Реванш

Глава 1

Богдан прервался на глоток кофе, исподлобья смотря на шумных посетителей небольшой кофейни. Сегодня это место кишело любителями выкурить сигарету за чашкой кофе, не отходя от стола.

Но не смесь из диалогов отвлекала его от работы, а только ожидание человека, который  сообщит хорошую новость. Да, его задача – получать хорошие новости и управлять прибыльным делом.

Ещё глоток, увел взгляд в сторону окна, когда высокая стеклянная дверь открылась. На пороге показался друг.

Махнул рукой, чтобы Арис не тратил время на поиски. Но тот сосредоточенно рассматривал людей прищуренным взглядом и как назло не замечал поднятой руки.

– Арис! – шикнул, ударяя ладонью по столу.

Тот, наконец, увидел и  пошагал к столу.  

– Шевелись, – поторопил, посматривая на экран ноутбука. – И так дохрена дел.

Арис быстро сел на деревянный стул и несмело положил руки на стол. Хватило его беглого, потерянного взгляда, чтобы понять… Девка жива.

– Вы не убили её, – твердо заявил, вопрос лишний.

– Бодь, у нас проблемы, – промямлил Аристарх.

Богдан наигранно улыбнулся и откинулся на спинку дивана. Сжал кулаки, быстро окинул взглядом помещение.

– Бодь, ну так получилось. Мы почти… это сделали, но нагрянули его люди…

Медленно разжал кулаки и подался вперёд.

– Как они нашли? – процедил сквозь зубы.

– Не знаю. Но они забрали её. Сказали, что у босса с девкой свои счеты и разбираться будет он.

– Не узнали, случайно, как именно он будет разбираться?

– Нет, - Арис растерянно мотнул головой. – Но убивать, вроде, не планировал. Ему это невыгодно. Мертвецы не возвращают денег. Да и она же подставила…

– Сука! – не сдержался, крик привлек внимание. – А нам невыгодна её жизнь, – продолжил полушепотом, поглядывая на людей. – Арис, её надо найти. Иначе она расскажет то, о чём должна молчать вечно.    

– Издеваешься? – тихо проговорив, подался вперед. – Где мы её теперь найдём? Если она у этого авторитета…  

– Девку. Надо. Найти.

Злобно отчеканил, почти срываясь на крик, и резким движением захлопнул ноутбук. Прибыльное дело оказалось под угрозой. Жизнь – тоже.

*****

– Как же холодно, – прошептала, потирая ладонями плечи.

Борясь с головокружением и пульсирующей болью в висках, с трудом продолжала шагать вдоль железной дороги, с надеждой, что перед глазами появится что-то помимо жухлой травы, шпал и пустынности. Замоталась в куртку, прячась от ледяного порыва ветра, и потерянно осмотрела пространство, с ужасом понимая, что поблизости людей нет. Помочь некому.

Вновь накинула на голову сброшенный ветром капюшон, натянула рукава кофты, отчаянно пряча ладони от касаний холодного ветра и, сутулясь, пошагала дальше. Так продолжалось  долго. Уже долго плелась вдоль путей, разглядывая испачканные в грязь черные ботинки и одежду, едва не теряя сознание от боли в висках и без толку пытаясь вспомнить собственное имя.  

Так продолжалось с тех пор, как протяжный сигнал поезда заставил очнуться и обнаружить себя лежащей на промозглой земле. Возле железной дороги, со странным навязчивым чувством, будто сама себе чужая. Что-то не давало покоя, грызло глубоко внутри.

Теперь же, сутулясь и обнимая себя, брела куда угодно, ударяемая ледяными порывами ветра. Вскоре её догнал ещё один поезд. Время шло, но она так и не вспомнила собственное имя.

Холод, пробирающий до костей, и пульсирующая боль в висках заставляли всё чаще сбивать шаг. В очередной раз натянула рукав кофты, чтобы укрыть ладонь от холода, но только теперь заметила на окровавленном запястье тонкий золотой браслет. Прикоснулась  белыми, ледяными пальцами, немного постояла, бездумно рассматривая  знакомое украшение, пока новый удар ветра не заставил спрятать ладони и пойти дальше.

Спустя несчитанное количество уставших шагов, вышла к дороге. Взгляд уткнулся в  здание неподалеку. Слабо улыбнулась заледеневшими губами, глядя на белое одноэтажное кафе. Награда за скитание. Перешла дорогу, быстро толкнула дверь, врезаясь в холодное дерево раскрытыми ладонями, и оказалась в немноголюдном, теплом помещении. Дверь, едко скрипя, закрылась за спиной.

Неуверенно пошагала к ближайшему свободному столу мимо посетителей, с опаской улавливая их странные взгляды. Они смотрели на неё как на призрака.

