Рождественское приключение.

Рождественское приключение.

В гостиной царила умиротворяющая атмосфера. В камине жарко горел огонь, по стенам были развешены матовые ёлочные шары и матовая же мишура. Ньют хотел, чтобы украшение дома продержалось дольше нескольких часов. Сам магозоолог сидел в удобном кресле, положив на колени огромный справочник средиземноморских водных магических существ. В руках он держал большую кружку с какао, украшенного маршмеллоу и парой палочек корицы. Часы мирно отбивали время.
Внезапный грохот вывел Ньюта из состояния покоя. Он повернул голову в сторону шума, уже привычно прикидывая, кто из его питомцев и что мог с таким звуком уронить. Потом он встал, оставив справочник в кресле и поставив кружку на каминную полку, и подошёл к столу в углу гостиной, укрытому клетчатой, зелёно-алой скатертью. В центре стола стояло огромное блюдо с пирамидой апельсинов, на постройку которой Ньют потратил полчаса и которая сейчас разграблялась самым наглым образом.
Пикет, его лукотрус, стоял на самой вершине пирамиды и вытаскивал очередной апельсин, а нюхль стоял внизу, протягивая лапки. Чем так фрукты заинтересовали этих двоих, Ньют не знал. Возможно, блестящими боками и сладким ароматом. Или же им просто захотелось попроказничать. Как бы то ни было, нюхль смотрел только на вожделенный плод и потому не заметил, как столкнул на пол миску с орехами.
– И что здесь происходит? – строгим голосом спросил Ньют, нависнув над воришками.
Пикет тут же поднял веточки-руки вверх и попытался сбежать, но поскользнулся на кожуре апельсина и покатился на стол, обрушивая за собой всю пирамиду. Нюхль же кинулся подбирать фрукты и запихивать их в свой карман. Ньют попытался поймать Пикета, но тот ловко проскочил между пальцев магозоолога, спрыгнул на пол и спрятался под кресло. Нюхль тоже успел бы сбежать, если бы не был занят отловом разбегающихся апельсинов. Ньют ухватил улепётывающего воришку за шкирку и понёс к креслу.
– Пикет, вылезай, я не стану тебя наказывать, если ты мне всё объяснишь, – воззвал он к голосу разума лукотруса, но тот предпочёл не показываться Саламандеру на глаза.
Одновременно с этим, Ньют перевернул нюхля над справочником, ухватив за задние лапки, и встряхнул.
– Вот и зачем тебе апельсины? Они, конечно, блестят, но не настолько же сильно! – Ньют встряхнул нюхля ещё раз. Из его кармана выкатилось три апельсина, два комочка фольги и большая красивая брошь. – Это откуда?
Ещё через пару встряхиваний на справочнике появились пробка от шампанского в проволоке, ёлочный шар – явно чужой и блестящий – три галеона и ещё два апельсина. В конце из кармана нюхля свесилась тонкая серебристая цепочка с маленьким ключиком на конце. Её зверёк подхватил лапками и поспешно запихнул обратно.
– Это чьё? – нахмурился Ньют. Обычно, пойманный на воровстве, нюхль безропотно отдавал добычу. Да и не стал бы так цепляться за тусклую цепочку, вернув брошь и галеоны.
Ньют не успел толком разобраться с мучившим его вопросом, когда в дверь позвонили. Перехватив нюхля поперёк живота, он пошёл открывать. Пока он шёл к двери, звонок повторился ещё трижды, через равные промежутки времени. Так обычно звонил его брат Тесеус.
– Привет, – Ньют открыл дверь. Тесеус кивнул и сразу вошёл внутрь. На улице шёл снег, и было достаточно холодно.
– Я был у тебя позавчера, – вместо приветствия произнёс Тесеус, высушивая полы своего пальто с помощью горячего воздуха из палочки. – И, кажется, оставил одну вещь.
– Важную? – несколько растерянно спросил Ньют. В голову ему пришла одна мысль, и она ему очень не понравилась.
– Это улика по одному весьма сложному делу, – вздохнул Тесеус. – Ты же не хочешь сказать?..
– Давай сначала ты мне всё расскажешь, – примирительно попросил Ньют, перехватив раздражённый взгляд брата, направленный на нюхля.
– Что ж, давай, – вздохнул Тесеус, стаскивая шарф и вешая его на вешалку. – Вообще-то, это дело отдела мракоборцев, и я не должен посвящать в него гражданских.
– Я никому не расскажу, – пожал плечами Ньют.
– На самом деле, перед Рождеством всегда много работы. Я почти не бываю дома, – пожаловался Тесеус, избавляясь от пальто. – А тут мы наткнулись на один очень тёмный артефакт. Шкатулка, явно проклятая. Закрывается на ключ. Вот он и пропал.
