Развод. Я к тебе не вернусь

Глава 1

— Ксюш, ты посмотри на себя! Тебя же разнесло, как… как… Ну что ты, сама не замечаешь, что ли? — Слава сдерживает обидные слова из последних сил. Мне кажется, я даже вижу, как они встают ему поперек горла.

— Ты преувеличиваешь размер трагедии, Слав, — угрожающе сужаю я глаза, показывая, что муж ходит по опасной грани. — Пять килограмм — это еще даже не первая степень ожирения.

— Так тебе до нее недалеко осталось. Будешь продолжать есть после шести, получишь и ожирение как бонус, — презрительно бросает он. А у меня уже чешется ладонь, чтобы отвесить ему пощечину.

— Слав, ты если поругаться хочешь – говори. Мне тоже есть, что предъявить, — складываю руки на груди, чтобы хоть как-то отгородиться от той боли, что приносят мне слова любимого мужа.

— Да на что тебе жаловаться, курочка моя? — он в возмущении всплескивает руками. — Ты дома сидишь уже сколько? Шесть лет? Или семь?

— Тебе напомнить чьими молитвами у нас так повелось? — меня начинает откровенно подташнивать от этого разговора. Еще и обращение это унизительное. Я много раз напоминала Славе, так меня не называть. Но он будто бы не слышит меня.

— Да ты не слишком-то и сопротивлялась, — фыркает он.

— То есть тебя не смущает, что у меня был выкидыш, а после него я долго восстанавливалась? — начинаю ощущать, что теряю контроль. Эта тема навечно в моем сердце. Боль от потери ребенка – это как родимое пятно на теле. Она всегда с тобой. — Тебе, конечно же, плевать на то, через что мне пришлось пройти. Ты же у нас «денюжку», — передразниваю я его любимым словом, от которого лично мне мерзко, — зарабатывал в момент, когда из меня вытаскивали нашего мертвого сына. Знаешь, Славочка, а ты прав, родной. Засиделась я дома. Пора бы, наверное, мне и работу искать.

Я фурией вылетаю из кухни, которая в очередной раз стала свидетелем безобразной семейной ссоры.

— Ксюш! Подожди! — несется мне вслед. — Ну я не то имел в виду. Ксюш!

А я не хочу его слышать. Залетаю в ванную комнату и с размаха хлопаю дверью. Закрываю замок. И вот, наконец, одна. Открываю кран и медленно, обессиленно опускаюсь на коврик у ванны. Ненавижу. Я ненавижу саму себя. Ненавижу ту, кем стала.

Вокруг меня всегда кипела жизнь. Раньше я любила быть в центре внимания. В институте была одной из первых в творческой тусовке: посвящение в студенты, студвесна и прочие праздники никогда не обходились без меня.

Но на последнем курсе со мной случилась неприятность. Я влюбилась. Ох, ну почему я тогда не послушалась Лизу! Она умоляла пойти с ней домой. Но меня уже увлекли синие глаза незнакомца. Он был высоким, статным, в модной однотонной рубашке синего цвета с закатанными до локтей рукавами и черных джинсах. Челка по-модному зачесана наверх, на запястьях кожаные браслеты. Горько фыркаю про себя. Если бы я тогда знала…

Но ко всем словам я была слепа и глуха. Меня даже не насторожили его родители. Хотя уже тогда стоило обратить внимание на то, как пренебрежительно отец обращался к матери Славы.

— Ксюш, ну хватит уже строить из себя оскорбленную невинность. Я… это, не то имел в виду, — Слава, как шелудивый кот, скребет дверь. — Дай пожрать чего-нибудь. Чет желудок сосет.

Это становится последней каплей в чаше моего терпения. Я рывком поднимаюсь с пола и одним решительным движением открываю дверь.

— Кухня знаешь где. Холодильник и микроволновку, думаю, отыскать тоже сумеешь, — разъяренной фурией рычу ему в лицо. — А я устала и хочу спать!

— Э-э-э, Ксюш! Че за дела?! Я ж сказал, жрать хочу. Ты, как приличная жена, обязана меня накормить! — летит мне возмущенное в спину.

Но плотину моих чувств уже прорвало. И дабы не наделать дел, я несусь в нашу с мужем спальню, хватаю одеяло с подушкой и направляюсь прямиком в соседнюю комнату, которая до сих пор таит в себе самую сокровенную надежду.

Когда случилась замершая беременность, я сутками просиживала на полу возле деревянной кроватки молочного цвета. Держала смешного зайца с длинными ушами, которого купила для моего сыночка, и глотала горькие слезы утраты. Снова и снова тогда в моей голове возникал вопрос: что я сделала не так? Почему мое тело отвергло маленькую жизнь? Врачи в один голос твердили: «Вы молодая. Поверьте, еще родите и не одного ребенка». Но мне не нужны были другие дети, я хотела свою крошку обратно под сердце.

В горе я оказалась совершенно одна. Слава просто пожал плечам. И сказал примерно то же, что и врачи: не этот ребенок, так другой. Когда мой муж превратился в мужчину, для которого совершенно не важны чувства его жены? Горько усмехаюсь про себя. «Да он всегда таким был. Только ты, дура, глаза на это закрывала».

До ушей долетает какое-то бормотание. Я не могу разобрать слов, но что-то в тоне Славы заставляет одним рывком подняться с постели и на цыпочках подкрасться к двери. Сердце бьется как сумасшедшее. В голове неоновой вывеской начинает вспыхивать озарение. Я не готова принять до конца эту реальность. Просто отказываюсь верить ушам.

— Дианочка, котенок, ну я сейчас не могу к тебе примчать, — он едва в трубку не мурлычет. — Да моя чет взбеленилась. Уеду — заподозрит. Что ты говоришь? О-о-о, ты в чулочках и без трусиков? Сладкая девочка хочет поиграть?

Меня сейчас вырвет. Он… Мне изменяет?!

Глава 2

Остальное бормотание Славы сливается для меня в один бессвязный звук. Сердце, как бешеное, бьется в грудной клетке. Уши закладывает, на глаза наворачиваются слезы. Как я могла такое допустить? Как могла позволить ему превратить свою жизнь в жалкое услужение мужу?

«Да, Ксюша. Ты сама виновата, что такому хорьку, как Слава, удалось получить над тобой власть», — отчитываю себя в душе. Я, как могу тихо, возвращаюсь в постель и сворачиваюсь клубочком на краю. От подушки мужа отодвигаюсь на максимальное расстояние, надеясь теперь уже ни одной клеткой не соприкасаться со всем, что с ним связано.

Спустя минут двадцать муж возвращается в спальню. Ложится рядом. Его ладонь ласково ведет вверх, собирая подол ночной сорочки. Намерения Славы более чем ясны. К горлу неожиданно подбирается горький противный комок тошноты, который я не в силах сдерживать. Поэтому я резко откидываю одеяло и несусь в уборную, где меня выворачивает наизнанку. В душе мерзко, как будто кто-то нагадил в нее. Хотя почему как будто? Все оказалось вполне себе реально.

— Ксюш? — Слава стоит в дверях туалета и недоуменно, даже с какой-то долей гадливости, смотрит на мое бледное лицо.

