Развод отменяется. Останешься моей

Глава 1

– Лена беременна. От меня.

Я спотыкаюсь на ровном месте и застываю с тарелкой в руках, так и не донеся мужу пирог на десерт.

– Что? – переспрашиваю, растерянно глядя на Назара. – Какая Лена?

– Моя бывшая жена, – подсказывает он, как ни в чем не бывало продолжая есть мясной рулет. – Не переживай, это ничего не значит. Просто она захотела ребенка, а я не стал ей отказывать. Мужика-то у нее нет, а мы друг друга тыщу лет знаем. Не от левого же типа ей рожать.

Тарелка выскальзывает из ослабевших пальцев и разбивается вдребезги. Я вздрагиваю от звука, во все глаза глядя на мужа.

Пять лет вместе, четыре года из них в браке, а теперь… что теперь?

– Ида, ну что такое? – морщится Назар, глядя на меня с раздражением.

А я никак не могу справиться с противной дрожью в теле.

Мне было двадцать два, когда я пришла на ординатуру в областную больницу. Зеленая, восторженная, с горящими глазами. Назар уже работал там.

Подающий надежды хирург, уверенный в себе. От одного его взгляда у меня подкашивались ноги. Все ординаторки сохли по нему, а он выбрал меня.

Влюбился, ухаживал, добивался и я растаяла… расцвела… Булатов к тому моменту уже два года был в разводе. Так и закрутился наш роман, который перерос в крепкий брак.

Как я думала крепкий.

– Ты... – еле выдавливаю я, настолько пересохло в горле. – Ты переспал с Леной?

Назар деловито хмыкает и тянется за домашним хлебом, который я испекла сегодня утром в шесть, перед работой. Потому что он ведь любит домашний…

– Ну, технически это называется “помог зачать ребенка”, – пожимает он плечами. – Поэтому ни к чему так драматизировать, Ида. Это было целых три месяца назад. Получилось сразу, кстати. С первой попытки.

Я зажмуриваюсь до боли, до кругов перед глазами.

Весь наш брак я безуспешно пытаюсь забеременеть. Сначала мы с Назаром очень активно пытались сами завести ребенка, потом решились на ЭКО.

За это время я пережила их уже четыре штуки и уже наизусть выучила показатели своих гормонов, количество фолликулов, результаты каждой гистероскопии.

Каждый раз с замиранием сердца я делаю тесты. Покупаю пачками, сразу по три или пять штук, потому что а вдруг бракованный.

И каждый месяц при неудаче или начале месячных я реву в подушку, пока Назар спит рядом, отвернувшись к стене.

– Это не приговор, – твердит мне знакомая репродуктолог, моя коллега из перинатального центра. – Многие беременеют не сразу, не сдавайтесь.

И я не сдавалась. Глотала гормоны горстями, колола себя в живот, даже лежала вверх ногами после каждого полового акта… Господи, это даже сексом перестало быть, просто половой акт в овуляторное окно, по расписанию, как прием таблеток.

Назара это бесило, он злился. Говорил, что я превратила нашу спальню в лабораторию, что он чувствует себя племенным быком, а не мужем. Что ему надоело спать с женой по графику.

И я извинялась. Плакала и извинялась, потому что это же я – сломанная, неправильная, неспособная дать ему то единственное, что он хочет.

На работе я успешно веду самые сложные беременности, а сама себе помочь не могу.

А тут… с первого раза… с первой попытки.

Слезы застилают глаза, силуэт мужа расплывается из-за них.

После всех наших попыток, после стольких моих мучений его предательство хуже ножа в спину.

– Ты изменил мне. Ты… после всего, что мы пережили…

Назар морщится, будто я сказала что-то неприличное, продолжая уплетать мясной рулет.

У него даже аппетит не пропал.

– Вот только давай без этой бабской истерики. Измена – это когда чувства, эмоции, все дела. А тут чистая физиология. Просто помог женщине. И не посторонней, а бывшей жене, между прочим. Лена хотела ребенка, а ей тридцать шесть уже, часики тикают. Ты же знаешь, она старше меня на год, так что тянуть больше было некуда. Мы семь лет в браке были, нормально разошлись, как я мог отказать ей в помощи?

Глава 2

Я истерично хихикаю. Ведь Назар абсолютно в своих словах уверен. Это не измена же, а помощь! Благородное дело!

