Развод с драконом. Хозяйка прачечной

Глава 1

Я брела вдоль мощенной камнем дорожки, отстраненно рассматривая мыски сапогов. Внизу, за оградой, отражая блики рассветного солнца, сверкало зимнее озеро.

Я прибежала сюда минут десять назад. Глаза по-прежнему застилали горячие слезы. Мысли путались, звенели и слипались комком. В ушах гремел раздраженный рык Виктора:

– Милая?! Ты же в офис уехала! Зачем вернулась?

Помню свой сиплый ответ:

– Забыла мобильник.

Не будь я в таком сильном шоке, наверное, посмеялась бы от души.

Спохватившись по дороге на работу, что оставила телефон в прихожей на тумбочке, я повернула домой, но вместо тишины пустая квартира встретила меня томными стонами.

Я застала их в нашей постели. Мужа, с которым мы прожили двадцать лет вместе, и подругу семьи Карину.

Голых, страстных, возбужденных. Случился скандал.

Я хлопнула дверью и убежала. Сама не поняла, куда и зачем. Очнулась в городском парке, на берегу любимого озера, надеясь привести свои сумбурные мысли в порядок и немного успокоиться. Увы. Прогулка не помогала.

Решив сконцентрироваться, я вскинула голову в кристально-синее январское небо и, закрыв глаза, сделала вдох.

Спокойно.

Подумаешь, муж изменил.

Одной обманутой женой – больше, одной – меньше.

Береги свои нервы. Впереди долгая жизнь и еще много прекрасных событий.

Надо же, помогло. Я почти успокоилась, взяла себя в руки и даже улыбнулась, как вдруг… Край скалы под ногами пришел в движение.

– Ай! Нет, - воскликнув, ощутила, скольжение подошв по косому уклону. Нет, нет. Срочно задержать падение, успеть схватиться за ближайшее дерево.

Не успела.

Руки схватили пустоту, ледяной край с грохотом откололся, и я полетела в глубокий овраг.

В голове мелькнула отстраненная мысль: вот Виктор обрадуется, когда узнает, что его нелюбимая жена попала в больницу с переломами. Никто не помешает ему развлекаться в нашей квартире с любовницей.

В ушах свистнул ветер.

Удар. И сознание медленно уплыло в вязкую мглу.

… Холод.

Он жег мое тело, сводил мышцы судорогами, колол лицо и ободранные ладони.

Голову разрывала страшная боль. Меня мутило.

Вместо привычных воспоминаний в памяти мелькали чужие хаотичные образы.

Я видела высокого темноволосого мужчину в расстегнутой сорочке на выпуск, который почему-то орал на меня. Его образ сменило перекошенное женское лицо, сплошь покрытое глубокими морщинами. Губы женщины беззвучно двигались, будто она пыталась что-то сказать. Незнакомка подернулась рябью. На ее месте возникла блондинка, которая липла к тому темноволосому мужику и целовала его.

Что за бред сумасшедшего?

Подтянув руку к лицу, я ощупала поверхность, на которой лежала.

Гхм, на дно заснеженного оврага не похожа. Холодная, шершавая, местами колется. Напоминает необработанный пол. Над головой бурлит, шипит и трещит. Запахи еще более странные. Уголь, паленое дерево и печная зола.

Ход моих мыслей уводил в разнообразные предположения, и чем больше я размышляла, тем меньше мне нравился сделанный вывод.

Почему я лежу?

Упала?

Меня столкнули?

В груди колючим шипом провернулась тревога.

Хватит гадать, надо всё выяснить.

Разлепив глаза, я рывком оторвала себя от пола, села и огляделась. Мама дорогая. Не померещилось.

Городской парк пропал. Меня окружала жутковатая средневековая кухня в мрачных тонах. Вдоль синих каменных стен тянулись массивные кухонные полки, сработанные из темного дерева и сплошь заставленные грязной посудой. Между полками в железной конструкции пылал очаг. Над ним широким рукавом нависал дымоход. Сбоку обнаружился накрытый расшитой скатертью стол с разделочной доской, ножом и нашинкованными овощами.

Скосила глаза себе на колени и вскрикнула.

Какого черта?

Я одета в платье темно-зеленого цвета, расшитое по подолу мелким речным жемчугом. Двумя пальцами приподняла серый передник с узорной вышивкой и внимательно его рассмотрела. Минутку, это типа аналог фартука?

Господи.

Руки. Эти руки не мои!

Тонкие ухоженные пальцы. На безымянном сверкает кольцо с бриллиантом. Черт. Виктор, конечно, дарил мне на праздники цветы и украшения, но не настолько дорогие. Прозрачный как слеза ограненный камешек был размером с мелкий орех.

Ногти ухожены. Я повертела ладонями. Вернее были ухожены. Местами они пообломились, а на костяшках пальцев появились свежие царапины.

Вытянув конечности к источнику света – маленькому окну с деревянными створками, я поперхнулась на вдохе.

К горлу подступила истерика, заставляя тело содрогаться от невольных конвульсий.

Руки не мои, одежда – не моя. А лицо?

Что вообще происходит?

Где парк?

Куда я попала?

Превозмогая глухую панику, собралась ощупать себя от макушки до шеи. Ага, размечталась. За спиной, пугая до почечных колик, прогрохотал взбешенной женский голос:

– Чего разлеглась? Я отослала тебя на кухню десять минут назад с простым поручением. Вымыть посуду, а после заварить для Беатрис укрепляющий чай с целебным корнем. Но ты и пальцем не пошевелила, маленькая бездельница.

Меня прошибло холодным потом.

Здесь кто-то живёт?

– Бесполезная девка. От тебя никакого толку! – Продолжала распаляться незнакомая женщина в районе двери, шурша атласными юбками. – Зачем только Кеннет жалеет тебя? Ты даже женой ему была никчемной и слабой. Давно пора вышвырнуть тебя из замка и забыть.

Кровь вскипела от негодования.

Что она себе позволяет?

Я резко оглянулась к ворчащей тетке.

Та держалась в дверном проеме с видом победительницы, уперев руки в боки. На вид ей было лет шестьдесят. Узкие плечи, манерная осанка. Седые волосы. Шею женщины украшала нитка с сапфирами. Черное платье схожего кроя отличалось богатой вышивкой.

В принципе ее внешность можно было назвать стандартной, если бы не глаза. Я даже моргнула для верности. Они были ядовито-зеленые как у змеи. С вертикальным зрачком. И смотрели на меня с неприкрытым отвращением.

Глава 2

– Подменная жена? – Спросила я заторможено.

– Беатрис всем хороша, - язвительно бросила свекровь, надеясь этим меня задеть. Не дождётся.

– Они поженились?

– Еще нет. Ритуал назначен на новолуние после празднества Хальвейн. Но это не мешает моему сыну ухаживать за ней. И любить.

– Вот пусть дальше и ухаживает, а меня оставит в покое, - рявкнула я, уже отчетливо осознав, что всё происходящее не плод моего больного воображения и не предсмертный бред.

Злобная тетка передо мной абсолютно реальна. Кухня с посудой и очагом и всё остальное существует на самом деле. Я неведомым образом переместилась в иную реальность и заняла чужое тело.

– Ты не поняла, Элеана? – Из ступора выдернул злобный рев тетки. – Ты больше не хозяйка Хровгральда. Ты прислуга. Таково было главное условие твоего проживания в замке. Быстро завари чай и отнеси в покои моей новой невестки.

– Не подумаю, - гордо вздернув головы, процедила сквозь зубы.

Понятия не имею, за что свекровь возненавидела несчастную бедняжку, потакать ее прихотям я не буду.

– Когда я сообщу Кеннету, что ты не подчиняешь указам, он накажет тебя, - пригрозила со свистом женщина.

Накажет? Ее муж? Прищурив глаза, поинтересовалась:

– Как именно?

– Еще раз ослушаешься указа моей матери и узнаешь, жена, - раздавшийся из темноты низкий рокот заставил волоски на моей коже встать на дыбы.

Сглотнув, я резко вскинула голову, готовясь к самому худшему в своей жизни. И не прогадала.

Вошедший на кухню мужчина был молод. Пронзительный взгляд ярко-зеленых глаз мгновенно заключил меня в капкан, не позволяя сделать вдох. Высокий рост. Гибкое мускулистое тело, пружинистая походка. Красивый. Стремительный. Темные длинные волосы. Крылья носа подрагивают, придавая ему сходство с опасным и диким зверем.

Лицо с суровыми чертами было бесстрастно, но его взгляд… Холодный, нечеловеческий прожигал каждую мою клетку насквозь и заставлял нервно сглатывать. Он не знал сострадания, не признавал иной власти кроме своей.

Вот этот вот мужик – ее муж?

Святые отчёты и цифры, во что я вляпалась? Куда меня забросило гребаное провидение?

– Помнится, мы уже всё с тобой обсудили. Не раз, - прорычав, он поравнялся с мамашей и сложил мощные руки на широкой груди.

Мужская рубаха была расстегнута, позволяя рассмотреть мощную шею, закаленные в сражениях перевитые мышцами предплечья и гладкие грудные мышцы.

– Что обсудили? – Едва слышно шепнула я. Под ребрами стянулся тугой болезненный узел.

У него на лице написано: хищник до мозга костей. Такой шутить точно не станет. Свернет в бараний рог и не поморщится.

