Я неслась домой сломя голову. А всё потому, что забыла папку с бумагами, которые должна была сегодня отнести в детский сад. Всю дорогу от остановки до нашего дома я бежала. Мне хотелось успеть забрать дочку из садика и вернуться до того, как с работы придет муж.
В подъезде у меня упали ключи. Я тогда не обратила на это никакого внимания. Уже потом, анализируя события, мне казалось, что какая-то неведомая сила не пускала меня домой.
Подняв ключи, я случайно задела ими свои колготки, и по ним побежала отвратительная стрелка. Хотелось выть от досады. Я была жутко зла и, войдя в квартиру, не сразу заметила обувь мужа и женские сапоги, стоявшие в углу. На секунду я опешила. Положила ключи в прихожей. Прислушалась. А потом услышала сдавленный, протяжный женский стон.
Руки затряслись, а на глазах выступили предательские слезы. Я не была дурой и понимала, что муж трахает кого-то у нас дома – прямо на нашей постели. Вот только вопрос: кого?
Не снимая пальто, я осторожно прошла в зал и увидела парочку, самозабвенно предающуюся разврату на нашем диване. За который я не выплатила еще кредит.
Они не сразу заметили меня. Их влажные тела источали смрад, от которого меня затошнило.
А потом начался ад.
— Маша! – их общий вскрик разрезал пространство словно ножом. — Ты почему так рано?
Я стояла и смотрела на парочку с каменным лицом, сжимая кулаки от злости и обиды.
— Действительно. Почему? – усмехнулась я сквозь слезы и посмотрела на свою подругу, которая смотрела на меня с ужасом во взгляде.
— Маша, прости, – проблеяла виновато она.
Я окинула ее уничижительным взглядом. Хотелось вырвать ей волосы и окунуть лицом в унитаз, но я же приличная женщина. Я не стану опускаться до подобной низости.
— Прости? – процедила я зло. – Это всё, что ты можешь сказать мне?
Андрей стал натягивать штаны, а я прошла в нашу спальню, взяла документы, а потом вернулась к ним. К счастью, парочка была уже практически одета.
— Я за ребенком, чтобы через полчаса вас обоих в квартире не было! – с этими словами я ушла, громко хлопнув дверью. Уже в подъезде дала волю слезам. Словно натянутая струна, лопнула, и меня захлестнуло эмоциями.
Следующий час я помнила смутно. Добралась до детского сада, взяла дочку. Она что-то тараторила всю дорогу, но я ничего не слышала. Перед глазами стояла та страшная картина, где моя подруга самозабвенно скачет на члене моего мужа и протяжно стонет, закрыв глаза.
Я ненавидела их в этот момент. Их обоих. За обман, за предательство, за ложь.
Я еще не понимала, что этот день кардинально изменит всю мою жизнь.
Уже на подходе к дому мне позвонил муж Натальи – Сергей. Я машинально ответила на звонок, а потом издала тяжелый вздох.
— Маша, а Наташа у тебя? – спросил он обеспокоенно.
— У меня, – ответила я сдавленно. – Была.
Сергей облегченно вздохнул, еще не зная о предательстве своей супруги.
— Ты не могла бы ей сказать, что я забрал Артема из садика. Пусть едет домой.
Меня затрясло, грудь сдавило от боли. Этого еще не хватало, чтобы я стала выгораживать любовницу своего мужа.
— Извини, я не могу. Мы с ней больше не подруги.
— Что? Почему? – удивился он.
Я не сразу нашлась с ответом, а потом решила, что Сергей должен знать, какую тварь он пригрел у себя на груди.
— Потому что она спит с моим мужем.
Всё это я говорила на автомате, словно робот, без чувств и эмоций. Я и правда ничего не чувствовала. Словно сработала защитная реакция. В груди была зияющая черная дыра, и я ощущала себя словно в страшном кошмарном фильме.
Долгая пауза, а потом вопрос:
— Ты уверена? – спросил Сергей.
Я горько усмехнулась.
— Я застала их у нас дома. Прости, я не в состоянии ничего больше говорить.
Отключив звонок, я пошла с дочкой в подъезд. Затем поднялась на лифте на нужный этаж, чувствуя, как от волнения подрагивают мои руки. Это было единственным проявлением эмоций с моей стороны. Во всем остальном я действовала на автомате.
Войдя в квартиру, я обнаружила мужа, как ни в чем не бывало, расхаживающего на кухне.
Увидев дочь, он улыбнулся и протянул к ней руки. Дочка кинулась к нему, но я прервала их объятия.
— Алина, иди мой руки! – строго сказала я, и когда она ушла, посмотрела мужу в глаза. – Я, кажется, ясно сказала, чтобы тебя здесь не было.
— Это и моя квартира. Ты не можешь меня выгнать.
— Ты хочешь раздела имущества? – раздраженно спросила я. – Хорошо! Квартиру мы разменяем. Но жить ты с нами не будешь! – сказав ему всё в лицо, я прошла в спальню. Достала из шкафа спортивную сумку и стала бросать в нее вещи мужа.
Тот подбежал ко мне и схватил меня за запястье.
— Не смей трогать мои вещи!
— Ты уйдешь. Я не желаю тебя видеть после того, что увидела в зале. Как ты мог? – из глаз снова брызнули слезы, и я ощутила боль в груди.
