Рок-баллада для темного мага

Глава 1. Пробуждение

Глава 1.

Пробуждение.

Смартфон разрывается в кармане композицией «The Show Must Go On». Как нельзя соответствующая контакту мелодия. Конечно, Георгий Залов наш продюсер и есть прямое воплощение этого лозунга — шоу должно продолжаться!

Правда, теперь без меня.

Но придется ответить – неблагодарной дрянью я все же не являюсь, а Гошка точно не заслужил игнора. Ему и так теперь разгребать этот бардак, что мы устроили...

Вздыхаю и с долей обреченности подношу трубу к уху:

-- Георгий Варламович, со мной все в порядке и нет, я не вернусь! – качаю головой, словно мой собеседник может меня видеть.

-- Русь, давай без расшаркиваний, нас никто не слышит. И включи видео, я должен убедиться, что ты в норме, -- требует, почти рыча.

Нажимаю на значок на экране, одновременно натягивая на лицо насквозь фальшивую улыбку. На меня смотрит хмуро слегка полноватый дядька с пронзительными карими глазами, в которых отражается неподдельная тревога. Он недовольно кривит рот и выдает с присущей ему прямотой, как обычно и не думая подбирать выражения:

-- Ну, хвала яйцам, ты хотя бы трезва и в адеквате! А то ищи тебя потом... Но, птичка моя мозгоклюйка, ты хорошо подумала, заявляя, что уходишь? – Гошка щурится недобро, и мне хочется поежиться под этим взглядом, даже в столь теплую ночь, так несвойственную нашему северному городу.

Упрямо поджимаю губы.

-- Гош, мне надо разобраться с личными делами, ты ведь сам уже понял, что у меня проблемы.

-- Знаю, -- соглашается он, -- Вот только хрен бы ты собралась так неожиданно все бросить, если бы один копытный держал бы свои штаны застегнутыми когда надо! Или скажешь, что ваш сегодняшний «концерт» в «Аверии», что к реальному выступлению не имел никакого отношения, ни при чём? Так, случайная разминка в гримёрке с визжащей полуголой фанаткой, резво уносившей ноги от страшной и ужасной Веры Аскер, дабы уберечь в целости свою не маленькую, как мне рассказали, задницу! И после этой эскапады, ты гордо укатила в закат, спустив предварительно в унитаз ключи от мерса Дюши, а потом уже этот придурок носился по парковке, матерясь и натягивая на ходу чем-то облитые и дурно пахнущие вещи, поминая твою родословную колена этак до двенадцатого?

Попыталась сделать виноватое лицо, но довольная улыбка самопроизвольно посетила физиономию, и Гоша на экране тут же обличительно ткнул в мою сторону пальцем.

-- А в «Аверии», кстати, клоунов не заказывали! Твою же мать, Верка, это ведь ВИП-клуб! И ты, между прочим, прекрасно знала кобелиную натуру нашего звездонутого на всю головку фронтмена! Могла бы ему бубенцы пооткручивать и после! А мне теперь отлаиваться за сорванное выступление, да? Будете должны! – взревел Георгий, внезапно включая строгого начальника, раздающего вполне заслуженные пистоны накосячившим сотрудникам.

Но не тут-то было! Мы к такому привыкли!

-- Вот тут ты не угадал, я свою часть работы выполнила, -- и это, кстати, чистая правда. Ведь черти меня понесли к Дюше в гримерку лишь по той причине, что получив сообщение, я поменяла порядок выступления, желая поскорее оказаться дома и все обдумать. Поделиться новостями хотела, наивная... Не сложилось. И да, я бываю... резковата.

-- А то, что некоторые не соблюдают договора по личным причинам, так вопрос не ко мне! И вообще, отныне это не моя забота! — пошла я в атаку по привычке, но тут же сдулась, произнеся устало, -- Гош, порадуйся лучше! Любой скандал лишь прибавит интереса к группе. А со мной, или без меня – без разницы, -- сморщила брезгливо нос и прикрыла глаза устало.

-- Дура, ты, Верусь, -- произнес он со вздохом. – Было бы из-за кого ломать карьеру... – Гоша покачал головой, -- Остынь пока, а с Дюшей я разберусь. Мне не с руки искать новую солистку: твои темы мало у кого пойдут – диапазон и тембр, да и вообще... Так что решай свои дела и возвращайся, -- произносит он твердо. – И не говори ничего сейчас сгоряча, -- пресекает мудро уже зарождающиеся во мне возражения. – Просто знай, что ты всегда можешь ко мне обратиться за помощью, девочка.

В носу щиплет от внезапной заботы этого чертовски занятого дядьки. Жесткий и неуступчивый, как и многие в его бизнесе, он действительно на редкость бережно относился ко мне. Притом без намека на сексуальный подтекст. Даже не знаю, чем это заслужила, но его ненавязчивое и неявное покровительство не раз меня выручало.

-- Спасибо, -- шепчу искренне, опуская глаза.

-- Всё, не кисни, Русь, и набирай меня, если что! Чем смогу...

Он отключился первым, а я осталась, тупо пялясь вдаль. Машинально выключаю звук на телефоне, тут же, видя новый входящий.

- На хрен пошел! - шиплю в пространство.

Не прощу! И дело даже не в самом факте измены – Гоша прав, сие не новость. А вот момент... Нам всем порой требуется поддержка, или хотя бы понимание в сложные периоды. Но я получила... то, что получила.

Хладнокровно отбиваю и заношу номер Андрея в черный список. Обхватываю себя руками, чувствуя поднимающуюся где-то в районе солнечного сплетения дрожь.

Ощущение падения в бездну не прекращалось. Наверное, такое случается у каждого, когда собственная жизнь перестает соответствовать привычным, уже устоявшимся конструкциям. Со временем, конечно, ты перестраиваешься и принимаешь изменения. Всё ведь проходит, но пока...

Мне срочно нужно на воздух. Открываю дверь машины, выпрыгивая из-за руля и кутаясь в бесформенную толстовку. Ночь накрыла прохладой, запахом тополей, что росли неподалеку и приглушенным гулом трассы.

Город не спал. Впрочем, большие города вообще разучились погружаться в тишину, лишь слегка сбавляя ритм, и разгоняя вечные пробки на дорогах. А в этом году из-за аномальной жары в принципе дышать и что-либо делать можно только после заката. Особенно если твой график и в обычное-то время предполагал ночной образ жизни. Ну да, с семнадцати лет... Музыка, тусовка, гастроли и ещё учеба – совмещать всё это было не так просто, но ведь мне это нравилось!

Глава 2. Вестник

Глава 2.

Вестник.

Ещё какое-то время я поддавалась унынию, разглядывая речную гладь, но в силу неуемной натуры, бездействие – не мой случай. Да и окрик «Дэвушка, нельзя скучать в одэночестве!», видать ехавших из какого-нибудь клуба джигитов, вывел меня из ступора, заставив отлепиться от парапета. Черная бэха, заниженная настолько, что почти стелилась по асфальту, разносящиеся диссонансом басы, и опущенное стекло, демонстрирующее самодовольную физиономию, не обремененную интеллектом, и вальяжно выставленный локоть хозяина этой тачки.

Боже, какая банальщина! Тоска...

Нет, горячим кавказским парням я даже не стала показывать неприличный жест, просто молча направилась к своей машине, на всякий случай, зажав в кармане шокер. Услышала, как за спиной хлопнула дверца, выдав в пространство очередной залп «унца-унца», который некто по ошибке именовал музыкой.