– А что ты собирался с ним делать? – Ньют прошёл в гостиную, переложил справочник со всей добычей на стол и кинул Тесеусу апельсин.
– Наши специалисты хотели открыть шкатулку, со всеми предосторожностями, конечно, чтобы понять суть проклятья, – Тесеус направил палочку пойманный на апельсин, и тот сам начал очищаться. – Дело в том, что шкатулку получила одна волшебница из Министерства. Проклятье сработало, она в больнице святого Мунго, но, не зная принципа действия проклятья, помочь ей не получается. Женщина слабеет с каждым днём. Хотя в последние дня два ей стало немного лучше. И целители не понимают, почему. А без неё мы не сможем узнать, кто прислал ей такой подарок. Упаковку она сожгла.
– Думал, в больнице могут справиться с любыми вредоносными чарами, – удивлённо спросил Ньют.
– Проклятье какое-то очень старое, неизвестное, – покачал головой Тесеус.
– И ты тоже будешь в этом участвовать? – Ньют пощекотал живот нюхля, тот заворочался.
– Да, разумеется. Я курирую расследование, – Тесеус отправил в рот дольку апельсина.
– Посмотрим, – Ньют ловко перевернул нюхля и снова почесал ему живот.
Из кармана свесилась уже знакомая цепочка. Тесеус подался вперёд, намереваясь её отнять, но нюхль снова поспешил запихнуть её обратно.
– Ну же, не упрямься! – Ньют попытался перехватить задние лапки зверька одной рукой, чтобы помочь брату. – Не понимаю, чего это он.
– Может, не хочет, чтобы я открывал шкатулку? – несколько удивлённо предположил Тесеус.
– Давай так, – выдохнул Ньют. – Отдай ключ, я покажу его специалисту. Мы не будем открывать шкатулку, договорились?
Нюхль расслабился и позволил Тесеусу вытащить цепочку. Ньют устало уселся на ковёр и вытер со лба пот.
– Ты же не собираешься идти с уликой не пойми к кому? – Тесеус попытался спрятать цепочку в нагрудный карман.
– Ещё как собираюсь! – Ньют озорно улыбнулся.
Тесеус спорил ещё почти полчаса, изничтожив в процессе три апельсина. Но только для вида, он прекрасно знал, что брата ему не переспорить. Обещания, данные питомцам, он не нарушал. Просто отправить сову Ньют тоже не захотел, отговорившись тем, что совы туда не долетают. Вместо этого он отдал записку какому-то мальчишке в Косом переулке, причём выглядел тот донельзя подозрительно. В любой другой ситуации Тесеус задержал бы его.
После этого Ньют отправился в маггловский район Лондона, устроился в небольшом кафе и заказал себе и брату по чашке горячего шоколада. Минут через пятнадцать к ним за столик подсел странного вида мужчина. Он был тощим, мертвенно бледным, с длинными, спутанными чёрными волосами и тяжёлым взглядом чёрных глаз.
– Мистер Саламандер, не ожидал, – говорил незнакомец тихо, со странным, шипящим акцентом.
– Мне нужна консультация, мистер Беренд, – Ньют положил на столик ключик на цепочке.
Пока мистер Беренд рассматривал его, почти касаясь тонкими, паучьими пальцами, Ньют заказа ему большую чашку горячего шоколада и две булочки. Отказываться странный человек не стал, одним глотком ополовинив чашку.
– Древняя вещица, интересная, – мистер Беренд недобро улыбнулся. Тесеусу от этой улыбки стало не по себе.
– Можете сказать, что это такое? – решил он вмешаться.
– Да, разумеется. Это ключ к проклятому предмету, – кивнул мистер Беренд. – Очень старому и очень мощному.
– И как открыть этот предмет без риска? – Тесеус бросил быстрый взгляд на брата. Сообщил ли он чужаку тайну следствия, или тот всё-таки догадался сам?
– Никак. Проклятье двойное. Одна его часть – в предмете, каком-то сосуде. Большая. Вторая – в ключе. Проклятье срабатывает, когда они соединяются. Каждый предмет сам по себе не опасен, – покачал головой мистер Беренд. – Очень хитро. И когда проклятье срабатывает, оно начинает медленно убивать того, кто вставил ключ. Так что безопасно – никак.
– Пострадавшей стало легче, – с нажимом произнёс Тесеус.
– А где в это время находился ключ? – с живым интересом подался вперёд мистер Беренд. Его паучьи пальцы сомкнулись на булочке и впились в неё, точно это было горло его злейшего врага.
– Думаю, в это время он был в кармане моего нюхля, – обезоруживающе улыбнулся Ньют. Острая мордочка нюхля показалась из-за отворота его пальто.
– Тогда всё понятно. Части были разделены, это на время ослабило проклятье, – покивал мистер Беренд, раздирая булочку на куски.
