Ритуал для двоих

ГЛАВА 1. ГРУЗ

Этот холод был не просто магией, что струилась по венам с самого его рождения.

Он был той самой клятвой, что вживляется прямо в плоть и становится частью дыхания. Он был дисциплиной, что заменила ему кости и суставы. Он был белым, безмолвным саваном, наброшенным на всё лишнее: на страх, на сомнения и жалость. Кайран стоял в тронном зале Серебряной Башни, и лёд сам собой медленно нарастал тончайшим инеем на латах у его плеч, словно напоминание о чём-то важном. Но чего именно? Что он — Страж. Оружие в руках кого-то другого. Всего лишь печать на официальном конверте, хранящем покой Империи.

Императорская зала, в которой он сегодня нёс стражу, всегда казалась Кайрану стерильной и тихой, даже немного напоминающей собой гробницу, а мраморный пол отражал призрачный свет белых кристаллов, парящих где-то высоко под сводами и заменяющими собой любое освещение. Нигде не было ни пылинки, а стены поглощали любой зародившийся здесь звук. И то единственное, что нарушало застойную тишину, было лишь его собственное, замедленное сердцебиение, которое он и слышал лишь тогда, когда прислушивался — ровный, метрономный стук машины, а не живого человека.

Императрица сидела на троне из голубого оникса. Её лицо, прекрасное и неподвижное, казалось высеченным из того же камня. Ни возраста. Ни эмоций. Только лишь воля, обёрнутая в шелка цвета зимнего неба.

— Кайран, — её голос был тихим, но резал тишину также, как лезвие плавно разрезает на ленты гладкий шёлк. — Подойди.

Он сделал шаг. Потом ещё один. Его сапоги не стучали — подошвы, обледеневшие, слипались с мрамором в беззвучном прикосновении. Он остановился в трёх шагах от подножия трона, опустился на одно колено и почтительно склонил голову, зная, что не смеет смотреть на королеву без её на то дозволения. Ледяные пластины лат мягко звякнули, но стены тут же поглотили и этот отзвук.

— Встань. Посмотри на меня.

Он поднял голову. Встретился с её взглядом. Глаза Императрицы были цвета промёрзшего озера — светло-серые, прозрачные, видящие всё и ничего одновременно. Порою от её взгляда становилось жутко. Она словно бы могла заглянуть тебе в душу и прочитать все секреты, что ты спрятал на дне сердечных камер.

— На севере Граница истончается, — сказала она, не повышая тона. — Призраки Хаоса чуют слабину и пытаются прорваться в наш мир. Ритуал Укрепления должен быть совершён до зимнего солнцестояния. У нас есть ключ, но совершенно нет гарантии, что все получится должным образом. А ты знаешь, что если ритуал сорвется, то вся наша Империя вновь утонет в войне.

Кайран молчал. Он знал о ритуале. Раз в поколение требовалась жертва с сильной врождённой стихийной магией, противоположной их врагу — Огонь. Только он мог сжечь всё и запечатать щель между мирами золой и пеплом.

— Мы заполучили её, — продолжила Императрица. — принцессу Огненных Земель. Она — единственная живая наследница пламени клана Эмберов. Её зовут Серафина.

Это имя разорвало тишину стерильной залы и резануло по ушам. Серафимы. Пламенные ангелы. В учениях Стражей о них говорилось, как об иллюзии, слабости духа, огню которых нет места в упорядоченном холоде Империи. Их существование не было доказано, но о них говорилось в священных текстах, что давало возможность церковникам напоминать о них людям всякий раз во время молитв. Кайран понимал, что это всего лишь совпадение, всего лишь имя, но что-то в этом все-таки было. Жертва. Серафина.

— Она нестабильна. Её магия дика, как неукротимый лесной пожар. Недавно она сожгла половину конвоя, который вёз её сюда. — В голосе Императрицы не было ни гнева, ни страха, а всего лишь сухая констатация факта. — До солнцестояния — три недели. Её нужно доставить живой и невредимой к Алтарю Пепла. Ведь если она будет измучена или опустошена, то её сил не хватит для завершения ритуала.

Она сделала паузу, давая словам впитаться в само нутро Стража, словно быстродействующему яду.

— Ты станешь её хранителем. Ты — её единственный контакт с этим миром. Твоя задача — обеспечить её сохранность. Физическую и магическую. Ты будешь кормить её, следить за её состоянием, и… укрощать. Если потребуется.

В груди Кайрана, там, где когда-то, казалось, заледенели все внутренности, что-то дрогнуло. То был крошечный и никем не замеченный ничтожный сдвиг, напоминающий собой маленькую трещину в толще векового льда.

— Ваше Величество, — его собственный голос прозвучал хрипло от долгого молчания. — Я ведь Страж Границы и Вашего покоя. Моё место здесь, а не в няньках у пленной ведьмы.

— Твоё место там, где я скажу, — холодно отрезала Императрица, и в её глазах вспыхнули искры, напоминающие собой маленькие льдинки. — Ты — лучший. Твой контроль льда абсолютен. Ты единственный, кто сможет охладить её, если она выйдет из повиновения, не убив. Твой долг — служить Империи. Это и есть служба. Отказы не принимаются. Не заставляй меня повторять это дважды.

Долг. Это слово било острее любого клинка. А еще он было тяжелее любых доспехов, которые он когда-либо носил. Кайран опустил глаза. На его закованных в сталь перчатках стало лишь еще больше инея.

— Я… не имею навыков обращения с такими… грузами.

— Тебе и не нужно. Ты должен контролировать и держать её в узде также, как и цепных псов держат на привязи. И не больше этого. Тренируй её, если придется, даже научи чему-нибудь, но всегда следи и помни о конечной цели. — Императрица откинулась на спинку трона. — Она содержится в Крипте, в келье, подавляющей магию. Но подавление — не решение. Оно лишь копит давление. Тебе же предстоит помогать ей выпускать "пар", чтобы к нужному дню она представляла собой идеальный сосуд, полный до краёв стихийного огня, а не обратилась в смертоносную бомбу, что погубит всех нас. Точнее… Эта бомба должна взорваться в нужный момент.

Кайран сглотнул.

Глотать было больно — горло словно сжималось от внутреннего мороза.

— Если я убью её, случайно…