-- Э-э! Куда пошла, я к тебе обращался?

Черт! Этого только не хватало! Ну да, и где же наша доблестная полиция, что должна беречь мой покой? Тут же камеры везде! Смотрят предрассветные сны на рабочих местах?

Прибавляю шаг, одновременно нажимая автозапуск. Берусь за ручку двери, когда меня резко разворачивают за плечо. Вскидываю руку с шокером, цедя сквозь зубы:

-- Что ж вам неймется–то...

Вот только сделать ничего не успеваю, потому что мой преследователь неожиданно отлетает в сторону, словно получает удар от какого-нибудь Мухаммеда Али, пропахивая пятой точкой плитку тротуара. Я же удивленно смотрю на свои руки, борясь с желанием потрясти головой. Это что сейчас было?

-- А это, Вера Владимировна, всего лишь господин, что не представился, уже уходит, -- Прозвучало откуда-то сбоку.

Я что, вопрос вслух произнесла?

Впрочем, я могла поклясться, что ещё секунду назад рядом никого не наблюдалось. Оборачиваюсь на голос, видя стоящего всего в паре шагов слева немолодого мужчину в элегантном костюме, с повязанным с изяществом шейным платком, и с тростью, на которую он небрежно опирался. Седеющие волосы, изучающий взгляд, в общем-то, довольно худощав и не производит угрожающего впечатления, в отличие от поверженного неизвестно каким образом противника. Я перевожу взгляд на все ещё не поднявшегося с мостовой мужика и слышу скучающее:

-- Впрочем, нам ведь в вами, уважаемая, и ни к чему его имя, правда? Вы ведь, как я понял, не планировали продолжать знакомство?

-- Однозначно нет, -- качаю я головой.

-- Вот и чудненько, -- улыбается странный, неизвестно откуда взявшийся дядька, и тут же произносит голосом, от которого у меня по телу проносятся мурашки, -- Пошел вон!

-- Ух-ты, я тоже так хочу! – выдаю раньше, чем подумала, глядя, с какой скоростью, не произнеся даже бранного слова или возражения, исчезает мой несостоявшийся «кавалер».

-- Кто знает, кто знает... – звучит рядом задумчивое.

Поворачиваюсь, ещё раз рассматривая незнакомца. На первый взгляд, всего лишь чудик с замашками аристократа, но вот смотрелся он, хоть и несколько чужеродно, но весьма гармонично в своем наряде и манерами. О странных способностях – а ведь это точно его проделки – мозг пока не пытался думать. Уж больно нереальным казалось произошедшее!

-- Простите, мы знакомы? – наконец задаю правильный вопрос, осознав, что мужчина назвал меня по имени, притом и отчество не забыл.

Он вежливо склонился в старомодном поклоне.

-- Заочно, Вера Владимировна! Анатель Келайн, поверенный семьи Морне, к вашим услугам. Где бы мы могли побеседовать, госпожа Аскер? Вас, видите ли, не так просто было отыскать, тем более время у меня ограничено, -- он сделал неопределенный жест в стороне разгорающейся зари, словно восход должен был испепелить мужчину, как некоего вампира.

Боже, какая чушь лезет в голову с устатку! Похоже, ещё и галлюцинации...

-- Простите, не понимаю о чем вы? – тряхнула головой, отчего капюшон сполз на плечи.

-- Речь пойдет о вашей сестре, госпожа: Марине Марне, в девичестве Аскер и вашей племяннице Ассель Морне. Мне жаль, что приходится сообщать вам далеко не радостные новости, но ваша сестра числится пропавшей уже десять декад. По законам Аскании, срок, коей предписан на поиски пропавшей без вести истек, а стало быть, вступают в действия права наследования.

Знаете, как умеют сбивать с ног слова? Под дых, наотмашь, разя услышавшего покруче, чем только что позорно бежавшего несостоявшегося мачо. Я глотала воздух, а в мозгу вспыхивало яркими подвешенными табличками: «пропавшей без вести», «права наследования», «Морне», «Аскания».

Вздох и деликатное удерживание меня за локоть, возвращают к реальности. Мой собеседник глядит участливо, мягко предлагая сесть хотя бы в машину.

Что я и делаю, обессилено рухнув на водительское сидение рокочущей мотором мазды.

-- Вы позволите? Так ведь будет удобнее вести разговор? – спрашивает господин Анатель, указывая на пассажирское сидение.

-- Да, конечно, располагайтесь, -- произношу, опомнившись.

Мужчина опускается рядом, ловко пристраивая рядом свою мудреную трость, и, молча, дает мне ещё минуту, чтобы прийти в себя.

-- Спрашивайте, Вера Владимировна, – произносит он мягко, -- Уверен, у вас масса вопросов.

-- Не то слово, -- мотаю я головой, глуша мотор. Потом разворачиваюсь к мужчине, -- Знаете, первая мысль, что приходит в голову, это то, что кто-то прекрасно подготовился к нелепому фарсу. Пока не понимаю зачем, -- развожу я руками, нервно ухмыляясь. – Денег у меня особых не водится, разве что наша с сестрой квартира, но как-то уж больно нелепо и невероятно все звучит, чтобы поверить. Видите ли, географию я всё же знаю, и сомневаюсь, что упомянутая вами Аскания имеет нечто общее с украинским заповедником, как и то, что у маленького безжизненного одноименного островка в Греции, внезапно появилось своё законодательство. Не вяжется, не находите?

-- Согласен, -- кивает мой визави, -- Слишком нелепо для банального... Э, как это у вас называют? Развода?

Глава 3. Выбор.

Глава 3

Выбор.

-- Боже, что я делаю... – бормочу, делая шаг в сторону разворачивающегося зеркала перехода, чтобы оказаться ближе к месту, где все свершится. – Последний шанс одуматься, Вера! Вдруг с той стороны драконы, жрущие недоделанных рок-звезд на завтрак? И тогда проблемы твоей жизни здесь покажутся легкой утренней разминкой, -- уговариваю себя, продолжая наблюдать за настоящим чудом, творимым магом. И игнорируя здравый смысл с упорством добровольной жертвы на заклание.

Так что же я все-таки делаю? Покидаю пусть и опостылевшую, но родную и в чем-то даже уютную Землю. Комфортную уж однозначно...

Кажется, этой выходкой, кое-кто сумел переплюнуть идиотизм столь ненавистного мне персонажа – Анны Карениной, с той разницей, что в качестве паровоза навстречу на всех парах мчится, выбранная мною же, отнюдь не радужная реальность.

Мой спутник продолжает свою работу, чертя странные письмена на полу каменного подвала, находящегося в старинном особняке, что, кажется, был куплен каким-то нуворишем. Сюда я привезла его сама, даже не заехав в собственную квартиру – время поджимало, да и вещи из этого мира мне вряд ли понадобятся. Анатель раскладывал какие-то кристаллы среди начертанных символов и ожидал ответных действий с той стороны портала. «Зеркало» мерцало и медленно увеличивалось в размерах.

Ещё какая-то минута манипуляций и любые рефлексии будут бесполезны – я покину всё, к чему привыкла!

Меня предупредили, что пока «дверь» не станет прозрачной, проход небезопасен, так что ждем. Да и отвести меня обещали за ручку, чтобы не потерялась где-нибудь по дороге.

