Развод не по правилам. Две полоски

Пролог

Я любила это утро.

За окном накрапывал дождь, барабаня по подоконнику, а на кухне пахло свежесваренным кофе и тостами с корицей. Я стояла у плиты в его старой футболке, которая давно стала моей любимой домашней формой, и помешивала яичницу. За спиной раздавались шаги — Дмитрий подошел сзади, обнял за талию и поцеловал в макушку.

— Доброе утро, соня, — улыбнулась я, не оборачиваясь. — Ты рано. Я думала, ты в душ.

— Решил сначала позавтракать с тобой, — его голос звучал ровно, но я не придала значения. — Присядь. Мне нужно кое-что сказать.

Я удивленно обернулась. Дмитрий уже сидел за столом, одетый в идеально выглаженную рубашку, будто собирался на важную встречу. Перед ним стояла чашка с кофе, которую я поставила минуту назад. Он смотрел на меня странно — слишком спокойно, слишком отстраненно.

— Что-то случилось? — я выключила конфорку и подошла к столу, вытирая руки о футболку.

— Присядь, — повторил он.

Я села напротив, чувствуя, как внутри зарождается холодок тревоги. Дмитрий потянулся к портфелю, стоящему у ножки стула, достал белую картонную коробочку и положил на стол между нами. Аптечный тест на беременность. Я моргнула, пытаясь понять, что происходит.

— Мне нужно, чтобы ты сделала тест, — сказал он.

— Зачем? — я растерянно перевела взгляд с коробочки на его лицо. — Я же делала неделю назад... Отрицательный. Мы же решили не зацикливаться, подождать еще...

— Сделай ещё раз.

Что-то в его тоне заставило меня замереть. Я смотрела на него и вдруг поняла, что не узнаю этого человека. Исчезла привычная мягкость в глазах, исчезла та особенная интонация, с которой он говорил только со мной. Передо мной сидел чужой мужчина в дорогом костюме и смотрел на меня, как на подчиненную, которая ошиблась в отчете.

— Дима, ты меня пугаешь, — я попыталась улыбнуться, но губы не слушались. — Объясни, что происходит?

Он вздохнул, будто я тратила его драгоценное время. Откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди. И сказал. Спокойно. Четко. Слова падали в тишину кухни, как камни в воду, расходясь ледяными кругами.

— Я собираюсь жениться на другой женщине. Если тест окажется отрицательным, мы подадим на развод сегодня же. Если положительным — подождём рождения ребёнка.

Я слышала эти слова, но мозг отказывался их принимать. Они повисли в воздухе, бессмысленным набором звуков. Жениться? Другая женщина? Развод?

— Ты... что... сказал? — мой голос прозвучал хрипло, будто не мой.

Я встала, сама не помня как. Ноги подкосились, и я схватилась за край стола. Пальцы сомкнулись на ручке любимой кружки — керамической, расписанной вручную, которую мы купили на ярмарке в первый год совместной жизни. Я даже не заметила, как поднесла её к груди, будто она могла защитить.

— Анна, не устраивай истерику, — Дмитрий нахмурился. — Ситуация простая. Нам нужно понять, как действовать дальше.

— Какая другая женщина?! — выкрикнула я. — О чём ты вообще говоришь?! Мы же семья! Мы... мы ребёнка планировали...

— Планировали, — кивнул он, и в этом кивке было столько безразличия, что меня затрясло. — Но обстоятельства изменились. Есть человек, который подходит мне больше. С которым у меня общие цели и перспективы. Я не хочу делать тебе больно, но так честнее — сказать сразу.

— Честнее? — я рассмеялась, и смех вышел истерическим, надорванным. — Ты изменял мне? Всё это время, пока я ждала тебя по вечерам, пока старалась забеременеть, пока думала, что мы строим будущее, ты...

— Я не изменял, — перебил он. — Наши отношения с Катей начались недавно, но я сразу понял, что это серьёзно. Я не хочу жить во лжи. И не хочу, чтобы ты жила во лжи.

Катя. У неё даже имя есть. Красивое, молодое. Я вспомнила, как пару месяцев назад он рассказывал о дочери нового партнёра по бизнесу, какая она перспективная и современная. Я тогда не придала значения — мало ли кто у него в проектах.

— Сколько ей? — спросила я, и голос сел окончательно.

— Двадцать пять.

На три года младше меня. Красивее? Богаче? Наверняка. У неё, поди, нет привычки ходить в старой футболке и варить яичницу по утрам. У неё маникюр, личный тренер и папа с деньгами.

— Ты... ты меня больше не любишь? — спросила я, хотя ответ уже знала.

Дмитрий помолчал, и эта пауза была страшнее любых слов.

— Анна, дело не в любви. Дело в жизни. В том, с кем я вижу своё будущее. Я уважаю тебя, ты хорошая женщина. Мы можем разойтись цивилизованно.

— Цивилизованно, — эхом повторила я. — С тестом на беременность в качестве приговора.

Я смотрела на белую коробочку, и вдруг меня накрыло. Год попыток зачать ребёнка. Год надежд, разочарований, тестов, графиков, витаминов. Год, в течение которого он, оказывается, уже примерял на себя другую жизнь. Другую женщину.

— Если ты беременна, — продолжил Дмитрий всё тем же деловым тоном, — я готов обеспечить тебе содержание до родов. Потом сделаем тест ДНК. Если ребёнок мой, я буду участвовать финансово. Квартиру оставляешь себе, она твоя по документам. Претензий не имею.

— А если не беременна? — прошептала я.

— Тогда сегодня же подаём заявление. Я оплачу тебе адвоката, если хочешь, чтобы быстрее. Думаю, за месяц управимся.

Месяц. Он отводит мне месяц на то, чтобы исчезнуть из его жизни. Если во мне не будет того, что ему нужно. Наследника. Вот, значит, для чего ему нужен был ребёнок? Не для семьи, не для любви. Для страховки. Для галочки. Чтобы было, кого вписать в графу "наследники", пока он строит империю с новой пассией.

Руки задрожали так сильно, что я не удержала кружку. Она выскользнула из пальцев и с глухим звуком ударилась о кафельный пол. Осколки брызнули в стороны, кофе залил мои босые ноги, но я не почувствовала боли.

Я смотрела на осколки любимой чашки и понимала: нас двоих в этой квартире больше нет. Есть только я и мужчина, который сидит за столом, поправляет манжету рубашки и смотрит на меня как на досадную помеху, которую нужно устранить до обеда.