Развод. Собирая осколки души

Глава 1.

— Понимаешь… Он изменил мне с моей сестрой! Разве так можно? Она так мило улыбалась, приходила к нам часто… А потом… Потом… Застала их в нашей спальне! — жаловалась мне подруга со слезами на глазах.

Рита разрыдалась на моем плече. Кто бы мог подумать, что ее муж Николай на такое способен! Они прожили семь лет вместе. Двое детей, машина, своя квартира. Что еще надо для счастья? Оказывается Николаю не хватало еще одной женщины.

— Тише, тише. Успокойся. У тебя тушь потекла, — сказала я, не зная, как утешить.

— Почему твой муж никогда тебе не изменяет? Почему у меня всегда все плохо? — опять начала рыдать подруга.

— Тимуру некогда изменять. Он на двух работах работает, — сказала я.

— Почему? Что я не так делала? Хочешь квартиру, пожалуйста. За ипотеку даже уже рассчитались… Хочешь машину, получи! В кредит взяла, осталось еще два года платить... Хочешь детей, подарила ему двоих… А ему все мало!

Рита перешла на хрип. Видно сорвала голос, когда ругалась с мужем и выгоняла из дома свою сестру-разлучницу.

— За что мне такое, Надя? Что скажут родственники? Что дети подумают!

— Так! Успокойся, — я занервничала.

Истерика у Риты не проходила. У нее опухли глаза, покраснел нос. Она всхлипывала, как маленький ребенок, потерявшийся в супермаркете. Я обняла ее и крепко прижала к себе.

— Ну, тише, тише… Все будет хорошо. Разберемся. Может, это какая-то ошибка? Может, ты что-то не так поняла?

Рита отстранилась и посмотрела на меня воспаленными глазами.

— Какая ошибка? Я ее, эту размалеванную куклу, своими глазами видела! В нашей спальне! На нашей кровати! Он еще и врал мне в глаза, говорил, что у него задержка на работе, что он занят!

Я понимала, что сейчас любое мое слово может быть воспринято в штыки. Лучше помолчать и дать ей снова выговориться. Эмоции должны выйти наружу. Но что-то подсказывало мне, что в этой истории не все так просто. Николай всегда казался мне любящим мужем и отцом. Неужели он мог так поступить с Ритой?

Мы сидели с ней на диване у меня дома. Было девять часов вечера и мне хотелось спать. Муж задерживался на работе.

— А почему твоего нет еще? — вдруг опомнилась Рита. — Ты его проверь, что делает так поздно. Жучка поставь в телефон.

— У него две работы. Сейчас он как помощник фотографа на свадьбе. Думаю через часик приедет… Если хочешь переночевать, то он будет не против.

— Да… Я лучше у вас останусь. Дети у родителей, а Николая я больше видеть и слышать не хочу.

— Вот и славно. Давай по чайку и спать? — сказала зевая во весь рот.

— Как ты можешь спать, когда у меня такое горе! Но от чая не откажусь, завари травяной, пожалуйста… Тот, что мы привезли с отдыха на Алтае.

— Да, сейчас.

Я встала и пошла на кухню. Заварила ароматный чай с травами. Запах ромашки, чабреца, смородины, зверобоя, душицы и шиповника разлетелся по всей квартире.

— Этот аромат меня так успокаивает, — сказала Рита, вытирая слезы.

— А ты своего Тимура все же проверь. А то живешь с изменником и не знаешь… Как я.

— Нет… Этого не может быть. Мы поженились недавно. Какие могут быть любовницы?

— А когда приходит домой от него пахнет духами? Помаду проверяла на рубашке? Трусы проверь, там тоже могут быть следы. И еще один хитрый способ есть определить мужа изменника. Знаешь какой?

Рита недоверчиво посмотрела на меня. Ее потухшие глаза говорили о пережитом опыте.

— Ну говори уже, не томи! — не выдержала я.

— Нужно незаметно подсмотреть, с кем он переписывается в телефоне. Или… Можно установить специальную программу-шпиона. Благо, сейчас этого добра навалом. Будешь видеть все его звонки, сообщения, геолокацию. Как на ладони будет.

Шпионить за любимым… Это казалось таким грязным и унизительным. Но мысль о возможной измене стала закрадываться в сердце и понемногу жечь.

— Слушай! Ты со своими разговорами меня запутала совсем! Не собираюсь я следить за Тимуром. Он не изменяет мне и точка!