Снимая капюшон, уселась на мягкий диван возле белой стены, и устало откинулась на спинку. Дрожала и куталась в куртку, пытаясь насытиться долгожданным теплом и испуганно думая, что делать дальше. 

– Что будете? – прозвучал рядом безразличный голос.

Подняла взгляд, растерянно посмотрела на девушку в белом фартуке.

– Я... – прочистила горло, вероятно, вид у неё был не очень, судя по взгляду официантки. – А какой это город?

Девушка пренебрежительно смерила её взглядом.

– Никакой, – странно улыбнулась уголком рта. – До города ещё километров сорок.

Глава 2

Пыталась не обращать внимания на звон посуды, смешивающийся с чужими разговорами, и сосредоточиться на собственной проблеме. Однако перешептывания и косые взгляды людей каждый раз отвлекали, укрепляя напряжение, сковывающее мышцы, а следом и мыслительный процесс.

Зато их поведение ясно подсказывало, что в этом месте на помощь никто не раскошелится.

С ней даже никто не заговорит. Да и как сказать… Как правильно сформулировать, что ничего не помнит о себе, не знает как оказалась возле железной дороги, испачканная в кровь и грязь. Но при этом прекрасно помнит, что стакан – это стакан.

Вдохнула запах свежей выпечки, испытывая отвращение вместо чувства голода.

Гордо приподняла голову, услышав очередное перешептывание. Заметила стремительно приближающуюся и держащую круглый поднос худощавую официантку.

Нервно сглотнула, наблюдая, как девушка неприветливо поставила стакан и быстро пошагала прочь, прижимая к груди поднос. Арина устало взглянула на стакан с цветастым узором. Прикоснулась к холодному стеклу и замешкалась – сомнительное кафе и люди, находящиеся в зале, усиливали тревогу и даже отбивали жажду. А с другой стороны, придется идти дальше и искать ночлег, и, возможно, это последний стакан воды перед неизвестной дорогой, а следующий – перед ней поставят нескоро.    

Недолго брезгуя странным гостеприимством, жадными глотками выпила воду. Вытерла губы тыльной стороной ладони, нижняя губа засаднила.

Подавила стон усталости, вспоминая о ранах… Отодвинула рукав кофты и прищурено осмотрела кровавую полоску, опоясывающую запястье.

Наверное, руки были связаны чем-то, стирающим тонкую кожу в кровь. Поймав на себе удивленный взгляд светловолосой женщины за соседним столиком, быстро натянула рукав кофты и опустила руки. Скорее всего, пора убираться из этого места. Но вот ещё что…

Встала из-за стола и, крепко обнимая себя, побрела к стойке бара. Теперь заботило только собственное будущее, стремительно выработался иммунитет на мнения и мысли чужих людей. Плевать на всяких тёток светловолосых и прочих критиканов.

Однако захотелось узнать причину таких взглядов…

– Где здесь зеркало? – ровным тихим голосом обратилась к упитанному мужчине, ранее кричавшему на официантку. 

Мужчина вяло усмехнулся, изучая её лицо, и мотнул головой в сторону коричневой приоткрытой двери.   

Мигом направилась к указанной дверце. Резкий запах хлорки ударил в ноздри, заставляя поморщиться. Зашла в уборную и поспешила закрыть за собой дверь на сомнительный засов. Скорее всего, эта штука висела здесь для имитации необходимой интимности. Засов держался на честном слове или на вере хозяина этого заведения, что вещь может служить вечно.    

Подбежала к широкому зеркалу и тут же поняла причину шепота и странных взглядов. Как ещё отреагировать на девушку, у которой всё лицо в крови и грязи, да ещё и черный растекшийся макияж.

Удивленный взгляд уставился на обшарпанное отражение. Запекшаяся кровь на лбу и виске. Возможно, сильно ударили по голове, чем и отшибли часть памяти. Кровь на щеке вперемешку с грязью и порез на нижней губе, выделяющийся темно-красной полоской на фоне бледноватых губ.

– Боже…  

Торопливым движением включила воду и сунула руки под холодную струю. Мокрыми пальцами, в которых понемногу оживала кровь, аккуратно стирала грязь со щеки. Холодные капли стекали по лицу, смывая кровь и немного ободряя состояние. Кончиками пальцев стерла черные круги под глазами от расплывшихся теней, придавая макияжу относительную аккуратность. Поправила волосы, выдирая из спутанных прядей остатки желтых листьев. Слегка повернув голову, взглянула на безобразную рану на виске. 

Помыла руки и выключила воду. Снова оценила свое отражение. Жалкое зрелище, но хотя бы смыла элемент ужаса. Взгляд упал на верхний карман куртки. Растерянным движением сунула руку в карман, но ничего не обнаружила внутри. Быстро пошарила по остальным карманам, в надежде отыскать что-нибудь напоминающее о личности или какие-то деньги. Но всё напрасно. Глубоко вздохнула и направилась к выходу.