— Закрой дверь с обратной стороны, — неожиданно рявкаю на него. Очевидно, что такой реакции он тоже не ожидал, поэтому лишь пожимает плечами и прикрывает дверь.

Кое-как собираю себя по частям. Поднимаюсь с небольшого коврика и подхожу к раковине. Благо туалет у нас совмещенный, хотя порой «заседания» Славы раздражают до зубного скрежета. Открываю кран и плещу в лицо спасительной прохладной водой. Поднимаю голову и тупо пялюсь в зеркало, откуда на меня смотрит уставшая, бледная женщина. Темные пряди волос выбились из небольшого пучка, который я успела соорудить, пока неслась в ванную. Серые глаза пытаются увидеть в отражении былую красотку, которая еще в институте привлекала взгляды парней.

Я поворачиваюсь к двери и щелкаю замком, чтобы у Славы снова не случился приступ праздного любопытства и он не решил проверить жива ли я еще. Хотя, думаю, долго горевать он не станет. У него же любовница без трусиков. Горько хмыкаю и одним движением сбрасываю с себя ночную сорочку. Отойдя подальше, начинаю рассматривать собственное тело.

Нужно признать: у меня есть проблемные места. Живот уже давно не плоский. Он еще помнит, что был колыбелью для маленького существа. Да и последующее гормональное лечение оставило свой отпечаток. На боках тоже виден лишний жирок. Полная грудь выглядит уже совсем не так браво, как это было раньше.

— Ксюш, ты там долго еще? Мне в туалет надо, — снова слышится из-за двери голос мужа.

В голове я снова и снова прокручиваю его фразу. «Мне в туалет надо». Ни «как ты там»? Ни «нужна ли тебе помощь»? Ни «я сейчас врача вызову»! Нет. Славе просто нужно в туалет. На моих губах вдруг расплывается задорная улыбка. Я не сдерживаюсь и фыркаю от смеха. Снова надеваю сорочку и открываю дверь. Муж в одних боксерах стоит, уперев руки в бока, и недовольно хмурится.

— Чего так долго? Ну тошнит, я понимаю. Иди таблеточку выпей какую-нибудь. Пройдет. Ты же не одна здесь живешь, — бурчит он.

Не считаю нужным что-то ему отвечать. Мило улыбаюсь, обхожу по широкой дуге, чтобы ни в коем случае не дотронуться и иду к нашей кровати. Забрав подушку с одеялом, ложусь на диван в зале. Когда муж направляется в нашу спальню, я уже жду, готовая к его возмущениям. И он оправдывает мои ожидания. В уме отсчитываю: раз, два, вуаля!

— Ксюша! Ты какого хрена ушла из спальни? — он врывается в зал, как демон возмездия. Из его ноздрей едва пар не валит. А мне весело. Его вид кажется настолько комичным, что мне лишь чудом удается сдерживать смех. Кажется, это у меня истеричное.

— Ну так ты ж сам сказал: выпей таблеточку, авось полегчает. Вот. Выпила. Теперь жду, когда придет то самое облегчение, — хмыкаю я.

— А что, в супружеской постели ждать нельзя? — он даже руки на груди сложил, стараясь казаться еще более грозным. По его мнению, конечно. А я вдруг обращаю внимание, что у него самого появился лишний жирок на животе. Бицепсы уже не такие внушительные, какими были в институте. Раньше Слава строго занимался пять раз в неделю в тренажерном зале, но в последние годы обленился. Якобы были дела поважнее.

— Так могу же тебя потревожить, Слав. Ты иди, — я киваю в сторону двери. — Меня что-то опять тошнит, — конечно же, я лукавлю. И очень хочу добавить, что приступ недомогания у меня связан именно с ним. С его лживостью и двуличием. Однако приходится благоразумно сдерживаться и молчать. Еще придет время.

Он уходит не сразу: сверлит меня недовольным взглядом, думая, что я все-таки подчинюсь. Но, так и не дождавшись от другой реакции, уходит ни с чем. И только в этот момент я свободно выдыхаю. Облегченно заваливаюсь на подушку, беру в руки сотовый. Нужный контакт находится быстро.

«Спишь?» — задаю первый вопрос. На часах уже два часа ночи, и по идее лучшая подруга должна видеть десятый сон.

«Пф-ф-ф-ф, ведьмы в такое время не спят», — прилетает мне в ответ.

«Опять холодильник разоряешь? А что скажет твой тренер, когда узнает?» — подкалываю я Лизу.

«Кто ж ему скажет? ;)», — задорно подмигивает она.

«Я?» — дразнюсь в ответ.

«Ойййй, я тя умоляю! Она расскажет! Вестерская, ты сначала туда дойди! А то «Славочка заругает», — стебет она меня. Но, как бы мне ни было обидно, а Лизка права. Я слишком многое делала с оглядкой на Славу. Наверное, со стороны смотрелось это действительно жалко.

Визуализация

Вестерская ксения Игоревна. 28 лет.

Калинко Елизавета Андреевна. 28 лет. Лучшая подруга главной героини.

Вот такие у нас шикарные девочки :))

Боско Евгений Альбертович 38 лет. Мужчина нашей Ксюши

Глава 3

Молчание подруги пугает.

— Ли-и-за, — еле слышным шепотом тяну в трубку.

— Да подожди ты, — шипит она в ответ.

— Ты что делаешь? — на том конце раздается какое-то шуршание, а потом характерный звук выдергивания пробки из бутылки.

— Праздную! За тебя, подруга! И за твои наконец-то открывшиеся глаза, — кажется, она делает щедрый глоток чего-то игристого, потому что в следующую минуту начинает сильно кашлять. — Алкоголь – это не мое, давно поняла. Но за твой очнувшийся после летаргического сна мозг я не могла не выпить.

— Нашла время праздновать, — шутливо бурчу я. А у самой от приятного волнения начинают порхать бабочки в животе. — Ты время вообще видела?

— Странно, что подобный вопрос ты задаешь только сейчас, а не перед тем, как звонить посреди ночи.

На такой насмешливой ноте мы общаемся еще некоторое время. А потом захмелевшую подругу все-таки крадет у меня сон. Я же, кажется, вообще глаз не смогу сомкнуть.

Еще каких-то полгода назад я не представляла своей жизни без Славы. Да, муж периодически обижал меня словами, особенно в моменты, когда принимал лишнего на грудь, но я терпела… А теперь не могу самой себе ответить на самый простой в этом мире вопрос: ради чего?

Когда я потеряла нашего ребенка, Слава обвинил во всем меня. Сказал, что я себя не берегла, что много ела, когда нужно было поумерить свои аппетиты. Ведь врачи говорили, что, если я слишком много наберу, то могу убить своего ребенка. Тогда-то муж и нанес мне сокрушительный удар: произошло то, о чем меня предупреждали.

Я плохо помню то время. После жестоких слов у меня случился нервный срыв. Мои мысли тогда скатились до самого страшного. Какое-то время я даже лежала в психо-неврологическом диспансере. Слава тогда знатно перепугался. А теперь задаюсь вопросом: его испуг был связан с тем, что я была практически на грани, или он просто переживал за свой комфорт и что ему завтрак некому подавать?

