.

— Ты… ты снимешь перчатку? — проскулила Шани.

— Тебе очень больно? — тихо спросила я.

Шани закивала, как болванчик, прикусила губу, стараясь не разрыдаться.

— Хорошо. Я сниму.

Я медленно сняла перчатку и протянула руку девочке. Та крепко сжала её, выдохнула и закрыла глаза.

А потом обмякла.

Я успела подхватить её, поймала тонкое, худенькое тело, уложила на край кровати, села рядом и начала гладить Шани по волосам. Через мгновение отстранилась, надела перчатку обратно и посмотрела на всех, кто был в спальне.

— Я сняла мерки. Платье будет готово. Я распоряжусь, чтобы его доставили сюда.

Каллиста кивнула.

— Благодарю, Грейс.

Я улыбнулась усталой улыбкой. Кажется, никто не понял, что произошло.

Я и сама не поняла, какую именно магию вытянула у Шани. С этим мне еще предстоит разобраться. Но оставить девочку в таком состоянии я, конечно, не могла.

— Грейс, возьми мерки с моей гостьи, — попросила Каллиста и указала на незнакомку в комнате. — Ассоль нужен полный гардероб.

Я снова кивнула.

— Конечно.

Я аккуратно сложила свой саквояж, защёлкнула его, поднялась, и мы вышли из комнаты.

Я работала очень быстро, потому что чувствовала: мне нужно остаться одной и как можно скорее.

Ассоль оказалась очень приятной девушкой, и я легко нашла с ней общий язык. Только вот с каждой минутой все мое внимание стало уходить на другое — на ту тяжёлую магию, которая буквально давила на меня.

Глава 15

Гад! Сволочь! Ненавижу! Люблю и ненавижу!

Я распахнула глаза и задышала. Боль ушла. Перед глазами стояла картинка, которую я только что увидела. Я стиснула зубы.

Ненавижу. Ну как же я его ненавижу.

Даже осознание того, что я каким-то образом перехватила дар провидицы, стёрлось под тяжестью неизбежного будущего. Почему неизбежного? Потому что именно так оно ощущалось. Давило. Не отпускало.

Мы же ведь разводимся… так нет же. Почему первое предсказание было именно о нём? Судьба смеётся над нами!

Я перевернулась на живот. Дышалось тяжело. Приподнялась на вытянутых руках, опустила голову, снова ловя воздух. Потом села, подтянула ноги, уселась на пятки, запрокинула голову, приходя в себя. Всё тело было мокрым от пота. Едва встав, придерживаясь за обитое мягким бархатом кресло, я отправилась в душ.

Приняла его, вышла.

Бросить? Да только не смогу ведь. Сын же выбрал его. Кто за ним будет смотреть? Именно так я себя оправдывала, когда уже надевала новый комплект одежды — брюки, куртку, капюшон. Подходила к окну, выглядывала осторожно, проверяя, кто за мной наблюдает. Наблюдают ли вообще. Ночь была лучшим временем исчезнуть.

Я кралась как воровка, со всеми деньгами, что у меня были спрятаны в доме. Сквозь зубы ругалась, как портовый грузчик, потому что не хотела… но всё равно шла. Потому что сердце болело.

Нет. Если этот гад погибнет, то только от моей руки.

А сын… он останется наполовину сиротой.

Всё это я делала только ради сына. Даже если он такой неблагодарный.

Я вышла через другой проход, передвигалась вдоль стены, прижимаясь лопатками к камню. Ночь была тёмная, глухая. Где-то лаяли собаки.

Так я добралась до рабочего квартала. Кажется, слежки не было. Затем прошла ещё дальше и нашла тот самый дом, с которого начиналось видение.

Я снова стиснула зубы.

Место злачное и явно не самое лучшее.

На крыльце сидел огромный детина. Голова склонилась к груди, он храпел. Я подошла и растолкала его.

— Мне нужен Гром.

Мужик всхрапнул, проморгался.

— А ты кто такая, цыпа?

— Веди к хозяину. У меня к нему дело.

— Невелено. Хозяин отдыхает.

