Развод с драконом. Хозяйка прачечной

Глава 1

Я брела вдоль мощенной камнем дорожки, отстраненно рассматривая мыски сапогов. Внизу, за оградой, отражая блики рассветного солнца, сверкало зимнее озеро.

Я прибежала сюда минут десять назад. Глаза по-прежнему застилали горячие слезы. Мысли путались, звенели и слипались комком. В ушах гремел раздраженный рык Виктора:

– Милая?! Ты же в офис уехала! Зачем вернулась?

Помню свой сиплый ответ:

– Забыла мобильник.

Не будь я в таком сильном шоке, наверное, посмеялась бы от души.

Спохватившись по дороге на работу, что оставила телефон в прихожей на тумбочке, я повернула домой, но вместо тишины пустая квартира встретила меня томными стонами.

Я застала их в нашей постели. Мужа, с которым мы прожили двадцать лет вместе, и подругу семьи Карину.

Голых, страстных, возбужденных. Случился скандал.

Я хлопнула дверью и убежала. Сама не поняла, куда и зачем. Очнулась в городском парке, на берегу любимого озера, надеясь привести свои сумбурные мысли в порядок и немного успокоиться. Увы. Прогулка не помогала.

Решив сконцентрироваться, я вскинула голову в кристально-синее январское небо и, закрыв глаза, сделала вдох.

Спокойно.

Подумаешь, муж изменил.

Одной обманутой женой – больше, одной – меньше.

Береги свои нервы. Впереди долгая жизнь и еще много прекрасных событий.

Надо же, помогло. Я почти успокоилась, взяла себя в руки и даже улыбнулась, как вдруг… Край скалы под ногами пришел в движение.

– Ай! Нет, - воскликнув, ощутила, скольжение подошв по косому уклону. Нет, нет. Срочно задержать падение, успеть схватиться за ближайшее дерево.

Не успела.

Руки схватили пустоту, ледяной край с грохотом откололся, и я полетела в глубокий овраг.

В голове мелькнула отстраненная мысль: вот Виктор обрадуется, когда узнает, что его нелюбимая жена попала в больницу с переломами. Никто не помешает ему развлекаться в нашей квартире с любовницей.

В ушах свистнул ветер.

Удар. И сознание медленно уплыло в вязкую мглу.

… Холод.

Он жег мое тело, сводил мышцы судорогами, колол лицо и ободранные ладони.

Голову разрывала страшная боль. Меня мутило.

Вместо привычных воспоминаний в памяти мелькали чужие хаотичные образы.

Я видела высокого темноволосого мужчину в расстегнутой сорочке на выпуск, который почему-то орал на меня. Его образ сменило перекошенное женское лицо, сплошь покрытое глубокими морщинами. Губы женщины беззвучно двигались, будто она пыталась что-то сказать. Незнакомка подернулась рябью. На ее месте возникла блондинка, которая липла к тому темноволосому мужику и целовала его.

Что за бред сумасшедшего?

Подтянув руку к лицу, я ощупала поверхность, на которой лежала.

Гхм, на дно заснеженного оврага не похожа. Холодная, шершавая, местами колется. Напоминает необработанный пол. Над головой бурлит, шипит и трещит. Запахи еще более странные. Уголь, паленое дерево и печная зола.

Ход моих мыслей уводил в разнообразные предположения, и чем больше я размышляла, тем меньше мне нравился сделанный вывод.

Почему я лежу?

Упала?

Меня столкнули?

В груди колючим шипом провернулась тревога.

Хватит гадать, надо всё выяснить.

Разлепив глаза, я рывком оторвала себя от пола, села и огляделась. Мама дорогая. Не померещилось.

Городской парк пропал. Меня окружала жутковатая средневековая кухня в мрачных тонах. Вдоль синих каменных стен тянулись массивные кухонные полки, сработанные из темного дерева и сплошь заставленные грязной посудой. Между полками в железной конструкции пылал очаг. Над ним широким рукавом нависал дымоход. Сбоку обнаружился накрытый расшитой скатертью стол с разделочной доской, ножом и нашинкованными овощами.

Скосила глаза себе на колени и вскрикнула.

Какого черта?

Я одета в платье темно-зеленого цвета, расшитое по подолу мелким речным жемчугом. Двумя пальцами приподняла серый передник с узорной вышивкой и внимательно его рассмотрела. Минутку, это типа аналог фартука?