Испытываю противоречивые желания: то ли сбежать, то ли стремительно шагнуть вперед. В любом случае чтобы всё это закончилось поскорее.

Нет, возможно, при иных обстоятельствах и хорошенько подумав, я бы отказалась от этой явной авантюры с возможными фатальными последствиями для собственного будущего. Но, черт... Одна мысль, что Маринкина судьба так и останется невыясненной – по крайней мере, мною – да и Аську, скорее всего, я больше никогда не увижу, заставила бросить все и рвануть в неизвестность за эдом Анателем Келайном, оказавшимся не только поверенным семьи Морне, но и магом-менталистом пятой степени. Впрочем, последнее для меня не стало таким уж открытием, с учетом тех фокусов, что он успел проделать на моих глазах, в том числе и со мною.

Мужчина не давил, не требовал согласия или отказа, лишь со вполне искренним сожалением предупредил, что времени на принятие решения у меня всего лишь пара часов, поскольку переход откроется в определенное время и ждать, увы, не будет. Как не будет и возможности переиграть или отложить.

Усталость, пережитый шок, страх за племянницу и боль потери, а также внутреннее опустошение довершили выбор.

Да и чего, собственно, такого я лишаюсь? В последнее время всё, чем я жила внезапно перестало казаться важным. Дружба, оказавшаяся насквозь фальшивой, иллюзия славы, переменчивый интерес зрителей и в довершении – разрыв с Дюшей. Не конец света, разумеется! Я вообще не любительница трагедий, так что пережила бы.

Оставалась ещё музыка. Но, храни высшие силы эту страну, то, что сейчас звучит из каждого утюга и захватывает незрелые умы, никак не назовешь этим словом. А рок... наверное, мне не повезло родиться в это время. Я не умею ругаться матом со сцены и не пою песни на остро политические темы, так что в топе чартов Веры Аскер не увидеть. Разве что в узкой тусовке или вот в клубах, да на фестивалях. И вообще на плаву «Два берега» держались лишь благодаря Гоше. Черт, вот перед ним немного неловко, пусть я и сказала, что ухожу...

Вот и с личным, как бы тоже не задалось. Притом давно. И сегодня просто был «выход на бис». Потому что знаю, что в брошенных в запале Дюшей словах в мой адрес была неприглядная истина. Андрей орал о том, что я бы предпочла не заметить самого факта измены, если бы не морщила брезгливо аристократический нос, заявляя, что не питаюсь чужими объедками! И что на самом деле мне до него мало дела - любовь давно прошла!

В этом есть доля правды. Жаль, лишь доля. Потому что всё равно больно. Пусть, если уж признаваться самой себе, подводя некие итоги, Андрея по-настоящему я никогда и не любила. Хотя пыталась, честно пыталась...

В общем, происходящее со мной, тянуло по меркам психологии на какой-нибудь кризис очередного этапа взросления. Этакая переоценка ценностей, а точнее их полный слом. Перемены в любом случае были неизбежны.

Но вот чтоб настолько радикально – это уже в стиле Веры Аскер.

А пока я перебирала в голове полученные за короткое время сведения о том, что меня ожидает. Плюсы и минусы. Последние мысленно заняли значительно больше места, чем первые.

Итак, пойдем по порядку.

Из выданных мне скупых данных можно было составить, пусть весьма приблизительное, но все же некое представление об Аскании. Первое – это оказалось не название планеты, а точнее измерения, что находится в некой параллели к нашему.

В том мире шарик, болтающийся во вселенной, именовался Онела. Он носился по орбите возле солнца, носящего имя Нелия, и имел две луны, что исправно выползали на небосвод, неся свои вахты. Названия их я пока не запомнила, ну да на это у меня ещё будет время. Вполне пригодное, в целом, для жизни людей отражение Земли, похожее внешне (и даже очертаниями континентов), но весьма разнящееся по сути.

Климат обитаемых областей, по словам Анателя, чуть более мягкий, чем в России, но во многом тоже схож. Хватает лесов, чистой воды и плодородной почвы. Да и вообще планета не страдает от перенаселения, выхлопных газов и прочих радостей промышленной революции, а так же не подвержена уж слишком частым катаклизмам, какие трясут нашу старушку. Общество находится на относительно высокой степени развития, хотя и технически от Земли отстает. В большинстве стран – монархическое правление. Классовые различия присутствуют, но тут уж ничего не поделать. Короче, ни тебе рабства, ни идолопоклонства, да и мыться господа давно научились, как и не гадить где ни попадя, подобно средневековой Европе. Достижение, между прочим, ведь это, знаете ли, и у нас до сих пор ни всем и не везде удается! В общем, почти та самая сказка на первый взгляд. Но мы же помним, что подвох есть всегда!

Глава 4 На пороге.

Глава 4

На пороге.

А вот желания открывать эти самые глаза я отчего-то не испытывала. Может «тянула счастливую минуту», оттягивая неизбежное, а может банально устала. Ведь сильные руки, что до сих пор держали меня крепко, оказались весьма осторожными. Да и пахло от незнакомца – а подхватил меня определенно не мой спутник – довольно приятной смесью дыма, легкой ноткой чего-то цитрусового и немного самим мужчиной. Не раздражало, хотя обычно я не слишком терпима к чужим прикосновениям.

Да и почему собственно ещё пару минут не поизображать слабую женщину? Тем более что вроде есть повод. В конце концов, я и вправду устала, да и голова реально ещё кружилась, даже мысли немного путались.

-- Эд Танар и лей Зем, вы можете быть пока свободными. Мы с эдом Ксандром тут справимся, -- раздался голос эда Анателя, и я услышала чьи-то удаляющиеся шаги. А мой провожатый вновь обратился к тому, что продолжал держать меня на руках. -- Положите девушку на кушетку, магистр, она сейчас очнется.

Почувствовала, как меня куда-то переносят, слегка встряхнув, как мешок с картошкой. Кажется, насчет осторожного обращения с моей персоной я несколько поторопилась с выводами. Мою тушку сгрузили на что-то не слишком мягкое, лишив уютного тепла, исходящего от, как оказалось, не слишком аккуратного носильщика. Хотела уже гневно возмутиться, но вдруг внезапное осознание того факта, что эд Келайн говорил явно не на русском, но при этом смысл слов я прекрасно уловила, заставило отложить возмущения. И не прогадала, потому что следующий диалог оказался весьма любопытным, и вряд ли подобное прозвучало, если я была бы в сознании.

-- Кажется, вы, уважаемый эд, опять приволокли с Земли очередного слабосилка, – прозвучал довольно красивый баритон, если бы не презрительные почти брезгливые нотки. – Чудо, что это недоразумение вообще пережило переход! – я буквально почувствовала, как меня рассматривают. Ну да, в огромной не по размеру толстовке Дюши, моё, не особо крупное тельце, смотрелось наверняка не лучшим образом, но и недоразумением называть меня никому не позволено! Ух, сдержать порыв, чтобы не высказаться оказалось целым подвигом! Моя выдержка трещала по швам, и лишь врожденное любопытство останавливало – погреем уши, а месть, как известно, блюдо, что стоит подавать холодным!

-- Было бы странно, магистр, чтобы девушка очнулась, после того, как вы ее схватили, -- выдал довольно странное предположение эд Келайн.

-- Видимо, было бы лучше, если б она разбила себе лицо, раз вы так нерасторопны? – спросил колко собеседник.