— Ну тогда ты сам сообщишь ему, что для него было дело, которое хорошо должны были оплатить. А ты отослал меня. Или ты думаешь, я сюда днём заявлюсь? При свете?

Он почесал репу, провёл ладонью по подбородку. Я машинально отметила — ума немного, зато всё компенсировалось огромными мышцами и такими же кулачищами.

Мужик кряхтя поднялся.

— Пошли, цыпа. Но если дело плёвое и мало денег предложишь — пеняй на себя. Вытрясу всю душу. А если ты ещё и симпатичная…

— Иди, — коротко бросила я.

Да, было страшно общаться с таким бугаём. И за это мне Рейган тоже ответит… Если бы не тот результат, который я видела, не сунулась бы сюда. А может, и сунулась бы. Не знаю.

Как можно любить дракона и ненавидеть? Ненавидеть и любить? Мне бы написать пособие.

А еще точно напишу Аннабель, чтобы она сделала какое-нибудь зелье от душевных мук.

Пока я ожидала в гостиной, огляделась. Внутри всё было слишком дорого и помпезно. Красный бархат, позолота. По внешнему виду дома я бы и не сказала, что внутри такая роскошь.

Снаружи — дыры, латки, некрашеные стены, кое-где заколоченные окна. Вот так и прячутся местные зажиточные бандиты.

Я села в бархатное кресло, откинула голову. Спустя полчаса ко мне спустился местный Гром — наёмник, державший при себе других наёмников, выполняющих грязные делишки.

Одет он был в красный бархатный халат с золотой вышивкой. В запахе виднелась голая кожа, которую пересекал старый шрам. Когда он улыбнулся, блеснули золотые зубы.

— Мне тут сказали, что у тебя ко мне дело. Сними-ка капюшон. Хочу посмотреть на тебя.

Я скинула капюшон. Он хмыкнул. Был он раза в два старше меня. Сел напротив, закинул ногу на ногу, развалился королём в кресле.

— Ну валяй. Предлагай работу.

Я выставила на деревянный столик все деньги, что у меня были. А затем два колье, которые Фростмар дарил мне. Коллекционные. Дорогие. Он гонялся за ними по трём аукционам, выкупал за бешеные деньги.

Я выложила их рядом.

Куш был действительно большой.

И дело — соответствующее.

— Ничего себе, цыпа… Ну-ка подожди, я сейчас их сначала проверю, а потом мы с тобой обсудим.

Он махнул рукой, и тот бугай скрылся. А через десять минут откуда ни возьмись привёл сонного, в колпаке, пожилого мужчину, с горбатым носом.

Гром усадил старика в кресло, которое пододвинул к моим украшениям, сам надел ему пенсне. Старик щурился, моргал, зевал, но принялся рассматривать коллекционные ожерелья. Присвистывал, причмокивал, вертел их и так, и эдак.

Глава 16

Пришлось вспомнить все свои навыки маскировки. Для того чтобы добраться до нужного мне постоялого двора я поменяла четыре кареты.

В каждой карете переодевалась в новую одежду, меняла куртки, брюки на платья, цветные платки на голове.

Применяла все те качества, которые мне приходилось оттачивать, играя роль собственной бабушки, дабы меня не выдали замуж сразу в восемнадцать лет, а позволили отучиться в Академии.

Лицо тоже гримировала, меняла походку, сутулилась, потом наоборот выпрямлялась. Так что к вечеру, когда я уже добралась до того постоялого двора, была изрядно уставшей.

Сумку с вещами оставила в съёмном номере. Ворчала и ругалась про себя, но была собрана. Никогда не думала, что придётся вернуться к подобному маскараду.

На постоялом дворе можно было снять не только лошадь и карету, но ещё и дракона за отдельную плату. Я подошла к мужчине, заплатила. Тот обернулся ящером.

Я забралась к нему на шею и попросила доставить меня до того самого трактира, находящегося на перекрёстке, где сходятся дороги из Кристального клана и Лунного.

Была уже глухая ночь, когда мы подлетали к нужному мне месту. Я всё время оглядывалась, чтобы нас никто не преследовал. Как только мы приземлились, дракон сразу улетел, получив вторую плату за извоз. Дальше мне пришлось пробираться по лесу.