– Не ты ли месяц назад валялась у меня в ногах, как побитая собака и умоляла не отправлять тебя в монастырь? – Припечатывая меня грозными злыми словами, пророкотал этот тип.

Я нервно моргнула.

Монастырь?

Почему мне это не нравится?

– Закон Империи в отношении пустышек строг и суров.

Кого? Пустышек?

– Таких жен ссылают или в монастырь, или выгоняют побираться на улицу. Ни один приличный дом столицы не протянет тебе руки. Ни один Салон или Гостиница не приютит. Ты – ничто. Пустое место. Я пожалел тебя. Разрешил жить в замке и прислуживать Беатрис. И чем ты отплатила мне, дорогая? – Пронзая меня уничтожающим взглядом, мужчина скривил тонкие губы и с яростью прорычал: – Черной неблагодарностью!

Зависла. Неблагодарностью?

– Не прикидывайся. Ты только и делаешь, что устраиваешь мелкие диверсии и доводишь Беатрис до истерик и слёз!

продолжение

– Я ничего такого не делала! Я это место вижу сегодня впервые! - не выдержала я, решив бросить надменному хаму в лицо, что не имею к его жене никакого отношения.

Его рёв заставил испуганно отшатнуться.

– Хватит юлить! Я очень долго терпел твои выходки. Ждал, что ты примешь свою судьбу и смиришься. Но ты начала доводить всех вокруг. Беатрис, мою мать, даже слуг. Последние разбежались из замка, кто куда. Остались только Нора и Олоф. – Добивал меня словами незнакомый мужик, отчетливо затягивая на шее петлю.

Замок это или нет, но мне отсюда надо немедленно сваливать. Иначе, чувствую, не сегодня – завтра разделю участь несчастной девицы, тело которой досталось мне.

– То насыплешь в постель Беатрис рис или просо. То пересолишь омлет и салат, то плохо простираешь белье и сорочки, отчего она покроется сыпью. Достаточно. – Начиная надвигаться на меня мрачной тенью, пророкотал брюнет, давая понять, что беседа закончена. – С клеймом пустышки ты моя собственность, Элеана. И давно пора эту собственность проучить.

Он охренел?

Я вытаращилась на мужика круглыми глазищами.

– Если вы так ненавидите жену, почему бы вам с ней не развестись? – Выкрикнула на эмоциях.

Свекровь холодно хмыкнула.

– Я предупреждала тебя сын, что она ненормальная. Но пять лет назад ты и слушать меня не стал.

Брюнет не сводил с меня своих ярко-зеленых глаз, заставляя искать объяснения всех творящихся вокруг странностей.

У людей не бывает такого насыщенного оттенка радужки. И зрачок. Почему он дрожит и то удлиняется как у змеи, то сужается как у обычного смертного?

– Не играй на моих чувствах, жена. Ты прекрасно знаешь, что дворянам запрещено разводиться. Этот указ издал еще дед нынешнего Императора.

Запрещено?

Что за идиотские правила?

– Не изображай святую невинность, - с недовольством рявкнул мужик, видя как меняется выражение моего ошарашенного лица. – Когда ты подписывала брачный договор, то была согласна со всеми пунктами.

Согласна?

Он издевается?

Нервное напряжение лопнуло внутри жаркой струной.

– А теперь передумала. И я подам на развод. Слышите? Вы оба. Нравится вам это или нет!

Подобрав неудобные юбки, я со всех ног рванула из пропахшей углем и древесиной кухни в коридор, подальше от брюнета и злобной тетки.

Глава 3

– Не подходите! – Крикнула я с желанием добавить: «я вас не знаю!» и выбросила ладонь в предупредительном жесте.

Мне разом стало душно, будто в лицо плеснули горячим паром.

Какого?

Между моих пальцев колыхались синеватые всполохи, обволакивая ладонь мягким туманом. Я отчетливо ощутила исходящую от непонятного марева страшную силу. Нечто древнее и могущественное отзывалось в теле холодным огнем, поднимало волосы на загривке и гладило щеки невидимым ветерком.

Мое замешательство прояснилось через секунду.

– Угрожаешь магией, дорогая? – С холодком в низком голосе потянул зеленоглазый мужик и сделал навстречу еще один шаг.

Магией?

Я лихорадочно покосилась на синеватые огни в подушечках пальцев, неверующе качнув головой.

Вот это вот магия? Невероятно.

– Глупо, Леа. – Продолжая сокращать расстояние, брюнет усмехнулся. – Ты прекрасно знаешь, что и минуты против меня не продержишься. Твой слабый стихийный дар ничто по сравнению с моей боевой магией.

От глубокого потрясения в глазах потемнело.

Муж не шутит.

Элеана владела магическим даром, и поскольку тело перешло мне со всеми вытекающими талантами, то получается, стихийной магией обладаю и я?

Мысли еще ворочались в голове – натужно, со скрипом, будто металлические колеса в ржавой телеге, когда чудовищу в человечьем обличии надоело изображать благородного господина. Издав дикий звериный рык, герцог рванул в мою сторону.

Вскрикнув, я инстинктивно отшатнулась, упираясь поясницей в резные перила. Гулко хрустнуло. Железо погнулось и, не успев ничего понять, я полетела спиной в обрыв.

В ушах свистнул ветер.

Дыхание оборвалось.

Я пыталась позвать на помощь, но издала глухое сипение.

– Дура! – Взревев, герцог в последний момент перехватил меня за запястье и дернул назад с такой нечеловеческой силой, что я влетела в его твердую грудь, и мы оба свалилась на пол.

Мужские руки сомкнулись на моей спине мертвым замком, макушку опалило злое рычание.

– Пусти.

– Не дождешься! – прорычал он, перехватывая меня за плечи и встряхивая как тряпичную куклу. – Что ты сейчас пыталась мне доказать? Что лишалась разума и обезумела?

– Я обезумела, когда согласилась пойти за вас замуж, - устав терпеть оскорбления, рявкнула я.

– Ну, извини. – Губы мерзавца растянула ухмылка. – За свои ошибки тебе придется платить самой.

Элеана уже заплатила. Упала утром на кухне и умерла.

Что с ней случилось? Сердечный приступ, паническая атака, а может убийство? Неважно. Не сделаю ноги из этого проклятого замка, закончу как несчастная герцогиня.

– И что прикажешь с тобой делать? – Издевался брюнет.

Ах ты, мразь.

Сволочь! Гад!

Я дернулась в мужских руках, с яростью зашипев:

– Если там не будет тебя, то меня устроит любой из вариантов. Хоть немного отдохну.

– Дрянь, - выплюнул герцог.

– Предатель.

– Бешеная!

– Сумасшедший!

По горлу мужчины прошла волна сократившихся мышц, а черты лица ожесточились, выдав его наивысшее бешенство. Кажется, с последним ругательством я перегнула.

Одним местным богам известно, какие мысли роились в буйной голове этого психа и какую кару он уготовил непокорной жене, но тут из коридора прозвучал мягкий голос:

– Что происходит? Ваши крики слышны в соседнем крыле.

В дверях балкона возникла стройная девушка в платье нежно-розового оттенка с пеной кружева. Черные как вороново крыло волосы струились по ее плечам, оттеняя молочно-белую кожу. Выразительные серые глаза смотрели с укором и острой ревностью. Пухлые алые губы кривились. Кукольная внешность красавицы восхищала безупречными формами.

Заметив мой пристальный взгляд, незнакомка демонстративно сморщила носик и обвинительно произнесла:

– Кеннет, милый, почему ты ее обнимаешь, если собирался наказать?

продолжение

По лицу брюнета побежала тень недовольства. Поскрежетав зубами, он хрипло ответил:

– Поговорим в нашей спальне, Беатрис. Немедленно уйди с балкона, ты можешь простыть. Забыла, что вчера сказал целитель?

– Я только…

– Иди. И не спорь. – Требовательным тоном пророкотал этот псих и, оттолкнувшись ладонью от каменного пола, поднялся вместе со мной.

Ахнуть не успела, он обхватил меня за плечи и больно встряхнул:

– С тобой я тоже поговорю, Элеана. Твоя неумелая попытка убить меня не сойдет тебе с рук.

Попытка убить?

Реально – псих!

– Я защищалась! – Прошипела я со всей силы, ударив мерзавца в твердую грудь, и отскакивая на три шага назад.

– От кого? – Поинтересовался устрашающе грозным тоном.

От него исходил морской аромат, будто совсем недавно он вернулся из плавания; запах тины, ила, горечь лесных трав и вересковых пустошей.

– От тебя!

– Серьёзно? Думаешь, я поверю тебе?

А мне плевать. Можешь, не верить.

– Кеннет, милый, мне дурно, - прервал нас тихий панический голосок разодетой брюнетистой куклы. Приложив тыльную сторону ладони ко лбу, она закатила глаза и начала картинно оседать: – голова закружилась.

Забыв обо мне, мужик рывком подался к любовнице, подхватил ее на руки и, обронив через плечо: «Принеси ей чай. Быстро!» понес в сторону лестницы, позволяя наблюдать, как под тонкой мужской сорочкой из мягкого льна перекатываются тугие мускулы.

– Тварь, - прошипев мужу в след, я поморщилась.

Мысль делить с ним постель была отвратительна до тошноты. Пусть не надеется. Завёл любовницу? Вот с ней и коротай веселые ночи.