Сон наконец утягивает меня в свои владения. Однако не приносит долгожданного облегчения. Всю ночь меня одолевают тревожные видения, в которых я постоянно от кого-то убегаю. Когда на часах уже пять утра, я с облегчением осознаю, что можно встать и принять горячий душ, чтобы хоть как-то взбодриться. Но оказывается, этой ночью не я одна бодрствовала больше, чем спала.

Выхожу из ванной в одном полотенце, думая, что Слава еще видит десятый сон, и в дверях сталкиваюсь с мужем. Мы замираем друг напротив друга.

— Ксюш, — хрипло произносит он. В его глазах тягучее желание. И его сложно не прочесть в потяжелевшем воздухе. Он идет на меня тараном. Я же на какое-то мгновение застываю мышкой перед огромным питоном. Но. Нет! Секса с ним мне сейчас не хочется уж точно. А по ноткам в голосе его мысли более чем очевидны. «Что, любовница завела, а разрядку получить не удалось?» — мелькает в голове.

— Нет, — спокойно, но твердо произношу в тишине сумрачного коридора.

— В смысле? — он даже спотыкается о невидимое препятствие.

— В прямом, Слав. «Нет» обычно означает чье-то несогласие. Попробуй в словаре Даля поискать значение, — язвлю я и с прямой спиной решаю пройти мимо мужа.

— Ты мне отказывать вздумала? — он больно хватает меня за локоть и дергает на себя. — Не боишься, что буду развлечения на стороне искать?

Как же хочется рассмеяться ему в лицо и сказать, что он уже вполне справляется с этой невыполнимой задачей. Но пока рано озвучивать свои догадки. Остается вспомнить студенческие времена, когда о мой острый язык резались самые отъявленные ловеласы института.

— Я тебя хочу! — он пытается сорвать с меня полотенце, обхватывая за талию другой рукой. — Ты обязана удовлетворять мои потребности, как это делает покладистая жена.

Если начну с ним бороться, сделаю только хуже. Он выше и сильнее меня. Поэтому расслабляюсь и лениво произношу:

— Смотрела вот сейчас на себя в зеркало и, знаешь, кажется я набрала еще пару кило. Уверен, что хочешь толстую корову в своей постели?

Слава неожиданно сникает. Поверить не могу, ему, что, стыдно?

— Ксюш, ну я ж по доброте душевной сказал тебе про фигуру. Ну это же здоровье! Сама потом жаловаться начнешь на суставы и давление. А это обязательно будет, если ты не прекратишь есть.

«Жаловаться на суставы и давление я буду, если не разведусь с тобой. И продолжу, как и прежде, делать все от себя зависящее, чтобы твоя жизнь оставалась максимально комфортной. Пока ты в этом время развлекаешься с очередной любовницей», — едва не выговариваю ему.

— Да, Слав, — даже киваю, вроде как соглашаясь с ним, — конечно, же ты прав, милый. Но сейчас я чуть-чуть на тебя обижена. Дай переварить, а вечером устрою тебе романтик. — «Ага. Позвоню от Лизки и сообщу, что ушла от тебя, такого замечательного».

— Обещаешь? — он ведет носом по моему виску, глубоко вдыхая мой запах. Бр-р, а раньше меня заводил этот жест. Теперь же его касания неприятны до тошноты.

— Конечно, дорогой, — ладошкой похлопываю по его щеке, чем явно обескураживаю мужа. Но он все же отпускает меня. Я изо всех сил стараюсь не ускорять шаг, пока иду в нашу комнату.

Щелчок замка дает понять, что наконец-то мы разделены хоть каким-то препятствием. В семь утра Слава уже должен выходить из дома, поэтому мне срочно нужно придумать, каким образом провести эти два часа отдельно друг от друга. На ум не приходит ничего лучше, чем натянуть спортивный костюм, кроссовки, взять наушники и уйти в ближайший парк под предлогом побегать.

Глава 4

Весенний утренний воздух ощущается по-особенному. В нем чувствуется зарождение нового начала, новой жизни. Природа после долгого сладкого сна под мягким покровом зимы потихоньку просыпается, потягивается и готовится к тому, чтобы радовать людей свежей зеленью листвы, ярким мягким солнышком и теплыми вечерами.

Я впервые воспринимаю мир иначе. Мне кажется, что краски становятся насыщеннее, а люди уникальны каждый в своем роде. Вход в парк начинается с арки, увитой веточками какого-то растения. Подойдя поближе, вижу, как уже набухают почки – явный признак того, что скоро распустятся красивые цветы.

Я втыкаю наушники в уши и включаю любимый трек одной известной корейской группы. Их музыка не раз уже спасала от депрессии. Многие девушки почему-то стесняются говорить о своих музыкальных пристрастиях. И, если честно, я не понимаю почему. Мне нравится разная музыка. Начиная от классики и заканчивая тяжелым роком. Просто в разные моменты жизнь звучит по-разному.

Никогда раньше не занималась бегом. Но неожиданно внутри просыпается неуемное желание резко ускориться. В ушах звучат веселые биты, и весь остальной мир прекращает для меня существовать. Однако с непривычки надолго меня не хватает, и уже через полчаса бега я вынуждена опуститься на прохладную скамейку. Жаль, что воды с собой не догадалась взять. Слишком сильным было желание скрыться подальше от Славы.

Чувствую, как бисеринки пота скатываются по виску, спина тоже влажная. Я прикрываю глаза и немного обмахиваю горящее лицо. Да уж, к спорту нужно подходить постепенно.

— Вам плохо? — доносится до меня низкий мужской голос.

Я вздрагиваю, поднимаю взгляд и вижу перед собой высокого подтянутого мужчину. Его карие глаза изучают меня с некоторой долей беспокойства. На щеках трехдневная щетина, как будто он забыл, что такое бритва. Одет он в серые спортивные штаны, такую же серую майку-борцовку, которая бессовестно обнажает крепкие мускулистые руки и плечи мужчины, и белые кроссовки. На майке местами уже заметны пятна пота. Он явно в этот ранний час занимается спортом здесь в парке. Однако его небрежный вид меня больше привлекает, нежели отталкивает.

— Девушка, у вас все хорошо? — снова спрашивает он.

— А? Да. Да, все нормально, — со стыдом понимаю, что неприлично долго просто тупо пялилась на этого мужчину. Надеюсь, хоть рот у меня был закрыт и слюной я не закапала асфальт под собой.

— Мне показалось, что вы дурно себя почувствовали после такого стремительного бега.

Он наблюдал, что ли, за мной?

— Нет, — смущенно улыбаюсь я. — Решила вот спортом заняться, а то, что организм не привык к таким нагрузкам, не подумала. Потребовалась пауза, чтобы восстановить дыхание.

— Если позволите, я бы передохнул вместе с вами немного.

Я на автомате чуть отодвигаюсь в сторону, освобождая незнакомцу место.

— Евгений, — он протягивает мне широкую ладонь.

— Ксения, — представляюсь я в ответ и пожимаю ему руку.

— Не буду говорить, что такое красивое имя вам очень подходит. Избито, правда? — он задорно подмигивает, чем заставляет меня фыркнуть от смеха.

— Благодарю за комплимент, пусть он и звучит избито, — на душе с каждой минутой становится все легче. Евгений не вызывает отторжения. Просто парень, в компании которого приятно провести некоторое время.