– А я? – спрашиваю с надрывом. – Я тоже хотела ребенка, Назар! Больше трех лет я…

Муж обрывает, не давая договорить, но зато хоть наконец глаза на меня поднимает и отвлекается от ужина.

– Ну вот именно, – во взгляде Булатова мелькает раздражение. – Три с лишним года, Ида. Четыре ЭКО. Сколько денег на ветер, сколько нервов и что в итоге? Ничего. Ни одной нормальной беременности, даже с выкидышем хотя бы. Ни один эмбрион не прижился, только килограммы лишние набрала. Может, это знак, а? Может, не надо идти против природы?

Я дергаюсь, как от пощечины, смотрю на Назара, широко распахнув глаза.

Он держал меня за руку на приемах у репродуктолога, говорил, что мы справимся, что мы вместе, что он любит меня любой. Булатов ведь видел, как я плачу над отрицательными тестами, как теряю себя, как разваливаюсь на части.

И как давно он для себя решил, что я дефектная и не надо больше “идти против природы”? Он же, выходит, в глаза мне лгал все это время…

– А с Леной, значит, природа не против? – спрашиваю глухо.

– Ну, очевидно, – Назар подпирает щеку кулаком. – Один раз, Ида. Один раз – и все. Ни гормонов, ни капельниц, ни этого цирка с расписанием. Просто здоровый мужчина и здоровая женщина переспали и получился ребенок. Как и должно быть.

Здоровая женщина.

Не то что я.

У Назара все идеально, мы оба проверялись. Все это время проблема была во мне. Бесплодие неясного генеза. Все показатели в норме, а беременности нет… может это и правда знак?

– И кстати, – Назар бросает на меня жесткий взгляд, как когда хочет, чтобы я подчинилась без пререкательств. – Возьми Лену на ведение беременности. Я серьезно. У нее там осложнения какие-то, переживает как ребенка выносит. А ты же гинеколог первоклассный. Ирония судьбы, конечно… вести чужие беременности можешь, а свою...

Он не договаривает.

Ему и не нужно договаривать, я прекрасно все понимаю.

Обхватываю себя руками и смотрю на мужа с болью.

– Ты хочешь, чтобы я вела беременность твоей любовницы?

– Бывшей жены, – поправляет Назар терпеливо, – которая носит моего ребенка. Моего первенца, Ида. Ты понимаешь, что это значит? Мой сын или дочь. То, чего ты не смогла мне дать за четыре года.

Хочется разрыдаться, настолько никчемной и раздавленной я себя чувствую.

Слова Булатова слишком жестокие. Как будто я сама не хотела этого ребенка. Я ведь так старалась, бредила им, а пока беременность не случилась, старалась компенсировать заботой, любовью…

– Я ведь делала все для этого. Все, Назар. Не было ни дня, чтобы я пропустила уколы, таблетки, процедуры… Я верила, что мы вместе, что ты меня поддерживаешь…

– Поддерживал. Три года поддерживал, но всему есть предел, Ида. Я мужик, мне нужен наследник, а с тобой его родить, очевидно, невозможно. Вот я и нашел решение. Взрослое, рациональное решение. Лена родит мне ребенка, я буду участвовать в его жизни. Все честно.

Горло сдавливает.

– А как же наш брак? Он что для тебя, ничего не значил, раз ты так легко решился “помочь”?

Булатов вскидывает брови, искренне удивляясь.

– А что наш брак? Ничего и не меняется, ты все так же моя жена. Была и будешь. Я же не развожусь с тобой, не бросаю. Просто у меня теперь будет ребенок. Не от тебя, да. Но будет. Это же лучше, чем ничего, правда?

Наверное если бы мне сейчас кожу чем-нибудь раскаленным прижгли, я бы даже не почувствовала. Мне настолько больно и эту боль не выразить.

Назар вытирает губы салфеткой и отбрасывает ее на пустую тарелку.

– И давай без драм. Лена женщина адекватная, претензий не предъявляет. Ей от меня ничего не нужно, ни денег, ни штампа. Просто хотела ребенка от нормального мужика с хорошими генами, а не от какого-то мутного хрена с сайта знакомств. Я просто помог чисто по-человечески.

Глава 3

– По-человечески, Назар? Переспать с бывшей женой, пока нынешняя колет себе гормоны в живот ради общего ребенка – это ты называешь по-человечески?

