Рога и копыта

Глава 1

Прохладный ветер нёс запах гари и страха, и я чувствовал его даже через бронзовые пластины своего шлема. Этот запах смешивался с вонью нечистот, пота и гнилой плоти, которая стояла над осадным лагерем уже третью неделю. Чуть позже забрезжит рассвет, но пока небо над замком оставалось темным и враждебным.

Я был рядовым демоном. Не инккубом-обольстителем, не приближенным высшего стратега из свиты Лорда, а простым, низкоранговым демоном, разве что отличался довольно высоким ростом для своего рода. Все эти недели моя работа заключалась в том, чтобы толкать осадный таран, а когда придёт время — бежать к стенам и умирать. И вот этот день настал.

Лорд Демон Гаап, имя которого я не смел произносить вслух без трепета, вожделел этот замок. Зачем? Пленные люди болтали о какой-то реликвии, о стратегически важном перевале. Я считал иначе — наш повелитель просто хотел крови, а замок стоял на пути. В помощь своим основным легионам Гаап использовал своё искусство некромантии, собрав целые орды скелетов с окрестных кладбищ; эти безмолвные воины сейчас стояли в авангарде, готовые первыми принять на себя удар защитников.

Впереди, на фоне серого неба, высились зубчатые стены Каэр-Тевина. Они казались незыблемыми, вечными. Из узких бойниц торчали арбалеты и луки, готовые сеять смерть. Над зубцами виднелись силуэты людей в сверкающих доспехах — они не собирались сдаваться. Замок защищали инквизиторы, священники и светлые рыцари. Их вера и освященное оружие были невероятно смертоносны.

Рядом со мной, пригнувшись за шатким щитом, кряхтел Ург. Ург был демоном-трудягой, который мечтал о повышении до интенданта.

— Когда уже?! — прошипел Ург, почесывая копытом бок, где в него попал арбалетный болт на прошлой вылазке. — Нас тут всех пережарят!

Я промолчал. Я смотрел на стену и чувствовал, как мой желудок стягивается в тугой узел. Я не был героем. Я был солдатом, который просто хотел дожить до завтра.

Я незаметно коснулся маленького обсидианового амулета, который висел у меня на шее, под бронзовыми пластинами шлема. Холодный камень с непонятными символами был единственным, что связывало меня с тем другим собой, который выжил в детстве. Он всегда давал мне немного сил.

Раздался звук рога. Глухой, утробный звук, от которого задрожала земля под ногами. Сигнал к атаке.

Орда скелетов впереди нас пришла в движение первой, их костяные ноги застучали по мерзлой земле.

— Пошли! Мясо, вперед! — проревел командир отряда, огромный рогатый демон по имени Тиф.

— Ну, малыш, — прохрипел Ург, поднимая свой щербатый щит. — Кажется, сегодня мы наконец-то поужинаем свежим, а не тухлым мясом. Или умрем.

Он подмигнул мне и рванул вперед. Я последовал за ним, сжимая в руке свой ржавый меч, стараясь не отставать. Десятки таких же, как я, низших демонов поднялись из осадных траншей, превращаясь в волну темной, копошащейся массы, хлынувшей к основанию замка.

Земля под ногами вздыбилась. Люди на стенах опомнились от сигнала рога и открыли огонь. Небо надо мной потемнело от туч стрел и арбалетных болтов. Я бежал, пригнувшись, в потоке тел. Скелеты, как и ожидалось, рассыпались первыми: град болтов и стрел ломал их кости, они падали, и на их место тут же наступали демоны. Вопли раненых и умирающих смешивались с боевыми кличами людей и проклятиями моих сородичей. Воздух наполнился запахом крови и озона. Мы достигли рва. Грязная жижа, которой он был заполнен, замедлила наше движение, но мы продолжали напирать. Демоны падали — кто-то с пронзительным воплем, кто-то глухо, как мешок с костями.

— Быстрее! — орал Тиф, подгоняя нас бичом.

Мы взобрались на другой берег рва и побежали к основанию стены. Семя страха, которое до этого тихо тлело в животе, теперь разгорелось вовсю, но приказ был превыше всего. Я бежал, обходя тела своих же сородичей, которые уже превращались в лужицы черной жижи и дыма.

