Ректор для строптивой:укрощение магией

Глава 1

Меня зовут Елизавета Орлова, двадцать четыре года, и я тренер по боевым искусствам. В своём крошечном, но таком родном зале под старой кирпичной стеной я чувствовала себя как рыба в воде. Помню этот запах: кофе, свежие татами, лёгкий привкус хлорки от полотенец и обязательно — пота. Он, как ничто другое, определял труд и успех. Моя жизнь расписана по минутам, каждый день — это чёткий график: утренний бег, разминка, потом бесконечная череда учеников, от неловких новичков до тех, кто мог дать фору среднему спортсмену. Мне нравилась эта предсказуемость, этот контроль, который я имела над своей жизнью и своим телом. Но, как оказалось, Вселенная имела свои планы на мою предсказуемость. И эти планы включали в себя очень большое старое зеркало.

Всё началось совершенно буднично, как и большинство катастроф. Приехала ко мне какая-то дальняя родственница, тётка-затворница, которую я видела от силы пару раз в жизни. Она заявилась с огромным, старомодным зеркалом, затянутым в плотную, будто пыльную, ткань. «Это от нашей бабки, — проскрипела она тонким голосом, — наследство. Старинное. Только ты в него ночью не смотрись, Лизонька. У него характер». Я тогда только отмахнулась, пробормотав что-то про «бабушкины сказки». В моём мире зеркала отражали реальность, а характер имели люди.

Я поставила это зеркало в углу зала. Место там пустовало, оно было внушительным, в резной раме из тёмного дерева, и придавало студии какую-то особую, почти антикварную атмосферу. Пусть стоит, думала я, может, кто из девочек себя в полный рост оценит. А на следующее утро я собиралась записать видеоурок для своего блога, давно обещанный подписчикам. Тема: «Идеальный удар с разворота». Всё шло прекрасно, я выставляла свет, регулировала камеру, отмеряла дистанцию. Вот он, момент истины, этот красивый, точный, силовой удар, который так любят все ученики. Я сделала его раз, другой, третий – отлично. Но потом в голову пришла идея: «А что, если снять его с другого ракурса? Зеркальный вид будет особенно наглядным!»

Я пододвинула треногу ближе к тому самому зеркалу. Включила запись. Вдох, выдох. Разворот, мах ногой... Идеально. Моя нога прошла буквально в миллиметрах от поверхности, не касаясь её. Но зеркало... оно не выдержало. Оно не разбилось привычным образом, нет. Оно загудело, низко и протяжно, как трансформаторная будка. Поверхность пошла рябью, будто стала водой, и яркая голубая вспышка буквально окутала меня, схватив за щиколотку. В ту секунду я успела подумать о двух вещах: во-первых, «боже мой, только бы не сломала ногу, у меня же клиенты записаны на неделю вперёд», и во-вторых, «если это сон, то, черт возьми, пора бы уже и сюжет какой-то получить».

Когда я очнулась, первые секунды были наполнены недоумением. Пол был не мой, привычный, набившая оскомину татами. Земля, пахнущая сыростью и чем-то незнакомым. И потолка не было. Зато было небо. Невероятно лазурное, огромное, с двумя солнцами, одно из которых только-только садилось, заливая всё вокруг неземным оттенком. А потом я увидела её. Жабу. Нет, не так. Жабище! Метра полтора в высоту, с немигающими глазами и, что самое тревожное, с зубами. Она смотрела на меня, как на бесплатный завтрак.

Я медленно, очень медленно села, пытаясь проморгаться, чтобы вернуть привычную московскую реальность. Не вышло. Жаба издала нечто среднее между кваканьем и рычанием – «квроуарк!» – и сделала шаг навстречу. Я инстинктивно отреагировала, как на любой, кто пытается нарушить моё личное пространство: встала в стойку, предупреждая. «Открой рот – полу́чишь!» – вырвалось у меня. Она открыла. И получила. Боевой рефлекс, тренерская привычка – бей первой, иначе проиграешь. Через минуту я стояла над бесформенной, тихо булькающей кучей того, что ещё недавно было гигантской жабой. Мох под ней чуть подгорел от чего-то, что я не могла объяснить. И вот только тогда, когда адреналин чуть отступил, я услышала голоса, полные ужаса и изумления.

— Ты убила лесного духа! — выкрикнул кто-то за моей спиной.
Я обернулась. Передо мной стояли три мальчика и одна девочка, все в каких-то странных, длинных мантиях и с посохами. Лица их выражали нечто среднее между паникой и благоговением. Я хотела оправдаться, объяснить, что это была чистой воды самооборона, но вместо этого сама того не ожидая, произнесла:
— Сам напал. Не поделил территорию. Теперь в моём списке достижений — лягушачий апокалипсис.
Они переглянулись, словно услышали какое-то древнее, но совершенно безумное пророчество. Потом высокая блондинка робко прошептала кому-то: «Надо звать ректора».
Так я, Елизавета Орлова, совершенно случайно познакомилась с этим миром, его необычными обитателями и услышала первое в моей новой жизни имя — ректор. В тот момент я ещё не знала, что этот незнакомец очень скоро станет одной из самых больших «неожиданностей» в моей теперь уже совсем непредсказуемой жизни. А может, всё-таки стоило слушать про “не смотри в зеркало ночью”?