Роковой гром

Часть 1

Листва цвета багрянца и охры покрывала улицы. На дворе стоял октябрь. Пёстрый пейзаж помешал хмурой неприветливой погоде в конец испортить и без того скверное расположение духа Мелани Фостер. Она, как и всегда, гостила у своих родителей на выходных, и теперь безбожно опаздывала на поезд. Для пунктуального человека вроде неё это было сродни катастрофе.

-Паркер, будь добр, положи шарф в сумку Мелли, - попросила миссис Фостер.

-Да, маменька,- раздался тихий голосок.

Белокурый мальчик лет двенадцати на вид, в очках из пластмассовой оправы, опрометью кинулся выполнять поручение. От природы покладистый, он создавал впечатление забитого ребёнка, который боялся и слово сказать поперек. В отличие от своей старшей сестры, у него никогда не возникало даже мысли о том, чтобы ослушаться. Родители были для него кем-то вроде идолов, существ, обладавших незыблемым авторитетом. Никто нарочно не вбивал ему это в голову, просто кто-то приходит в этот мир, чтобы вести, а кто-то, чтобы быть ведомым.

Мелани придерживалась противоположного мнения. В современном мире странно идеализировать кого бы то ни было, а уж тем более собственных предков. Ведь они точно такие же люди, которые живут в первый раз и могут ошибаться. Безусловно, не стоило сбрасывать со счетов их житейский опыт, который временами был очень полезен. Но и слепо следовать их воле только из-за количества проведённых на земле лет было глупой затеей.

Впрочем, в школьные годы Мелли не доставляла особых хлопот — примерное поведение, высокие отметки, прекрасная посещаемость. О такой дочери можно было только мечтать. Но чем старше она становилась, тем чаще позволяла себе в чем-то не согласиться с маменькой. Появилось собственное мнение, края которого обтачивались обществом, литературой и личным опытом.

Услышав про очередной шарф, она прокричала из другой комнаты:

-Только через мой труп! Мне некуда девать еще одну накидку. Боюсь, что такими темпами Элизе придется скоро съезжать, если я не перестану захламляться. Общежитие всё-таки не резиновое!

Миссис Фостер, старомодная женщина лет пятидесяти пяти, степенно сидела за вязанием. Длинная иссиня-черная юбка на флисовой подкладке едва прикрывала острые носки домашних мюлей, а бадлон идеально подчеркивал ее статную фигуру. На коленях лежал шарф, практически точная копия того, который она настойчиво пыталась всучить Мелани.

Чопорность и внимание к деталям отражались на внутреннем убранстве дома. Каждый предмет имел строго отведённое ему место. Шторы обязательно сочетались с обоями, а обои - с гарнитуром. Рисункам на сервировочных салфетках следовало подходить к скатерти. Просмотр телевизора ограничивался одним часом вечером, чтобы «не слишком забивать мозги чушью, которую пытаются нам навязать проклятые телевизионщики».

Годы преподавания на кафедре филологии брали свое - манера держаться, говорить, тон выдавали в ней сурового, но справедливого наставника. Холодная безукоризненность шла рука об руку с желанием иметь хоть какую-то власть. Неважно, что дальше решения семейных вопросов она не распространялась.

-Упрямица! Очень глупо отказываться. Вот отморозишь себе все, кто мне потом внуков будет рожать? - начала причитать миссис Фостер.- Паркер он ещё маленький совсем, от него внуков я могу и не дождаться. Хочешь лишить этого счастья свою престарелую мать?

Золотоволосая девушка не нашлась что ответить и раздражённо закатила глаза. Ее радовало только то, что маменька не видит выражение её лица. Ещё несколько лет назад Мелани, наверняка, вступила бы с ней в полемику, которая могла бы затянуться на несколько часов, но теперь у неё не было на то ни времени, ни желания.

-Ты там рожи свои прекращай корчить, - укоризненно сказала мать.

«Откуда она…»- промелькнуло в голове у Мелани. Но прежде чем её бурная фантазия дошла до совершенно нереалистичных теорий о сверхъестественных способностях маменьки, она заметила, что стоит прямо напротив зеркала. Оставалось только признать поражение и капитулировать. К тому же, времени до отправления поезда в Скайфилд оставалось совсем немного и следовало поторопиться. Глава семейства ждал её в машине.

-Мелли! Значит так, поезд отходит в дальнее плавание, матросы уже подняли якорь,-напомнил о себе мистер Фостер, отпустив остроту.

***

Это был лысеющий добродушный мужчина, о жизни которого можно сказать немногое. Он обожал курить табак с помощь трубки вместо привычных всем сигарет. Уверял, что там меньше гадости и, в общем-то, это очень даже полезно.

Мистер Фостер работал в офисе с девяти до шести, потом ехал на машине полтора часа в свой небольшой, но вполне достойный загородный домик и наслаждался просмотром футбола. «Значит так» он прибавлял к каждой своей фразе, был со всеми приветлив и сговорчив, а все хоть мало-мальски важные решения в их семье принимались его дражайшей супругой. Впрочем, их отношения до определённого момента не отличались особой теплотой.

В студенческие годы у них завязался ничего не значащий романчик и все бы так и закончилось даже не начавшись, если бы не беременность будущей миссис Фостер. Как настоящий джентльмен, он сделал ей предложение руки и сердца. Многим его товарищам по несчастью совесть и воспитание не мешали бросать своих отпрысков, но Гарольд знал цену семье и своему слову.

Их брак был похож на тысячи других – беременность протекала тяжело, а после родов миссис Фостер настолько охладела к мужу, что тот стал задерживаться на работе допоздна. Близость между ними стала явлением столь же редким, как и солнечное затмение.

О разводе в первый раз они заговорили, когда Мелани исполнилось десять лет. Оба родителя безумно любили свою маленькую крошку, поэтому искали способ как смягчить для неё неизбежный разрыв. Бумаги о бракоразводном процессе уже лежали на столе у адвоката, когда миссис Фостер вдруг почувствовала дурноту и упала в обморок. Сперва все подумали, что она просто перенервничала. Но у педантичной и внимательной к мелочам женщины вдруг закралось страшное подозрение – она могла быть беременной. Несмотря на то, что делить постель им доводилось нечасто, всё-таки был один вечер, когда произошло отклонение от привычного уклада.