Развод. Не первая и не единственная

Глава 1

- Ты видела нового жильца из восемьдесят шестой? Прикатил на красной Ауди.

Выхожу из лифта, и до меня доносится приглушённый голос соседки снизу.

Останавливаюсь, хотя мне осталось сделать пару шагов до своей квартиры.

Дурацкая счастливая улыбка никак не сходит с лица, потому что сгораю от нетерпения. Так хочу увидеть, как в нашу новую спальню впишется кровать, которую только что должны были доставить.

- Ой, видела их! - Подхватывает второй женский голос. - Жену привёз. Такая фифа эффектная! Волосы идеальные, на шпильках, с красной, дорогущей сумочкой. И такая загорелая, наверное, только с курорта вернулась.

- И не говори, Николаевна. А он над ней так и вьётся! За талию обнимал, в шею целовал. Сразу видно, что пылинки с неё сдувает.

Голоса стихают, внизу хлопает дверь, а я просто перестаю дышать.

Восемьдесят шестая квартира - это наша новая квартира. И мужа есть красная Ауди.

Стою в подъезде в своих любимых кедах, и в голове набатом бьёт только одна мысль. Какая ещё жена? О чём они?

Я - его жена. И последние месяцы буквально жила этим ремонтом, вылизывала каждый угол нашего идеального гнёздышка…Пару месяцев назад муж купил на годовщину новую квартиру. Сказал, что в нашей нам уже тесно. Потому что он сильно захотел детей. Я, конечно, же обрадовалась. Мы уже два года женаты, а он только сейчас заговорил про деток.

И что за бред я сейчас услышала?

Кого Рома только что привёз в нашу квартиру? Кого он там обнимал за талию?

Мало ли в этом доме красных машин?

Но, кажется, что сердце немеет. Воздух застревает в лёгких. Колючий ком не даёт сделать вдох. А запах свежей краски вызывает тошноту.

Это ошибка. Они просто ошиблись, Майя, успокойся.

Достаю ключи. Руки трясутся так, что я никак не могу попасть в замок. Сердце колотится так, что, кажется, сейчас проломит рёбра.

Захожу в квартиру и первое, что вижу, лежит красная сумочка на коробок с итальянской плиткой.

Пытаюсь найти какое-то логическое объяснение. Может, это дизайнер, кто-то из родственников?

Нет, это всё самообман, потому что не сразу понимаю, что происходит. Мир вокруг не просто даёт трещину, он разлетается на куски, впиваясь осколками прямо в душу.

Дыши. Пожалуйста, просто дыши. Приказываю себе, до боли зажмуриваясь.

А потом слышу звуки, которые доносятся из нашей новой спальни. Сдавленные женские стоны, ритмичный стук дерева о стену. И тот самый звук, который я так любила слышать в темноте, зарываясь носом в его плечо.

Ноги становятся ватными, но сами несут меня к полуоткрытой двери спальни.

Теперь понятно, чем он тут занимается.

Сквозь приоткрытую дверь вижу всё пугающе чётко.

Наша новая кровать, а на нём мой муж с любовницей. Её пальцы с длинным красным маникюром хищно впиваются в его спину.

Я физически чувствую, как в эту секунду рушится моё будущее. Все мечты о детях, о тихих вечерах в нашем гнёздышке рассыпаются.

Сжимаю кулаки, и на место горечи приходит злость.

Как он мог с мной так поступить? Ещё и притащил какую-то девку в наш новый дом.

Резок толкаю дверь. Она ударяется об ограничитель.

Они оба замирают.

Брюнетка недовольно вскрикивает, а Рома медленно поворачивает голову. И это добивает меня окончательно: в его глазах нет ни грамма вины. Только мимолётное раздражение, словно я назойливый курьер, который пришёл не вовремя.

- Майя? Ты что здесь делаешь? Ты же собиралась приехать вечером. - Спокойно произносит он. Даже не пытается прикрыться, лишь нехотя сползает с кровати и натягивает боксеры.

Это я поймала его на измене в нашей собственной постели, но почему-то именно мне хочется провалиться сквозь землю от унижения.

- Рома, что это? - Обхватываю себя руками, пытаясь удержать разлетающееся на куски сердце.

- Ну не начинай это шоу. - Он морщится, словно я капризный ребёнок. - Ты же взрослая девочка, должна понимать: мужчины так устроены. Это просто сброс напряжения, ничего личного. Ты - жена, она всего лишь развлечение. Не делай из мухи слона.

Не верю своим ушам. Из-за его спины выныривает брюнетка. Она неторопливо, с вызовом кутается в моё шёлковое покрывало.

- Так это и есть твоя дёрганая жёнушка, Рома? - Мурлычет красногубая, оглядывая меня с брезгливой жалостью. - Послушай, милочка, матрас жестковат. И вкус на обои у тебя отвратительный. Слишком дешёвый. Шла бы ты проветрилась, а то выглядишь... неважно.

Внутри меня что-то с треском ломается. Тихая, удобная Майя, которая всегда заглядывала ему в рот и старалась быть «хорошей девочкой», исчезает прямо здесь.

- Забирай кровать себе, как и Аверина. Он мне больше не нужен.

- Милая, перестань. Ну, сорвался я, с кем не бывает? Ты же в последнее время только этим ремонтом и бредила, на меня времени не оставалось. Вот я и нашёл способ выпустить пар.

- Можешь продолжать выпускать пар дальше.

- Видимо, о разводе ты с ней так и не поговорил. - Вставляет девица.

- Спасибо, что напомнила. Это будет короткий разговор: я подаю на развод. Я ухожу от тебя.

- Майя, успокойся, обойдёмся без скандала. - Рычит муж.

Но меня не запугать. Разворачиваюсь и выхожу. Слышу их шокированный шёпот, слышу, как любовница, зло цокая, семенит следом, чтобы забрать свои шмотки. Она на ходу застёгивает блузку, лавируя между стремянкой с мешками со смесями, которые ещё не вынесли рабочие.

- Сумасшедшая истеричка. - Шипит она мне в спину, надменно тянясь за своей красной сумочкой.

Она задевает плечом стопку из трёх мешков с финишной шпаклёвкой, которую рабочие сложили в узком проходе. Верхний мешок, уже надрезанный с угла, угрожающе шатается. Мне можно подтолкнуть её к ней. Но девица сама задевает стремянки, и та едва ощутимо бьёт по основанию.

Тяжёлый бумажный пакет съезжает и с глухим, пыльным «уф» обрушивается прямо ей под ноги, разрываясь от удара о край плитки.

Раздаётся пронзительный визг.