— Итак, Ксения, разрешите ли перейти на «ты»? Или я, как истинный джентльмен, для начала должен вас пригласить на чашечку утреннего кофе? — он выглядит таким серьезным, задавая вопрос. А я ничего не могу поделать. Сердце начинает биться чаще, а улыбка просто отказывается сходить с губ.

Что сейчас происходит со мной? Какое-то забытое чувство вновь распускается в душе, даря поистине волшебные ощущения.

— Вообще-то я замужем, — хитро щурюсь я.

— Вообще-то я просто кофе предложил, — отбивает он мою подачу.

— И что, вот так и пойдем кофе пить? — снова смеюсь я.

— Сегодня предлагаю взять по стаканчику во-о-он там, — он кивает в сторону небольшого ларька с говорящим названием «Кофеек и Ко». — Ну а в следующий раз, я, конечно, сделаю тебе официальное предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Он выглядит таким озорным в эту минуту, что я не выдерживаю и, откинув голову, весело смеюсь. Наше знакомство, конечно же, не получит никакого продолжения. Мы со Славой пока что в браке, и я просто не имею права на свидания с другими мужчинами. Однако сегодня никто и ничто не заставит меня отказаться от маленького перерыва в разрушающем урагане моей жизни. Евгений будто послан мне небесами. Его внимание приятно щекочет нервы, волнует сердце и душу. Кто знает, может в будущем нам снова суждено встретиться. Но это случится уже тогда, когда я буду совершенно свободной женщиной: без мужа и багажа психологических проблем и комплексов.

Время, проведенное с этим мужчиной еще долго согревает меня. Конечно же, он попросил мой номер, оправдывая себя тем, что, если ему вдруг станет плохо при беге, он будет знать к кому обратиться. И я продиктовала, заменив последнюю цифру на другую. Я очень благодарна ему. Если мы все же встретимся там, в будущем, я обязательно расскажу ему, как он помог одной потерянной женщине снова обрести опору под ногами. Некоторые встречи так и должны оставаться с легким горьковатым привкусом утреннего кофе.

Глава 5

Домой возвращаюсь с огромной неохотой. Я знаю своего мужа. Если он хочет поговорить, то его уже ничего не собьет с толку. В противовес моим опасениям квартира встречает блаженной тишиной. Несмотря на то, что бегала я по сути совсем немного, мышцы приятно ноют от непривычной нагрузки. И мне сладко от этой боли. Она напоминает о том, что я принимаю правильное решение, наверное, впервые за последние годы.

Скидываю прилипающую к телу одежду и мчусь в душ. В голове по пунктам выстраивается план действий.

Однако, помимо всего этого, многие вещи не дают мне покоя. Как рассказать родителям, что я ушла от мужа? У них, воспитанных в Советском Союзе, есть золотое правило: сломанную вещь нужно чинить, но никак не выбрасывать на мусорку. Жаль только, что в наше время не все поддается ремонту. И мои умершие чувства к мужу вполне можно отнести к тому, от чего лучше избавиться.

После душа беру телефон в руки, неожиданно обнаруживая там смс от Славы.

«Готов загладить свою вину твоим любимым “Наполеоном”. Заварим вкусный чай и вечером посидим вместе за какой-нибудь комедией. А после… М-м-м, хочу свою булочку в постель».

Мне и смешно и омерзительно от этого сообщения. Почему мужчины настолько двуличны? Еще не так давно он загонял меня практически под плинтус своими претензиями, а теперь сам хочет добавить лишних кило. Говорить об интиме с ним не хочется вовсе. Не после его разговора с любовницей. Выходит, мне и ответить ему нечего. А посему решаю пока молчать.

Быстро нахожу спортивную сумку и закидываю туда то, что и хотела. И набираю Лизе.

— Агентство «Чип-Чип и Дейл» на проводе, — звучит ее звонкий голос, и я не удерживаюсь от озорного смешка.

— Сколько вы берете за свои услуги, если требуется место для временного проживания? — включаюсь я в игру. Улыбка растягивает губы и отказывается покидать лицо. Как же мне повезло, что за все это время Лиза от меня не отвернулась.

— О-о-о, — протягивает она, — тут нужно все хорошенько взвесить. Вообще-то я беру дорого за свои услуги, — цокает языком.

— Может, у нас получится договориться? — жалобно прошу я.

— Ох, ну понаберут по объявлению, а мне потом разбирайся с этими просящими, — высокомерно произносит Лиза в трубку.

Веселье сдерживать у меня больше нет сил, и я, как сумасшедшая, хохочу в сотовый, оглушая подругу.

— А теперь серьезно, — вдруг перестает хихикать она, — просто приезжай уже, Ксюш. Со всем остальным мы с тобой разберемся в процессе. Ты знаешь, я живу одна, и буду только рада твоей компании.

Слезы скапливаются в уголках глаз. Где-то пусто, как у меня с мужем, а где-то густо, спасибо Господи, как у меня с Лизкой.

— Не реви, — приговаривает она, как в мультике про Карлсона и Малыша. Как будто я Малыш.

— Не реву, — шмыгаю носом.

— Вот и не реви, — подытоживает она наш разговор. — Все, я пошла расчехлять тяжелую артиллерию.

— Может, без алкоголя обойдемся? — обреченно хмыкаю в трубку.

— А кто тебе сказал, что я пошла за ним? Забыла, что я в принципе не очень-то и люблю алкоголь? Ну разве что в редких случаях.

— А сейчас не он? — вздергиваю я бровь, хоть Лиза меня не может видеть.

— Нет, Ксюнь. Сейчас ты просто поднимаешься с колен, которые протирала в угоду идиоту-мужу. — Даже не прощаясь, она кладет трубку, оставляя меня один на один с раздирающими чувствами.

В этой квартире было столько всего. И хорошего, и плохого. Здесь я верила, что человек, которого выбрала в мужья, никогда не предаст, не обманет и не променяет на кого-то другого. Но реальная жизнь – жестокая штука. Все иллюзии в одночасье разбились о быт, неудачную беременность, мой лишний вес. И, как это бывает в дешевых любовных романах, измена мужа стала именно той силой, что заставила стройный ряд костяшек домино повалиться на стол.

Слушать оправдания мужа я не хочу. Понимаю, что рано или поздно нам придется столкнуться нос к носу. Но я надеюсь, что это произойдет среди посторонних людей, в момент подачи документов на развод. Однако рассчитывать на то, что наше расставание пройдет мирно и гладко, не стоит. Для Славы я безвольная кукла, готовая на все, лишь бы ему угодить. А может, он просто забыл, какой я была когда-то.

Отбрасывая прочь сожаления, я легко надеваю белые кожаные кеды, накидываю куртку и, повернувшись спиной ко входной двери, прощальным взглядом окидываю квартиру. «Спасибо тебе, — обращаюсь я к ней, будто она живой человек, которому небезразличен мой уход, — за то, что порой скрывала все то, что так глубоко лежало на душе».

Сотовый снова пиликает входящей смской:

«Ксюнюшка, ну ты чего молчишь? Если “Наполеон” не хочешь, давай я что-то другое куплю?»