В карманах пустота, а надежда – враг человека. Отодвинула засов и кончиками пальцев толкнула легкую дверь. Обнимая себя – вероятно, это придавало долю уверенности – снова пошагала к упитанному мужчине в рубашке грязно-белого цвета. Он всё время сидел за стойкой бара и, видимо, отслеживал работу официантов и бармена.

– Как мне добраться до города? – тихо спросила, усиливая объятия.

Он лишь вяло улыбнулся и пожал плечами. Не везет. Определенно не везет в этой жизни.

– Только автостопом, – раздался в стороне озадаченный голос низкорослого бармена. – Перейти дорогу и ловить машину.

Выслушала парня и благодарно кивнула. Бросила упитанному ублюдку презрительный взгляд и поплелась к выходу. Вероятно, они все приняли её за наркоманку, никто не торопился помочь хотя бы подсказкой. Повезло, бармен оказался рядом и услышал вопрос.

Вышла и специально громко закрыла за собой дверь. Злилась и отчаянно пыталась вспомнить хоть что-то о себе. Но всё тщетно. Вместо информации раздражающая пустота. 

Снова оказалась на холодной, ветреной улице. Без памяти, без плана и с усиливающейся головной болью.

Глава 3

Пытался сосредоточиться на шуме двигателя и не слушать бухой бред придурка. Смотрел на черный обод руля чаще, чем на дорогу. Иногда и хотелось врезаться во что-нибудь, лишь бы Антон заткнулся, но себя-то жалко гробить.

Саднящее чувство не позволяло отдать всё внимание вождению и предстоящим похотливым планам на ночь. Его ждала безотказная женщина, разделяющая отношения без обязательств. Но похоть и внимание уничтожались навязчивыми мыслями о странной девушке. Всегда умел бороться с мыслями, отгонял прочь и умело побеждал. Сейчас… Не получалось отделаться от её испуганного взгляда – скорее всего, он был диктован предложенными обстоятельствами  – но если её избавить от крови, грязи и холода, то одним лишь взглядом она докажет, что не из робких.

С виду хрупкая, как спичка. Худые, но неслабые руки, выдержка. Отчаянное молчание, пока она смотрела в глаза и умирала от холода. Дремавшая бандитская интуиция вяло шепнула – стоит этой девушке помочь и беспомощность превратится в разрушительную дерзость.

В стороне раздался хрипловатый смешок друга.

– Чего замолчал, Самойлов? Какие впечатления от дня рождения?

– Мне плевать, – резко повернул руль. – Я не планировал отмечать. И ехал заключать сделку, а не на тусу в честь дня рождения. Ну теперь я четко вижу, что у тебя на лбу написано «пиздабол».  

– Да ла-а-адно тебе, – пьяно протянул. – Это ж мой сюрприз. Заманил тебя в ресторан под предлог… – он громко икнул, – ом. Под предлогом…

– Всё заткнись, – раздраженно бросил, опустил стекло наполовину и облегченно вдохнул свежий воздух. – Я думаю.

Запах дешевых сигарет – Антон не был привередливым в выборе отравы – и алкоголя нервировали Самойлова. Стиснув зубы, смотрел на дорогу, пытаясь выгнать из головы девушку.

Паскуда. Его бухие тирады вынуждали желать, чтоб в тачку врезался другой массивный внедорожник. Конечно, желательно, чтоб врезался в пассажирскую дверь.

Сигналы машин, шум колес, громкие разговоры – всё это неторопливо разбивало ночную тишину. Глаза светофоров будто делили территорию с лучами фонарей. От всего этого хотелось спрятаться. Например, в чьих-то объятиях.

– Ты про ту бабу думаешь? – язвительно спросил, словно умея заглядывать в мысли.    

– У неё красивые глаза, – не стал отрицать, вспоминая незнакомку.

– Ага. А её морду в крови ты не заметил? Только красивые глаза?

– Да, Тоха, ты часто видал окровавленные лица, – едко подметил. – Особенно, когда пиздил свою жену.

Нарочно заносчиво проговорил и, мельком взглянув на падлу, уловил его лютый взгляд. Ненависть так и заливала его глаза, ну вперемешку с алкоголем, естественно. За это, в конце концов, Самойлов стал презирать эту пьяную тряпку, полусидящую рядом. Антон размахивал кулаками перед теми, кто обречен и лишен возможности дать достойную ответку. И прятал руки в карманы, боясь задеть тех, кто может лихо ответить на удар.

– Той дворняге просто пить надо меньше, – лениво посоветовал Тоха, вероятно, давая совет странной девушке.