-- Я бы успел, -- проговорил недовольно поверенный.

-- Не станем спорить о том, что не случилось, -- ответили ему, явно не желая продолжать эту тему. -- Вы с Его Величеством, смотрю, всё не угомонитесь, пытаясь заполнить бреши в рядах магов за счет полукровок, -- продолжил незнакомец.

Ух, ты, как интересно! То есть, он меня принял за кого-то другого? Или я что-то не так понимаю? Не удивительно, конечно... Но слушаем дальше.

Мужчина явно отошел на несколько шагов, и мне до зуда захотелось увидеть, как выглядит этот сноб. Но выдавать себя пока не спешила, не уверенная, что на меня не смотрят – ведь даже дрожание ресниц могло «сдать» моё состояние.

-- А вы, уважаемый магистр, всё так же считаете это пустой тратой сил? -- спокойно парировал эд Анатель. – Несмотря на то, что это приказ самого короля?

-- Короли порой тоже ошибаются! Последняя война тому подтверждение, -- выдал мужчина жестко. – И не мне вам говорить, мэтр, что трата ресурсов и отвлечение сильных магов на поиски бастардов наших несдержанных любителей поразвлечься за пределами Аскании, пока не привела ни к чему путному. Не говоря уже о том, что необученные маги останутся бесполезны ещё долгое время, а наша с вами родина что-то не несет сокрушительных побед!

-- Но мы и не проигрываем! А новые одаренные нам и вправду необходимы. Потери слишком велики, уж не мне вам это объяснять, -- вздохнул эд Келайн.

Послышался шорох и легкий скрип дерева, словно кто-то опустился на стул, а после звук шагов по явно деревянному полу, которые замерли.

-- Давайте не будем обсуждать список потерь, -- прозвучал резкий ответ, -- Мы с вами оба прекрасно знаем, что эта затея несвоевременна и вряд ли принесет достойные плоды. Тем более, когда карталийцы приложили столько сил, чтобы разрушить почти все станции переходов. Кстати, до сих пор непонятно зачем было тратить столько ресурсов именно на эти диверсии во время войны, -- добавил он задумчиво. Видимо этот вопрос его занимал уже давно.

-- Оставим это, эд Ксандр, -- мягко ответил эд Анатель, -- Скажите лучше, что вас привело на Алитейскую станцию?

Решила, что мужчины явно отвлеклись от моей персоны, и вспомнила старую добрую способность смотреть из-под ресниц. В поле моего зрения оказалась часть комнаты, в которую меня принесли. Собственно, ничего сильно отличающегося от казенных заведений моей родины не увидела. Разве что стоило сделать поправку на отличие материалов – пластика, кабелей и прочей атрибутики не наблюдалось. А так передо мной был кабинет века этак девятнадцатого, принадлежащей не самой важной персоне, судя по отсутствию роскоши. Прямо напротив, находился массивный письменный стол, заваленный какими-то бумагами, рядом с ним на стуле сидел эд Анатель, глядя в сторону проема окна, вид из которого загораживала фигура мужчины.

Свет падал со спины, но черты лица все же можно было разглядеть, как и старомодный – по меркам Земли, опять же – темный костюм, напоминающий того самого лондонского денди. Хотя, ни черта не смыслю в моде прошлого! Могу лишь сказать, что сидел он на незнакомце, которого эд Анатель называл магистром, как влитой, и смотрелся на крепкой фигуре гармонично. Бледное лицо, темные волосы, забранные в хвост, поджатые губы, прямой нос и поблескивающие, словно в лихорадке глаза. А ещё шрам, пересекающий бровь, и придающий лицу суровый вид. Некрасив? Не знаю, пока меня больше интересовало все сказанное этим эдом, чем он сам. Несомненно, он маг, о чем говорила эта самая приставка к имени. А вот звание магистр могло обозначать что угодно – как степень владения даром, так и ученое звание. Чужая культура – потемки.

Глава 5. Начало пути.

Глава 5

Начало пути.

Вот чего вы могли бы ожидать от вида из окна в новом, притом магическом мире? Летающих ящеров? Разгуливающих единорогов или может радужных пони, на которых скачут полуобнаженные феи? В общем, что-нибудь сказочное, в зависимости от постигшей вас фантазии.

Ну, уж точно не скучную провинциальную картинку типичного крепостного двора века этак... Пожалуй, с типичностью я погорячилась, как и установлением датировки.

Странная эклектика! Вроде многие вещи вполне узнаваемые, но словно сделаны кем-то, кто создавал антураж по памяти, или с чужих слов. Ощущение, что оказалась на съемках фильма о старине. Притом режиссер явно не стремился соблюдать хоть какую-то историческую достоверность, с легкостью путая стили. Впрочем, если бы я подозревала своего спутника в розыгрыше, подобное меня бы не удивило – нынче мало кого интересуют детали!

А так... Жаркий, пыльный полдень, судя по весящему в зените на яркой голубизне небес вполне обычному солнышку, позевывающие часовые на воротах, за кованой решеткой которых виднелась вполне приличная, мощеная камнем дорога. Сами охранники – высокие, коротко стриженые крепкие воины, со странного вида ружьями, одетые в подобие летних мундиров русской армии. Ткани, кстати, на всех мной увиденных жителях этого измерения были исключительно натуральные. Пока я не встретила ни одной женщины, но судя по всему, мода здесь весьма консервативная. Интересно, а что тут с нравами? Насколько мы далеки? Хотя, в некоторых вопросах, хотелось бы иметь отличия. Пусть я и не ханжа, но родная «свобода» порой переходила любые рамки разумного.

Но тут уж по обстоятельствам!

И ещё раз о консервативности: оглядела себя сверху вниз, и хмыкнула, представив, как выглядела в глазах наглого мага, что подхватил меня у перехода. Хотя, какая мне разница? Вера, ты не о том думаешь! Не иначе, как бессонная ночь и стресс сказываются, а то с чего бы тебя волновали такие вещи? Вон, любуйся лучше пейзажем, да мотай на ус. С мужиками по-любому ещё придется разбираться рано или поздно.

Лучше бы попозже, конечно...

Неподалеку от охраны пара деловитого вида мужчин в штатском возились под капотом самого настоящего автомобиля, похожего внешне на древний – по представлениям человека двадцать первого века – мерседес-бенц. Они явно переругивались, порой отвлекая на свою возню внимание солдат, которые косились на эту довольно экспрессивную парочку с любопытством. Ещё бы, стоять на карауле да ещё в такую жару – тоска смертная!

А чуть поодаль ещё один солдатик держал под уздцы шикарного вороного коня. Под седлом, явно ожидающего седока.

Ну да, наличие магии вполне компенсировало отсутствие промышленной революции, наверняка позволяя технике работать на иных принципах и энергии. А связь с нашим миром и подавно не позволяла уж вовсе игнорировать достижения научной мысли. Вероятно, тут хватало своих аналогов давно известных на Земле аппаратов, но вот и лошадок из обращения не вывели, оставив то ли в качестве экзотики, то ли авто не хватало на всех.

Взгляд переместился на архитектуру. Стены из тщательно подогнанного камня, окружающие площадь перед довольно высоким сооружением, где мы находились. О размерах Алитейской станции перехода – а именно так называлось место моего нахождения – могла судить по расположению над землей того самого окна, в которое я обозревала окрестности, и проем коего ещё совсем недавно перекрывал от моего взора незнакомый сноб...