Я помялась с ноги на ногу в балконных дверях и поднесла ладони к лицу в надежде увидеть всполохи магии. Ничего. Тишина. Может, для активации магической силы необходим особый ритуал, какое-нибудь короткое заклинание или вводное слово?

– Действуй. Проснись. Активируйся!

Та, настоящая герцогиня, наверняка это знала.

Шумно вздохнув, подобрала тяжелые, неудобные юбки и, раздумывая о том, кто я теперь в этом замке, поплелась обратно на кухню. После пережитого стресса – меня потряхивало. Зубы стучали. От обиды, ужаса и безысходности.

Глава 4

Замок Хровгральд был типичным средневековым строением с множеством лестниц, арок, залов и переходов. Мрачные серо-синие стены, холодные сквозняки с ароматом морской соли и тины, шум волн и крик чаек в лазурном небе.

Придерживая поднос, я скрипела зубами и, оглядывалась по сторонам, сама не понимала, куда шагаю.

Надежды самостоятельно разыскать покои любовницы муженька таяли с каждой минутой. На счастье в коридоре повстречалась служанка. Девица лет двадцати в темном платье с передником и в чепце при виде меня ойкнула и исполнила книксен.

– Госпожа.

– Подожди, - окликнула ее, когда та надумала убежать. – Где найти спальню этой, как её…

– Госпожи Беатрис? – Пискнула девушка.

В груди снова забурлила смесь истеричного гнева и приступ смеха. Я несу любовнице мужа укрепляющий чай?

Святые отчёты и цифры! Это какой-то бред. Кто-нибудь, пните меня, разбудите. В своем мире мне бы и в голову не пришлось таскать любовнице Виктора подносы в постель!

– Да, Беатрис.

– Поднимитесь на этаж выше, поверните направо и увидите резную дверь, - проблеяла служанка, почему-то избегая смотреть мне в глаза, подобрала юбки и убежала.

Ладно.

Вскинув голову, поёжилась от гуляющих под ногами ледяных сквозняков. Сейчас найдем.

Указанная спальня оказалась там, где пояснила служанка. Мощная дверь, покрытая резьбой, была приоткрыта, и оттуда почему-то не доносилось ни звука. Тот псих-мужик оставил свою драгоценную в одиночестве? Подозрительно.

Хмыкнув, подцепила дверь ногой, распахнула и вошла в просторные покои с уютным внутренним интерьером. Любовница мужа лежала на огромной кровати с темно-бордовым балдахином, красиво сложив руки на животе, и притворялась, что дремлет. Правда, услышав, что это я, а не мой муж, распахнула глаза. От милого кукольного личика не осталось и тени следа.

Резко сев, женщина вперила в меня холодный взгляд и высокомерно махнула на столик.

– Явилась, наконец. Ставь туда.

Сжав зубы до боли, чтобы не обругать подлую дрянь, я поставила поднос на столик и развернулась уйти.

– Стоять. – Прилетело высокомерное между лопаток. – Налей мне чай и подай. Быстро.

Это она мне?

Вконец охренела?

За кого она принимает истинную хозяйку замка? За личную горничную?

Я медленно повернула голову, встречаясь с брюнеткой убийственно спокойным взглядом.

– Что ты сказала?

– Ты слышала!

– Не слышала. Повтори, - внутренне закипая, я уже догадывалась, каким будет ответ любовницы ее бывшего мужа.

– Кеннет приказал тебе прислуживать мне, Элеана, - цедя каждое слово, выплюнула Беатрис, подтверждая наихудшие опасения. – Исполнять любую прихоть. Тебя ради этого в Хровгральде и оставили.

Моя бровь приподнялась.

Интересно.

– Что еще приказал мне твой любовник? – Выплюнула, поворачиваясь к ней всем корпусом и упирая руки в боки.

– Например, стирать мои наряды. Делать прически. Всё, что я захочу. А теперь подай мне напиток. Что-то в горле пересохло.

Какая прелесть. Герцог со свекровью задумали сэкономить на прислуге и впрягли в обязанности ненужную бывшую супругу?

– Хочешь чай, налей сама, - с вызовом процедила сквозь зубы, в принципе догадываясь, что мой демарш ничем хорошим для меня не закончится. Но потакать прихотям ее предателя-мужа и покорно сносить оскорбления и унижения я не буду.

Я не бессловесная мебель!

Я – законная жена подлого герцога. И пока мы не в разводе, прислуживать его любовнице я не стану.

Беатрис вытаращила глазища.

– Я не поняла…

– Оторви свой зад от кровати и налей сама. Так понятно?

По женскому лицу поползли черные угрожающие гримасы.

– Сама напросилась.

Вскочив, любовница герцога метнулась к столику, схватила пузатый чайник, плеснула в чашку и поднесла ту к губам. Вот только пить ароматный напиток не торопилась. Вместо этого, не сводя с меня глаз с ехидной улыбкой, облила им дорогущее платье.

– А-а! На помощь! – Заверещала Беатрис, словно ее режут ножом. – Элеана вконец выжила из ума и облила меня кипятком!

Дзынь.

Женщина швырнула чашку на пол. Осколки усыпали дощатый пол.

– Кеннет, милый! Твоя ненормальная жена хочет убить меня!

Я неверующе отшатнулась, сглотнув вставший в горле комок.

Охренеть. И как натурально играет. Орёт, истерит, размахивает руками и заливается потоком слёз. Окажись Беатрис в нашем мире из нее бы определенно вышла талантливая актриса.

Перед затуманенным внутренним взором еще стояла падающая на пол глиняная посуда, а в ушах звенел грохот рассыпающихся осколков, когда дверь в спальню сшибли с петель – вот прямо реально сшибли – и внутрь ввалился обезумевший от ярости тот психованный брюнет.

Рванув к любовнице, мужчина подхватил ее на руки и усадил на кровать, зарычав:

– Тихо. Успокойся. Я здесь.

– Она, - Беатрис указала в мою сторону дрожащим пальцем, - хочет избавиться от меня!

Герцог устрашающе неторопливо повернул в мою сторону голову и его глаза загорелись зеленым огнем. Зрачок из округлого начал удлиняться, превращаясь в узкий, змеиный!

Герцог – не человек?

Святые отчёты и цифры! Мамочки. Я хочу обратно домой. К черту измену Виктора, к черту все неурядицы и разногласия. Дома я хотя бы останусь живой, а тут не уверена…

Взвизгнув, я не сразу поняла, что происходит.

– Мое терпение лопнуло, Элеана, - пророкотал герцог с нескрываемой ненавистью. Вместе со звуками из мужской груди пробивалось злобное звериное рычание. Самое настоящее. Как у волка или медведя.

Я опомнилась и поняла, что этот неадекват налетел на меня, сгрёб в охапку и, забросив себе на плечо, куда-то понёс по сумрачным коридорам.

продолжение

Сцепив ладони замком, со всей силы ударила эту сволочь по спине, но Кеннет даже не пошатнулся, стремительно перепрыгивая пролеты лестниц и спускаясь со мной на два этажа.

Глава 5

Из зеркала смотрела женщина лет двадцати семи – тридцати. Ее можно было бы назвать симпатичной, если бы не ее яркий макияж и странная прическа в виде птичьего гнезда, а может быть башни.

Светлые волосы.

Узкие плечи.

Высокая грудь.

На правой щеке красуется кокетливая черная мушка.

Пальцы прошлись по чужому лицу ото лба к подбородку, ощущая жжение рассыпчатой пудры. Припомнив внешность любовницы герцога, отметила, что Беатрис тоже не гнушается пользоваться здешней косметикой, и даже свекровь. Одни ее намалеванные алой помадой губы чего стоят. Но так обильно себя украшала только Леа.

Новое имя непривычно резануло по слуху.

Леа.

Бывшая хозяйка старого замка. Нелюбимая жена.

Издав истерический смешок, отчего-то подумала, что броский макияж отличный способ уберечь себя от домогательств ее мерзкого муженька. Не зря же всё это время Кеннет смотрел на меня со смесью отвращения, злости и неприятия.

Я перебрала на туалетном столике косметические баночки и средства, понюхала флакончик с духами, довольно резкими и приторными. Боюсь, в основе местной косметики много бесполезных и даже токсичных ингредиентов. В белилах так точно присутствует свинец. А в пудре – мышьяк. Брр. Ужас какой. При необходимости я, конечно, снова «раскрашусь». А пока, пожалуй, избавлю свое измученное личико от едкой краски.

Схватив салфетку, тщательно вытерлась и улыбнулась новой себе. Так-то лучше.

Осмотрев покои вдоль и поперек, я вошла в маленькую комнату, предназначенную для гигиенических процедур. Посреди, выложенной плиткой, комнаты стояла большая лохань. У стены теснилось несколько пустых ведер, а из каменной кладки торчал грубо выделанный железный кран.

В средневековом замке проложен водопровод? Серьезно?

Сдвинув вентиль, с удивлением замерла.

Из крана хлынула вода. Ледяная, разумеется. Впрочем, трудности меня никогда не пугали. Элеана – маг-стихийница. Должна уметь повелевать всеми стихиями. Надо сосредоточиться, отключиться от проблем и позвать свою магию.

Легко сказать.

Натаскав воды в лохань, я присела на табурет, прикрыла глаза и попыталась нырнуть в чужое сознание. После пережитого унижения меня трясло, руки дрожали.

Кроме себя самой в этом замке мне никто не поможет. Я это уже прекрасно поняла. Надеяться на милость герцога и его мамаши бесполезно. И слуг он отослал прислуживать своей любовнице, я для него давно отработанный материал.

