Развод. Немного изменил

‍❤️

– Кто вы такой? – спрашиваю хрипло.

Незнакомец проталкивается в квартиру.

– Я дядя ваших детей.

– К-к-как это? У моих д-дочек нет дяди… – Слова заплетаются.

– Если муж наконец соизволит сказать вам правду, то вы узнаете, что дядя у них есть. Я брат женщины, у которой он отобрал этих детей.

После удочерения близняшек моя жизнь стала полной и безумно счастливой.

Пока не оказалось, что за красивой улыбкой мужа скрывались ложь, измена и предательство.

А правда оказалась страшнее всего, что я могла себе представить.

**********************************************

Все события в истории выдуманы, совпадения случайны. Суждения героев не отражают мнения автора. Поступки и решения героев не являются рекомендацией. Автор не пропагандирует и не поощряет поведение, описанное в книге.

В этой истории вы найдёте следующее ––– эмоциональные повороты сюжета, измена и предательство, сложные отношения, противоречивые поступки, непростой герой, нежная но сильная героиня.

И конечно, в книге будет хороший конец для всех, кто того заслужил.

Приятного чтения!

С любовью,

Саша

1

Я бегаю по квартире, делая сотню дел одновременно.

Всё время кажется, что я что-то забыла. До прихода гостей ровно час, а у меня ещё столько дел: расставить салаты, нарезать овощи, убедиться, что комнаты проветрены. А в последний момент надо будет переодеть дочек в праздничные наряды – одинаковые розовые платья и туфельки с цветочком на ремешке.

Я уже выучила урок, что наряжать детей надо в самый последний момент, когда гости буквально на пороге, потому что очень многое может пролиться, сплюнуться, а то и что похуже. Особенно потому что малышки сидят со мной на кухне и норовят дотянуться до всего, что я делаю, – опрокинуть, облизать, размазать по лицу и волосам и по своей одежде. Судьба подарила мне умных и способных дочек, они не упускают ни единого шанса «помочь» мне на кухне.

Выглядываю в гостиную.

Вроде всё почти готово. Розовые шары слегка колышутся на сквозняке от открытого окна, пахнет свежестью и расставленными на столах цветами. В холодильнике нарезки, салаты, куриные рулеты. В который раз проверяю каждый штрих, всё должно быть идеально.

Сегодня мы празднуем удочерение наших малышек.

Мы решили не отмечать событие сразу после решения суда, потому что хотели дать малышкам время освоиться. Процесс удочерения занял несколько недель после их рождения, и девочками нужны были стабильность, покой и любовь. Очень много тепла и любви.

А теперь прошло несколько месяцев, и мы готовы отпраздновать самое главное событие в нашей с мужем жизни и познакомить дочек с родными и друзьями.

Наклоняюсь и по очереди чмокаю две светлые макушки. Идентичные, вот только… Дашины волосы опять липкие! Что она стащила со стола в этот раз?

– Так, признавайся, где ты прячешь контрабанду? – спрашиваю, смеясь, и щекочу дочку под подбородком кончиком пальца.

Её правая ладонь сжата в кулачок, а это явный признак того, что искать надо там. Щекочу её запястье, и она сама раскрывает ладошку, на которой размазано… сливочное масло?!

Смотрю в маслёнку – так и есть, в ней следы любопытных детских пальцев.

Пока отмываю Дашу, Наташа стягивает с подоконника поздравительную открытку и самозабвенно её жуёт…

Другими словами, обычный день нашей жизни.

Не передать, как я счастлива и как сильно люблю моих малышек. Стены в доме уже увешаны их фотографиями, у них больше одежды, чем у меня и у мужа вместе взятых… Я очень долго ждала и боролась за право стать мамой, поэтому сейчас я словно хожу по облакам от счастья. Уже не могу представить мою жизнь без этих двух маленьких шаловливых чудесниц…

На подоконнике вибрирует телефон, приходит сообщение от мужа.

«Я забыл чек!»

Закатываю глаза. Муж вечно всё забывает.

Он только что уехал за большим праздничным тортом. Я два раза напоминала ему взять с собой чек, а то с него станется принести домой не тот заказ. Да и к чеку прикреплен эскиз торта, чтобы муж мог проверить, всё ли сделали правильно.

Вытираю руки и собираюсь отправить мужу электронный чек, когда раздаётся звонок в дверь.

Значит, Боря не успел далеко уехать и вернулся.

Подхожу к двери, открываю и… замираю в полушаге.

На пороге стоит совершенно незнакомый мужчина. Его взгляд острый, неприязненный. Что-то в его глазах сразу заставляет меня сжаться внутри, насторожиться.

Я инстинктивно пытаюсь закрыть дверь, но он не позволяет, просовывает ногу в щель.

– Уберите ногу! – приказываю, хриплая от волнения. Будет мне урок не открывать дверь, предварительно не глянув в глазок.