– Сказал придурошный мудак, который минуту в тачку попасть не мог, – брезгливо напомнил. – Какие тебе шлюхи? Ты сейчас овощ в квадрате. В дверь не попадешь, а планируешь в дырку…

– Э-э, хватит, Самойлов, – похлопал Максима по плечу. – Вот такие как ты, вылупились, чтобы внести непосильный вклад в криминал…

– Как же ты достал уже, – злобным шепотом проговорил в открытое окно, игнорируя пьяного эксперта.

Триста раз пожалел, что впустил в машину эту гиену плешивую. Так ещё и салон тачки пропитается перегаром.

Оставалось незаконченное дело, убивающее все предвкушения встречи с безотказной женщиной. Помутнение бандитского рассудка, психологический сдвиг или бесы попутали… Но он вмиг вылетел на встречную полосу, сталкиваясь с опешившим ревом клаксонов, сворачивающими в стороны автомобилями и матерными криками водителей. С заносом развернул внедорожник, яростно прокручивая холодный руль, и резко затормозил на обочине.

– Ты чего…

– Всё, Тоха, на выход ковыляй, – раздраженно приказал и открыл пассажирскую дверь.

– Ты чокнулся…

– На выход! – пару раз толкнул в плечо пьяного придурка. – Выкатывайся!        

– Ты чё, за той кралей вернешься? Вот так значит с другом…

Максим ударил его в плечо и грубо вытолкал из тачки.

– А как я доберусь до…

– Оклемаешься от дозы и доберешься, – опять толкнул мудака, нагло лезущего в тачку. – Рабу своему позвони, он тебя заберет, – перегнулся через сиденье и закрыл дверь.

Сразу вдавил педаль в днище и помчал к «Аметисту». Не думал, что так закончится день рождения, но ведь и не планировал праздновать, поэтому... Можно всё испортить и узнать, чем закончится ярое желание вернуться к ней…

Летел со скоростью пули, рассекая пространство и отвечая сигналом на гневные сигналы машин. Открытым, уверенным взглядом сканировал темную дорогу, минуя машины. 

Гонка закончилась, когда в поле зрения попал яркий ресторан. Мерно сбил скорость и опять вылетел на встречку. С визгом затормозил у обочины и вылетел из машины.

Глава 4

Через раз дыша, с дрожью отстранилась, бросая на мужчину сосредоточенный взгляд.

Его фраза словно зависла в воздухе, а её свинцовые отзвуки смешались с густым дымом белой сигареты.

– Так ты меня знаешь? – наконец решилась на судьбоносный вопрос. – Поэтому вернулся? Откуда ты меня знаешь?

Слегка наклонилась вперед, улавливая каждое изменение его взгляда и сокращения лицевых мышц. Азарт черных глаз померк, и уголок рта слегка дернулся. Едва уловимо – не сканируй она взглядом  выражение лица, не заметила бы это секундное сокращение.   

Самойлов откинулся на спинку стула и медлительно затянулся дымом.

– Я пошутил. Расслабься, – спокойно ответил, даря легкую улыбку. – Сегодня я впервые тебя увидел.

Теперь же захотелось расцарапать его лицо и содрать заодно эту наглую, легкую улыбку. Шутка не впечатлила.

Отвела взгляд, чтобы скрыть замешательство и потерянность. Ясно чувствовала, как внутри зарождается ярость. И как удачно это крайнее проявление эмоции граничит с отчаянием.

– Ну ты и сволочь, Самойлов, – не удержалась от ответа и подняла на него гневный взгляд. – Так не шутят, скотина! – ударила кулаком по столу.

– Тише, незнакомка, – с каплей угрозы в голосе приструнил. – Ты в моём доме и…

– Я пытаюсь вспомнить хоть незначительную деталь из жизни! Хоть что-нибудь! А ты…

Вмиг замолчала и неспешно выпрямила спину. Размеренно выдохнула и улыбнулась, глядя на мужчину. Слегка наклонила голову, изучая выражение его лица, граничащее с искренним удивлением и недовольством. Словно ему не понравилось изменение в поведении, и он остался разочарован.

Обвила ладонями теплую кружку и отпила чаю. Сама от себя такого не ожидала, но вдруг ярость и крик показались бессмысленными. Ярко почувствовала, как внутри что-то переключилось, и агрессия вмиг испарилась.

– А где истерика? И это всё? – в его голосе явно скользила нота печали.

– И это всё, – шепотом подтвердила и потянулась за кусочком яблока.

– А как ты так… за секунду успокоилась? – он был явно разочарован. – Откуда такая сноровка?

– А я не помню, – весело ответила, откидываясь на спинку стула.

Самойлов восхищенно присвистнул и поспешил затянуть своё отчаяние густым дымом сигареты.

Ещё глоток чая и дыма. Потом секунда тщательно скрытого отчаяния, порожденного жестокой шуткой. Самобичевание за тщетные попытки вспомнить, беспомощность, ненависть к себе и курящему напротив, а потом снова резкое спокойствие. Всё это пока Самойлов курил третью по счету сигарету, иногда насвистывая веселую мелодию и поглядывая на Арину.