Злость всколыхнулась в груди с новой силой. Забурлила в венах жаркими всполохами. Я отчетливо представила, как между пальцев разгораются золотистые искры и когда открыла чуть не взвизгнула.

Получилось!

Вокруг кистей колыхались огненные язычки.

Возликовав, приложила раскаленные ладони к бортикам лохани и начала подогревать. Минут через пять от воды в потолок заструился серый пар.

Избавив себя от неудобного одеяния, разыскала на полке мыльный брусок и быстро вымылась. Радость от первой маленькой победы омрачило отсутствие в спальне нормальной одежды. Вернее, сундуки были забыты вещами. Платья, платья, платья, нательные сорочки, чулки, бельё, снова платья. Бесполезные, с пышными юбками, неудобные.

Черт.

Ни штанов, ни туник, ни нормальной обуви. Только туфельки и домашние лодочки.

Перебрав одежду отвергнутой герцогини, я со вздохом выбрала наиболее закрытый наряд с рядом пуговичек на лифе, оделась и, рухнув на кровать, поймала себя на сильном голоде. За окнами брезжили краски заката. Над дымчатой поверхностью моря стелился вечерний туман.

Что там приказал этот мерзавец?

Три дня без еды и воды?

Чтоб тебя унесло в открытое море разыгравшимся штормом!

Чтоб тебя рыбы сожрали. Гори в аду!

… Я мерила спальню шагами до позднего вечера, изнывая от скуки, борясь с голодом и обдумывая слова злобной свекрови. Имя отца Элеаны вертелось в голове, не давая покоя. Он был знаменитым артефактором. У него должны остаться друзья и коллеги. Любопытно, если попросить их о помощи – они помогут его единственной дочери?

Устав метаться по комнате, словно загнанный зверь, с глухим стоном упала на кровать, раскинув руки по покрывалу. Давно стемнело. В камине плясал разожженный огонь, освещая полы и стены бордовыми отсветами. На этаже царила ватная тишина. Слуги, опасаясь гнева хозяина, исполнили его волю и держались от спальни бывшей хозяйки как можно дальше.

Вот же гадство!

Тихо, спокойствие. Три дня взаперти – еще не конец света. Как только выберусь из заточения, в тот же день убегу.

Лелея в себе спасительную мысль о побеге, я не заметила, как смежила веки, повернулась на бок и задремала.

До ужаса хотелось вернуться домой, в уютную и светлую городскую квартиру. Хотелось снова быть вольной женщиной, а не зависеть от прихоти психованного супруга. Окунуться в работу, снова вдохнуть жизнь полной грудь. Быть той, кто я есть.

Из дрёмы выдернул звонкий щелчок в дверном замке, прокатившийся по ночной тишине раскатом весеннего грома. Вздрогнув, я замерла. Не приснилось! Тяжелая дверь действительно отворилась. В спальню кто-то бесшумно вошел.

продолжение

Сердце гулко заколотилось. Язык онемел.

Кого посреди ночи принесло в спальню опальной жены?

Неуравновешенного герцога?

Его подлую шлюху-любовницу?

Или насквозь гнилую свекровь?

Пришли закончить своё черное дело и добить обессиленную меня?

Тело натянулось звенящей струной. Я стиснула зубы, готовясь отражать нападки любого, кто посмеет сделать мне больно.

Так легко с собой расправиться не позволю. Не на ту нарвались. Буду брыкаться, кусаться, кричать!

– Госпожа, - вдруг прозвучал тихий голос. – Вы спите?

Рывком поднявшись, я впилась недоверчивым прищуром в застывшую на пороге девицу с подносом.

– Ты кто? – Спросила холодно.

Она изумилась:

– Дана.

– Какая Дана?

– Ваша личная горничная, - как умалишенной ответила девушка и, проскользнув в ночную спальню, беззвучно прикрыла тяжелую дверь. – Герцог приставил меня прислуживать вам. С первого дня. А остальных слуг не так давно определил в подчинение госпожи Беатрис.

Глава 6

Весь следующий день я провела в запертой спальне, развлекая себя тем, что подсматривала из окна за приготовлениями к празднеству Летних ночей.

За оградой на площадке разместили столы с угощениями, соорудили кострища и украсили местность гирляндами из лепестков белых лилий. Слуги, коих в замке оказалось немало, бегали по двору с подносами, украшениями и венками. А руководила ими, восседая на кресле в лиловом легком платье, Беатрис.

Изредка среди людей мелькала рослая фигура герцога.

Я скривила губы, заметив, как он в сотый раз подходит к любовнице и обнимает за плечи.

Вернулся, сволочь.

Саданула кулаком по необработанному каменному подоконнику. Понятно, почему Дана сегодня ко мне не заглядывает.

Сглотнула вставший в горле комок.

Остаётся ждать темноты. Благо, вчерашний ужин утолил аппетит и более-менее заглушил внутри нечто хищное, животное и беспощадное.

Смерив спальню шагами, выбросила из кресла рукоделие, которым занимала себя Элеана по вечерам, вытянула ноги к камину и прикрыла глаза.

Хрупкие надежды на возвращение домой таяли как жемчужный туман над гладью вечернего моря. Я искренне надеялась, что утром проснусь в городском парке, больничной палате – где угодно, но главное – дома! К сожалению, открыв с рассветом глаза, обнаружила над головой гадкий золотистый балдахин, расшитый рунными символами. А вокруг ту же отвратительно-роскошную спальню.

Растерев лицо ладонями, тяжко вздохнула.

Полное гадство!

… Я ожидала сегодня служанку гораздо позже. После полуночи. Но Дана явилась едва стемнело. Празднество началось минут двадцать назад. С улицы доносилась игра музыкантов, голоса и треск костров.

– Госпожа, Его Светлость разрешил вам прийти на праздник, - тихо уведомила она. – И велел надеть вам это платье.

Я вскочила из кресла.

Да ладно? Вот так взял и разрешил? Сейчас расплачусь от благодарности.

– Передай Его Светлости – пусть катится со своим праздником в пень! – процедила сквозь зубы. – Он мне не интересен.

Дана отшатнулась, распахнув рот и глаза:

– В пень?

– В пень, в баню. Куда захочет.

– Госпожа. Герцог в хорошем расположении духа, - шагнув в спальню и понизив голос до шепота, служанка сложила ладони у губ. – Умоляю, не злите мужа. Его Светлость без того вернулся из столицы разъяренный как горный тролль. И только госпожа Беатрис успокоила его звериную ярость. Раз просит пойти, сходите. Станцуете у костра один танец и уйдёте.

– О чем ты? – Бровь с недоумением приподнялась. С какого перепугу я должна танцевать с этой мразью?

– Такова традиция, госпожа.

– Традиция?

– Чтобы прогнать из земель злых духов и дать урожаю вызреть, каждый год муж и жена открывают празднество Летних Ночей совместным танцем возле костра. Далее к ним присоединяются все остальные. А потом начинается пир.

Я не сдержала едкий смешок. Злые духи? Да в этих землях – один злой дух! Бешеный герцог!

– Вы всегда ждали этой ночи. И с радостью открывали с мужем празднество, - видя, что я не двигаюсь с места, со слезами на глазах прошептала служанка. – В прошлом году. И в позапрошлом. Отчего же сегодня отказываетесь идти?

С радостью, говоришь?

М-да. Элеана была до безумия влюблена с изверга-мужа и легко сносила его жестокость и ненависть. Вот только я – не она.

– Сомневаюсь, что появлению нежеланной хозяйки замка обрадуются. В конце концов, герцогу есть с кем танцевать, - холодно отчеканила я.

– Что вы! Госпожа Беатрис еще не жена, - пролепетала служанка, молча глотая текущие слезы. – Духи предков разгневаются, если Его Светлость решит открыть торжество не с женой.

Да чтоб вам всем провалиться!

Придумают бред, а мне отдуваться.

Не хочу я идти к гребаным кострам! Не хочу. А видеть эту зеленоглазую сволочь с недовольной физиономией и подавно.

Скрипнув зубами, встала с кресла, осознавая горькую истину. Не спущусь самостоятельно, это неуравновешенный мужлан явится в спальню лично и выволочет меня отсюда силой. На потеху коварной любовницы и гнусной свекрови. Вот эти две гадины точно обрадуются, увидев упирающуюся меня под мышкой Кеннета.

– Ладно, - тихо выдохнув, взяла себя в руки, - уговорила.

Дана просияла и протянула мне нарядное платье. Отшвырнув его на кресло, грозно проговорила:

– Помнится, я просила тебя раздобыть мужскую.

– Да, конечно. Она в моей комнате.

– Неси!

Девушка исчезла за дверью и вернулась с узкими темными штанами, светлой льняной рубахой, вязаным жилетом и сапогами.

– Одолжила у младшего брата.

– Подойдёт.

Схватив одежду, я скрылась за ширмой и примеряла вещи. Сорочка и брюки были великоваты. Положение спас широкий кожаный ремень с металлической бляшкой в виде оскаленной пасти дракона. Затянув его потуже, накинула сверху жилет и покрутилась перед зеркалом, отмечая стройную фигуру хозяйки тела: высокий рост, узкую талию и широкие бедра.

В своем мире, сколько себя помню, всегда боролась с лишним весом и сидела на всевозможных диетах, отчаянно желая нравиться Вите. Но видимо, зря. Муж легко изменил мне.