— Ну, ну. Только помни, что я тебя предупреждала. Потом, чтобы не плакала как я.

Рита встала со стула, подошла к окну и уставилась в темноту улиц. А у меня подступил комок к горлу. Теперь мне не будет давать покоя мысль: "А вдруг она права?".

Мне вдруг вспомнились все его задержки на работе, новые духи, которые он якобы купил себе.

— Ладно, — тихо проговорила подруга, не отрываясь от окна. — Допустим, ты его считаешь святым. Но надо свыкнуться с мыслью, что рано или поздно он пойдет у тебя на лево… Может тебе развестись с Тимуром пока у вас детей нет?

— Не говори бред! Для развода нужны причины. Еще раз говорю: Тимур мне не изменяет. Не нужно всех мужиков теперь винить.

— Ты такая наивная, как я когда-то! Помнишь я говорила, что мы с Николаем теперь будем жить до старости? А теперь посмотри, что с нами стало. Завтра же пойду подавать на развод.

— Подожди… Может ты его простишь? Он тебе один раз изменил. Может он больше не будет?

— Смеешься? Как я теперь с ним спать буду? Каждый раз буду представлять, что его стрела была в этой вертихвостке… Фу! Как представлю, так плохо становится.

Я тоже вздрогнула от отвращения, даже несмотря на то, что ситуация касалась не меня. Представила себя на месте подруги и похолодела. Неужели измена действительно оставляет такой отпечаток, что даже физическая близость становится невозможной?

— Как жаль. Николай такой хороший отец. Может ради детей простишь его?

— Ну не могу я! Ты не понимаешь, это не просто измена. Это предательство всего, во что я верила. Всех наших планов, мечт… Он растоптал все.

Слова утешения казались пустыми и банальными. Рита сама должна решить, что для нее важнее: сохранить семью ради детей или освободиться от боли и начать новую жизнь.

— Я знаю, что детям будет тяжело, — продолжила она, всхлипывая. — Но я не смогу притворяться. Не смогу улыбаться ему, зная, что он делал. Я буду только мучиться, и дети это почувствуют. Лучше пусть видят несчастных родителей порознь, чем вместе, но фальшивых. Мы же будем теперь как кошка с собакой. Зачем нашу ругань и ссоры слышать детям?

Глава 2.

Мы услышали в квартире звук, как будто кто-то ковыряется ключом в замочной скважине.

— Это что? Воры? — замерла в ужасе Рита.

— Тимур пришел. Он всегда в это время приходит, — усмехнулась я.

— О! Привет, привет! — сказал Тимур, открыв наконец дверь. — Замок что-то плохо срабатывает. Еле открыл. Завтра нужно смазать.

Он положил на тумбочку свой фотоаппарат, снял пиджак и бросил на кресло.

— А что не спите? Что-то случилось? — спросил он, увидев заплаканные глаза Риты.

— Муж мне изменил с моей сестрой! — опять зарыдала подруга, закрыв лицо руками.

— Ничего себе новость… Выгони его к чертовой матери и с сестрой больше не общайся.

— Я… я уже все ему высказала, — сказала Рита, вытирая слезы, стараясь успокоиться. — Он пытался оправдываться, говорил, что это ошибка, что любит только меня.

— Тебе нужно успокоиться и выспаться… А я пойду в ванную. Ничего себе, ну Николай! Не ожидал от него, — удивлялся муж, по ходу снимая с себя рубашку и брюки.

— Раздевайся в ванной! — крикнула ему. — Стриптиз тут не устраивай перед нами.

— Ладно, — задумчиво ответил Тимур.

Когда он ушел мыться и мы услышали звук льющейся воды, Рита села рядом со мной и заговорщически прошептала:

— Давай посмотрим, что он снимает на фотик. У нас такой же на работе есть. Снимаем корпоративы и мероприятия всякие.

— И зачем? Я никогда не смотрю без спроса его снимки.

— И зря! А что если, — подруга вскочила с места и схватила фотоаппарат. — Что если там мы найдем на него компромат?

Рита с увлечением стала листать фото. Но потом замерла и стала бросать на меня вопросительные взгляды.

— Подруга! А что это такое? Ты ее знаешь? — спросила она меня.

Пришлось встать с дивана из-за любопытства и посмотреть, что она увидела такого, что заставило ее так насторожиться. Экран показывал серию снимков, сделанных, судя по всему, недавно. На них была какая-то блондинка в красивом платье.