– У тебя там… – указал сигаретой на халат и едва сдержал улыбку. – Халатик распахнулся, – удовлетворенно добавил шутник.

Непоколебимо продолжила чаепитие – хотя кружка почти опустела – не обращая внимания на хитрые нотки в голосе мужчины.

Что ж, вероятно, теперь ему посчастливилось оценить красный кружевной лифчик. Мысленно похвалила себя за решение не напяливать халат на голое тело. Такого чертов шутник точно не заслужил.

Прислушивалась к чувствам и ощущениям. Странно, но… Никакого смущения. Тело не реагировало на заинтересованные взгляды мужчины, руки не мельтешили в стеснительных попытках прикрыть и спрятать обнажившуюся часть тела.

– Я очень устала, – сказала, внимательно глядя на Максима, и медленно встала из-за стола. – Я прилягу в гостиной на диване, – утверждение прозвучало как скромный вопрос.

– Гостевая на втором этаже, – безразлично скомандовал, бросая окурок на столешницу. – По коридору третья дверь направо. Удачи.

– В таком случае, дай мне рубашку или что-то другое, – попросила, рискуя показаться наглой. – В халате жарко.

– Жарко? – пренебрежительно фыркнул и сорвался с места. – Какая роскошь, да?  Ещё недавно дама замерзала.

Настороженно следила за медленно приближающимся мужчиной. Его последние слова опять пропитались ядом и взгляд остервенел. Характер мужчины прыгал из крайности в крайность. Из раскрепощенного весельчака он живо превращался в надменного  жестокого ублюдка. Как по щелчку меняя персонажей.

Он прервал зрительный контакт и направился к выходу, хватая пальцами пояс халата и уводя Арину за собой. Ну что ж, послушно пошагала следом, игнорируя имитацию поводка.

На возмущения и вырывание пояса из его рук сил не было. В довольно странной манере сопроводил на второй этаж и провел в гостевую спальню. Отпустил пояс и молча ушел. Застыла на пороге, рассматривая небольшую комнату.        

Высокий торшер возле одноместной широкой кровати скупился на свет. Но рассмотрела круглый журнальный столик, мягкое кресло и книжный шкаф возле окна.

– Держи, незнакомка, – послышался спокойный голос за спиной.

Обернулась. Максим держал в протянутой руке темно-фиолетовую рубашку. Благодарно улыбнулась и забрала вещь, разглядывая его лицо. Каменная мимика, ни злости, ни азарта. Видимо, он мастерски управлял эмоциями, когда хотел. Персонажи не менялись без его внимания, а пальцами щелкал только он. 

Глава 5

Худой мужчина неспешно поправил воротник темно-синей куртки. Ассиметричная улыбка исчезла, смотрел прямо в глаза Арины, но не приближался.

– Макс, – обратилась к Самойлову, пристально рассматривающему красную этикетку на бутылке.  – Он зна…

– Арина, расслабься, – пробурчал, не отрывая взгляд от этикетки. – Никто тебя не знает.

Стиснула зубы, яростно рассматривая профиль мужчины с каменной мимикой. Конечно, разглядывать бутылку вина более приятно, чем вновь окунаться в проблемы незнакомки.

Он словно считал вопящие мысленные просьбы и взглянул на неё, с небрежным грохотом возвращая бутылку на полку. Спустя секунду перевел взгляд на худого мужчину, и каменная мимика растаяла.

– Вот чертов уродец, – на губах заиграло отвращение. – Арис! – толкнул телегу и направился к худому. – Уебок херов, ты какого хуя выслеживаешь меня?!

Так называемый Арис включил испуганный взгляд и комично засеменил, убегая от Самойлова.

– Урода кусок! – крикнул вслед неприятелю.

Скрестила руки перед собой, мельком осматриваясь по сторонам. Жизнь вокруг них практически остановилась, и удивленные люди рыскали взглядами, сканируя то её, то Макса, то виновника этой матерной эскапады.

– Извините.

Самойлов галантно кивнул бабушке, удивленно смотрящей на него и вероятно офигивая от словарного запаса мужчины. Невозмутимо осмотрел людей и пошагал к Арине.

– Кто это? – тихо спросила, наблюдая, как мужчина халатными движениями кладет в телегу бутылки.

– Это шавка моего врага, – прихватил с полки бутылку белого вина. – Статусный мужик, да?

– Мне показалось… – неловко замялась и нервно осмотрелась по сторонам. – Показалось, он меня знает.

Самойлов застыл на мгновенья, затем одарил её презрительной ухмылкой. Подался прочь, увозя за собой телегу, набитую алкогольными сокровищами.

– Ну если он тебя знает, то я зря вернулся, – грубо произнес и в ускоренном темпе направился к кассе. – И зря вожусь с тобой, – послышались отголоски возмущений.