Герцогине подтянутое тело подарила природа. И красоту.

Без макияжа женская кожа приобрела мягкое бархатное сияние, синие глаза сделались на удивление яркими и выразительными, а длинные золотистые волосы словно, рассыпанные по плечам, блестели как шелк.

Своим новым образом я была вполне довольна. Наспех сплетя косу, шагнула к Дане.

– Я готова.

Служанка нервно икнула:

– Вы пойдете на праздник в этом?

– А чем я плоха?

– Ни-чем, - буркнув, девушка повела меня лабиринтами сумрачных коридоров, заставляя внимательно всматриваться в гобелены на стенах и запоминать расположение лестниц. Пригодится на будущее.

Когда мы миновали пустой внутренний двор и замковые ворота – со всех сторон хлынула музыка. Играли скрипки, виолончели и инструменты похожие на исторические волынки. Нежно, заунывно, вынимая всю душу.

Глава 7

– Элеана, - густой низкий голос заглушил шум и веселье.

Крики стихли. Местные обитатели замерли со сложенными у губ ладонями.

Внимательные зеленые глаза обежали мою фигуру с макушки до пят, оценивая мужской костюм и ноздри мужа раздулись. Словно завороженный, он вдохнул мой аромат, не сводя пристального прищура с обтянутой плотным жилетом груди.

– Милый, а я? – Пронесся по тишине обиженный шепот Беатрис. Она растерянно переводила взор с меня на любовника и обратно.

Еще более хмурой и злобной выглядела свекровь.

Змеища, по-моему, до последнего надеялась, что сын не выпустит ненавистную жену из комнаты, и я не испорчу им веселье.

– Кеннет, зачем ты позвал на праздник ее? – Начала было нравоучительным тоном. – С танцем прекрасно справится Беатрис…

Герцог оборвал мать взмахом ладони.

– Ни слова, мать.

Благоговейное молчание, повисшее на морском побережье, пробралось под одежду мелкой оторопью. Всего на секунду.

Кеннет вскинул руку, привлек внимание гостей и произнес:

– Каждый год мы открываем празднество Летних Ночей танцами, восхваляя силу Двуединого бога. Сегодняшняя ночь не исключение. Да будет новый год урожайным, плодородным и светлым.

Люди принялись коситься в мою сторону. В вечерней мгле, пропахшей морской солью и горящими углями, отчетливо сгустилось мрачное недовольство.

Гхм. Интересно. Местные жители явно не считают первую жену хозяина достойной женщиной. Иначе бы не смотрели на нее, то есть меня, с таким раздражением.

– Элеана, подойди. – Кеннет требовательно протянул свою широченную ладонь, приглашая меня на танец.

Вдоль позвоночника побежала холодная дрожь. Я сообразила, что понятия не имею, как правильно танцевать и какие движения выполнять. Надо было спросить у Даны.

Где-то на периферии шумно скрипнула зубами смертельно побледневшая Беатрис. Возле нее, схватив ревнивую девицу за руки, мою спину исподлобья просверлила свекровь.

– Как он может? – Пожаловалась Беатрис, морща носик. – Кеннет обещал в этом году пригласить на танец меня!

– Терпи.

– Почему?

– Не мне тебе объяснять, - свекровь мрачно поджала губы: - драконы – непредсказуемы. Если любишь моего сына – смирись.

Драконы?

В каком это смысле?

Слух зацепился за нехорошее слово, посылая в мозг негласный сигнал. Отметил, что зрители предусмотрительно отошли, образуя вокруг костра широкий круг. А вот это не к добру.

Сглотнув, сделала к буйному мужчине шаг и мгновенно была захвачена в плен его жарких ладоней.

Герцог порывисто прижал меня к твердой груди и обнял за талию. Наши взгляды пересеклись. Мужское дыхание опалило лицо.

Меня будто током прошило.

Какого черта?

С возмущением уперлась ладонями Кеннету в грудь и настойчиво прошипела:

– Отпусти!

– Сделай одолжение, Леа. Не дергайся.

Пророкотав, мужчина резко склонился и без предупреждения запечатал мой рот поцелуем. Страстным и ненасытным, требуя сплетения наших языков.

Я мысленно застонала.

Мерзавец, гад! Подловил. У всех на глазах.

На нас обращены сотни взглядов, а я даже пнуть его не могу.

Или не хочу?

Уже запуталась.

От поцелуя все чувства обострились до предела. Будто я с разбега рухнула в бездонную тьму и растворилась в вязкой смоле. Колени ослабли. По венам вместе с кровью побежал раскаленный огонь. Слух и зрение усилились. И дремавшее внутри темное и кровожадное начало неожиданно подняло голову и издало утробный рык.

Хуже того.

Поцелуй незнакомого мужа наполнил мои легкие запахом штормового неба и холодного дождя, напоил тело ароматами терпких трав и лугов, послав в каждую клетку жаркую искру. А затем случилось того, от чего я завизжала как сумасшедшая.

Резко отпрянув, Кеннет сорвал с себя рубаху и, не сводя с меня темных блестящих глаз, обернулся громадной огнедышащей тварью.

Он – дракон?!

продолжение

Губы горели, а неровное дыхание смешивалось с его утробным хриплым рычанием.

От шока я шевельнуться не успела, дракон подцепил меня когтем, забросил себе на спину и расправил перепончатые крылья-паруса.

Ахнув, вцепилась в костные наросты на могучей шее чудовища. Всё. Это финиш. Я верхом на драконе! Сумасшествие какое-то. Мамочки, кто-нибудь, помогите!

Местные жители замерли в благоговейном молчании и под ложечкой противно засосало.

Он же не собирается со мной взлетать?

Правда, ведь. Не собирается?

– Только попробуй это сделать, - прошипела сквозь зубы.

Дракон встряхнул головой и под пронзительную мелодию взмыл в огненно-черные облака.

Гад, сволочь, скотина!

И за что только Элеана тебя любила? Хоть бы намекнул, что танец состоится не на земле, а в ночных небесах.

В лицо били упругие струи морского ветра и клочья тумана. Когти вечернего холода пробирались под одежду, жаля тело. Я мысленно похвалила себя за правильно подобранную одежду. Как в воду глядела.

Паника сдавила горло, но очень быстро отпустила.

Темная сущность внутри обрадовалась полёту, как дитя. Рычала, разливая по телу непередаваемые эмоции счастья, и это почти сразу помогло успокоиться.

Дракон сделал над песчаным побережьем с разожженными кострами плавный круг и пошел на снижение. Я даже не пошатнулась. На спине чешуйчатого муженька меня удерживала странная сила. Магия? Заклинание? Сложно сказать. Я лишь чувствовала мощную энергетику, окружавшую меня невидимым куполом.

С высоты птичьего полета костры и люди внизу казались живыми текучими точками. Огненные пирамидки выпускали в беззвездное небо снопы раскаленных искр, а жители, запрокинув голову, неотрывно следили за грациозным парением герцога.

Сбоку монолитной громадой возвышался древний замок с окнами-провалами, балкончиками, портиками и могучими башнями. Над восточной и западной, с острыми гранями из серого камня, реяли серебристый и золотистый стяги в изображением фамильного герба Шантарэ.

Глава 8

Меня накрыла мучительная слабость, а в груди стало болезненно пусто.

Вот от чьей подлой руки умерла вчера несчастная герцогиня! Вот, кто всё это время желает девушке зла.

– Хотели убить меня, мама? – Процедила сквозь зубы, начиная задыхаться от горького воздуха.

– Ради Двуединого, не говори ерунды, - закатила глаза свекровь, запоздало осознав, что в порыве ярости сболтнула лишнего. – Ты всегда такая рассеянная. Задумчивая. Я лишь тревожусь за тебя. А на днях ты простудилась. Вспомни, Элеан, позавчера сама жаловалась на озноб, дурное самочувствие и головную боль. И просила меня о помощи.

Да неужели?

Мерзкая тварь.

Зла не хватает! Лжет прямо в лицо и не краснеет.

Поздно, маман. Слово – не воробей. Вы сами сообщили всё, что я пыталась тщетно выяснить.

– Конечно, вспомнила. Спасибо, что не забываете заботиться о моем здоровье, - с едким сарказмом выплюнула я.

Свекровь в ответ сверкнула гневным взглядом и скривила губы в лицемерной улыбке:

– Всегда, пожалуйста. Вернемся в замок, я тебе целую бутылочку укрепляющей настойки подарю. Пей по десять капель каждое утро и вечер.

Угу. Разбежалась. Ваша бутылочка улетит в каминный огонь в ту же секунду, что я ее получу.

Танцы возле костров набирали обороты, где-то под боком заливисто смеялась Беатрис в объятиях Кеннета, а еще мою спину до жгучей щекотки сверлил тяжелый драконий взгляд.

Святые отчеты и цифры! Я не готова опять с ним встречаться. Не сейчас.

– Я серьезно, Элеана, - прохрипела в ухо раздосадованная свекрови. – Держись от моего сына подальше, не мозоль ему глаза. Дай спокойно жить с Беатрис. О тебя уже все равно никакой пользы.

По коже пронеслась морозная волна негодование.

Чего привязалась?

Не нужен мне твой сын! Не нужен.

Только развод.