— Смотри сколько фотографий с этой красоткой. Ты ее знаешь?

— Нет, — с замиранием в сердце ответила я.

Рита продолжала листать фото и на последних снимках мы увидели ее в мужской рубашке на голое тело. Это были почти откровенные фотографии. Во всяком случае мне так показалось.

— А это что такое? Почему она в рубашке твоего Тимура?

— Да нет… Это не его рубашка наверно.

— Он сейчас ее снимал. Смотри.

Рита побежала и схватив на стуле рубашку мужа, принесла ко мне.

— Смотри, — повторила она, приблизив к моему носу его рубашку. — А теперь смотри на фотографии. Видишь теперь схожесть?

И правда. Блондинка была в одежде мужа. Тогда в чем был он? Почему разделся и отдал свою рубашку ей?

Сердце бешено заколотилось. Глупая, наивная я! Как могла не замечать очевидного? Конечно, это его рубашка. Рита не унималась, пытаясь достучаться до меня, вывести из оцепенения.

— Эй! Слышишь меня? Почему он разделся перед ней? Такие откровенные фото сделал. Для чего? Может…

— Хватит! Я уверена, что ничего такого не было и есть разумное объяснение, — пыталась говорить спокойно.

— Ну как же! — усмехнулась подруга. — Тимур наставляет тебе рога, а ты все никак не поверишь. Какие еще тебе нужны доказательства?

Когда тебе говорят одно и то же и постоянно повторяют, то начинаешь думать, что это правда. Для Риты тема измен стала триггером и она неосознанно пыталась привить ее и мне.

Я понимала, что нельзя расстраиваться и принимать за правду не проверенные ситуации, но внутри все похолодело и тревога начала разъедать меня изнутри. Слова Риты, словно ядовитые семена, проросли в моем сознании, пуская корни сомнений и подозрений. Я старалась гнать их прочь, убеждать себя в абсурдности ее предположений, но уже было поздно.

Когда Тимур вышел из ванной, Рита молча встала и пошла в гостиную, где я ей постелила.

— Тимур! — протянула я.

— Что, любимая?

— А что это за фотографии?

— Какие? — открыв холодильник сказал муж.

— Хватит говорить так, как будто ты ничего не понимаешь, — мои нервы начали сдавать и я повысила голос.

— Да что не так с фотографиями? Я же просил тебя не брать фотоаппарат. Он очень дорогой. Мне потом за него не рассчитаться перед другом.

— На фотографиях какая-то блондинка в твоей рубашке! — мой голос задрожал и я почувствовала как слезы проступают из глаз.

— Не понимаю о чем ты! Ну покажи, что за фото… Зачем так нервничать?

Я принесла ему фотоаппарат и дрожащими руками показала то, что меня удивило и нарушило мой покой.

— Виктория! Знакомая моего друга… Тут она хорошо получилась, — задумчиво произнес муж, листая фотографии.

— Что? Ты так спокойно говоришь, что она хорошо получилась в твоей рубашке?

— Рубашке? — Тимур внимательно посмотрел на фото, а затем сдвинув брови задумался. — Ах, да! Это же не я фотографировал. Это мой друг Игорь делал сегодня фотосессию.

— И почему она в твоей рубашке? — не унималась я, раздражаясь все больше и больше.

Тимур засмеялся, поглядев на меня в упор. Он положил фотоаппарат на стол и обнял меня.

— Ах ты! Моя ревнивая жена! — сказал он ласково и погладил по щеке. — А знаешь, мне даже нравится!

— Тимур, я сейчас взорвусь! Отпусти, — стала отталкивать его.

— Да рубашка-то моего друга! Ты сама нам дарила одинаковые на 23 февраля! Забыла что-ли? Это он ее фотографировал и дал свою рубашку.

Я призадумалась и все вспомнила. Действительно, тогда, выбирая подарки, я решила, что прикольно будет подарить им одинаковые рубашки. Тем более, что ребята были лучшими друзьями и часто проводили время вместе. Я еще тогда пошутила, что они как близнецы-братья с одним фотоаппаратом.

Смущение волной накрыло меня. Как я могла так сразу накинуться на Тимура? Ревность сыграла со мной злую шутку, затуманивая разум. Мне стало стыдно за свою несдержанность и глупые подозрения.

— Прости, — пробормотала я, опустив глаза. — Я не подумала… Просто увидела ее в этой рубашке и сразу…