Растерянно побрела следом, обдумывая грубые заявления мужчины. Получалось, он действительно не знал её, иначе не оказывал бы помощь приближенной к врагу девушке.

Следом плелся новый мучающий вопрос – как поступит Самойлов, если – или даже когда - выяснит, что она знакома с его врагом? В прошлой жизни. В той, где была память.

Ведь вспоминая взгляд и кривую ухмылку худого, не сомневалась, что когда-то была знакома с ним. И возможно с его боссом – врагом Самойлова. Нагромождение вопросов вновь спровоцировало боль в висках. Вопросы одиноко метались в голове, оставаясь без ответов.

Выстояв очередь, Самойлов раскованно выложил громыхающие алкогольным перезвоном  бутылки на ленту.

На его лице опять ни одной эмоции, теперь он словно забыл о рядом стоящей незнакомке  и дарил всё внимание алкоголю, а затем… кассирше. Неживая мимика сменилась легкой улыбкой, за которой последовал комплимент из лживых уст преступника.   

Арина слабо улыбнулась, чувствуя, как внутри зарождается неприятие к рыжеволосой девушке. Ублюдок. Он нарочно создавал атмосферу под названием «третий лишний», выставляя лишней Арину. Рыжеволосая премило улыбнулась в ответ и поблагодарила за комплимент, будто забыв, что находится на работе. Вперед, Самойлов, только противозачаточные не забудь ей купить.  

Не желая наблюдать дешевый спектакль, живо проскользнула мимо мужчины и быстрым шагом направилась к выходу.

Выбежала на шумную улицу и подошла к массивному внедорожнику. Поправила волосы, собранные в хвост и скрестила руки перед собой. В ожидании мужчины, минуты бежали без толку. Закрыв глаза, зазря прокручивала в памяти образ худого, пытаясь отыскать нить, за которую можно ухватиться. Хоть на сантиметры расплести кокон, в который завернулась память…      

Подняла веки, услышав цокот стекла. Самойлов торопливо погрузил бутылки в багажник и размашистым движением захлопнул дверцу.

– Да воскреснет цирроз печени, – язвительно прокомментировала его довольное выражение лица.

– Выпьем за твой склероз, – в джентльменском жесте открыл пассажирскую дверцу.  – Вдруг вспомнишь что-то.

– Ну и как та рыжеволосая? – безразлично и с каплей насмешки спросила. – Не посмела отказать тебе?

– В машину! – грубо скомандовал, едва сдерживая дрожь желвак.

О, видимо, посмела. В такие моменты четко понимала – легко может оказаться на улице. И вряд ли найдется подобный преступник-альтруист, выгнавший друга из машины, вернется согревать и дарить ей помощь. А потепление всего лишь временное и впереди зима. Поэтому без лишних язвительных словечек залезла в автомобиль. Едва опустила свою приключенческую задницу на кожаное сиденье, как дверца громко захлопнулась. Настолько громко, что показалось, будто крутые тонированные стекла задребезжали. Интересно, почему они не фиолетового цвета.  

Самойлов занял водительское место, и теперь же на лице сияла усмешка. Не успевала отслеживать его настрой. Слишком свободен, раскован. Частая смена эмоций вызывала диссонанс.

Глава 6

Мимо проплывала третья минута молчания, утопающая в облаках едкого дыма. Сигарета медленно тлела, ожидая прикосновения бледных губ, но курить Арина не собиралась.

Отследила взглядом, как янтарь наполняет стаканы, как медленно мужчина возвращает бутылку на стол и, наконец, посмотрела ему в глаза.

Все эти минуты Самойлов молчаливо изучал её. Сканировал магнетическим взглядом, будто нужную информацию Матвей написал у неё на лбу.

– Чего застыла? – запрокинул голову, выдыхая дым.

– Думаю, информация мне не понравится, – ровно ответила, пытаясь отогнать дрянное предчувствие.  

Облизала губы, пробуя на вкус горечь дыма, и неспешно покрутила сигарету, прикасаясь подрагивающими пальцами к тонкой бумаге.

Курить перехотелось однозначно. Сердце полупьяно металось в предвкушении чего-то плохого. Неизвестность заманчива, равно как и губительна. Рьяно пыталась вспомнить детали из жизни, но видимо, оказалась не готова к тому, что забытая жизнь в виде пластиковой папки свалится на голову.

Самойлов придвинул пепельницу, и Арина медленно выбросила сигарету. Прикоснулась к холодному стакану и в несколько глотков осушила.

– Мы отыскали твой первый порок, – ядовито заметил. – Ты пьешь вискарь как воду.

– Я нервничаю, – вернула на стол, заставляя лед в стакане содрогнуться.

– Да, это хорошее оправдание, – съязвил, выпуская дым.

– И злюсь, – быстро добавила, нервно насыщая легкие витающим в небольшом пространстве сигаретным дымом.   