– Непременно. Учту на будущее, - прошипев, с клокочущим гневом в груди, оттолкнула женщину и со всех ног бросилась подальше от костров и веселья. Горечь и злость проникли в вены отравленным снадобьем, гоня меня прочь от чужого мужа, его любовницы и жизни, к которой я не принадлежу. Быстрее, быстрее.

Я мчалась по песчаному побережью, в сторону скал, хватая воздух ртом, задыхаясь от понимания бессилия и невозможности изменить судьбу Элеаны. Бедная девушка. Она умерла.

Но я еще жива. Я в ее теле и у меня есть шанс переписать печальные страницы собственной жизни. Надо только найти ту тропу.

Минуты текли. Сбоку, мерцая фиолетово-черной поверхностью, шумело море. Впереди темнел лабиринт из мшистых скал и горных пород. Взобравшись вверх по пробитым в камне ступеням, я пошла наугад. Над головой разгорались первые звезды, холодное море гудело, собираясь обрушиться на побережье голодным штормом, я же шагала мимо скал, туда, куда звало меня сердце.

Я чуть не вскрикнула, когда скальная порода оборвалась и впереди возникла площадка, а от нее в заросли тянулась утоптанная тропинка.

– Нашла! – Присев на корточки, внимательно ее изучила, еще раз убеждаясь, что по ней ходят местные жители. Причем постоянно.

Неплохо для попаданки. Раньше я на местности не ориентировалась. От слова «вообще». А тут один беглый взгляд на объект и тот отпечатывается в памяти как фотография. Пообещав себе подумать об этом навыке на свежую голову, крепко задумалась – у кого бы поинтересоваться назначением горной тропы.

– Госпожа, зачем вы покинули празднество? – раздался совсем рядом испуганный знакомый голос, заставив лихорадочно крутануться на каблуках. Из темноты, подсвеченная далекими отблесками ярких костров, вышла Дана.

Уф, напугала.

– Герцог ищет вас. И негодует.

Чешуйчатая ящерица ищет меня?

Достал муженек!

– Веселье утомило меня, - пробормотала я, первое, что пришло мне на ум, делаясь кроткой, тихой и уставшей. – Отошла подышать свежим воздухом.

– Не надо было. Вы же знаете: дурная примета.

Дурная примета?!

– Вернемся обратно? – Чуть не плача, взмолилась девушка. – Пока герцог сам сюда не поднялся.

– С чего ему сюда подниматься?

– Вы оставили его у костров. Он разозлился.

Одного?

– Если память мне не изменяет, в тот момент мой муж танцевал с Беатрис и выглядел вполне довольным жизнью, - фыркнула я.

– Танцы – неотъемлемая часть празднества Летних Ночей. Герцог не вправе отказать даме, позвавшей на танец. – Поделилась секретом девушка. – А еще может пригласить на танец любую женщину. Как вы – любого мужчину.

Моя бровь с удивлением приподнялась.

Любого-любого?

И почему об этом пикантном условии мне никто не сообщил?

– Госпожа, прошу, идемте. Дабы не разгневать злобных духов – жена в эту ночь должна всегда находиться рядом с мужем. Постоянно.

Скривившись, покосилась на тропу и вздохнула:

– Иду я, иду. Слушай, Дана.

– Да?

– Знаешь, куда ведет та дорога?

Дана бросила взгляд на тропу и, приподняв тяжелые юбки, чтобы начать спуск со скалы, охотно кивнула:

– Конечно. К Западному тракту.

Нахмурилась:

– Западному тракту?

– Он – единственная и безопасная дорога в столицу из герцогства. Мы часто пользуемся ей, когда надо уехать по делам или когда хотим проведать родню по ту сторону Вересковых Пустошей.

Меня накрыло волной радости и облегчения. Вот он путь – из гнетущего замужества на свободу. Надо только набраться терпения и подождать.

Как наяву, я увидела яркие картинки побега из замка, под покровом звездной темноты, пока муженек развлекается в покоях любовницы и даже прикрыла глаза, желая удержать приятные образы. Ненадолго.

– Какого снежного демона ты сбежала с празднества? – пророкотал в двух шагах от нас взбешенный мужской рык, заставив сердце в груди замереть, а меня подпрыгнуть на месте. Супруг стремительно поднимался на скалу, пугая своей огромной плечистой фигурой, а его светящиеся во тьме зеленым глаза метали молнии, - решила опозорить меня перед родичами, жена?

Глава 9

Кеннет

В голове горячий туман.

Все мысли смело.

Голос разума что-то рычал, пытался дозваться до внутренней сути, но мужчина не слышал.

Перед глазами стояла жена. Оголенные чувства льнули к ней, как послушные псы к гордой хозяйке.

Не так давно он поклялся забыть пустышку-магичку и оставить в замке только для того, чтобы помогала по хозяйству его новой избраннице.

Дракон бросил хмурый взгляд на идущую у плеча Беатрис. Невеста всем его устраивает: молода, красива, послушна и уже носит его сына под сердцем. Дело осталось за малым: провести брачную церемонию, обменяться ритуальными кольцами и дать ей фамилию рода.

Тогда отчего внутренний зверь бунтует, рычит и сходит с ума?

Кеннет сузил глаза, прислушиваясь к почти бесшумным шагам Элеаны. Дракону было не обязательно оглядываться, чтобы видеть ее, слышать и чувствовать запах. Она преследует его наваждением. Страстным, жарким, желанным.

Но вчера и сегодня… Элеана вдруг изменилась. Стала чужой и колючей.

Куда пропал ее полный огня и желания влюбленный взгляд, которым она одаривала мужа, даже когда он гнал женщину прочь?

Куда исчезла страсть и нежность из голоса? Почему жена изменила свое отношение и теперь смотрит на него как на грязь под ногами?

Гордая, холодная, неприступная, будто скалы вокруг.

Она пахнет так, что сводит скулы, а тело напрягается от острого возбуждения. Человеческая кожа дракона горит. Его тянет к жене. Походку штормит, а милый щебет невесты превращается в надоедливое жужжание.

Какого снежного демона с ним творится?

Элеана прокралась в душу посредством черного колдовства? И теперь засела в душе, в сердце и жарких мыслях.

Граново пламя!

Почему, пока супруга была покорной, кроткой и влюбленной до беспамятства она совершенно не интересовала дракона? Но стоило бывшей хозяйке замка расправить плечи, вздернуть голову и бить его ледяным взглядом светло-зеленых глаз, словно морская пучина в дни гнева, всё внутри вдруг воспротивилось союзу с Беатрис и повлекло в сторону ненужной жены?

Поскрежетав зубами, Кеннет покосился через плечо.

Элеана шагала, чуть сгорбившись в окружающей ее вечерней мгле, под ногами клубились клочья тумана, а сама она опиралась на руку служанки. Такая хрупкая, с растрепанными светлыми волосами, невероятно притягательная в мужской одежде, подчеркнувшей все ее аппетитные формы.

Дракон издал зубовный скрежет.

Он и забыл, что жена еще очень хороша собой. Когда в последний раз он был в ее спальне? Полгода назад?

До того, как привел в замок невесту.

В паху стало жарко, потому что ее сладкий запах тек по венам вместе с кровью и отравлял дракона собой.

Пожалуй, пора наплевать на старые ссоры и заглянуть к Элеане сегодня ночью.

Словно подслушав чужие мысли, Леа резко вскинула голову и ударила Кеннета убийственным взглядом. Яростным и неприступным. Женское личико перекосило от ненависти. На нем отчетливо читалось: «не приближайся».

Да какого гранова пламя с ней происходит?

Она никогда так на него не смотрела! Даже в тот день, когда дракон сообщил жене, что намерен жениться повторно, а ее оставит в замке в качестве обычной помощницы.

– Милый, всё в порядке? Ты напряжен, - мягкий голос невесты ворвался в затуманенное жаром сознание.

Дракон скрипнул зубами и отрывисто бросил:

– Всё прекрасно.

Беатрис улыбнулась, крепче сжимая его за руку, а Кеннет вдруг подумал, что бы почувствовал, будь на месте руки невесты узкая ладошка первой жены?

На скулах мужчины задвигались желваки, и суровое лицо превратилось в мрачную маску.

Да что с ним творится?

Должно быть, это магия празднества так плохо влияет на звериную суть. Бросить бы всё, вернуться в замок и запереться в кабинете до рассвета с бутылкой терпкого эля, но нельзя. Традиции, мать их, надобно соблюдать. Иначе его, как хозяина рода и владетеля земель, не поймут.

На побережье веселились и танцевали. Мужчины, сжимая кубки с вином, выкрикивали тосты и просили Двуединого о благословении для урожая. Женщины кружились в танцах.

Беатрис мгновенно прижалась к Кеннету всем телом и умоляюще улыбнулась:

– Идем к кострам, там хорошо.

Дракон бросил беглый взгляд на неприступную и закрытую Элеану. Жена вместе с горничной, не оглядываясь, отошла в толчею, скрываясь из виду.

Проклятье!

Почему ему хочется смотреть на нее?

Почему он жаждет увидеть, как жена обернется, чтобы поймать растерянный взгляд светлых глаз, лучащихся в темноте, как бриллианты?

– Идем, - рявкнув, Кеннет схватил невесту под локоть и позволил увлечь себя танцем.

Ненадолго.

От гнева и нетерпения разболелись проклятые зубы.

Он ловил себя на мысли, что постоянно ищет супругу взглядом. Вот, она стоит у столов и пробует какое-то блюдо. Вот, переговаривается со служанкой. Вот, к ней подходит один из воинов и приглашает на танец.

