Рецепт её счастья

Пролог

Капри умел быть идеальным. Особенно в те дни, когда лето только вступало в свои жаркие права и солнце только поднималось над островом, окрашивая море в цвет размытой акварели, а в воздухе витал запах жасмина и терпкого кофе с улицы.
Мадс Нильсен, стоя на маленьком балконе своей квартиры, наблюдая за оживлённой улицей снизу, вдыхал этот запах— запах детства, покоя и иллюзии, что время здесь можно остановить.

Где-то там, внизу, город неспешно просыпался: старик, чьи виски уже давно тронула седина, открывал свою скромную цветочную лавку, поправлял бутоны ароматно цветущих, нежных ирисов в вазах и подрезал ярко-алые розы; молодые девушки, улыбаясь и разговаривая о чём-то то своём, уже шли в сторону моря с пляжными сумками на плечах.

Это был знакомый, убаюкивающий ритм, ради которого он, сбежав от выгорания и ледяного перфекционизма копенгагенских ресторанов, вернулся сюда, в дом своего отца.

Мадс оторвался от созерцания шумной улицы, чтобы допить маленькую чашку эспрессо. Горьковатый вкус вновь привёл его в чувства, вернув его в реальность дня, в котором был список дел и целая куча нерешённых вопросов.
Его взгляд скользнул по столику из выбеленного солнцем дерева и замер на единственном предмете, нарушавшем утреннюю идиллию.

Конверт.

Обычный, деловой, с лаконичным логотипом банка «Banco di Napoli» в углу. Он пришёл вчера, но Мадс сознательно отложил его в сторону – не хотел, чтобы официальная бумага омрачила вечер. «Очередная формальность»– убеждал он себя,– «накладная, уведомление».

Теперь, с внезапно отяжелевшим сердцем, он поставил пустую чашку, взял в руки конверт. Бумага была прохладной и плотной. Он провёл пальцем по шершавой поверхности, ощущая подушечками мелкие зубцы клея, и на мгновение почувствовал себя мальчишкой, который вот-вот узнает результат важного экзамена. Только ставки сейчас были несравнимо выше.

С улицы, словно сквозь пелену мыслей, донёсся смех и цокот каблуков по брусчатке. Где-то там кипела жизнь – лёгкая, беззаботная, летняя. А здесь, в его руках, лежало молчаливое напоминание о том, что иллюзии –вещь хрупкая. И время, которое он так хотел остановить, уже почти вышло.

Он глубоко вдохнул, вбирая в себя последнюю порцию утреннего покоя, пахнущего жасмином и надеждой.
Потом решительным движением вскрыл конверт.