Вскоре я увидела мутную, переливающуюся белыми, голубыми и тёмно-синими оттенками плёнку, которой был накрыт клан Кристаллов.

Я позволила обретенной мною магии развернуться, чтобы та помогла точнее указать место, где я увижу Рейгана. Закрыла глаза, прислушивалась. Ощущения повели меня вперёд.

Но нужно было быть осторожной. Конечно, выставить полностью кордон по периметру всего огромного клана было невозможно, но основные узлы охранялись. Особенно после того, как Керран узнал, что министр экономики сам отправился в опальный клан, куда никому не было хода.

Ощущение привело меня к деревьям. Я остановилась, присела, поправила рюкзак, в котором были купленные зелья. Из дома я мало что прихватила, но смогла отыскать необходимое в лавках. Преимущественно покупала те, которые поставляла Аннабель. Они были редкими и дорогими. Потому что в основном все зелья уходили на фронт.

Ждать долго не пришлось. Я заметила рябь, прошедшую по куполу. Такую же рябь могли увидеть и другие. Я подскочила на ноги, вглядываясь в переливающуюся стену. Разрывая заклинание, через плотный купол Кристального клана прорывался Рейган.

Он тащил что-то. Жаль, я не обладала драконьим зрением, но вскоре слабое бледное сияние позволило рассмотреть, что он тащил на себе человека. Такого растрёпанного и помятого мужа я не видела никогда. Разве что однажды, когда нас взяли в плен и из Рейгана пытались вытрясти имперские тайны. Но и тогда он не выглядел настолько помятым.

Купол за ним сомкнулся. Рейган тяжело опустился на одно колено. На его спине кто-то застонал. Я подбежала.

Камзол истинного был расстёгнут, белоснежная рубашка вся в крови. Он спустил тяжелую ношу на землю, переводя дыхание и опустив голову.

Я перехватила его за плечи, сняла того, кто был на его спине.

— Рейган…

— Грейс… это ты… или у меня уже галлюцинации… — прохрипел Рейган.

Я ударила его по щеке.

— А если так?

— Точно не галлюцинации… — он рассмеялся как-то по-сумасшедшему и поднял голову.

Я посмотрела в его расширенные зрачки. Он тяжело дышал, жадно втягивал воздух.

— Морозная вишня… точно ты… что ты здесь делаешь…

— Пришла спасать твою задницу. Что ты там вообще делал? Ты знал, что за тобой следят?

— Я искал тебя, — он подался вперед и потерся о мою руку небритой щекой, шумно дышал. — Куда ты делась? Где была? Ты ведь не нашла себе другого? — хрипел дракон, пытаясь встать. Рычал сквозь стиснутые зубы. — Ты спала с кем-то?

Я опешила от этих вопросов, а потом мне снова захотелось съездить по его и так побитой наглой морде!

— Нашла и очень счастлива с ним! — процедила я и надавила гаду на грудь. Тот поморщился и рыкнул. — А ну ложись!

— Я его убью! — прорычал Рейгард. — Вспорю ему брюхо и умоюсь его кровью.

Я уже одёргивала полы его грязного разорванного камзола, расстёгивала рубашку на груди. Его кожа была вся исполосована, словно из него собирались сделать ремни. На теле не было живого места. Я уже копалась в сумке, достала восстанавливающее зелье, поднесла к губам.

— Пей!

— Что это? — тот качнул головой, все время пытался ровнее сесть и отмахнуться от помощи.

— Пей. Ты же любишь всякую гадость от Аннабель глотать, так чем эта хуже, — зло, но тихо рычала я в ответ.

Надо же собрался он убить моего будущего мужчину!

— Мой дракон ни в чем не виноват. И это он еще выпотрошит тебя. А ты раз сделал свой выбор, то и мне дай жить полной жизнью.

— Ты моя! — прорычал Рей, его глаза изменились, зрачки вытянулись. — Моя. Я так сказал!

— Ты потерял право называть меня своей в тот самый момент, как задумал разорвать связь. Я всё сказала!