Глава 6

— Ну наконец-то, — Лиза сжимает меня в горячих объятиях, от которых у меня перехватывает дыхание. — Ты чего так долго ехала?

— Пробки, — пожимаю плечами. А на самом деле какое-то время я стояла у подъездной двери, не веря в то, что делаю. Кто бы год назад сказал, что я уйду от мужа, сочла бы того сумасшедшим.

— Ну да неважно! Давай скорее оттащим твои ве…— Лиза обрывается на полуслове. — Ксюш, я стесняюсь спросить, а ты что вообще с собой взяла?

— Только самое необходимое. На первое время, — от пронзительного взгляда подруги мне как-то неуютно. Как будто она меня пристыдить в чем-то пытается.

— Ох, Ксюшка, не умеешь ты с мужиками расставаться, — она уперла руки в бока, смотря на меня, как настоящий надзиратель.

— Знаешь, Лиз, это не тот опыт, которого хочешь набраться. Я выходила замуж, надеясь, что мы со Славой будем вместе всю жизнь. А получилось далеко не так, — меня топит горечь. Силой удается сдержать слезы и не позволить им потечь по щекам.

Подруга сочувственно смотрит на меня, опускает руки и шагает ближе. Я снова в ее нежных объятьях.

— Ксюш, — шепчет она, — мы прорвемся, дорогая. Я рядом и не позволю тебе впасть в уныние. Вот увидишь, найдем тебе самого лучшего мужчину на свете, который на руках носить будет, — ее ладонь мерно гладит меня по спине, оставляя теплый след от прикосновения.

— Не нужно меня на руках носить, — я обнимаю ее в ответ. — Лиз, пусть просто не будет предателем.

Мы идем в одну из комнат, которую Лиза отвела мне.

— Между прочим, у меня есть идея, — с хитрой улыбкой плюхается она на мягкий диван.

— М-м-м, — тяну я, садясь рядом. — Просветишь?

— А то ж! — она резво поворачивается ко мне, берет за руки и так забавно в глаза заглядывает, что я не сдерживаюсь и начинаю улыбаться в ответ. — Жди здесь! — на считанные доли секунд подруга уносится из комнаты, а возвращается с чем-то, что прячет за спиной. — Учти, я не приму ни твоих отказов, ни причитаний. — Мне в ладонь ложится небольшая черная пластиковая карта с серебряным тиснением. На ней – название самого модного спортивного клуба в нашем городе. Я непонимающе поднимаю глаза на Лизу.

— Лиз? — один мой взгляд просит пояснений.

— Ты не поверишь. В нашей фирме новое руководство. И не знаю уж с какой целью, но при знакомстве нам раздали вот такие членские карты. Что бы ты понимала, раздали каждому, Ксюш! — она сияет, как начищенная монета.

— А у тебя почему две? — интересуюсь я.

— Потому что наглость — второе счастье, — самодовольно заключает она. — А бонусом к этой карте шел весьма симпатичный заместитель моего начальника. Когда это я упускала возможность пофлиртовать с видным мужчиной?

Тоже верно. У подруги нет отбоя от кавалеров. Голубоглазая блондинка привлекала сотни мужских взглядов. А вот до ее сердца после смерти любимого парня так никто достучаться не смог. Лиза флиртовала, крутила хвостом, но дальше этого не заходила, объясняя это тем, что после Миши ей противно с кем-либо ложиться в постель. Веселая хохотушка имела за плечами свою грустную историю.

— Сегодня, кстати, в этом клубе день открытых дверей. Наше начальство настоятельно рекомендовало прийти. Кто же посмеет ослушаться такой строгой просьбы? — подмигивает она мне.

Я не понимаю каким образом, но уже через полтора часа стою на ресепшн модного спортивного клуба и оформляю там членство. Конечно же, менеджер интересуется являюсь ли я сотрудницей компании. И только я открываю рот, как Лиза, отодвинув меня в сторону, принимается что-то шептать девушке.

У меня же появляется немного времени, чтобы осмотреться. Посетители клуба даже в спортивной форме выглядят статусно: девушки ярко накрашены, волосы каждой убраны в высокий стильный хвост и только несколько прядей мило обрамляют лица, как будто ненарочно выбились из идеальной прически. Парни щеголяют в борцовках, которые обнажают литые мускулы, так привлекающие взоры. И с удивлением я замечаю, что некоторые из них, проходя мимо нас с Лизой, бросают заинтересованные взгляды на мою фигуру. «Ну надо же, – хмыкаю про себя, – а Слава говорил, что я корова».

Но с ужасающей ясностью я осознаю, что меня не трогает ни один из этих взглядов. Внутри ничего не екает, не колышется в предвкушении сладкого флирта. Наверное, слишком долго я была сосредоточена на одном человеке, забыв о себе. Мне нужны были перемены. И они никак не были связаны с мужчинами.

— Ну вот, — радостно подпрыгивает Лиза, — все готово. Бежим в раздевалку и будем заниматься исследовательской деятельностью.

— А я думала, мы пришли сюда приводить в порядок мою фигуру, — фыркаю я.

— Ксюнь, ты слишком самокритична, — заключает Лиза. — И кстати говоря, тебя уже вдоль и поперек исследовал один привлекательный мужской образец.

— Лиз, во-первых, я еще не развелась, чтобы тут же глазами стрелять на других мужчин. А во-вторых, после стольких лет неудачного брака, ввязываться в новый роман — последнее, что я хочу, — отчеканив это , я хватаю Лизу за локоть и тащу в сторону раздевалок. Оттуда уже выпорхнула пара девушек, странно поглядывая мне за спину.

И, возможно, зря я не оглянулась. Может, тогда я была бы готова ко встрече с тем, кто облегчил удар от предательства моего мужа. Судьба настигает меня на очередном тренажере, когда я никак не могу понять, как с ним справиться.

Глава 7

— Честно говоря, вы меня в тупик поставили своим вопросом, — улыбаюсь я недавнему знакомому. — Не уверена, что готова дать честный ответ.

Мысленно даю себе подзатыльник: «Ну кто же так флиртует, Ксюш?»

— Тогда не буду вас смущать. — Его карие глаза блестят лукавыми искорками. Растопленный горький шоколад затягивает меня в свою пучину. — Но и отказывать себе в желании пригласить вас на чашку кофе тоже не стану. Я согласен на любое время и место.

Мне на какое-то мгновение становится себя искренне жаль. Не доверяю. «Не хочу или не могу?» – вопрос, на который у меня пока нет ответа. Тут в своей жизни разобраться бы, прежде чем впускать в нее еще кого-то. И теперь мне уже сложно сказать, смогу ли я вообще погрузиться с головой в другого человека. Обещать что-то, выкраивать минуты для кого-то другого… Я не уверена, что на самом деле хочу этого.

Как бы эгоистично это ни звучало, но я хочу вернуть себя: свою уверенность, осознание, что нравится или не нравится именно мне. Хочу, чтобы меня окружали люди, способные поделиться чем-то более важным, чем рецепт приготовления борща для мужа. Мне нужна любовь к самой себе. Поэтому тянуть время и отнекиваться пустыми фразами кажется неприемлемым. Этот красивый мужчина не заслуживает такого отношения.