– Разделены? – нахмурился Тесеус.
– Да, пространство в кармане этих удивительных существ совершенно уникально. Оно может разделить части такого проклятья, не нанося нюхлю ни малейшего вреда, – мистер Беренд отправил в рот один за другим несколько кусочков булочки. Прожевав, он продолжил. – Думаю, нюхль – единственное существо, способное ослабить действие этого проклятья.
– Никогда о таком не слышал, – Тесеус с тревогой посмотрел на улыбающегося брата. Глаза Ньюта, узнавшего что-то столь важное про своего любимца, горели огнём.
– О, такие проклятья здесь, на свету, не встретишь. Предмет пришёл оттуда, где света нет, – промурлыкал мистер Беренд. – Он оттуда, где ночь.
– Что? – Тесеус обернулся к Ньюту, требуя пояснений.
– Шкатулку купили на Лютном. Там можно найти очень древние вещи, – пожал плечами магозоолог.
– И откуда ты?.. – Тесеус задохнулся от возмущения.
– Слышал. Мне-то они ни к чему, – невинно улыбнулся Ньют.
– Ладно. Хорошо. Как снять проклятье? – Тесеус повернулся к мистеру Беренду. Нестерпимо захотелось его арестовать. А потом основательно поговорить с братом. Тесеусу пришлось применить все запасы своего терпения, чтобы говорить спокойно.
– Никак. Его нельзя снять, вылечить или остановить навсегда, – мистер Беренд хищно улыбнулся. – Только разрушить одну из частей. Я бы предпочёл ключ. В нём малая часть проклятья. Уничтожение сосуда приведёт к весьма неприятным последствиям. Ключ лучше расплавить. Это разорвёт замкнутый круг, и проклятье спадёт. Хотя расплавить его будет не так-то просто. Но, думаю, вы найдёте способ. Лучше поискать что-нибудь особенно разрушительное.
– Я понял и… – Тесеус сглотнул. Он не мог этого произнести вслух.
– О, не трудитесь, не благодарите, – мистер Беренд убрал вторую булочку в карман поношенной куртки, допил шоколад и, не мигая, посмотрел на Ньюта. – Об оплате договоримся.
– Разумеется! – Ньют беззаботно улыбался, почёсывая довольного нюхля под подбородком.
Мистер Беренд ушёл, словно растворившись в ночной темноте. Тесеус Саламандер некоторое время молчал, прихлёбывая горячий шоколад.
– Мне лучше не спрашивать, откуда ты его знаешь? – Тесеус поставил пустую чашку на столик.
– Мистер Беренд помог мне с моей монографией по Обскурам. Информации по ним очень мало, а в легальных источниках вообще нет, – виноватым тоном пояснил Ньют. – Эту тему веками замалчивали.
– Ты ведь ничего противозаконного ему не обещал? – с тревогой спросил Тесеус. Ещё не хватало, чтобы брат вляпался в неприятности из-за его работы. Хватало и тех, который Ньют находил себе сам.
– Нет, ничего такого! – Ньют улыбнулся и встал из-за столика. – Просто найти и привезти кое-что редкое. Ничего противозаконного, но в Англии такое не достать. Одно очень редкое растение.
– Надеюсь, что так, – вздохнул Тесеус, выходя вслед за братом из кафе.
На улице шёл снег, крупные хлопья ложились на асфальт, витрины магазинов горели разноцветными огнями. Город уже украсили к Рождеству, в сквере неподалёку сверкала высоченная ёлка. Нюхль вылез из-под воротника пальто Ньюта почти наполовину и заворожено смотрел на всю эту красоту.
– Может, спрячешь его? – неуверенно произнёс Тесеус.
– Как я могу лишить его праздника? – Ньют рассмеялся. – Особенно в такую ночь?
– Конечно, – расслабился Тесеус, думая, что он просто обязан купить зверьку конфет в блестящей обёртке. – Он ведь мне жизнь спас.
– Да, ты прав, – беззаботно улыбнулся Ньют.
Они шли по улице вдвоём, любуясь огнями и падающим снегом. Как когда-то в детстве, когда на Рождество собиралась вся семья. И Тесеус улыбнулся брату – впервые за долгое время искренне и открыто. Эта ночь казалась им обоим особенной, волшебной. Все заботы словно отошли на второй план. Из дверей супермаркета доносилась рождественская музыка, пахло карамелью и сдобой. И хотелось пробежаться под снегом, ловя снежинки, рассмеяться и упасть в сугроб. Тесеус поднял голову, глядя в снежное небо. Ньют остановился рядом и тоже посмотрел наверх. А снег падал, укрывая Лондон, превращая его из скучного и серого мегаполиса в сказочный город, полный чудес.