— Прикрой меня! — прохрипел Ург, пытаясь угнаться за мной.

Над головой раздался свист, и в землю передо мной воткнулся болт, глубоко уйдя в грязь. Я стиснул зубы. До стены оставалось не больше пяти метров. На первые ряды сверху обрушился поток кипящей смолы, и правое крыло атакующей волны взвыло в огне. Я почувствовал жар даже через шлем. Я резко свернул влево, туда, где уже стояли осадные лестницы, приставленные к стене. Демоны карабкались по ним, как муравьи, и их тут же сбрасывали вниз, рубили мечами или кололи копьями.

— Лестница! На эту! — взревел командир отряда Тиф, указывая бичом на свободный участок стены.

Я рванул туда, отталкивая замешкавшегося беса. Я схватился за деревянную перекладину, чувствуя, как она дрожит от напряжения и толчков, и полез наверх. Подняв взгляд, я увидел лицо человека — молодого, бледного от страха, но сжимающего копье обеими руками. Наши взгляды встретились на мгновение. Человек замахнулся. Я инстинктивно поднял щит, но удар пришелся не сверху. Человек с силой толкнул древком копья прямо мне в грудь.

Удар был сильным, неожиданным. Я потерял равновесие. Руки соскользнули с перекладин. Я полетел вниз, кувыркаясь в воздухе, и больно приземлился на что-то мягкое и хрустящее. Присмотревшись, я понял, что от увечий меня спасли тела демонов из передового отряда, вповалку лежащие у стен. Я задыхался. Шлем слетел с головы, и я увидел серое небо, а затем — падающую с лестницы фигуру Урга.

— Ург! — только и успел выдохнуть я.

Ург рухнул рядом, тяжело ударившись о землю. Над нами продолжали свистеть стрелы.

— Ты как, малыш? — прохрипел Ург, пытаясь встать.

Я скрипнул зубами. Я ненавидел это прозвище, хотя и заслужил его своим огромным ростом — с самого детства я возвышался над сверстниками.

Я потер ушибленный бок и посмотрел наверх. Лестница, с которой мы упали, теперь была заполнена другими демонами. Штурм продолжался, но для нас двоих первый натиск провалился.

Глава 2

Я скакал по ночной дороге, прочь от Каэр-Тевина. Сердце колотилось в груди, а украденный вороной конь нес меня вперед с невероятной скоростью. Мой новый облик и плащ лорда сослужили мне хорошую службу. Я следовал невидимому указанию в своей голове.

Внутренний компас не просто тянул меня в определенном направлении — я чувствовал расстояние до цели. Оно было огромным. Далеко, сотни километров до следующего алтаря. Дорога предстояла долгая и опасная.

Под утро я почувствовал дикую усталость и голод. Лошадь тоже нуждалась в отдыхе. Я свернул с дороги, увидев вдали силуэт маленькой деревушки. Огней не было. Деревня лежала во мраке, притихшая, словно вымершая. Атмосфера страха и запустения висела в воздухе тяжелым покрывалом. Я не стал заезжать в село, а приметил полуразвалившийся сарай на окраине, куда и направил лошадь. Я спешился, завел коня внутрь и запер дверь. Достал из мешка краюху хлеба и кусок сыра. Поел жадно, чувствуя, как силы покидают мое хрупкое человеческое тело. Одиночество давило. Я был один в этом чужом мире, с миссией, которую не выбирал.

Я прилег на кучу старой, полуистлевшей соломы и мгновенно уснул. Сон был тяжелым и тревожным, полным кошмаров о павшем Урге и смеющихся стражниках. Я проснулся. Меч прижался к моему горлу. Он был холодным и острым.

Надо мной стояли трое стражников из замка. Они были трезвы и злы. В свете дня их лица казались суровыми, а доспехи — потрепанными.

— А вот и наш воришка, — прорычал один из них, здоровенный детина с шрамом через все лицо. — Ну что, допрыгался?

Я замер. Мой разум лихорадочно заработал. Я был в ловушке, безоружный, с мечом у горла. Мое человеческое тело казалось таким слабым, но где-то глубоко внутри я чувствовал пульсацию силы Древнего Бога.

