Развод с генералом драконов, или Беглянка с секретом

Глава 1

Шелковые простыни скользнули под пальцами, когда дверь распахнулась, впуская в комнату моего мужа.

Он никогда не стучал. Это было не в его характере.

В лунном свете, пробивающемся сквозь шторы, его лицо казалось высеченным из камня — волевое, жестокое. Прекрасное.

Его не портила ни редкая седина, ни шрам, рассекающий лицо.

Во мне что-то дрогнуло. Страх? Наверное. Но еще странное, почти забытое волнение. Он редко приходил ко мне. Наши ночи были холодной формальностью, исполнением долга, не более. Сегодня же в его глазах плескалось нечто иное.

На меня огненным взглядом глядел его зверь…

Смотрел, будто видя впервые. Крылья его носа раздувались, улавливая запахи в комнате. И, кажется, зверю нравилось то, что он чуял.

Дерган молчал. Я тоже не решалась нарушить тишину. Боялась. И его, и себя. Он подошел ко мне, нависнув сверху. Положил руку на изголовье кровати и изучал, скользил голодным взглядом по моему телу. Сердце ускорило свой бег, а когда мужчина наклонился, замерло в ожидании.

Он взял меня. Грубо, властно, не спрашивая разрешения.

Он имел на это право…

Его руки обжигали мою кожу, ломая последние остатки самообладания.

Я пыталась сопротивляться, но в его прикосновениях была такая первобытная сила, такая дикая страсть, что я не смогла.

Да и хотела ли?

«Он не любит тебя!» — кричал разум. Но тело помнило. Помнило силу его объятий, жар его поцелуев, терпкий запах его кожи. И я утонула в этой буре, в этой дикой, необузданной страсти, забыв обо всем на свете. На мгновение мне показалось, что он вновь мой. Только мой.

Я стонала, извивалась, пыталась вырваться из плена, но сильные руки держали крепко, не позволяя ускользнуть. Губы настойчиво целовали мою шею, спускаясь ниже, к груди, оставляя за собой дорожку мурашек и трепетного желания.

Жесткий, но в то же время нежный. Словно хищник, играющий со своей добычей.

Он и есть хищник.

Дракон.

Генерал нашей Империи.

Его прикосновения жесткие, но в то же время мягкие. Как будто он боялся меня сломать. Губы настойчивые, ласковые, требовательные. Они обжигали, заставляли забыть обо всем на свете.

И раствориться в нем…

Когда рассвет окрасил горизонт первыми красками, Дерган отстранился. Я села на кровати и натянула одеяло повыше, чтобы прикрыть наготу. Мне нечего было стесняться, это не первая наша ночь, но сейчас в его глазах не было нежности. Только холодная, безжалостная сталь. Словно сталь кинжала, ранившего в самое сердце.

И это заставляло нервничать.

— Я развожусь с тобой, — сухо заявил Дерган, застегивая рубашку.

Это стало сродни ледяному душу. Моргнула, думая, что ослышалась, но холодный взгляд, которым мой муж наградил меня, говорил об обратном.

— Что?.. — оторопело переспросила я.

— Ты меня услышала.

— Я не понимаю, мы же собирались…

— У меня будет ребёнок, — жёстко перебил меня он. — И он должен родиться в законном браке, дабы я мог дать ему свое имя.

Кровь отхлынула от лица. Ребенок…

Сколько раз я пыталась забеременеть. Как сильно хотела подарить своему мужу наследника, которого он так ждал. Ребенка, в котором будет течь кровь дракона. Но у нас не получалось. И вот теперь он будет. От другой.

Мне показалось, что в мое сердце на самом деле возили кинжал. Так больно стало, что на мгновение я забыла, как нужно дышать. Но лишь на мгновение.

— И ты так спокойно говоришь, что изменял мне? Как долго? — спросила я холодно, но голос предательски дрогнул.

— Тебя это не должно волновать, — сказал он, полностью одевшись. — Ты не смогла подарить мне наследника двенадцать лет. Драконы живут долго, но не вечно. Мне нужен наследник, и его родит другая. Император уже знает об этой ситуации и позволяет развод.

Сердце пронзило болью.

Позволяет…

Все в нашем мире было в руках драконов и императора. Даже личная жизнь, законный брак и развод.