— Жень, вы меня простите, но давайте честно. Я замужем и не ищу отношений на стороне. — Не хочу вдаваться в подробности личной жизни и распространятся о предстоящем разводе. Хотя вполне могла оставить себе крохотную лазейку в виде небольшого уточнения о моем статусе. Но чувствую, что так делать не стоит. Интерес этого мужчины неподдельный. Он чувствуется в ласковом касании взгляда, когда он задерживается на моих губах. Их щекотно покалывает и хочется провести по ним языком. Но такой жест может быть превратно истолкован.

— Я предложил всего лишь чашку кофе, — смоляная бровь слегка дергается вверх, а усмешка кривит рот.

— В таком случае вы не станете противиться моему решению, — я мягко улыбаюсь ему. И не могу отказать себе в легком прикосновении к сильному предплечью, когда собираюсь оставить его одного.

Я читала много любовных романов в период, когда положительные эмоции черпать было неоткуда. Представляла себя на месте главных героинь и ловила их эмоции по крупицам, наслаждаясь искусственной любовью. И, как правило, встреча главных героев описывалась как нечто похожее на Большой взрыв. Не знаю, так ли это. Но то, что я ощущаю сейчас… Это сложно объяснить.

Чувства незнакомы. Это похоже на разгорающийся костер. Я вижу словно наяву, как стою на промозглом ветру, который проникает сквозь одежду. И нет никого вокруг, кто помог бы спрятаться, отогреться от лютой жестокой стужи. Только я и дикая необузданная природа. В моих руках спичечный коробок. Там всего одна спичка. И лишь от меня зависит, смогу ли я ее зажечь. Я делаю шаг и вижу впереди кучку из сухих веток, выстроенных в форме домика. Как поступить? Чиркнуть спичкой и позволить яркому пламени костра согреть меня, проникнуть в сердце? Или замерзнуть в стуже злой зимы?

Я поднимаю глаза и вижу, какой ураган бушует в глазах Жени. Разве такое бывает? Как среди миллиарда людей можно так реагировать на одного единственного мужчину?

— Ксюш… — он делает шаг ко мне, но нет… Я не готова. Я бегу от него и от своих чувств. Он незнакомец. Это неправильно.

— Прости…те, — несусь в раздевалку, не разбирая дороги. Сердце, как сумасшедшее, работает на пределе, легкие пытаются вобрать как можно больше кислорода.

Меня кто-то окликает, но я не отзываюсь и не обращаю внимания. В одежде залетаю внутрь душевой, которая расположена тут же, в раздевалке. Кран на всю – и на мою разгоряченную голову обрушивается поток холодной воды. Я обессиленно опускаюсь на пол и благодарю Небеса, за то что сейчас душевая пустует. Иначе меня явно приняли бы за сумасшедшую.

— Ксюшка! — Лизин голос проникает сквозь струи воды, и вдруг руки подруги пытаются вытянуть меня из холодного плена. — Ты чего? Что произошло такого, что ты меня даже не слышишь? — Она опускается на корточки рядом со мной. По нахмуренным бровям, поджатым губам и суженным глазам я понимаю, как сильно она встревожена.

Я бесконтрольно начинаю рыдать в ее объятиях. А подруга испуганно прижимает к себе и больше ни о чем не спрашивает, лишь дает выплакаться. Господи, точно нужно к психологу! Я сломана изнутри! Ненормальная! Сумасшедшая! Мир вокруг воспринимаю совершенно не так, как должна. Я как безумная жалею, что все эти года не испытывала к Славе и сотой доли того, что ощутила рядом с Женей. Какой слепой можно быть от любви! Почему?! Ну почему только сейчас я понимаю, кому дарила себя?!

— Ксюшка, все хорошо будет, слышишь? Ну не хочешь ты в этот зал, да и черт бы с ним. Не надо. А хочешь, пойдем на рисование? Или на выставку хомяков?

Я аж хрюкнула в ее руках.

— Выставку хомяков? — заикаясь, спрашиваю я. — Про выставку кошек слышала. Про хомяков впервые, — я пытаюсь встать с мокрого кафеля, который уже неприятно холодит и без того мокрые леггинсы. Одежда противно липнет к коже и хочется поскорее ее снять.

— Ну, а что? Вдруг ты вот так стресс снимешь. Этих хомяков черт знает сколько видов. Джангарики какие-то! Ты представляешь, у него аллергия на опилки может быть! Сроду такого не знала.

— Джунгарики, Лизка! — хохочу я, и меня вдруг отпускает. Ну чего я распсиховалась, в самом деле?

Глава 8

«Ты совсем ахренела, Ксюшка?» — было в первом сообщении. И то, как пренебрежительно прозвучало в нем мое имя, давало ясно понять, что у Славы терпения осталось немного.

«Ползать же будешь в ногах, умолять, чтобы назад принял!» — гласило второе сообщение.

«Ты считаешь, что такая незаменимая? Так я тебя расстрою, детка! Таких, как ты, огромное множество. Как думаешь, насколько быстро я найду бабу, которая в постели не будет бревном лежать?» — я даже хохотнула от этих фраз. Очень хотелось написать в ответ, что он, собственно, с этой задачей уже справился на ура.

«Ксюха. Я даю тебе ровно час на ответ. А потом можешь вообще не возвращаться».

Последнее сообщение было в 15:45. Я смотрю на часы. 19:30. Ну что ж. Я, кажется, только что профукала свое «счастье». Что я должна испытывать? Сожаление? Страх? Желание бежать, сверкая пятками, к разгневанному мужу? Возможно и так.

Но в данную минуту меня заботит совершенно другое. Я снова и снова думаю про Женю. Жалела я не о том, что мне предстоит грязный развод со Славой, который наверняка попьет немало моей крови. Нет. Неожиданно большую боль мне принесло то, что я не смогла ответить взаимностью мужчине, который за короткое время подарил такие яркие эмоции, каких я давно не испытывала.

— Ксю-ю-юнь? — Лиза, аккуратно постучав, заходит в теперь уже мою комнату и непонимающе глядит на то, как я в одном полотенце сижу на диване и держу в руках телефон. — Что опять случилось?

— Да вот, — киваю на сотовый, — муж объявился. Негодует, мальчик, что я посмела уйти.

— Надеюсь, ты послала его? — кажется, подруга всей душой хочет увидеть эту схватку. И, возможно, я бы удовлетворила ее пожелания, но мне кажется правильным игнорировать Славу. Лучший выход сейчас – дать его гневу остыть. Надеюсь, что после мы сможем цивилизованно поговорить.

— Нет. Пока не хочу вступать в диалог. Потом. — Я зябко веду плечами. У Лизки в квартире не холодно, но достаточно свежо. А потому продолжать сидеть в одном полотенце не вариант.

— Я достала бутылочку первоклассного вина. Одевайся и дуй на кухню, — весело заключает она.

— Ли-и-из, — тяну я, когда подруга уже практически выскальзывает из комнаты.

— А? — веселые кудряшки забавно подскакивают у нее на плечах, когда она резко оборачивается ко мне.

— Спасибо, — на грани шепота говорю ей. К горлу подступает тугой комок, который я никак не могу проглотить.