— Я... я просто заблудился, — прохрипел я, стараясь придать голосу как можно больше страха и покорности.

Стражник со шрамом усмехнулся.

— Заблудился он! А конь герцога Бивола, что за дверью ржет, тоже заблудился? Вставай, щенок. Поедешь обратно в замок, там с тобой разберутся.

Другой стражник схватил меня за руку и резко потянул вверх. Я подался вперед, стараясь не спровоцировать удар мечом. Третий держал алебарду наготове. Сопротивление было бесполезно. Они были трезвы, вооружены и превосходили меня числом. А мое улучшенное зрение в бою было бесполезно.

Они связали мне руки за спиной грубой веревкой, а затем перебросили через круп герцогского коня, как мешок с мукой. Я чувствовал себя униженным. Стражники вскочили на своих лошадей, и мы двинулись обратно.

Мы проезжали через деревню. Улицы были пустынны, но из домов виднелись испуганные лица жителей. У колодца стоял пожилой мужчина, староста.

Он поклонился стражникам и начал жаловаться, указывая на оскверненное кладбище.

— Господа! Демоны! Они подняли всех мертвых! Все скелеты из наших могил теперь в их армии! А это... это наши умершие родственники!

Стражники отмахнулись от него, посмеиваясь:

— Лорду виднее, староста. Молись, что хоть замок отстояли.

Я слушал их разговор, свесившись с лошадиной спины. Ярость снова закипала во мне. Я был обязан этим ублюдкам за Урга, а теперь они везут меня обратно в плен. Мое путешествие только началось, а уже обернулось катастрофой.

Староста не унимался:

— Но, господа! Вторую ночь подряд на кладбище раздается страшный вой! Мы боимся туда зайти даже для того, чтобы навести порядок! Там творится что-то неладное!

Стражники лишь рассмеялись громче.

— Волки, старик! Обычные волки! — крикнул один из них. — Мы победили, бояться больше нечего!

Но затем он добавил, уже серьезнее:

— Впрочем, отряд во главе с инквизитором Бинсгельдом и несколькими паладинами уже начал объезд окрестных к замку деревень с целью отлова одиночных, разбежавшихся демонов из легиона Гаапа. Скоро заедут и к вам в село.

Услышав имя инквизитора, староста смолк и сжался от страха. Все деревенские жители знали: инквизитор лютый. Он, говорят, сжег столько еретиков, что счет потерял. Ходят слухи, что он и ангелов не боится, если почует скверну.

Стражники пришпорили коней, и мы поскакали прочь от деревни, обратно к неприступным стенам Каэр-Тевина.

Мы двигались уже несколько часов. Солнце поднялось высоко, и его лучи безжалостно палили. Дорога казалась бесконечной. Конь под моим брюхом фыркал, а мои собственные мышцы, непривычные к такому темпу, ныли.

— Эй, давайте остановимся перекусить! — прохрипел один из стражников, тот, что помоложе.

Старший, со шрамом на лице, кивнул:

— Хорошо. Вон там, у тех развалин.

Они спешились, развязали свои котомки и уселись на землю. Меня грубо стащили с коня и прислонили спиной к стене полуразрушенного дома. Веревки на руках врезались в кожу.

— Сиди тихо, воришка, — буркнул стражник со шрамом, жадно откусывая кусок вяленого мяса.

Я сидел, чувствуя голод и слабость. Они ели, громко чавкая и смеясь над своими шутками. Я же, связанный и униженный, мог только видеть и слушать. Один из них достал флягу и сделал большой глоток. Затем второй.

— Вода какая-то... странная, — поморщился молодой стражник. — Привкусом отдает.

— Выпей, не нежничай, — отмахнулся старший.

Я смотрел на них, и в моем сознании всплыл образ слизня, плывущего в колодце. Вода в их фляжках была из отравленного слизнем колодца. Я знал, что их ждет. Страшная блевотина и, возможно, смерть.

Не прошло и получаса, как старший стражник побледнел.

— Что-то... живот скрутило...

Второй тоже позеленел. Их лица исказились, началась агония. Они поняли, что отравились.

— Вода... — простонал стражник со шрамом, его тело свело судорогой.

Они попадали на землю, корчась от боли. В панике они попытались встать, схватить оружие.