Млин, ну вот опять! Дался он мне! Видать давно особи противоположного пола на тебя не смотрели, как на пустое место и не называли недоразумением! Самолюбие, однако, уважаемая рок-звезда, вам слегка прищемили, вот и результат!

Переживешь, не маленькая!

-- Вера Владимировна! – чужая рука легла на локоть, и я, наконец, очнулась от кружащих в голове мыслей и созерцания, поняв, что меня давно пытаются дозваться.

Похоже, я все-таки на пределе, раз такая рассеянная. Отдохнуть бы, да немного в себя прийти. Но ещё столько нужно спросить! Да и к племяшке поскорее. Боги, как она там и с кем? В груди все сжимается от боли и тревоги...

Я развернулась к эду Келайну.

-- Простите, засмотрелась, -- улыбнулась мужчине виновато.

-- Понимаю, эда, -- кивнул господин поверенный. – Новый мир – это не в соседний городок съездить. Да и устали вы наверняка. Но, уж простите, что поторапливаю, но у нас с вами ещё имеются неотложные дела, – он развел виновато руками. – Для начала требуется стать гражданкой Аскании. Тут никаких проблем, поскольку вы потенциальный маг. Всего лишь следует официально принять наследство и написать прошение об опеке, пообещав выполнить необходимые условия в установленный законом срок. То есть, иметь прямое родство с гражданином Аскании, быть одаренной и выйти замуж, чтобы опека стала полноценной, -- перечислил эд Анатель.

-- Срок? – уцепилась я за фразу. – Сколько у меня времени? Мне ведь дадут... Ну, не знаю, прийти в себя, освоиться...

-- Вас так пугает замужество? – улыбнулся догадливый маг. А я поморщилась, словно мне подсунули хинин без капсулы. – У нас общество патриархальное, это верно. И выходцам с Земли бывает непросто принимать реалии. Женщины у нас всецело зависят от мужчин, но магичкам все же предоставляется больше прав, как в браке, так и в повседневной жизни. Так что не все так плохо. Да и ежели ваш уровень будет достаточно высоким, то вы окажетесь вполне в состоянии сами себя содержать, не завися от мужа. Я ведь уже упоминал, что все маги должны ежемесячно платить налог кристаллами с собственной силой?

Да, что-то такое уже говорил, но я как-то была сосредоточена больше на иных моментах.

-- На них работает всё в нашем мире. Налог невелик, и рассчитан на десятую, самую распространенную степень владения силой. Так что, если вам повезет, например, как вашей сестре, то вы сможете ещё неплохо зарабатывать, сливая часть силы в кристаллы и сдавая их.

Вот значит как. То есть, маги – это некая «нефтяная вышка», качающая уникальное топливо, притом разных видов, как я поняла. Быть «зарядкой для батареек» в этом мире не только почетно, но и прибыльно. Особенно, если большой такой, и долгоиграющей! И если у Маринки уровень был третий, то значит, она была очень сильна и могла себе многое позволить, судя по всему. Наверное, их оружие тоже связано с магией...

Глава 6. Дорога в Данго.

Глава 6.

Дорога в Данго.

Станция перехода, как оказалось, находилась в непосредственной близости от столицы Аскании – Данго. Туда мы, собственно, и направлялись.

Магкар довольно плавно скользил по дороге, несмотря на неровности покрытия. Привычного звука мотора не было слышно, лишь легкое механическое трение осей. При этом скорость была не сказать, чтоб высокая, но навскидку ехали мы километров шестьдесят в час.

Равномерная тряска точно бы меня укачала, отправляя смотреть тревожные сны, если бы я с любопытством любого неофита не пялилась в окно, чуть было не тыкая пальцем в удивляющие меня подробности, словно маленькая девочка. А эд Келайн смотрел на это снисходительно, периодически давая пояснения тому, что особо притягивало моё внимание. А ещё я пару раз ловила в отражении вполне традиционного зеркала заднего вида, через разделяющее салон стекло, как в каком-нибудь авто класса люкс, любопытный взгляд нашего шофера, здесь именуемого просто возницей. Им оказался один из виденных мною во дворе спорщиков, что недавно ковырялись в механической части машины.

Возница, как я поняла, был простым человеком, и его довольно низкий и почтительный поклон эду Анателю, а после и мне, подтвердил сказанное поверенным, о сословном неравенстве. Привыкнуть к этому будет непросто, но и на Земле я всегда помнила, что люди, конечно, равны, но некоторые все же равнее. Как бы нам не рассказывали иное, но рождаемся мы с разными стартовыми условиями, хотя бы по уму и физическим данным. Не говорю уж об имеющемся или отсутствующем у родителей капитале, что мог весьма расширить горизонты. Так что в сказки об одинаковых возможностях верят лишь наивные и недалекие.

Просто в этом мире люди делились ещё и на одаренных, и прочих. И уже в этих двух основных группах имелись свои верхи и низы. Но маги априори оказывались выше по статусу любого самого богатого или умного человека. Справедливо ли такое деление? Не мне судить об особенностях жизни, что развивалась в иных условиях, а значит, со своими нюансами.

Пока же я рассматривала промышленный район, мимо которого лежал наш путь. Больших и малых предприятий насчитала уже с десяток. Мой проводник рассказывал, что Данго производит эти самые магкары, а также массу иной техники. В том числе и военную. Но сталеплавильные заводы и горнодобывающие компании расположены в других районах.

-- Вы непременно изучите географию, эда Вера, -- пояснял он. – Как и азы нашей экономики – это часть знаний, которые должен получить каждый магически одаренный.

Я лишь кивнула, продолжая вертеть головою.

Каменные стены оград скрывали здания цехов и прочих построек. Вверх поднимались трубы, из которых в воздух поднимался лишь светлый пар. Никаких посторонних запахов, которые можно было ожидать в таком месте, я не почувствовала. Порой из ворот выезжали конные подводы, везущие, вероятно, готовую продукцию, скрытую материей напоминающей брезент. Магкаров разной формы и расцветок попадалось не слишком много. И за рулем были лишь мужчины.

Похоже, местный вариант авто был не сильно распространен из-за дороговизны кристаллов, что позволяли транспорту двигаться. Именно поэтому лошадки здесь являлись пока основной тягловой силой. Вот, кстати, продукты их жизнедеятельности вовсе не попадались на дорогах. Я заметила, что под хвостами животных были привязаны специальные мешки. Уж не знаю, как они крепились, но результат, так сказать... хм... на лицо. Помнится, на Земле в городах века этак девятнадцатого навоз превратился в настоящую проблему.

-- Кстати, Вера Владимировна, вам предстоит ещё вплотную заниматься вашим даром, когда он проснется. А также физически поддерживать ваше прекрасное тело. Ведь все маги военнообязанные, -- обронил вроде бы вскользь поверенный.

О как!

Я повернулась к моему сопровождающему, сложив руки на груди, глядя недобро.

-- То есть, если я пацифистка, мои предпочтения мало кого будут интересовать, я правильно поняла? – спросила хмыкнув. – И уж выкладывайте сразу все прелести того, на что я подписалась, уважаемый. А то вы, право слово, из жалости собачке хвостик рубите по частям. Не гуманно как-то, не находите?

Эд Анатель виновато развел руками.

-- Ну, мы ведь уже выяснили, Вера Владимировна, что вы все равно бы согласились на переезд сюда. Просто не хотел вас пугать.