Я знала, что Дерган не любит меня, что наш брак лишь формальность. Знала всегда. Но надежда — глупая, упрямая — все еще тлела в глубине души.

И сейчас она умерла.

— Как ты быстро все подготовил. — усмехнулась горько.

В глазах защипало, но я не покажу своей слабости. Не покажу, насколько сильно меня задели его слова.

— Я отправлю тебя в дом твоих родителей, — продолжил Дерган проигнорировал мою реплику. — Собирай вещи. Завтра утром ты должна уехать.

— Завтра? Но ведь скоро праздник, я думала, мы поедем вместе…

— Со мной поедет Майра, — отрезал он холодно. — Твоё присутствие в доме огорчит ее. Так что не заставляй меня повторять дважды, Агнесс.

Он ушел, захлопнув за собой дверь и оставив меня одну в холодной, пустой спальне. Снова одну. Как и раньше.

Мы не были истинной парой. Истинность в этом мире — подарок богов. Настолько редкое явление, что драконы носили своих половинок на руках, ценили, уважали и дорожили. Простые женщины тоже могли родить от дракона, но лишь от истинной ребенок наследовал всю мощь своего отца.

И получается, Дерган ее нашел?

Сердце рвалось на части, но я не позволила себе заплакать. Слезы — удел слабых, а я жена генерала. Пусть и почти бывшая. Но я должна быть сильной.

Поднявшись с постели, я подошла к небольшому столику у окна. Там среди флаконов с духами и шкатулок с украшениями, стоял маленький, невзрачный пузырек из темного стекла. В нем плескалась густая, зеленоватая жидкость.

Это мой последний шанс…

— Это был пузырек с ядом, который предназначался любовнице её мужа. Она взяла его, коварно улыбнулась, прошла к двери и вышла в темный, холодный коридор, чтобы сотворить своё злодеяние. Ну как, Елизавета Петровна, вам понравилось?

Я несколько раз моргнула, чтобы прийти в себя. Пока Катерина читала свой рассказ, мне показалось, будто я была там. Видела все собственными глазами, пережила измену мужа…

Что за наваждение?

— Мрачновато, — сказала я, встала и собралась задвинуть за собой стул.

Глава 2

Голова раскалывалась на части. Звон в ушах все ещё стоял.

Ох, видимо, знатно меня приложило. Наверное, я упала и головой ударилась. Хорошо, что рабочий день закончился, представляю, как малыши испугались, если бы это случилось днем.

Открыла глаза, думая, что увижу перед собой белые стены больницы, но… это была не больница.

Балдахин из тончайшего шелка, резиной потолок, вышитые золотом подушки и огромная кровать подо мной…

Где это я?

Я огляделась. Комната была роскошной. Тяжелые бархатные портьеры, резная мебель из темного дерева, камин, в котором плясали язычки пламени. И каменные стены.

За дверью раздавались приглушенные голоса, переходящие в ругань. Что-то с грохотом упало, и я вздрогнула. Сердце бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди. Инстинкт самосохранения кричал об опасности. Ещё бы понять о какой.

Я попыталась сесть, но боль пронзила низ живота. Боже… ощущение было такое, словно меня всю ночь использовали. Мышцы ныли, кожа горела… что здесь вообще произошло? Я осмотрела себя и… замерла.

Это была не я. Совсем не я.

Тонкий стан, бархатная кожа, высокая грудь, которую едва прикрывала кружевная сорочка. Ни лишнего веса, ни одной морщинки… И длинные темные волосы, спадающие по бокам.

Это сон? Или бред умирающего?

Дверь распахнулась с такой силой, что чуть не слетела с петель, заставив меня вздрогнуть. На пороге стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, с длинными черными как смоль волосами с проседью, падающими на суровое, по-своему красивое лицо. Но больше всего в глаза бросался шрам, пересекающий его левую щеку от виска до подбородка.

Он был зол. Нет, не просто зол — в его черных плескалась ярость, способная испепелить все живое.

Мужчина шагнул ко мне, и я невольно отшатнулась, съеживаясь под тяжелым взглядом.

— Ты! — прорычал он, хватая меня за руку с такой силой, что я вскрикнула от боли. — Ты отравила её! Из-за тебя она потеряла ребёнка!