— Я не хочу этого слышать от тебя, ясно? — ее голос неожиданно тоже дрожит. — Мне повезло иметь такую подругу, как ты. Наверно, единственную, которая в силах вытерпеть мой мерзкий характер. Поэтому, Ксюх, ты не одна. Мы обязательно справимся с твоей болью, а потом… — она на миг отворачивается и я вижу, как украдкой подруга вытирает слезы, — мы обе обязательно станем счастливыми.

Дверь с тихим щелчком закрывается. Как бы я ни старалась, но вспомнить, что особенного сделала для подруги, никак не могу.

Быстро хватаю спортивные штаны и футболку, надеваю на голое тело и несусь на кухню. Оттуда тянутся умопомрачительные ароматы мяса, свежих овощей и тонкого шлейфа открытой бутылки вина. Наш маленький девичник пролетает как одно мгновение. В этот вечер мы столько смеемся, что я всерьез опасаюсь на утро за свои щеки. Ручейки слез текут из глаз. И я уже не понимаю: от внутренней скопившейся боли я не могу контролировать этот поток или от безудержного хохота. Когда я возвращаюсь в комнату, на часах уже 02:00. Лизку я отпустила пораньше, видя, что обычно непьющая подруга сегодня явно переусердствовала. Благо до этого я настояла, чтобы она выпила некоторые лекарства, дабы обезопасить себя от утреннего похмелья. Надеюсь, поможет.

Беру сотовый в руки, надеясь увидеть там пустоту. Но нет. На Ватсап горит входящее сообщение. Неужели Слава решил и туда мне гадостей настрочить? Короткий клик, и я хмурю брови. Спам? Номер неизвестен.

«Надеюсь, что у тебя все хорошо, девочка Ксюша, — мне не нужно гадать, чтобы понять, кто таинственный адресант. — Ты так быстро убежала из зала, что я не успел добиться твоего согласия на вкусный кофе :)». Это простое сообщение растягивает мои губы в улыбке. Я пытаюсь поймать ее пальцами и не реагировать так… остро. Господи, как бьется сердце! Приходится сделать вдох-выдох, чтобы хоть немного успокоиться.

«Странно. Видимо, где-то между твоими уговорами на кофе и моим отказом, я забыла, как дала тебе свой номер :)», — подтруниваю я над ним.

«Возможно ли, что ты была настолько очарована моей скромной персоной, что сей факт просто вылетел из твоей головы?» — буквы пылают весельем. И я сама не могу сдержать задорного хихиканья, и неожиданно хрюкаю от смеха. Испугавшись такого громкого звука, я утыкаюсь лицом в подушку и снова хохочу как сумасшедшая. А может, я и правда сошла с ума? Почему меня не настораживает то, как легко он добыл номер моего сотового?

«Невозможно. Я всегда предельно осторожна», — отправляю в ответ и замираю в ожидании того, что же напишет Женя.

«Это прекрасно! Значит, когда меня не будет рядом, я более-менее смогу положиться на это твое качество», — от его слов бабочки в моем животе взлетают разноцветной стаей.

Я снова и снова пытаюсь набрать что-то в ответ, но у меня не получается. Да и что я могу ему сказать?

Глава 9

С Женей мы договариваемся встретиться в одной из уютных кофеен нашего города. Слава еще пытается какое-то время осаждать мой сотовый, но, когда понимает, что отвечать на все его гадости я не планирую, как-то подозрительно сдувается. Лиза бродит по квартире и ворчит, что нужно нанимать телохранителя, потому что «от этого умалишенного неизвестно чего можно ожидать».

В моих же планах на сегодня – приятно провести утро, а потом заняться делами. И в первую очередь нужно подать заявление в суд. С трудом представляю, как выдержу последующий месяц, который нам обязательно дадут «на подумать». Хочется прийти к судье и как на духу вывалить все, что между нами с почти бывшим мужем происходит. И если мне немножко повезет и блюститель закона окажется женщиной, то она быстренько подпишет все необходимые бумаги. Чисто по-женски. Просто из сочувствия. Но это лишь мои мечты, и перед буквой законы мы все равны. А значит, и страдать мне еще месяц оттого, что Слава юридически все еще мой муж.

— Эм-м, а ты куда? — удивленно спрашивает подруга, видя, как я надеваю свитшот и джинсы. Наряжаться не планировала, но и выглядеть неопрятно тоже не хочется.

— Прогуляться, — лучезарно улыбаюсь я.

— С кем? — ну все, кажется ее стойка имеет вполне себе четкое название «вижу цель, и тебе крышка, если не расскажешь».

— Лиз, — подхожу и беру подругу за руки, — давай потом, ладно? А ты чего сама такая встревоженная?

— Нормально все, — она на минуту отводит глаза, заставляя нехорошее предчувствие закрасться в голову.

— Тебе Слава звонил, да? — начинаю не на шутку волноваться я.

— Пф-ф-ф, Ксюнь, ты серьезно, что ли? Твой бывший хорек даже просто сунуть свой пахучий зад сюда не посмеет. Я – не ты, быстро покажу, где ему будут особо рады.

Стоит только представить эту картинку, как непроизвольно начинаю хихикать.

— Так-то лучше, — радуется подруга. — Иди давай. Как вернешься, имей в виду, буду ждать полного отчета о том, где и с кем ты была.

Не понимаю, как оказываюсь у входной двери. Вдруг сотовый подруги начинает играть траурный марш. Немая сцена. На моем лице написано все недоумение мира, на ее –совершенно непроницаемая маска. Лизка просто стоит и смотрит на меня в ожидании, когда же я уйду.

— Лиз, — осторожно начинаю я. Любопытство распирает. У подруги очень своеобразное чувство юмора. Ее не каждый может понять, да, кроме меня, по всей видимости, никто и не пытался.

— Что? — вздергивает она бровь.

— Тебе звонят, — киваю в сторону комнаты.

— Я слышу, — ох уж это ее покерфейс.

— Может, стоит ответить?

— Кому?

Я начинаю потихоньку закипать. Когда Лиза не хочет отвечать, ее даже бульдозер не заставит сдвинуться с места.

— Тому, кто удостоился чести, чтобы по нему раньше времени сыграли похоронный марш, — складываю руки на груди, давая ей понять, что я тоже могу быть упрямой.

— Так он – труп, ему уже все равно отвечу я или нет, — пожимает она плечами.

— Лиза! — всплескиваю я руками.

— Ксюш, иди, — она вздыхает, устало потирая переносицу. — Я не возьму трубку. И абонент знает об этом.

— Видимо, он не уверен в твоей твердости, — нерешительно произношу я. — Может, мне остаться?

— С ума сошла? — вскидывает она подбородок. — Ради чего? Перестань, нет тут никакой драмы.

— Мне неспокойно оттого, что ты не все мне рассказываешь,— привлекаю подругу к себе и крепко обнимаю. — Знаешь что? Я предлагаю вечерние посиделки с чаем и вкусняшками. На обратной дороге забегу в магазин и куплю что-нибудь. Идет?

— Винамнекупи, — практически слитно произносит она.

— Что, прости? — хочу удостовериться в том, что услышала.

— Вина, — из ее легких вырывается тяжелый выдох. — Хочу вина, Ксюнь. Сил нет просто.