-- Я похожа на особо пугливую? -- спросила со скепсисом.

-- Ваша правда, -- улыбнулся мой проводник. – Простите великодушно, -- склонил он голову, -- привычка не одного года работы на ниве возвращения, так сказать, генетического материала на родину. Вы не представляете, какой попадается народ, -- посетовал он доверительно.

-- Почти сочувствую, -- хмыкнула иронично. – Но, как я понимаю, вы сами создали такую ситуацию. Не вы конкретно, но... – пожала плечами.

-- Да, тут вы правы, -- согласился эд Келайн.

-- Не расскажите, пока есть время? – проявила я любопытство, посмотрев пытливо на мага.

Он вздохнул, вновь крутя в руке трость, что пристроил рядом с собой.

-- Знаете, это не самая приятная тема, которую меньше всего хотелось бы обсуждать. Но ведь это касается непосредственно вас, Вера Владимировна.

-- Называйте меня так, как принято в Аскании, эд Анатель. Думаю, мне стоит уже начать привыкать.

-- Вы снова правы, -- согласился маг. – У нас не в ходу отчества. Так что буду обращаться к вам эда Вера, или эда Аскер. Как вы поняли, к людям без магии у нас принято обращаться просто по имени, если он из низшего сословия, или добавлять приставку «лей». Ну и обращение «господин» или «госпожа» не возбраняются, как знак признания заслуг и уважения.

-- Хорошо, я это усвоила, -- кивнула эду. – Но, прошу вас, вернемся к нашему разговору, -- не позволила уйти от темы.

На лице поверенного промелькнуло настоящее страдание, но он сдержал обещание и рассказал.

-- Да, в общем-то, уважаемая эда Аскер, и особо рассказывать нечего. История стара как мир. Одаренные магией – закрытая каста. Они ревностно оберегали свою кровь, не позволяя на уровне закона плодить бастардов многие и многие века. Когда-то полукровок ждала незавидная участь, -- он покачал головой. – Это печальные и кровавые страницы истории, которую хотелось бы забыть. В общем, маги всячески варились в своем кругу, при этом, не забывая воевать, и, конечно же, гибнуть в войнах. Численность их сокращалась катастрофически. Пожалуй, Аскания единственная сейчас может похвастаться приличным количеством магов. Вернее достаточным, чтобы силы хватало на все аспекты нашей жизни. Ее, эту самую силу, большинство все же имеет в виде весьма скромного десятого уровня. И как не стимулируют рождаемость правители, магов совершенно недостаточно. А это скверно для экономики и безопасности. И, казалось бы, отмени старые законы, и полукровки восполнят бреши! – эд Анатель нахмурился, скривив лицо в гримасе, -- Но вот, видимо, игры в чистоту крови не прошли без последствий. Мы перестали быть совместимы с простыми людьми!

Глава 7 Данго.

Глава 7

Поместье Морне.

Слова поверенного заставили внутренне собраться, делая попытку обдумать услышанное. Пусть эд Келайн снова ловко увильнул от многих вопросов, винить его было сложно – чувствовалось, что мужчина был скован некими ограничениями, скорее всего в связи с той самой миссией восстановления популяции одаренных – о, боги, звучит, словно исчезающий вид животных воспроизводят искусственно! – и о которой при мне недавно шла речь. Что ж, у всех есть тайны и обязательства. Я, например, должна позаботиться об Аське и выяснить все о Марине. В идеале, ее отыскать... А ещё как-то устроить свою судьбу, раз уж влипла во все это до самых коренных зубов.

-- Радуете вы меня, эд, -- проговорила, выдохнув с чувством.

-- Уж чем могу, -- развел руками в уже привычной манере собеседник.

Ох, этот немолодой пройдоха неуловимо напоминал мне Гошу. Пусть маг и поверенный, а также агент Его Величества Эдена Третьего (ну да, я выяснила таки, как именуют местного правителя!) в манерах был полной противоположностью напористого и прямолинейного продюсера «Двух берегов», но вот умение интриговать и недоговаривать их безусловно роднило. Я окинула его с ног до головы взглядом, припоминая, что ещё меня так встревожило, но ранее не успевала спросить.

Ах, да...

-- Скажите, а ваши ментальные способности, которые там, на набережной так умело применили на моей персоне, это что, здесь так каждый менталист сможет на меня воздействовать? Не сочтите за обвинение, но я все же должна спросить, не поспособствовали ли вы моему столь быстрому согласию на переезд сюда? Может, я просто не замечаю, что все ещё под властью чар? – я скривила нос от подобной мысли. Черт, видимо, пока «доза успокоительного», что мне выписал маг тогда на Земле, действовала, я не задавалась этим вопросом, хотя ведь некая мысль скребла по нервам.

-- Пугает? – поинтересовался с живым таким интересом этот не сильно «юный натуралист».

-- А сами-то как думаете? – взвилась я, зло прищурившись. Все же и у моей выдержки есть предел. – Я, знаете ли, привыкла свои решения принимать без чужого влияния. По крайней мере, так всегда считала. А тут выясняется, что сначала родная сестра делала все, чтобы я не озадачивалась лишними вопросами, а теперь и вовсе посторонний человек, возможно, -- я сделала небольшую паузу, подчеркивая, что это лишь допущение, -- Повлиял на моё восприятие!

Моё возмущение, впрочем, особого действия не возымело. Маг лишь улыбнулся примирительно, отчего по его лицу разбежались лучики морщинок, и произнес в своей мягкой манере доброго дядюшки-учителя.

-- Если быть объективными, то на наши поступки постоянно кто-то пытается влиять. Вы умная девушка и, думаю, прекрасно об этом осведомлены, -- вздохнул картинно поверенный. Крутанул изящно в руке трость и посмотрел на чуть не выпускающую из ноздрей пар меня.– Но, если не вдаваться в философию, то насчет влияния оказанного эдой Мариной вы правы, конечно. Ваша сестра явно хотела держать вас в неведении, -- кивнул он своим мыслям. – А вот я лишь слегка помог вам успокоиться. Могу вам в этом поклясться, -- добавил уже вполне серьезно, видя мой скепсис.

-- А давайте! – поймала на слове собеседника.

Ну, а что? Сам предложил. С чего бы мне, собственно, ему уж так безоговорочно верить?

-- Извольте, если вам так будет спокойнее, -- пожал он плечами.

Мужчина развернулся ко мне, подняв руку в район своей груди, ладонью вверх.

-- Клянусь силой, что никогда не влиял ментально на принятие решений эды Веры Аскер! – произнес твердо, слегка щелкнув пальцами.

Я почувствовала легкую вибрацию на коже, словно по телу пробежала некая волна, и одновременно увидела, как буквально на пару секунд вокруг фигуры эда Келайна вспыхнуло мягкое сияние фиолетового цвета. Некий кокон, так напоминающий ту самую ауру, что рисовали при помощи спецэффектов в кино, и о которой так много болтали любители всякой чертовщины и восточных практик.

«Ну да, эта самая чертовщина, в которую ты не верила раньше, похоже, теперь часть твоей повседневности, Русь!» - напомнила я себе.

-- Удовлетворены? – спросил эд Анатель спокойно.