– Хватит, Ида. Никаких скандалов не будет, ты же знаешь, что я их терпеть не могу. И ты не в том положении, чтобы себя тут оскорбленной выставлять. Я мужчина и раз проблему с тобой не решить, я придумал другой выход. Так что выдыхай. В итоге ты поймешь, что так даже лучше. Тебе не придется дальше портить фигуру, рожать, все эти ночные кормления... Лена все это возьмет на себя. А ты будешь... ну как будто крестная. Или тетя. Будешь приходить, играть с ребенком, возиться и никаких обязательств.

Крестная для ребенка мужа от другой женщины… это даже звучит абсурдно, но Назара, кажется, все вполне устраивает.

– И долго ты это придумывал? – цежу сквозь зубы, стиснув кулаки.

– Что именно?

– Оправдания своему подлому поступку. Вместе с Леночкой придумывал или сам справился?

Булатов закатывает глаза, будто я тут устраиваю истерики на пустом месте и уже достала его этим.

Но вместо ответа он начисто игнорирует сказанное мной.

– Позвони Лене завтра, номер я оставлю. Запишешь ее на прием, обследования нужные назначишь. Ну, ты сама все знаешь, что я буду тебя учить. Но ты там поаккуратнее с диагнозами, не напугай. Лена мнительная, переживать еще будет, вдруг на ребенке скажется.

– Предлагаешь мне быть вежливой с бабой, которая с моим мужем переспала? – не выдержав, повышаю я голос. – Ты с ума сошел такое мне говорить?

– Это не баба, а мать моего ребенка, – жестко поправляет Назар не терпящим возражения тоном. – Мы теперь одна большая семья: ты, я, Лена и малыш.

Чувствую себя так, словно меня пыльным мешком по голове огрели. В какой-то прострации я присаживаюсь на корточки и принимаюсь аккуратно собирать осколки разбитой тарелки.

И мне вдруг становится так жалко, но не себя, а пирог, над которым я битый час корпела, уставшая после работы.

Дело ведь не в нем даже, а в том, что каждый день я приходила домой с чувством вины и как оголтелая наглаживала, драила, готовила, даже если с ног валилась.

Пыталась компенсировать свою дефектность хотя бы этим, стала скрывать слезы, чтобы мужа не расстраивать после нервной работы. Но никому эти дурацкие жертвы были не нужны. И я была не нужна тоже.

Назар встает из-за стола, потягивается и бросает как бы невзначай:

– Кстати, ЭКО можешь прекратить. Последний платеж клинике я заблокировал. Все равно смысла в этом нет, только деньги на ветер. Лучше потратить на что-то полезное. На ремонт, например. Или на детскую, Лена будет иногда с малышом приезжать, надо же где-то кроватку поставить.

Я вскидываю голову, не веря в то, что Назар сказал. Он что, серьезно собирается устроить детскую для ребенка любовницы в нашей квартире??

Поднимаюсь и швыряю крупные осколки в мусорное ведро под раковиной. В сердцах хлопаю дверцей кухонного гарнитура и разворачиваюсь к мужу.

– Ты совсем с ума сошел? Какая детская?? Я не собираюсь нянчиться с твоим ребенком и любовницу тут привечать! Ты… вдруг я беременна буду и что тогда, а? Познакомишь малыша с братиком или сестричкой и объяснишь, что “дружишь” с его мамой?!

– Ида, какой ребенок? Ты четыре протокола ЭКО перенесла и ноль результата. Ты же врач, гинеколог тем более, сама должна все понимать. Просто признай поражение и будем спокойно жить дальше, воспитывая общего ребенка.

И тут меня прорывает окончательно.

– Общего ребенка?! Назар, ты в своем уме? Он не мой, вы его с бывшей женой успешно заделали! Ты думаешь, я вот так возьму и приму это? Проглочу и дальше буду делать вид, что все отлично и у нас прекрасная семья?!

Булатов снова вздыхает тяжело, будто впустую тратит время на разговоры.

– Да, Ида, так и будет. Ты любишь меня, я люблю тебя и дальше мы будем жить как обычно.

Он вдруг улыбается и, подступив ко мне на шаг, притягивает за талию.

– Ну сама подумай, где ты еще такого идеального мужика как я найдешь? Кто закроет глаза на то, что ты бесплодна и будет тебя так же сильно любить? Только я, дорогая. Только я.

Глава 4

Чувствую руки мужа на своей слегка располневшей талии и к горлу подкатывает тошнота. Впервые в жизни мне противно, что Назар касается меня.

Он ведь этими руками гладил меня по волосам, успокаивая, когда я рыдала после очередного отрицательного теста. Обнимал ими и шептал на ухо, что все будет хорошо, что мы справимся. Вместе справимся со всем.