Дракон внутри издал яростный вопль. Не отдам.

Кеннет решительно направился по побережью к Элеане, расталкивая всех, кто попался под горячую руку.

– Милый, - донесся обиженный шепот невесты в прямую как палка спину, - ты куда?

Слыша бешенный стук сердца в груди, злясь на самого себя и проклиная демонову бывшую, заставившую бегать за ней как сопливый юнец, герцог уверенно оттеснил недавно нанятого в охрану мага плечом и перехватил ладонь Элеаны, которую она протягивала другому.

– Потанцуем, жена?

продолжение

На милом личике жены отразилась смесь недоумения и недовольства. Глаза широко распахнулись, губы поджались.

Леа всем видом показала, что не желает дарить ему танец, но, вспомнив о традициях, склонила голову:

– Как вам будет угодно.

Официальное обращение вывело Кеннета из себя. С какой стати она обращается к своему мужу на «вы»? Пытается кольнуть побольнее?

Воин послушно отступил, отдав право танца сильнейшему мужчине в роду.

Глава 10

Следующие два дня меня никто не беспокоил.

И голодом морить перестали. Дана заглядывала в спальню на заре и закате с подносом еды, а вечером приносила ведра с горячей и холодной водой, дабы я могла помыться.

Гуляния в честь праздника завершились шумным пиром второго дня. Обо мне ненавистный муженёк, к счастью, забыл. Зато свекровь явилась с утра пораньше на четвертые сутки и, уперев руки в бока, с порога заявила, что срок наказания завершен, и я обязана идти на кухню – помогать готовить завтрак, обед и ужин.

– Там свободных рук не хватает, а ты все равно сидишь без дела, - менторским тоном заявила со злостью женщина, - поможешь кухарке, а после отнесешь невесте Кеннета горячий завтрак.

Скрипнув зубами, я холодно отчеканила:

– Почему бы невесте вашего сына самой не спуститься к столу в трапезную? Или Беатрис настолько ущербна, что не в состоянии передвигаться по замку?

– Да как ты смеешь? Она в положении! – Взъярилась свекровь.

Серьезно?

– Поздравляю. Уже можно дарить пинетки и распашонки? Или лучше повременить? А то вдруг беременность вашей драгоценной невестки всего лишь плод ее богатого воображения?

Гвинерва такого ответа не ожидала.

– Ты…

Морщинистое лицо исказилось от удивления и негодования. Она бросила на меня испепеляющий взгляд, полный растерянности, и, не говоря ни слова, развернулась и ушла, хлопнув дверью.

Гхм.

Неужто Беатрис действительно выдумала беременность, чтобы крепче привязать к себе буйного дракона, а его мамаша ей помогает?

Хмуря брови, я слушала звук отдаляющихся в коридоре жестких шагов, чувствуя, как по венам разливается смесь облегчения.

Получила? Распишись.

Свекровь, конечно, не спустит мне оскорбления. Наплевать. Если прежнюю хозяйку тела всё устраивало, и Элеана охотно позволяла собой помыкать, то я – не она, и буду бороться.

Тяжко вздохнув, с ощущением, что самая главная битва еще впереди, заплела длинные светлые волосы в косу и отправилась вниз.

Впервые со дня пробуждения в чужом мире более-менее удалось рассмотреть драконий дом. Он был огромен, мрачен, холоден и неприступен. Широкие, бескрайние коридоры. Мощенные мрамором лестницы. Стрельчатые окна с мозаикой и изразцом. Шершавые стены дышали вековой мощью, излучая ауру древности. Резные каменные горгульи в лепнине следили за мной своими пустыми глазницами. Каждый шаг по холодному камню отдавался эхом, напоминая о моем одиночестве в этом величественном месте.

Вздохнув, я разобрала голоса с соседнего этажа и поморщилась. Свекровь опять кому-то приказывала.

Странно. Гуляю по залитым утренними лучами владениям десять минут, но ни разу не услышала рык драгоценного муженька.

– Госпожа Элеана, я вас искала, - раздался крик от подножия лестницы. Дана стремительно шагала навстречу с корзиной сушеных фруктов. От их одуряющего сладкого аромата закружилась голова. – Вот. Возьмите. Герцогиня Шантарэ просила передать: для госпожи Беатрис надобно приготовить пюре из мякоти яблок и груш, и так же сварить взвар из смородины.

Мне?

Варить взвар для любовницы мужа?

От злости я заскрипела зубами с такой силой, что, казалось, сотру их в пыль. Пальцы свело. Я уставилась в одну точку перед собой, ощущая, как темная могущественная сущность внутри наполняется моей ярости и стряхивает с себя оковы сна. Как ее магическая мощь начинает течь по венам, и всю меня охватывает жажда сопротивления и одновременно неземное спокойствие.

– Конечно. Раз так велела герцогиня, - произнесла холодным мертвым голосом и, забрав у служанки корзину, развернулась уйти.

Но остановилась.

– Что-то я не вижу в замке дорогого супруга. Мне ждать его сегодня к завтраку?

– Не ждать, госпожа. Герцог отбыл по делам в земли соседей еще до рассвета, и когда вернётся – не сообщил.

Отбыл из замка?

Злость мгновенно смыло волной зыбкого предвкушения. Шанс сам прыгнул мне в руки. Засижусь на кухне допоздна, притворюсь, что мою посуду, и как только выдастся удобный момент: исчезну.

Решено.

К демонам сытую клетку и мужа-дракона!

Второго шанса может попросту не подвернутся, да и Кеннет вскоре заявится. Вряд ли дракон надолго оставит свою ненаглядную любовницу в одиночестве.

– Вы расстроились, госпожа? – Испуганно поинтересовалась девушка, расценив мою задумчивость совсем иначе, - ждали мужа к столу? Думала, Его Светлость предупредил вас о визите к соседям. Герцог давно собирался их навестить.

– Да, верно. Предупредил. Я забыла, - ласково ей улыбнувшись, в конце концов, Дана единственная, кто по-человечески относится к отвергнутой герцогине Шантарэ, подобрала тяжелые юбки и поспешила на кухню.

В маленьком царстве котлов, сковородок и раскаленных очагов царили суета, крики и ругань. Кухарка гоняла несчастную помощницу, навешав на девушку сразу несколько дел одновременно.

– Нарезала лук? – Донесся недовольный вопрос.

– Не успела.

– Булочки проверила?

– Нет.

– И за что только герцог платит тебе жалование, лентяйка. Бери, режь морковь и картофель. А потом начинай мариновать мясо в чане с соусом и острыми специями. Да поживей. Его Светлость вернется в замок очень голодным!

Помощница тихо всхлипнула, но перечить дородной тетке с чепцом на волосах побоялась. Проворно схватилась за нож и разделочную доску, придвигая локтем блестящие головки лука.

Заметив меня, кухарка оборвала свою тираду и, что-то буркнув под нос, отвернулась, Да, ладно. И я не в восторге здесь находиться.

Ну, ничего.

Молча поставив тяжелую корзину на стол, налила себе из кувшина в кружку горячего взвара с ароматом земляничного листа и внимательно осмотрела кухонные помещения.

Итак, запомню. Вон та неприметная дверь в углу ведет на улицу, и запирается она изнутри. А значит, поздним вечером я легко воплощу свой план в реальность. Главное попасть на кухню после заката. И вот еще… Надо хорошенько подумать, чем отвлечь внимание истеричной любовницы мужа и вездесущей мегеры-свекрови.

Глава 11

Покинув теплую кухню, я и служанка окунулись в буйство ветра, грохот волн и непроглядную тьму. Фонари в замковом дворе тускло мерцали. Всюду блестели глубокие лужи. Чувствуя внутри протест стихийной магии, я вскинула руки и по наитию создала над нами защитный купол.

Дана смахнула с мокрого лица прядь волос и позвала идти за ней.

– В северной части оградной стены имеется лаз, выйдем там, - она споро двинулась по извилистой, мощенной белым камнем, дорожке фруктового сада.

Оснований доверять ей особо не было. С другой стороны, узнай свекровь о побеге невестки, устроила бы мне не ловушку на кухне. Вздохнув, бесшумно двинулась за девушкой и… не прогадала.

Через четверть часа мы выбрались за пределы замка и двинулись к северу. Шторм усилился и хлестал темные камни скал жгутами воды, гальки и ветра.

Подав девушке знак подождать меня возле грота, я направилась к морю. Камень был скользкий, каждый шаг давался с трудом. Но упорно сжав челюсть, я преодолела метры до края обрыва и без жалости швырнула в морскую пучину женское платье.

Наблюдая за тем, как разгулявшаяся в своем безумстве стихий с жадностью приняла мой скромный дар, я шумно выдохнула и прикрыла глаза.

Ну, вот и всё. Герцогиня Элеана Шантарэ, жена дракона и бывшая хозяйка замка этой ночью перестала существовать.

Я невольно оглянулась в сторону замка, застывшего мрачным исполином на фоне штормовых облаков.

Прощайте, супруг. Я едва ли вас знала. Но клянусь, скучать не буду.

Постояв на обломке скалы над бурными водами, решительно запахнула походный плащ и вернулась к служанке. Заметив меня в полутьме, та с облегчением выдохнула:

– Хвала Двуединому. Уже боялась, с вами случилась беда, Ваша Светлость.

Покачала головой.