Господи.

Руки. Эти руки не мои!

Тонкие ухоженные пальцы. На безымянном сверкает кольцо с бриллиантом. Черт. Виктор, конечно, дарил мне на праздники цветы и украшения, но не настолько дорогие. Прозрачный как слеза ограненный камешек был размером с мелкий орех.

Ногти ухожены. Я повертела ладонями. Вернее были ухожены. Местами они пообломились, а на костяшках пальцев появились свежие царапины.

Вытянув конечности к источнику света – маленькому окну с деревянными створками, я поперхнулась на вдохе.

К горлу подступила истерика, заставляя тело содрогаться от невольных конвульсий.

Руки не мои, одежда – не моя. А лицо?

Что вообще происходит?

Где парк?

Куда я попала?

Превозмогая глухую панику, собралась ощупать себя от макушки до шеи. Ага, размечталась. За спиной, пугая до почечных колик, прогрохотал взбешенной женский голос:

– Чего разлеглась? Я отослала тебя на кухню десять минут назад с простым поручением. Вымыть посуду, а после заварить для Беатрис укрепляющий чай с целебным корнем. Но ты и пальцем не пошевелила, маленькая бездельница.

Меня прошибло холодным потом.

Здесь кто-то живёт?

– Бесполезная девка. От тебя никакого толку! – Продолжала распаляться незнакомая женщина в районе двери, шурша атласными юбками. – Зачем только Кеннет жалеет тебя? Ты даже женой ему была никчемной и слабой. Давно пора вышвырнуть тебя из замка и забыть.

Кровь вскипела от негодования.

Что она себе позволяет?

Я резко оглянулась к ворчащей тетке.

Та держалась в дверном проеме с видом победительницы, уперев руки в боки. На вид ей было лет шестьдесят. Узкие плечи, манерная осанка. Седые волосы. Шею женщины украшала нитка с сапфирами. Черное платье схожего кроя отличалось богатой вышивкой.

В принципе ее внешность можно было назвать стандартной, если бы не глаза. Я даже моргнула для верности. Они были ядовито-зеленые как у змеи. С вертикальным зрачком. И смотрели на меня с неприкрытым отвращением.

Глава 2

– Подменная жена? – Спросила я заторможено.

– Беатрис всем хороша, - язвительно бросила свекровь, надеясь этим меня задеть. Не дождётся.

– Они поженились?

– Еще нет. Ритуал назначен на новолуние после празднества Хальвейн. Но это не мешает моему сыну ухаживать за ней. И любить.

– Вот пусть дальше и ухаживает, а меня оставит в покое, - рявкнула я, уже отчетливо осознав, что всё происходящее не плод моего больного воображения и не предсмертный бред.

Злобная тетка передо мной абсолютно реальна. Кухня с посудой и очагом и всё остальное существует на самом деле. Я неведомым образом переместилась в иную реальность и заняла чужое тело.

– Ты не поняла, Элеана? – Из ступора выдернул злобный рев тетки. – Ты больше не хозяйка Хровгральда. Ты прислуга. Таково было главное условие твоего проживания в замке. Быстро завари чай и отнеси в покои моей новой невестки.

– Не подумаю, - гордо вздернув головы, процедила сквозь зубы.

Понятия не имею, за что свекровь возненавидела несчастную бедняжку, потакать ее прихотям я не буду.

– Когда я сообщу Кеннету, что ты не подчиняешь указам, он накажет тебя, - пригрозила со свистом женщина.

Накажет? Ее муж? Прищурив глаза, поинтересовалась:

– Как именно?

– Еще раз ослушаешься указа моей матери и узнаешь, жена, - раздавшийся из темноты низкий рокот заставил волоски на моей коже встать на дыбы.

Сглотнув, я резко вскинула голову, готовясь к самому худшему в своей жизни. И не прогадала.

Вошедший на кухню мужчина был молод. Пронзительный взгляд ярко-зеленых глаз мгновенно заключил меня в капкан, не позволяя сделать вдох. Высокий рост. Гибкое мускулистое тело, пружинистая походка. Красивый. Стремительный. Темные длинные волосы. Крылья носа подрагивают, придавая ему сходство с опасным и диким зверем.