В ответ незнакомец качает головой, ничего не говорит.

– Вы… к кому? Наверняка ошиблись адресом.

Его рот кривится в неприязненной усмешке.

– Нет, я не думаю, что ошибся, – говорит медленно, с явным раздражением. – Вы же Анастасия Ерёмина?

Я моргаю, пытаясь сообразить, кто он такой. Знаю, что по внешности судить нельзя, но он весь какой-то… не знаю даже. Неприятный, наверное. Очень крупный мужчина, даже слишком, и в этом ощущается угроза. И выражение лица у него злое, и он какой-то… лохматый, неухоженный.

– Да, я Анастасия Ерёмина, но я с вами не знакома.

– Вот сейчас и познакомитесь. Я дядя ваших детей.

– Что? Я… я не понимаю. Дядя? У меня нет брата, у моего мужа тоже. Вы… вы не можете быть дядей, – бормочу бессвязно, слова словно срываются с языка и падают в пустоту.

– А вы спросите об этом мужа, пусть объяснит!

Всего несколько слов – и с трудом обретённое счастье внезапно кажется хрупким, как воздушный шарик.

2

Кажется, что мир вокруг меня сжимается, давит со всех сторон, лишает воздуха.

Дети… это мои дети. Мои.

Если незнакомец говорит правду, значит, он брат матери детей, которая от них отказалась. Ни он, ни его сестра не должны были знать, кто удочерил малышек и где мы живём. Это конфиденциальная информация.

Мы с мужем удочерили девочек, и теперь они наши. Мать от них отказалась, это было её решение. Даже если этот… дядя не согласен с решением сестры, он не имеет права предъявлять нам претензии и не должен был выискивать наши имена и адрес каким-то нелегальным путём…

Во мне метр шестьдесят роста, и наверняка этому здоровенному мужику кажется, что я котёнок, которого он запросто может пнуть и столкнуть с пути. Однако, когда речь заходит о моих детях, котёнок во мне превращается в пантеру. Каждая мышца моего тела напряжена и готова к атаке. Не сдамся без боя, позову на помощь, вызову полицию…

Хватаю журнальный столик и выставляю его перед собой ножками вперёд.

– Никуда дальше не пойдёшь. Не пущу! – кричу. Голос дрожит, но звучит решительно. Моя сила не в размере, а в огне, который загорается в груди при мысли о том, что кто-то может обидеть моих малышек.

Незнакомец поднимает руки и отходит назад.

– Спокойно, спокойно, Настя! Ладно, я, наверное, переборщил.

– Да, ты переборщил, ещё как! – Трясу столиком перед его носом. К сожалению, получается не очень грозно, потому что одна из ножек отваливается. Да уж, так себе оружие нападения. – Уходи и не возвращайся!

Он разводит руками.

– Этого я сделать не могу. Насколько понимаю, твоего благоверного сейчас нет дома?

– Мой муж вернётся через пару минут и такое устроит, что тебе не поздоровится! Он уважаемый человек в городе, у него много знакомых…

– Дай сюда! – перебивает он меня и с лёгкостью забирает у меня столик.

– Что ты собираешься с ним делать?!

– Как что? Починю.

Привинчивает ножку и ставит столик на место.

Из кухни раздаётся хныканье, по жалобным ноткам узнаю Наташу. Даша тут же подхватывает, создавая стереоэффект.

– Вот, смотри, что ты наделал! Мои дети плачут. Уходи!

– Ладно, всё, успокойся и иди к ним.

– Сначала ты должен уйти.

– Нет, я не уйду, а подожду здесь, в прихожей. Думаю, что две минуты ты сможешь меня потерпеть. А когда придёт Борис, он тебе всё объяснит.

Борис. Незнакомец знает имя моего мужа.

Внутри меня будто что-то отрывается и проваливается в пустоту. Уже в этот момент я знаю, что моя жизнь никогда уже не будет такой счастливой и безоблачной, как ещё несколько минут назад. Мой паникующий разум не в силах сложить происходящее в понятную картину, и от этого ещё страшнее. Предположим, этот мужчина только недавно узнал о том, что его сестра родила и отдала детей на удочерение, и он не согласен с её решением. Но при чём здесь Боря?!

Незнакомец садится на стул в прихожей, заглядывает в гостиную.

– Смотрю, у вас сегодня праздник.

– Да… празднуем… детей, – отвечаю еле слышно.

– Надо же как я кстати приехал! Какой же праздник без дяди? – Скалится.

Дочки продолжают плакать, но я застыла в прихожей и не могу сдвинуться с места.

– Скажи… пожалуйста, кто ты такой?

Он смотрит на меня суровым, тяжелым взглядом, а потом отвечает.

– Я брат женщины, у которой твой муж отобрал детей.