— Лиз, плохая идея, — в моем тоне ярко сияет предупреждение, но куда там. Я вижу, что подруга уже решила сегодняшний вечер не проводить в трезвом уме. Господи, кто же ее так выбивает из колеи?

— Я же тебя не заставляю пить, — она силой разворачивает меня и выталкивает на лестничную клетку. — Все. Жду тебя, вкусняшки и вино. Бутылку. Нет. — Она прикладывает указательный палец к губам, а потом победоносно выставляет мне под нос три пальца. — Три! Три бутылки вина!

Дверь с грохотом захлопывается, ставя жирную точку в этом споре. С минуту я просто открываю и закрываю рот. В кармане телефон вибрирует от входящего смс. На экране высвечивается имя, от которого у меня бегут мелкие колючие мурашки по рукам. «Женя». Пальцы дрожат. Я чувствую себя школьницей, впервые влюбившейся в популярного мальчика. Хотя за моими плечами уже были красивые ухаживания. Нужно отдать Славе должное: завоевывал он меня упорно.

Легкая грусть скребет лапками по сердцу. Как мы умудрились потерять друг друга? Я еще помню то чувство эйфории и легкости, когда казалось, что я и Слава – одни на всей Земле. Кто из нас сдался первым? Кто не смог устоять под гнетом рутины и жизненных проблем? На этот вопрос ответа у меня нет. Конечно же, для бывшего мужа виноватой буду я. А для меня… Я виню нас двоих. Как бы то ни было, мы не сможем построить новое на руинах нашей любви.

Глава 10

Меня накрывают сладкие волны безумия. Я будто попала в шторм на хиленькой лодке и меня вот-вот должно перевернуть. Но каким-то чудом мой маленький кораблик продолжает плыть сквозь бурную стихию. И это «чудо” – Женя. Его сильные ладони крепко, но нежно прижимают меня к себе. Губы исследуют мои, пробуют на вкус, узнают. Дрожь охватывает тело, томление узлом скручивается внизу живота. Хочется сжать бедра, чтобы хоть немного уменьшить это невыносимое давление.

Оглушающий сигнал машины возвращает нас с Женей на землю. Мужчина тяжело дышит, зрачки расширены. Он не отодвигается от меня ни на миллиметр, и выходит так, что какое-то время мы дышим одним на двоих кислородом.

— Мы вроде собирались выпить кофе в парке, — не отводя загипнотизированного взгляда от Жени, произношу я.

— Дай мне пару минут, — хрипит он в ответ. — Оказывается все гораздо сложнее, чем я думал.

— О чем ты? — совершенно не понимаю, что он имеет в виду.

— Я был уверен, что смогу держать себя в руках. Наивно думал, что от одного поцелуя мне не сорвет стоп-кран и я вполне цивилизованно буду вести себя рядом с тобой. Но… — он утыкается своим лбом в мой, прикрывая глаза.

— Что? — шепчу я.

— Все, что я хочу – взвалить тебя на плечо, отвезти к себе домой и не выпускать до тех пор, пока ты не согласишься разделить со мной вечность.

Я не выдерживаю, откидываю голову назад и хохочу как ненормальная. Он невозможен. Этот мужчина заставляет мои эмоции раскачиваться будто маятник. И от этого я ощущаю себя живой. Рядом с Женей мир окрашивается разноцветными красками. Кажется, что только сейчас я начинаю выбираться из серой беспросветной мглы последних лет своей жизни.

А потом, когда смех наконец утихает в груди, решаюсь первой прикоснуться к мужчине. Указательным пальцем веду по спинке носа, спотыкаясь о небольшую горбинку. Хм-м, это у него от природы или он занимался боксом? В голове сразу рисую картинку мужчины на ринге: он без футболки, в черных шортах по колено, на руках белые бинты. Женя методично и точно двигается по рингу, нанося невидимому сопернику сокрушительные удары. Его спина блестит от пота, мышцы на руках вздуты от напряжения.

Дальше обвожу скулы, лоб, глаза. Женя прикрывает их, и моя фантазия рисует, как он мурлычет, будто домашний огромный кот. Или это вовсе не плод моего воображения, потому что в какой-то момент мужчина берет мою ладонь, раскрывает пальцы и трется колючей щекой об нее.

— Может, кофе у меня дома попьем? — с надеждой спрашивает он.

— И чем это все закончится? — лукаво щурюсь я.

— Весьма приятным времяпрепровождением для двоих. Ты – в моих объятиях, и никто нам не мешает, — тут же отвечает он.

— Жень, идем гулять. Я пока не готова быть к тебе… настолько близко, — мгновенно рушу его надежды.

— Не знаю, о чем вы подумали, госпожа Вестерская, но я всего лишь имел в виду просто побыть вдвоем, поговорить по душам, узнать друг друга чуть лучше. Ай-яй-яй, а вы, оказывается, испорченная дама. — Женя явно веселится, видя, как мои щеки окрашиваются нежным румянцем.

— Знаешь что! — шутливо хлопаю его по плечу ладонью и начинаю обходить справа. — Я хочу кофе! А ты тут меня отвлекаешь.

Но далеко уйти не получается. Женя снова ловит меня за талию, зарывается носом в волосы и делает глубокий вдох.

— А ты, оказывается, бука, пока не позавтракаешь, — глухо хмыкает он. — Идем. Накормим тебя.

В таком приподнятом настроении мы добираемся до небольшого кафе недалеко от квартиры Лизки. Выбираем уединенные диванчики у дальней стены и садимся друг напротив друга.

— Чем ты занималась до замужества? — неожиданно спрашивает Женя.

— Училась, — хмыкаю я и слежу за его реакцией.

— А специальность какая была? — совершенно спокойно интересуется он.

— С какой целью ты спрашиваешь? — неожиданно меня коробит от его слов. Я настолько привыкла видеть в словах и вопросах Славы двойное дно, что даже безобидное любопытство воспринимаю в штыки.

— Явно не с той, о которой ты сейчас сердито думаешь, — Женя протягивает руку и берет мою сжатую в кулак ладонь. Его пальцы нежно ее разжимают и начинают выводить какие-то причудливые узоры, вырывая из меня небольшие смешки. Мне щекотно. — Так-то лучше, — обворожительно улыбается он. — Я всего лишь хочу узнать о тебе чуть больше. Это же не возбраняется?

— Нет, конечно, — немного расслабляюсь я.

С этой минуты время летит как сумасшедшее. Я говорю о себе, своих увлечениях, мечте, которую теперь уже точно воплощу в жизнь. А Женя делится рассказами о себе. Для меня оказывается сюрпризом, что он работает в сфере инвестиций и сейчас как раз вовлечен в новый проект в качестве одного из партнеров. Мужчина не вдается в подробности, но, я понимаю, что речь идет о довольно крупной корпорации.

Когда мы допиваем по уже третьей кружке кофе, я с удивлением осознаю, что времени еще достаточно. И в голову приходит мысль наведаться на биржу труда. Во-первых, насколько я знаю, они могут предложить курсы повышения квалификации. Это сейчас нужный мне шаг. После обучения есть неплохой шанс устроиться на приличную работу. А еще я хочу посмотреть объявления об аренде квартиры. Я очень люблю Лизу, но жить вот так с ней, мне все-таки кажется не совсем правильным.