Развод. Разбивая руки в кровь

1

Чтобы разбить сердце, достаточно тишины.

Чтобы уничтожить доверие, достаточно одной маленькой лжи. А у меня был целый нескончаемый колодец обмана. И бесконечные ночи в одиночестве.

А вот чтобы сломить меня, оказалось достаточно всего одного удара.

Смотрю на себя в зеркало и не могу поверить, что всё это происходит со мной. На правой щеке горит красным то место, куда муж залепил мне пощечину.

Больно? Больно… Но не физически. Я измотана душой. Его нескончаемая ложь, его девочки по вызову, которых он, кажется, даже не пытался скрывать в последнее время. А иначе зачем оставлять всё это на виду?

Но последней каплей в нашем разрушающемся браке стало даже не это.

Проверяю щеку, видимо, будет болеть еще несколько дней, может, даже синяк проявится. И вдруг начинаю хохотать — резко, истерично и даже смело, учитывая, что этот больной ублюдок всё еще за дверью пытается добраться до меня.

— Людмила! — орет муж по ту сторону двери. — Открывай немедленно!

И он правда думает, что я вот так запросто открою? И снова посмеиваюсь от всей этой ситуации. Тупик, из которого, кажется, нет выхода.

Держусь дрожащими руками за белоснежную раковину, как будто это последняя опора в моей жизни.

Наш брак изначально был отравлен, но несколько лет назад мне казалось, что всё можно исправить. Нам просто нужно время притереться друг к другу, узнать, понять, и тогда чувства окрепнут. Ведь всё-таки я сказала ему да…

Окрепли, вот только не чувство любви, а чувство одиночества. Всепоглощающее, затягивающее… Я одна, и никто не сможет мне помочь, кроме самой себя.

— Люда, мать твою! — продолжает сокрушаться муж.

Я молчу в ответ. Нет сил разговаривать с тем, для кого я лишь статус. И поняла я это только сегодня. Нет, конечно, сомнения всегда были, но со своей долбанной наивностью мне просто хотелось верить в лучшее.

Если раньше муж хотя бы притворялся, что не гуляет, то сегодня перешел все границы.

Снова стук в дверь. Давид занимается в качалке или хрен знает где еще. Но силы ему точно не занимать. Поэтому думаю, дверь все-таки проиграет в этой битве и разлетится на щепки.

Проворачиваю замок и на очередную попытку выбить открываю дверь. Муж стоит в одних штанах спортивных, голый накаченный торс, грудь вздымается от злости, черные волосы взъерошены и полное отсутствие в глазах.

— Ты как посмела не отвечать? — спрашивает с угрозой в голосе.

Конечно, мне страшно. До чертиков страшно. На что способен мужик в пьяном виде, только Богу известно. И моя горящая щека тому доказательство.

— А как ты посмел привести ее сюда?

Киваю в сторону кровати, где беззаботно валяется моя соперница. Ее рыжие волосы раскиданы по голубым простыням, которые я недавно застилала. Она явно в отключке, но муж выглядит не лучше. Его шатает, и о количестве выпитого накануне можно только догадываться. Мне больно смотреть на это.

— Это мой дом, — отвечает он грозным голосом.

Я не могу поверить в его слова. Его дом? Да это даже не наш дом, а дом моего отца. Он внес первоначальный взнос, а остаток мы должны были гасить вдвоем. Но Давид об этом, кажется, забыл.

— Это наш дом… — говорю с болью в сердце.

— И что с того? Что я не могу больше ничего делать в нашем доме?

— Ты привел сюда любовницу, Давид! Какого черта ты творишь? — срываюсь на крик, не сдерживая эмоций.

— А чего ты хотела? Чтобы я и дальше терпел твое безразличие? — отвечает он с вызовом.

Я хотела любви, семьи, детей. Хотела, как у всех. Но в итоге получила то, что заслужила…

Опускаю голову, не в силах ответить. Он прав, и от этого становится только больнее. В последнее время я действительно была отстраненной, потому что узнала новость, которая выбила землю из-под ног.

Я не смогу иметь детей. Но об этом никто не должен узнать. И это не повод приводить сюда других женщин…

— Какой же ты… — начинаю говорить, но прикусываю язык.

Надо молчать, просто молчать. Надо уйти.

— А знаешь, ты прав, — натягиваю фальшивую улыбку и смотрю в его пустые глаза. — Делай что хочешь.

Разворачиваюсь и иду к двери, пытаясь уйти из этой грязной спальни и из этого дома, который стал для меня золотой клеткой.

— Куда собралась? — слышу его голос за спиной.

— Как можно дальше отсюда, — отвечаю, не оборачиваясь.

Слышу грохот. Мат. Мне страшно, и я ускоряю шаг. Надо сбежать. Надо просто успеть сбежать…

Не успеваю.

Давид перехватывает мое запястье, резким движением разворачивает. Я встречаюсь с его безумным взглядом. Мне страшно.

— Не смей уходить, — говорит он с нескрываемой яростью.

Пытаюсь вырваться из захвата. Но не получается, и это лишь злит Давида сильнее.

— Отпусти! — выкрикиваю в истерике.

Выдергиваю запястье, но ничего не успеваю сделать.

И лишь вижу, как муж замахивается со всей силой. Яне успею увернуться.

А ведь всё могло быть иначе…