В какой-то момент в нервную тишину и пассивное курение вторгся звук тяжелых шагов. Напряглась и взглянула на Самойлова. Он криво улыбнулся, продолжая затягиваться дымом. Видимо, знал, кого скоро увидит на пороге.

– Опять с этими пауками носится…

Послышался из коридора знакомый грубый голос. Тихо засмеялась, глядя на недовольную гримасу на лице Самойлова, в следующую секунду оно вновь примерило каменную мимику. Видимо, идущий к ним дядя тоже не принимал всерьез экзотическую семью Самойлова. 

Он швырнул окурок, но тот непослушно миновал пепельницу и приземлился на край столешницы. Сканируя остаток сигареты, Самойлов ударил ладонью по столу, и окурок исчез из поля зрения, бесшумно падая на кафель.

– Сука, – шепнул, хватая стакан, в котором медленно таяли кубики льда.

– Ты надеялся силой взгляда заставить его переместиться в пепельницу?

Едко спросила, встречая злой взгляд Макса, когда на пороге нарисовался богатырь Матвейка.

– А надымили тут, – раздраженно помахал рукой, отбиваясь от дымного тумана. – Пипец.

Бросив вместо приветствия нервные претензии, прошел к окну и живо открыл настежь. Посмотрела на Самойлова. Всё так же прожигал её злым взглядом, игнорируя приход друга.

– А вы чего в тишине сидите? – поинтересовался, отодвигая стул и присаживаясь возле Макса.   

– А теперь так же красиво пройдись обратно и закрой, – концентрируя всю злость в одном предложении, сказал Самойлов.

Матвей нахмурил густые брови, разглядывая друга, но через пару секунд сорвался с места и покорно потопал к окну.

– Как знаешь, – безразлично сказал, с хлопком закрывая. – Травись дальше.

Быстро вернулся на место и, прищуривая миндалевидные глаза, осмотрел хаос из окурков и алкоголь на столе.

Самойлов не удосужился хоть раз взглянуть на пришедшего друга. Неудобное молчание затянулось, но вставить свое слово не решалась. Да и не было никаких слов. Мысли путались в дымном тумане и вязком страхе. Рядом находился тот, кто, вероятно, принес информацию. 

Сцепила пальцы в замок и прислонила руки к губам. Уставилась в бежевый стол, тайком рассматривая бородатого мужчину. Он поправил воротник красной рубахи, верхние пуговицы расстегнуты, и выглаженная ткань бесстыдно оголяла часть массивной мужской груди. Толстые звенья золотого браслета опоясывали мощное запястье мужчины.

Он выше и крепче чем Самойлов, но как послушно спасовал, когда приказали закрыть окно. В рукопашном мог бы победить, хотя подумалось, что Максим изворотливее. Развернувшаяся картина доказывала – сила не в физическом превосходстве. Сила в голосе и взгляде, в энергетике преступника – всё это работает не хуже кулаков, если уметь пользоваться. 

– А что вообще происходит? – наконец-то Матвей разбил угнетающую тишину. – Нам за поставки договариваться, а ты уже бухаешь.

– Не бузи, брат, – Максим соизволил отозваться. – Выпей с нами.

Макс небрежно схватил бутылку так, что та чуть не выскользнула из рук. Что-то сказал одними губами – наверняка это был мат – и плеснул янтаря в стаканы. Толкнул стакан Арины и тот эффектно остановился возле её руки, а перед Матвеем поставил бутылку.

– А ещё Тоху алкашом называешь.

Матвей схватил бутылку огромной рукой и пригубил хорошую порцию жесткого напитка. Поставил на стол, глотая алкоголь, даже не поморщившись. Что ж, такому и от бочки вискаря ничего не станется.

– Ты, кстати, почему его из машины выставил? – хрипловато поинтересовался, приглаживая рыжеватые короткие волосы.

Глава 7

Лежала с закрытыми глазами, слушая умиротворяющую тишину спальни. Закутавшись в теплое одеяло, наслаждалась комфортом. Убежденно игнорировала угрозы Самойлова, который обещал принести в кровать Мортиса, если она не примет вертикальное положение.

Его голос звучал неправдоподобно, поэтому на все угрозы лишь слабо улыбнулась и перевернулась на другой бок, заматываясь в одеяло, как в кокон. 

Ночь плавно превратилась в пикантную игру. И Арина сдалась. Опять. А в целом, игра потребовала много энергии, но бездонный экстаз того стоил. В любом случае, мужчине удалось  доказать, впредь ей стоит быть безотказной. 

Медленно перекатилась на холодную половину кровати. Что-то мягкое вмиг скользнуло по ноге и прикоснулось к колену. Вздрогнула и подхватилась, судорожными движениями отбрасывая одеяло. Понадобилось несколько секунд, дабы понять, что это долбаный чулок.