Лицо с суровыми чертами было бесстрастно, но его взгляд… Холодный, нечеловеческий прожигал каждую мою клетку насквозь и заставлял нервно сглатывать. Он не знал сострадания, не признавал иной власти кроме своей.

Вот этот вот мужик – ее муж?

Святые отчёты и цифры, во что я вляпалась? Куда меня забросило гребаное провидение?

– Помнится, мы уже всё с тобой обсудили. Не раз, - прорычав, он поравнялся с мамашей и сложил мощные руки на широкой груди.

Мужская рубаха была расстегнута, позволяя рассмотреть мощную шею, закаленные в сражениях перевитые мышцами предплечья и гладкие грудные мышцы.

– Что обсудили? – Едва слышно шепнула я. Под ребрами стянулся тугой болезненный узел.

У него на лице написано: хищник до мозга костей. Такой шутить точно не станет. Свернет в бараний рог и не поморщится.

– Не ты ли месяц назад валялась у меня в ногах, как побитая собака и умоляла не отправлять тебя в монастырь? – Припечатывая меня грозными злыми словами, пророкотал этот тип.

Я нервно моргнула.

Монастырь?

Почему мне это не нравится?

– Закон Империи в отношении пустышек строг и суров.

Кого? Пустышек?

– Таких жен ссылают или в монастырь, или выгоняют побираться на улицу. Ни один приличный дом столицы не протянет тебе руки. Ни один Салон или Гостиница не приютит. Ты – ничто. Пустое место. Я пожалел тебя. Разрешил жить в замке и прислуживать Беатрис. И чем ты отплатила мне, дорогая? – Пронзая меня уничтожающим взглядом, мужчина скривил тонкие губы и с яростью прорычал: – Черной неблагодарностью!

Зависла. Неблагодарностью?

– Не прикидывайся. Ты только и делаешь, что устраиваешь мелкие диверсии и доводишь Беатрис до истерик и слёз!

продолжение

– Я ничего такого не делала! Я это место вижу сегодня впервые! - не выдержала я, решив бросить надменному хаму в лицо, что не имею к его жене никакого отношения.

Его рёв заставил испуганно отшатнуться.

– Хватит юлить! Я очень долго терпел твои выходки. Ждал, что ты примешь свою судьбу и смиришься. Но ты начала доводить всех вокруг. Беатрис, мою мать, даже слуг. Последние разбежались из замка, кто куда. Остались только Нора и Олоф. – Добивал меня словами незнакомый мужик, отчетливо затягивая на шее петлю.

Замок это или нет, но мне отсюда надо немедленно сваливать. Иначе, чувствую, не сегодня – завтра разделю участь несчастной девицы, тело которой досталось мне.

– То насыплешь в постель Беатрис рис или просо. То пересолишь омлет и салат, то плохо простираешь белье и сорочки, отчего она покроется сыпью. Достаточно. – Начиная надвигаться на меня мрачной тенью, пророкотал брюнет, давая понять, что беседа закончена. – С клеймом пустышки ты моя собственность, Элеана. И давно пора эту собственность проучить.

Он охренел?

Я вытаращилась на мужика круглыми глазищами.

– Если вы так ненавидите жену, почему бы вам с ней не развестись? – Выкрикнула на эмоциях.

Свекровь холодно хмыкнула.

– Я предупреждала тебя сын, что она ненормальная. Но пять лет назад ты и слушать меня не стал.

Брюнет не сводил с меня своих ярко-зеленых глаз, заставляя искать объяснения всех творящихся вокруг странностей.

У людей не бывает такого насыщенного оттенка радужки. И зрачок. Почему он дрожит и то удлиняется как у змеи, то сужается как у обычного смертного?

– Не играй на моих чувствах, жена. Ты прекрасно знаешь, что дворянам запрещено разводиться. Этот указ издал еще дед нынешнего Императора.

Запрещено?

Что за идиотские правила?

– Не изображай святую невинность, - с недовольством рявкнул мужик, видя как меняется выражение моего ошарашенного лица. – Когда ты подписывала брачный договор, то была согласна со всеми пунктами.

Согласна?

Он издевается?

Нервное напряжение лопнуло внутри жаркой струной.

– А теперь передумала. И я подам на развод. Слышите? Вы оба. Нравится вам это или нет!

Подобрав неудобные юбки, я со всех ног рванула из пропахшей углем и древесиной кухни в коридор, подальше от брюнета и злобной тетки.