Я же только кивнула, все ещё под впечатлением от увиденного, а он продолжил:

-- Эда Аскер, если бы у нас было чуть больше времени на разговоры на Земле, то я непременно успел бы сообщить, что по законам Аскании, менталисты не имеют права на прямое внушение без согласия объекта, или санкции властей. Подобное сурово карается, да и дано не всем. Тем более все одаренные учатся держать щиты от такого воздействия буквально с первых уроков. И пробить их под силу единицам, а уж не оставляя при этом в ауре следов – вообще никому в данный момент. Вы тоже этому научитесь довольно скоро, -- пообещал он. – А пока, для вашего спокойствия, я у себя в конторе непременно выдам вам амулет.

-- Спасибо, -- произнесла все же отведя глаза, немного смутившись своей подозрительностью.

-- Не за что, -- произнес маг. – И не переживайте напрасно. Вы совершенно правы, юная госпожа, доверие надо заслужить. – Он помолчал немного и добавил тихо, глядя куда-то вперед. – А я бы и вовсе посоветовал вам быть осторожнее с этим великим даром – доверять.

После такого заключительного аккорда разговор не клеился и я, чтобы отвлечься, вновь смотрела в окно.

Впитывая, запоминая, делая выводы, но больше пока не задавая вопросов. Может, просто малодушно боясь услышать ещё что-то тяжело перевариваемое...

Промышленный пригород закончился небольшой зеленой зоной, наверняка призванной послужить неким дополнительным фильтром для жилых районов. Её мы проскочили быстро. Я лишь отметила вполне знакомые деревья, такие как кедры и можжевельники. Но попадалось и что-то неопределяемое с ходу, что было неудивительно – миры пусть и схожи, но и в своем-то я далеко не лучший знаток ботаники, а что уж говорить об Онеле?

Вскоре появились жилые кварталы и, конечно же, их обитатели. Это было что-то вроде пригорода. Разрозненные дома не слишком богатого вида из дерева по мере продвижения сменялись чуть более добротными строениями.

Глава 8. Завещание

Глава 8

Завещание.

-- Вы ведь говорили, что не знаете ничего о том, как пропала Марина? – произнесла, почти падая на сидение стула возле стола в кабинете эда Анателя, когда дверь за нами закрылась, отрезая от эды Тоне.

Сказала не с целью упрекнуть – в конце концов, мне никто не обязан отчитываться в своих словах – а скорее, машинально среагировав на несоответствие. Да и злили неимоверно эти недосказанности: быть слепым котенком, которого ведут по тропе, не рассказывая толком куда, и что вокруг – это, знаете ли, не самое приятное ощущение. Особенно если понимаешь, что влезла во все сама и помощи никто не обещал!

И вот результат: в этом сумасшествии, обрастающем неправдой и неприятными подробностями, со скоростью снежного кома катящегося с горки, нахожусь всего-то ничего, а уже начинает казаться, что так раздражающий ещё недавно родной мир с его несправедливостью и прочими радостями, был не столь плох.

Впрочем, может быть просто стоит утолить, давно дающий о себе знать, голод? А ещё смыть бы под горячим душем весь этот хаос предыдущих часов и лечь поспать. Обычно помогало и наутро все представлялось в других цветовых решениях...

Поводила взглядом вокруг, отмечая детали.

Добротный кабинет, внушающий уважение, но не призванный подавить и запугать посетителя. Шкафы, за стеклами которых прятались корешки книг и стопки бумаг, мягкий диванчик у стены, наверняка для клиентов, что являются в чьём-то сопровождении, и портрет в строгой раме мужчины лет сорока, в явно дорогом белом мундире, расшитом золотом и украшенным чем-то вроде ордена на левой части груди, в виде многоконечной звезды. Талантливая работа, с характером. У изображенного на полотне был очень тяжелый взгляд и острый орлиный профиль, подтянутая фигура, выдающая военную подготовку. И как здорово живописец сумел передать незаурядный ум этого человека и явную непреклонность нрава. Может даже жестокость...

Свет из окна падал на поверхность рабочего стола, отражаясь радужными зайчиками от граней канцелярских приборов: пресс-папье, чернильницы и подставки для перьев. Такая светомузыка завораживала, и даже успокаивала. Вся эта красота, помимо перьев, была сделана из голубоватого стекла и представляла собой настоящее произведение искусства. Им, похоже, и являлась. Потому что рядом со сложенными аккуратными стопочками папками в кожаных переплетах лежали вполне знакомые поршневые ручки из материала, напоминающего рог или кость. Так что перья точно были лишь для антуража.

Мой собеседник не спешил отвечать. Он спокойно обошел стол, устраиваясь в кресле за столом. Также неспешно пристроил свою трость и только после этого заговорил, открывая лежащую сверху папку.

-- Разве я вам лгал, Вера Владимировна? – на меня глядели внимательные глаза, цвета стали. – Я лишь утверждал, что не имею сведений о том, что произошло с эдой Морне. Так у меня их и сейчас нет! Я действительно в это время отсутствовал в Данго, да и с вашей сестрой не виделся давно. Сейчас же вы услышали официальную версию произошедшего. Как и все. -- Он посмотрел на меня пристально и добавил, -- Не более. И да, повторюсь, это обычная практика, признавать умершими пропавших во время войн.

Я зависла, от понимания того, что мне снова пытаются сказать нечто важное, но не напрямую. А маг посмотрел на портрет, что так притягивал мой взор и произнес со скрытым значением.

-- Это портрет Его Величества Эдена Третьего. В Аскании королю подчиняются не только по закону, но и в силу дара династии Канте, у наследников которой уже многие столетия непременно рождаются сильные маги Разума. Авторитет и власть Его Величества неоспоримы, и каждый одаренный приносит ему клятву, -- эд Анатель посмотрел на меня в упор.

Понять то, что в деле сестры, а может теперь и моём, был замешан какой-то интерес короны, труда не составило. И то, что говорить об этом мне никто не собирается тоже. А маг продолжил ликбез.

– В данный момент, он является самым сильным ментальным магом Аскании, хотя его уровень лишь третий. Но, поверьте, ментальный дар очень редкий, реже появляются разве что маги Смерти. Ну, а из стихийников острый дефицит у нас воздушников, -- перечислил он. – Кстати, в этом и кроется причина того, кто станции перемещения большей частью пустуют. За магию порталов отвечает именно Воздух, а каждый одаренный этого направления в Аскании буквально на вес золота. Вот прочих одаренных достаточно, поэтому моя родина прекрасно развивает промышленность, сельское хозяйство и держит оборону – как вы заметили, на течении повседневной жизни внутри страны военные действия на границе почти не отражаются. Если не считать потерь, пусть и не слишком высоких по численности. Но каждая жизнь ценна, а уж магов...

-- Как интересно и жестоко устроены наши миры. Словно без войн, интриг и крови действительность станет скучной и вообще прекратится какое-либо развитие, -- вполне искренне и грустно проговорила я, подводя черту под сказанным, понимая, что мне и так выдали намеками больше, чем собирались.

-- Тут уж ничего не поделаешь, от нас с вами некоторые вещи не зависят, эда. К счастью, не все, -- мне вновь послышался некий посыл в сказанном, но маг улыбнулся понимающе, и заговорил нарочито бодро. -- О, вы обязательно ещё узнаете всё о магии, и ее роли в нашем обществе. Как и о структуре этого самого общества. Ну и о нравах, как и прочем, о чём необходимо знать девушке с даром, эда Вера, -- произнес он. – А пока, вам стоит немного подкрепить силы и прочесть все подготовленные эдой Ивонной бумаги. День и так был длинным...

И то верно.