– Сволочь, – облегченно выдохнула и дрожащими пальцами стянула чулки.

Раздраженно отбросила прочь и села на кровати. Зарыла лицо ладонями, лениво потирая глаза, в попытке избавиться от странного состояния, когда организм готов бодрствовать, но при этом невозможно выбраться из постели.  

Долбаные чулки. На секунду подумала, Самойлов действительно подбросил Мортиса, и это мохнатое чудовище коснулось её колена.

Невольно вздрогнула и отняла ладони от лица. Для пущего самоуспокоения осмотрела кровать и, убедившись, что угроза всё-таки были фальшивкой, облегченно откинулась на мягкую черную спинку кровати.

Окинула любопытным взглядом просторную спальню, теперь залитую дневным светом. Здесь всё иначе. Строгая бежево-коричневая геометрия сменилась строгой черно-белой палитрой. Насыщенно-черные подвесные тумбы, торшеры, ковер. Даже на круглом белом столике, стоящем напротив кровати, лежали книги в черных обложках. И статуэтка в виде паука-тарантула. Конечно, Самойлов, куда же без пауков.   

Это же надо так идейно проработать интерьер спальни.

Встала и, схватив первую вещь, валявшеюся на полу – ею оказалась рубашка мужчины – накинула и быстро запахнулась.

Подошла к высоченному окну. Отодвинув тюль, взглянула на клубящийся  туман. Всматриваясь в осеннюю полуголую природу, едва выглядывающую из-за тумана, подумала, что это отличный унылый день для того, чтобы хоть что-то вспомнить.

Радикальные меры, вроде гипноза, отпугивали. Но всерьез задумывалась о медикаментозной терапии и витаминах.

– Спускайся есть, – прозвучало как приказ. – Нас ждет дело.

Обернулась на голос в тот момент, когда за Самойловым закрылась дверь. Впечатление, будто мужчины и не было в комнате, а убежденный приказ прозвучал извне.

Вышла из спальни и вернулась в гостевую комнату. Схватив полотенце, белье и нужную одежду, со скоростью человека, что страдает арахнофобией и только что увидел паука, помчалась в ванную комнату. Нехотя смыла с кожи цитрусовый запах мужчины, торопливо привела себя в порядок и накрасила глаза темными тенями. Натянула шорты, майку на тонких бретелях и шустро спустилась по лестнице.

Знакомый свист с каждым разом раздражал всё меньше. Медленно переступила порог кухни. Насвистывая веселую мелодию, Самойлов расставлял тарелки.

– Чай с лимоном, даже без сахара, – весело прорекламировал, указав на фиолетовую кружку. – Зеленые яблоки, горький шоколад, орехи, сыр...

– Это я помню, Самойлов, – тихо прервала и села за стол. – О каком деле шла речь?

– Кушай орехи, – указал на стеклянную емкость. – Врач давал список продуктов, которые для памяти…

– Да, я помню, – опять нагло перебила. – Ты на вопрос ответишь? Какое дело?

– Скоро увидишь, – мило усмехнулся. 

Жалобно и тихо простонала, обнимая ладонями горячую кружку. Сюрпризы от Самойлова хуже амнезии. Тем более прошлое дело закончилось тем, что в супермаркете их увидел Арис. Не решалась задать вопрос, но ведь ситуация наверняка требовала продолжения. Видимо, боссу Ариса что-то нужно. Например, добраться до неё.

– С тобой спать невозможно, – убежденно заявил, садясь напротив и зажигая сигарету.

– Интригуешь, Самойлов, – усмехнулась и украдкой отпила кисловатого чая. – Прямо-таки невозможно?

– Спишь неспокойно, – затянулся дымом и выпустил в сторону. – Постоянно воруешь одеяло.

– Одеяло? И это проблема? Ты мог встать и взять себе другое, – хмыкнула, подставляя ближе блюдце с орехами.

– Не поверишь, незнакомка, но я так и сделал, – лениво развалился на стуле и взял чашку. – И примерно через полчаса ты стянула с меня второе. Вывод – ты эгоистка.

– Я ничего такого не помню, – ответила, наблюдая, как Макс пытается пригубить горячий кофе.

– Это очень удобно. Ищешь выгоду в любых ситуациях? – расслабленно затянулся сигаретой. – Я не помню, отвалите от меня.

– Именно, – ответила, жуя орешек.

Едва заметная добрая улыбка коснулась его губ. Продолжил пить кофе и расслабленно затягиваться сигаретой, вновь отравляя небольшое помещение.

Отпила чая и взяла ломтик зеленого яблока. Пристально наблюдала за мертвой мимикой человека напротив. Но нескрываемый блеск темных глаз, подсказывал – мужчина находится в безопасном настроении. Видимо, до момента пока кто-то из врагов не сделал полшага навстречу.