И этими руками он трогал другую. Так же, как меня.

– Отпусти, – чужим голосом требую я.

Пытаюсь отступить, но Булатов воспринимает мою попытку отстраниться как игру. Усмехается и притягивает ближе.

– Ида, ну хватит дуться. Ты же умная женщина, подумай головой, а не этими своими эмоциями. Я же предлагаю тебе идеальный расклад: ты остаешься моей женой, живешь в хорошей квартире, ни в чем не нуждаешься. При этом не надо больше мучить себя гормонами, не надо толстеть и рожать. Ребенок будет, наследник будет. Все довольны.

– Все довольны, – повторяю эхом. – Ну конечно…

Будто не заметив сарказма, Назар кивает:

– Именно. Лена, кстати, будет очень рада, если ты будешь вести ее беременность. Говорит, лучше тебя специалиста в городе нет. Она же понимает, что ты профессионал и личное с работой мешать не станешь.

Они это обсуждали. Сидели где-то, может за чашкой кофе, может в постели сразу после секса, и решали, как здорово будет, что я стану вести беременность любовницы моего мужа. Мое согласие словно само собой подразумевается.

Я поднимаю взгляд, вглядываюсь пытливо в глаза мужа снизу вверх. Тихо одними губами выдыхаю:

– Когда?

– Что когда?

– Когда ты с ней переспал. Точную дату.

Назар закатывает глаза.

– Господи, Ида, какая разница? Три месяца назад, я же сказал.

– Дату, Назар.

Он морщится, но что-то в моем взгляде заставляет его ответить.

– Пятнадцатого. Или шестнадцатого, не помню точно. В середине ноября короче.

Пятнадцатое ноября.

Четырнадцатого мне перенесли два эмбриона. Хорошие, врач сказала, качественные. И все так совпало, что шансы были реально высокие.

Я лежала дома, боялась пошевелиться лишний раз. Старалась успокоиться, зная, как стресс влияет на состояние, пила назначенные таблетки горстями, колола себя в живот каждые двенадцать часов.

А Назар тогда уехал на работу. Сказал, срочная операция, его вызвали, он единственный, кто может.

А он был у Лены.

Пока я молилась всем богам, чтобы хоть один эмбрион прижился, мой муж делал ребенка другой женщине.

– Ты был у нее, – произношу медленно, – когда мне делали перенос. Ты уехал в ту ночь не на операцию…

Горло перехватывает спазмом. В тот момент, когда муж больше всего на свете был нужен мне рядом, он уехал к другой. Заранее решил, что ничего не получится и результата у этого ЭКО не будет тоже. Так зачем впустую тратить время, правда?

Назар пожимает плечами с равнодушием и мне хочется закричать и расколотить тут все. Все, что я с такой заботой покупала в наш дом.

– Ну да. У Лены как раз овуляция кончалась, тянуть было нельзя. А ты все равно лежала, от меня ничего не требовалось. Какая разница, ну побыл бы я рядом, что бы изменилось?

Я вырываюсь из его рук так резко, что Назар удивленно вскидывает брови.

– Не трогай меня. Вообще не смей даже прикасаться больше!

– Да что с тобой? Ну переспал с бывшей, ну и что? Я же не собираюсь к ней уходить, я тебя люблю. Ценить надо такое, а не истерики закатывать.

– Ты изменил мне в тот день, когда я…

Голос срывается. Я прижимаю ладонь к губам, пытаясь удержать рыдание.

В тот день я так надеялась! Разговаривала со своим животом, шептала что-то глупое. “Пожалуйста, малыш, держись. Мама так тебя ждет!”.

Когда репродуктолог долго всматривалась в монитор, я уже все поняла. Еще до ее ответа. А теперь, после того, как я узнала правду о том, где в ту ночь был мой муж, что-то внутри словно умерло.

– Ида, хватит! – рычит Назар, повышая голос. – Мне надоели эти твои вечные слезы! Как только мы ЭКО эти дурацкие начали, ты только и делаешь, что ревешь, изводишь себя и меня. Я устал, понимаешь? Устал смотреть, как ты убиваешься из-за того, что не можешь родить. Так хоть теперь ребенок будет, пусть и не от тебя. А ты все равно недовольна!

__

Девочки, поддержите книгу лайком! Для меня ваша поддержка очень важна и очень мотивирует ❤️❤️❤️