Я попыталась вырваться, но он держал мёртвой хваткой. В его глазах пылала такая ненависть, что мне стало по-настоящему страшно.

— К-кого отравила? — пролепетала я, пытаясь вырваться из его хватки.

— Не притворяйся бедной овечкой, — крикнул он, придвигая меня ближе и опаляя жаром своего тела. — Решила играть по своим правилам? Решила, что на тебя никто не подумает? Отвечай!

— Н-нет…

Что-то ведь надо ответить, хотя я вообще ничего не понимала.

— Ты знала, что Майра беременна, — хватка на моей руке стала невыносимо сильной. — Беременна моим ребенком. Драконом! Ребенком, которого ты не смогла подарить мне за двенадцать лет совместной жизни. Знала и сделала самую гнусную подлость, на которую была способна!

Он схватил меня за волосы, сжав их в кулак. Я не вскрикнула только от страха, — лицо мужчины исказила гримаса ярости.

— Как знал, что нельзя было поддаваться эмоциям и спать с тобой. Ты недостойна любви. Недостойна называться моей женой. Ходить рядом, жить и дышать!

Он втянул носом воздух, будто запоминая мой запах. Его глаза засветились, зрачок вытянулся, а на коже начали поступать чешуйки.

Господи боже, кто это?..

Мужчина мотнул головой, словно отгоняя наваждение, и с силой швырнул меня на пол. Я ударилась спиной о твердый камень. Боль пронзила все тело.

— П-погодите, — пролепетала я, пытаясь встать. — Послушайте, я не…

Но он не слушал. Наступил на край сорочки сапогом, не давая мне подняться.

— Стража! — крикнул он. В комнату тут же ворвались двое мужчин в черных доспехах. — Заприте ее в темнице. Пусть гниет там до скончания своих дней. Я хотел расстаться по-хорошему, Агнесс, но теперь ты ответишь за все. Дорогая.

Стражники проигнорировали моё сопротивление, словно я была не человеком, а вещью. Подхватили под руки и поволокли по коридорам. Прямо так, в чем была: тонкой сорочке и босую.

— Предательница… убийца… — шипели вслед слуги, словно ядовитые змеи.

Конечно, обвинять легко. Но похоже, хозяйку моего тела в этом доме явно недолюбливали. Людей в коридорах было не очень много, но не встретила ни одного сочувствующего или понимающего взгляда, одна сплошная ненависть. Кажется, дай им в руки камни или помидоры, они бы с удовольствием кидали их в меня.

Ей-богу, как в средневековье.

Внезапно, впереди возникло движение. Какой-то мужчина в длинном балахоне и копной спутанных седых волос, запыхавшийся и взволнованный, преградил путь конвою.

— Ваша Светлость! — выпалил он, обращаясь куда-то мне за спину, — Подождите. Есть вероятность, что ваша супруга может быть беременна! Я посчитал по звездам, что прошедшая ночь особенная для зачатия!

Его слова обрушились на меня, словно ледяная лавина. Страх парализовал. Ребенок? Я могу быть беременна?

Время словно замерло. Стражники остановились и вместе со мной обернулись на моего «мужа».

Скорее, на моего палача.

Я видела его впервые, но уже чувствовала, как меня пробирает дрожь от одного его взгляда.

— Не неси чушь, Эдвин, — процедил он сквозь зубы. — Двенадцать лет она грела мою постель и ни разу не забеременела. Значит, это не мое отродье. И если это так, я вырежу его из нее так же, как она убила мое дитя!

На этих словах на меня словно ушат ледяной воды вылили. Вырежет?

Боже, это не человек. Это монстр.

Нет уж, если я действительно окажусь беременной, он не достоин называться отцом ребенка. Кто угодно, но только не он. И я не дам этому монстру ничего с ним сделать!

— Ты не посмеешь, — сказала я жестко, глядя на это чудовище. — Я не позволю тебе этого сделать.

Он недобро сощурился.

— А я не спрашивал твоего мнения, дорогая. Отныне ты здесь никто.

В глазах палача мелькнула тень сомнения, когда он увидел мой взгляд, но тут же погасла. Он кивнул страже.

— В темницу её! И усилить охрану.

— Надеть на нее магические наручники? — спросил один из стражников, державших меня.

Супруг окатил меня презрительным взглядом.