Рок-монстр

Глава 1 Аня

Глава 1 Аня

Я как раз поливаю этот несчастный кактус на подоконнике, когда за окном раздаётся рёв — будто стадо несётся прямиком к нашему дому. Разъярённые бизоны? Хуже! «Стражи»! То есть Стражников со своей шайкой.

Выглядываю в окно: фургон с надписью «Стражи», намалёванной серебристой краской, — как будто надпись не доделали, не додумали, недовсё! В очередной раз пытается втиснуться на нашу подъездную дорожку — и, как всегда, делает это так, будто параллельная парковка — личное оскорбление. Кривобоко втискивается, иначе не скажешь.

Макс, мой брат, высовывается из окна и машет мне рукой с видом «только не устраивай опять сцену». Я выучила это выражение лица наизусть! За рулём, конечно же, сам Андрей Стражников — в чёрных очках. Выглядит несуразно, абсурдно, комично учитывая, что на улице пасмурно, вот‑вот брызнет дождь. Так же пасмурно, как моё настроение после последней встречи с ним. На лице ухмылка, которую мне хочется стереть одним острым словцом, одним хорошим подзатыльником, одним поце… О чём я?

— Опять эти рок‑монстры, — цежу я сквозь зубы, ставя лейку так резко, что расплескиваю воду.

Дверь в дом распахивается с таким треском, будто её вышибли ногой. Будто не дом, а препятствие, которое непременно нужно сломать. Через минуту в прихожей грохочут ботинки, звучат голоса. Ей‑богу, будто штурм гостиной группой захвата, а не рок‑группой братца.

— Анька! — Макс появляется в дверях, взъерошенный и донельзя весёлый. — Мы тут немного порепетируем?

«Немного? Немного?» — вижу следы от грязных ботинок на полу, и меня кроет.

— Немного? — Я выпрямляюсь, скрещиваю руки на груди. — Это, как обычно, до трёх часов ночи? Или вы решили установить рекорд и выть до рассвета?

Андрей заходит следом, окидывает комнату взглядом — медленно, нагло — и задерживается на мне.

— Привет, колючка, — растягивает он губы в ухмылке.

— Стражников, — отрезаю я. — Гараж в вашем полном распоряжении. Только, пожалуйста, не разнесите его, как в прошлый раз. Или ты уже забыл, как сломал полку с моими винилами? Там был редкий альбом, который я искала полгода!

Он делает шаг ко мне — слишком близко, слишком вызывающе. Проверяет, сколько секунд я выдержу.

— Боишься, что я опять уроню усилитель на твою коллекцию? — прищуривается он.

— Боюсь, что ты отправишься в больницу после попытки повторить, — я не отступаю ни на шаг. — И да, не трогай мою кружку с котами. В прошлый раз ты её так отмыл, что коты теперь выглядят, будто их пропустили через мясорубку.

Макс закатывает глаза:

— Ребят, давайте без этого. Нам репетировать надо.

— Да‑да, — я тычу пальцем в сторону гаража. — Я буду в своей комнате. А вы — в своём гараже, и в дом ни шага. Уже натоптали! А я, между прочим, только что полы помыла. И если хоть один из вас снова возьмёт без спроса мои вещи — я возьму ваш медиатор, ваш кабель и утоплю это всё в ванной. Понятно?

— Договорились, — Андрей не сводит с меня глаз. — О том, что ты будешь в своей комнате, я запомню. Об остальном подумаем.

— Ты не умеешь думать, у тебя вместо мыслей сплошной рок, — я разворачиваюсь, чтобы уйти, но он вдруг бросает вдогонку:

— А у тебя в мыслях только я!

Я резко оборачиваюсь:

— Мечтать не вредно.

— Вот и иди мечтай, — не остаётся в долгу Андрей.

Макс хлопает его по плечу:

— Может, хватит уже? Вы друг друга достаточно «поприветствовали».

— Она просто не понимает, что мы — это музыка, — отвечает Андрей, не сводя с меня взгляда. — А музыка не знает границ.

— Зато моя сестра знает, — хмыкает Макс. — И границы, и штрафы за порчу имущества. И, кстати, Ань, там на кухне пирог остался…

— Не надо мне подачек, — отрезаю я. — И не зови меня на ваши «джемы». Я не собираюсь сидеть и хлопать в ладоши, пока вы громите мой дом.

Поднимаюсь на второй этаж, ступенька за ступенькой, сердце грохочет, как их барабаны, захлопываю дверь своей комнаты — с размахом и силой. Сажусь за стол, открываю конспект, но сосредоточиться не получается. Буквы плывут перед глазами, сливаются в бессмысленные каракули.

Из гаража доносятся первые аккорды. Звук пробивается сквозь стены, вибрирует в полу, отдаётся в груди.

«Это просто бас, — говорю я себе. — Просто бас‑гитара Макса. Просто шум. Просто…»

Но когда Андрей начинает петь — низким, хриплым голосом, который почему‑то совсем не сочетается с его вечной ухмылкой, — я невольно замираю с ручкой в руке. Слова песни — резкие, рваные — бьют прямо в грудь.

Трясу головой, отгоняю наваждение.

— Нет, — шепчу вслух. — Он придурок. Самый что ни на есть отбитый. И он мне не нравится. Совсем.

Но вместо того чтобы вернуться к конспекту, я подхожу к окну, выходящему на гараж. Тучи расступаются, разгоняя хмарь, выглядывает солнышко. Фургон поблёскивает своей кривой надписью — ржавый, старый, — а из приоткрытой двери гаража доносится музыка — уже слаженная, мощная, захватывающая.

И я ловлю себя на мысли, что прислушиваюсь. Слишком внимательно. Слишком жадно.

А потом резко одёргиваю себя:

— Прекрати. Это просто шум. Просто рок‑монстры на заднем дворе.