Муж не обращал на мои слова никакого внимания. Я с ужасом поняла, что он и не собирается уходить. Но жить с ним в одной квартире для меня сейчас было просто невыносимо. Я не могла его видеть! Мне было больно на него даже смотреть.
Подхожу к нему и пытаюсь привлечь его внимание. Но он делает вид, что не замечает меня.
— Ты посмотри на него! Совсем обнаглел! — говорю я с возмущением в голосе.
Муж оторвался от телефона и посмотрел на меня со злой усмешкой во взгляде.
— Хочешь развода? Уходи сама!
От такой наглости я не сразу нашлась, что сказать. Смотрела на него и понимала, что этого человека я, по сути, совсем не знала. И вот он сидит с наглой ухмылкой и пренебрежительно смотрит на меня. Как будто это я виновата в том, что случилось. Как будто это не он меня предал, а я не вовремя пришла домой. Вот же гад!
— Что? — ахнула я. — Ты еще смеешь говорить мне это в лицо?
Муж издевательски кривит губы.
— Да, смею. Ты для меня теперь никто!
Бледнею от его слов и понимаю, что я полная дура. Пока я занималась бытом и решала проблемы нашей семьи, муж преспокойно занимался собой и втихаря трахал мою подругу. Он настолько обнаглел, что перестал считаться со мной.
— Что ж, в этом ты прав! С этого дня ты для нас посторонний.
Муж угрожающе посмотрел на меня.
— Я никуда не уйду! — заявил он зло.
Сжимаю кулаки от злости. Хочется начистить этому предателю морду, но понимаю, что силы не равны. Мне не удастся вышвырнуть его за шкирку, как нашкодившего котенка. Но и оставлять все на самотек я не могла.
— Что ж, тогда из квартиры уйдем мы!
Сказав это, я решительно иду в коридор. Вытряхиваю из спортивной сумки вещи мужа прямо на пол. Топчусь по ним ногами, специально вымещая на белых, как снег, рубашках злость. А потом беру сумку и иду складывать наши с дочкой вещи.
Звоню маме и сообщаю, что мы временно переедем к ней. Мама этой новости не особо рада. Она пытается расспросить меня, что случилось, но я отвечаю, что все объясню потом.
По правде говоря, ехать куда-то мне не очень хочется. Но жить вместе с мужем я больше не могу.
Поживу пока у мамы или сниму, на худой конец, квартиру, пока не разменяем нашу общую жилплощадь. При мысли об этом мне становится дурно. Я с такой любовью делала ремонт, выбирала обои, занавески, мебель и ковры. А теперь придется ехать в маленькую однушку вместе с дочкой. От несправедливости происходящего слезы текут по щекам. Муж от развода почти ничего не теряет. Наоборот, обретает свободу и получает свою долю жилья. Купит себе жилплощадь и будет гулять, как прежде. Работает он неофициально, поэтому алименты будут мизерными. Все расходы на ребенка мне придется взять на себя. А еще мы остаемся без машины. Ведь машину нам подарила его мама, и она была оформлена на нее.
Обидно. Досадно. Но я переживу.
Пытаюсь взять себя в руки и упрямо вскидываю подбородок и шепчу себе мысленно, что справлюсь со всеми проблемами. А муж еще пожалеет, что так поступил со мной.
Иду в комнату к Алине и быстро собираю ее рюкзачок. Она смотрит мультик на телефоне, а потом удивленно спрашивает:
— Мама, зачем ты трогаешь мои вещи?
В этот момент она так похожа на своего отца, что у меня сжимается сердце в груди. Андрею плевать на меня и на дочь. Казалось, он вообще не переживает о том, что мы уезжаем из дома. Его не волнует, как и где мы будем жить. Главное, чтобы он остался в квартире и продолжил свои отношения с Натальей.
— Мы едем к бабушке, родная.
— Но я не хочу, — начинает хныкать дочь. — Бабушка строгая, она не будет давать смотреть мне мультики.
В этом, конечно, дочь права. У моей мамы не забалуешь. Но что мне делать? Продолжать жить с мужем как ни в чем не бывало и закрыть глаза на то, что он предал меня?
У этого человека совсем нет совести. Теперь он в открытую станет встречаться с Натальей. Я не стану терпеть унижение. Завтра же подам на развод. А сегодня мы едем к моей маме, даже если придется стиснуть зубы и потерпеть.
Выхожу из спальни с детским рюкзачком. Алина закатывает истерику.
Андрей морщится от ее крика.
— Успокой дочь, — говорит он зло.
— Ты отец! — раздраженно замечаю я. — Возьми и успокой. Всего бы этого не случилось, если бы ты ушел сам, не заставляя меня прибегать к крайним мерам.
Андрей недовольно ведет плечом. Вся эта ситуация ему неприятна.
— Алина, закрой рот! — кричит он на ребенка.
Дочка распахивает удивленно глаза, впервые сталкиваясь с грубостью отца. А потом кидается ко мне и начинает рыдать.
— Ты доволен? — рявкаю я на него. — Испугал ребенка!
Андрей угрожающе двигается в мою сторону и хватает за запястье.
— Это ты во всем виновата. Кто просил тебя приходить раньше с работы? Жили бы как прежде. А теперь нам предстоит разрушительный развод. Я отберу у тебя все, что смогу. Не думай, что я уйду с пакетиком семейных трусов. А вот ты останешься с голым задом. Это я тебе обещаю!