Вот же дурная. Отныне я себя в обиду не дам. Раз уж мироздание отняло у меня прежнюю, налаженную жизнь и забросило в тело нелюбимой жены дракона с воздушной магией, лить слёзы не собираюсь. Гордо расправлю плечи и пойду своей дорогой, без мужа-тирана и змеищи-свекрови.

Подумаешь, променял на любовницу.

П-ф, этого и в моем мире – достаточно. Вон, Витя тоже не устоял. А потому с этого мига – к черту всех мужиков и особенно мужиков-драконов. Я и одна прекрасно устрою быт в новом мире.

– Куда теперь? – Стирая слезы рукавом и шмыгнув носом, шепнула девушка.

Я повертелась по сторонам в поисках нужной тропы. Не будь мы прикрыты воздушным куполом, чувствую, нас бы давно снесло ураганным порывом.

– Туда. Пойдем в столицу. Хочу там кое-кого разыскать, - поправляя на себе походную сумку, призналась задумчиво.

– Кого? – Нахмурилась Дана.

– Друзей отца. Папа был магом, артефактором и изобретателем и преподавал в одной столичной Академии. – Хмыкнув, слегка приукрасила истину: - правда, не помню – в какой именно.

– В столице только одна Академия магии, Ваша Светлость. Императорская. – Сообщила девушка, хмуря лоб. – Мой двоюродный кузен трижды подавал туда заявку, на факультет боевой магии. Но каждый раз на вступительных экзаменах путал формулы и приемная комиссия ему отказала. Пошел работать курьером, к дяде Тому. Хочет в новом учебном году заново попытать свое счастье.

Одна Императорская Академия? Я потерла холодными пальцами подбородок. Это обстоятельство, безусловно, упрощало задачу и значительно сужало поиск отцовских друзей герцогини.

– Продолжай, - попросила служанку.

– Ну. На факультеты прикладной магии всегда недобор. А вот боевой – наоборот забит битком. Огромный конкурс, сложнейшие вступительные экзамены, - девушка покачала головой. - Но кузен не унывает. И твердо намерен получить диплом боевого мага и защищать Империю Греновер.

Ее рассказ зародил внутри огонек надежды.

– Ясно. В таком случае поторопимся.

Недолго думая, я спустилась на тропу, чтобы как можно быстрее убраться из владений ненавистного мужа-дракона. Впереди ждала дорога в столицу и мучительный бракоразводный процесс, но я чувствовала, что на верном пути. Но для начала найти Академию.

… К утру мы пересекли границу герцогства Шантарэ и вышли к долине. Шторм утих. Небо было еще хмурым и низким, но на горизонте в прорехи облаков проглядывало бледное солнце.

Перекусив захваченным с собой хлебом, сыром и вяленым мясом, я и Дана отдохнули с полчаса и продолжили путь.

Я понятия не имела – вернулся ли Кеннет в замок или все еще обсуждает вопросы сотрудничества в соседнем герцогстве, но сердце было не на месте и гнало меня вдаль. Нам повезло. Через час лес поредел: впереди возник небольшой городок, где обнаружилась почтовая станция и дилижанс. В объемной карете отправления дожидалась сухонькая старушка, дремавшая у окна, и неразговорчивый хмурый тип.

Я оплатила провоз драгоценными сережками герцогини, отдав те извозчику, и следующие сутки мы тряслись по ухабам, кочкам и глотали дорожную пыль.

Было прохладно. Мы миновали вересковые поляны, где ветер гонял сухие стебли, и покатились по широкому тракту. Местное солнце, склоняясь к горизонту, окрашивало весеннее небо в огненно-рыжие и малиновые тона.

Старушка изредка открывала пустые глаза, глядела на меня и Дану задумчивым взглядом и вновь засыпала. Неразговорчивый хмурый тип и вовсе, упершись спиной о тонкую стенку, никого не замечал.

После полудня мы сделали одну остановку у скромной придорожной таверны и снова тронулись по необъятной Империи.

К вечеру все мое тело страшно болело. А короткая остановка на поляне лишь усугубила плачевное состояние. Я еще после того падения на кухне толком не оправилась и снова мучаю себя замкнутым душным пространством. Это ради свободы, сказала себе. Надо терпеть.

Ночью качка дилижанса усилилась и отдавалась в каждой клетке резкой болью. Я попыталась заснуть, но внутреннее напряжение и постоянное движение – не давали покоя. В голове мелькали обрывки воспоминаний, тревожные предчувствия и страх погони одного разъяренного дракона. Кеннет уже должен был прилететь от соседей и не обнаружить супруги в спальне. Наверняка, любовница и свекровь наплели ему про меня всяких гадостей, а может и платье уже обнаружилось.

Глава 12

Я пожала плечом:

– Нет. Расскажите о крепости. Там опасно?

– Раньше, когда мы воевали с соседним государством, было опасно. Сейчас крепость служит в качестве укрепленного форпоста и выполняет функции гостиничного двора.

– Двора? – протянула я, пытаясь представить себе это странное сочетание. Ответ магистра искренне удивил. – Угрозы нападения больше нет?

– Верфальская Империя и Одэр тридцать лет назад подписали мирное соглашение и скрепили его династическим браком. На троне, как вам известно, сидит сын подписавшего соглашение владыки Брэнна. – Дракон прервался, сделав вдох. – С Одэром у нас добрососедские отношения, а Око Бури служит пограничной заставой для всех желающих посетить ту экзотическую страну.

Нахмурив лоб, поймала мужчину на лжи:

– Вы сказали: те земли не безопасны.

– Из-за разбойничьих банд и алчных до железа и прочих металлов горных гоблинов.

Гоблинов?

Просто чудесно.

– Они совершают набеги на восточные тракты, чтобы ограбить богатых путников. К счастью, гарнизон Око Бури хорошо укреплён. Несущие там службу боевые маги очень опытны. Вам не о чем волноваться, герцогиня.

Я могла бы затеять с магистром спор, заявив, что даже тень угрозы – уже основание для беспокойства, но желание исчезнуть как дым и забыть об унизительном браке с герцогом Шантарэ перевесили доводы разума и инстинкт самосохранения.

– Допустим. – Допив крепкий кофе, полюбопытствовала: - Как долго добираться до крепости?

– Дилижансом четыре дня, - успокоил магистр. – Я организую вооруженное сопровождение, госпожа Элеана.

Я обменялась с Даной беглым взглядом.

Служанка сидела ни мертва, ни жива, явно не в восторге от перспективы ехать демоны знает куда и прятаться в крепости, частично переоборудованной под гостиничный двор.

Мне тоже было не по себе.

– И кем я представлюсь гарнизону, магистр? – Хмыкнула я.

– Моей племянницей.

– Племянницей?

– И недавней выпускницей боевого факультета, - с ходу придумав легенду, мужчина вернулся к столу, достав из ящика стопку бумаг, и макнул перо в металлическую чернильницу. – Скажете – прибыли по распределению на учебную практику.

– Племянницей? – переспросила я, пытаясь унять ироничный смешок. – А мое имя, звание, положение?

– Представитесь графиней Леей Фейтон, – ответил магистр. – Броган Фейтон был моим младшим братом, и у него действительно была дочь. Арианна. Три года назад они поехали на юг, к целебным Источникам, и погибли. Не бойтесь, Элеана. Никому в голову в крепости не придет перепроверять подлинность бумаг, выданных самой Императорской Академией.

Я тихо выдохнула, борясь с желанием отказаться от этой опасной авантюры, и одновременно цеплялась за единственную возможность сбежать от мужа-тирана. Туда, где буду свободно жить, дышать и не чувствовать себя ущербной пустышкой.

– Спрячетесь в крепости. А я задействую свои связи и поищу храмовника, который согласится на ритуал расторжения брака, - что-то тщательно прописывая в графы бланка, сказал магистр.

– И долго скрываться?

– Практика длится минимум год, - убил ответом дракон.

– Год? – Сглатывая тугой комок, шепнула я.

– Не принимайте эту цифру близко к сердцу. – Мужчина поднял голову и впился в меня зеленым взглядом. – Как только я найду способ расторгнуть брак, то сообщу. Вернетесь в столицу. Вот, держите. Новые документы, академическое распределение и копия диплома, заверенная лично мной.

Отставив чашечку, я забрала с края стола стопку тесненных листков и тут меня осенило:

– Вы ректор?

Дракон благосклонно кивнул.

– Сохранил эту должность только благодаря помощи Глендона, моя дорогая. Ваш отец спас меня. Мой черед вернуть ему долг.

Выдохнув, просмотрела бумаги, с удивлением отмечая, что легко читаю и понимаю витиеватый шрифт нового мира.

– Боевой маг? Но я – стихийница.

– Наденете изменяющий дар артефакт. Он замаскирует стихийную магию под боевую.

Превосходное решение. Вот только…

– Что, если в крепости решат проверить мои навыки?

– Продемонстрируете ряд базовых заклинаний, - улыбнулся дракон.

Он так шутит?

– Я не владею даже основами боевых заклинаний, магистр Каэль.

– Дилижанс отправится на восток через три дня. Успею вас кое-чему обучить, - выдал мужчина и, заметив, как мрачнеет мое лицо, успокоил. – Полно, госпожа Элеана. Война с соседом окончена. Набеги разбойников случаются все реже и реже. Последний случай произошел полгода назад. Половину крепости переоборудовали под гостиничный комплекс. Вам ничего там не угрожает, поверьте.