Через четверть часа я уже чувствовала себя вполне сносно, попивая вкуснейший терпкий напиток, закусывая печеньем, принесенным заботливой помощницей, и вчитывалась в детали завещания, составленного сразу на двух языках – это было сделано по просьбе Марины, специально для меня. Кстати, письменность Аскании, оказывается, тоже прилагалась в комплекте со знанием языка. Вот только пробегая глазами изящную вязь местных букв, я пока с трудом складывала слова, словно ребенок, едва освоивший алфавит. Эд Анатель сказал, что подобное вполне нормально, и надо, как и в детстве, просто больше читать и тогда навык закрепится в мозгу.

Глава 9. Поместье Морне.

неясным причинам!

Глава 9

Поместье Морне.

День уже давно перешагнул свою середину, тротуары Данго были заполнены людьми, а проезжая часть лошадьми и редкими карами. Узкие улочки не способствовали порядку, так что порой слышалась перебранка торопящихся по своим делам важных господ, что требовали потесниться тех, кто стоял явно ниже по положению. Как знакомо, однако! Мир другой, а те, кто возомнил, что деньги, должности и происхождение решают всё, ведут себя также. Остается лишь надеяться, что не все такие.

Вот и наш магкар спешил пробиться сквозь местный вариант пробок на дорогах, катясь вперед без привычного рычания мотора, а лишь поскрипывая колесными механизмами, и слегка подпрыгивая на неровностях мостовой. Нам, кстати, дорогу уступали без лишнего шума, хотя возница вел себя сдержано, лишь пару раз нажав на вполне узнаваемый клаксон.

То, что мы покидаем пределы города, я понимала, ведь эд предупредил о том, что фамильное имение Морне находится в предместье столицы, на берегу озера Отер. Мне обещали весьма живописное зрелище. И в этом вскоре я убедилась лично – посмотреть было на что!

Как только мы вырвались из суетной столицы и пересекли стену через ворота, находящиеся намного южнее тех, в которые мы прибыли в город, дорога начала резкий подъем. Вид за окнами указывал, что здесь, среди красивейших полей, на которых, колышась золотым морем, зрели злаковые, а также виднелись островки куртин деревьев, располагались усадьбы весьма богатых людей Аскании. Наверняка такие хоромины принадлежали магическим семьям, хотя эд Анатель уверял, что и среди простых людей есть состоятельные промышленники и землевладельцы. Все же удел магов – это политика, война и наука. А ещё медицина, инженерия и многое другое. Но вот торговля и часть промышленности были отданы на откуп людям, пусть и большую часть капиталов, опять же, вкладывала магическая аристократия. Деньги, как известно, лишними не бывают, а уж кто их заработает для вас – не столь и важно. Особенно, если ты можешь полностью контролировать этих людей.

Заметьте, последнее вопрос немаловажный!

Усадьбы представляли собой нечто схожее с замками. Правда это были не мрачные каменные глыбы, а скорее сказочные и большей частью не такие громоздкие сооружения. Хотя я ожидала увидеть что-то в колониальном стиле, но нет, это были хоть и довольно изящные, но все же крепости. Вот тут моя паранойя вновь получила пищу – заборы, а скорее все же оборонительные стены, здесь казались крепкими и высокими, а окна первых трех этажей в домах были забраны пусть ажурными, но явно не декоративными решетками.

Голову на отсечение, что тут точно чего-то или кого-то опасались. Спрошу при случае, непременно.

Местное солнце изрядно раскалило воздух, и хотя в машине было прохладно, я предвкушала, каково будет оказаться вновь под открытым небом. И опять стать точкой привлечения всеобщего внимания, а уж если придется скинуть толстовку... Ладно, надо ещё доехать.

Я ерзала на сидении, буквально разрываемая на части вопросами, а вредный маг, видимо, не желающий отвечать, посетовал ещё при выезде, что весьма утомился и демонстративно прикрыл глаза, свободно откидывая голову на мягкую и высокую кожаную спинку заднего дивана магкара, перед этим посоветовав и мне отдохнуть.

Ага, сейчас! Отдохнешь тут, пожалуй!

Нет, я честно молчала, сколько могла, но...

-- Послушайте, ну, почему я не могу просто забрать Ассель и поехать с нею в дом в столице? Мы ведь вполне можем теперь и сами о себе позаботиться! -- на этой фразе я поймала скептический и совсем несонный взгляд собеседника, слегка стушевалась и тут же исправилась, -- Ну, или вы, к примеру, могли бы посоветовать, кого можно нанять, чтобы помогли освоиться во всех тонкостях жизни в Аскании! – И, не увидев в лице мага нужного отклика, воскликнула, чуть ли не заломив руки от негодования на ситуацию, -- Ну, зачем я сдалась каким-то чужим людям, эд Анатель? Неужели нет вариантов?

Острое нежелание ехать в это чертово поместье могла объяснить лишь обострившейся интуицией, или тем фактом, что у Мариши явно имелись какие-то «против», чтобы оставить дочь на воспитание родне мужа. Кстати, эд Анатель тоже как-то ловко ушел от этого вопроса. Снова.

Сейчас же мужчина посмотрел на меня устало и терпеливо начал пояснять, в чем опять я неправа в своих суждениях.

-- К сожалению, это невозможно, эда. Закон четко прописывает действия для прибывших из-за «дверей». Пока ваше гражданство не одобрено короной, вы лишь гостите у родственников, которые обязаны позаботиться о вашем благополучии и адаптации. Это их ответственность, так что не стоит переживать.

Вот почему-то легче не стало. Что-то мне подсказывает, что подобные «обязательства» для хозяев не в радость, а стало быть, таких «гостей» никто не ждет с распростертыми объятиями.

-- Но, может, вы хотя бы расскажите о месте, куда меня везёте, и о тех, с кем мне придется иметь дело? – решила зайти с другого бока, раз не получилось увильнуть от грядущей встречи.

Маг неторопливо сел, с легким прищуром глядя вокруг, словно не видел где мы едем. В этот момент дорога как раз делала поворот, въезжая в полосу густого леса. Маг улыбнулся, сделав указующий жест вперед.

-- Да, в общем-то, эда, вы всё увидите и узнаете буквально через пару минут пути! Мы почти прибыли. Так что добро пожаловать в семейное поместье одного из самых древних родов Аскании!

Я невольно повернулась в указанном направлении и замерла, едва успев подхватить падающую челюсть. Потому что за очередным поворотом деревья, как по команде расступились, открывая вид на расположенную ниже долину и водную гладь большого озера, уходящего водами куда-то за горизонт. И на сказочный замок, стоящий на вдающемся острым клином в Отер мысе, или скорее полуострове. Эта часть суши, поднималась со дна каменным основанием, представляющим собой почти гладкие отвесные скалы, по крайней мере, так виделось отсюда. В начале полуострова раскинулось небольшое поселение, далее был промежуток, явно призванный отделить хозяев от простого люда, и, наконец, появлялся сам замок. Сделанный из белого камня, он поднимался несколькими башнями у дальнего края суши, что вдавалась в воду. Красивейшее произведение зодчества, не лишенное изящества, было окружено почти со всех сторон густыми кронами деревьев, создавая впечатление некоторой сказочной затерянности. Если смотреть на него с определенной точки, скрывающей основной берег, то легко можно представить рыцаря, пробирающегося сквозь заколдованный лес, чтобы спасти принцессу.