Роза для мира Эрай

1

                                  Жизнь это роза, где каждый лепесток - иллюзия.

                                   И каждый шип - это реальность.

Находясь в сновидении, когда ещё держишь руку морфея, но уже побудка ласково касается тебя и шепчет: “просыпайся”, испытываешь состояние умиротворения и спокойствия. Тело ещё полностью не проснулось, и ты, то ныряешь в объятия сна, то выныриваешь из него. Но постепенно морфей машет ручкой на прощание, и уже тело начинает наливаться силой, и откликаться действиями. Уже можно пошевелить пальчиками и открыть глаза.

Я медленно просыпалась, потянулась. Как же я хорошо выспалась! Полежала немного, и, открыв глаза, увидела небо с парящими сиреневыми облаками,  зелёную  траву, между которой проглядывались цветы. Улыбнулась и провела рукой по ней, стараясь прикоснуться к цветам. Вздохнув, приподнялась и села. Огляделась вокруг, лежу на поляне, окружённой высокими деревьями,  одни -темно-фиолетовые, с мохнатой листвой, другие - тёмно-зелёные, с тонкими листиками. Светит ласково солнце, воздух насыщен запахом цветов и мёдом. Я протёрла глаза, ничего не изменилось. Прислушалась к себе. Тишина. Я ещё сплю, подумала я. Но тут ветерок подул мне в лицо, освежая и давая знать, что это не сон. Как я сюда попала? Кто я? Откуда? Я сидела и пыталась, хоть что-то вспомнить. Страх понемногу захватывал мой разум, заполняя всё моё тело. Меня стала колотить мелкая дрожь.

-Кто я? – прошептала в пустоту от отчаяния.

-Роза… роза…роза…- прошелестело в воздухе.

-Где я?

- Другой мир… мир… мир…- послышалось мне.

-Как сюда попала?

Только больше я ничего не услышала. Обхватила колени руками, хоть как-то унять накатившую дрожь, опустила голову и стала судорожно обдумывать свою ситуацию. Что же происходит? Я только знаю, что меня зовут Роза, и это другой мир. А может это мне всё почудилось, и просто это игра ветра с листьями? Поседев немного, успокоив бьющееся сердце, встала и решила идти искать людей. Чего сидеть, всё равно ничего не высидишь. Я прокрутилась на месте, но нет тропинок, даже намёка на них.  И пошла куда глаза глядят, пробираясь через кустарник, который  рос по краю поляны. Пройдя его, и убрав с юбки, прилипшие листья, очутилась в лесу. Шла и разглядывала его. У деревьев, тёмно-фиолетовых, мохнатые листья, очень пушистые и мягкие, а вот у других- с тонкими листиками, колючие и упругие, под ногами трава, как ковёр стелется. Идти мягко и приятно. Идти-то приятно, но голод стал о себе давать знать. Когда увидела кустарник с ягодами, обрадовалась, хоть что-то. Только съев прилично, в голове щелкнуло, а вдруг они ядовитые? Прислушалась к себе и попыталась проанализировать своё состояние, и почудился смех. Оглянулась- никого. По-моему, я схожу с ума. Чудиться мне всё, то голоса, то смех. Оторвалась от ягод и зашагала дальше.

Шла долго, уже и пить охота, и есть, сил уже нет идти непрерывно, а лес не кончается. Вскоре лес стал менять свой окрас. Темно-фиолетовые деревья потемнели, мягкие листья стали колючими. А другие деревья - совсем стоят лысыми. Я оглянулась, вдалеке стоял яркий, красивый  лес, а здесь- какой-то больной. Уже под ногами сухая листва и ветки, которые хрустели при каждом шаге, приходилось перешагивать поваленные деревья. Только к вечеру, когда на небе появилось две луны, я вышла к деревне. Постучала в  крайнюю избу, мне открыла старушка.

2

-Можно, у вас переночевать? Я заблудилась,- попросила её.

-Проходи,- и впустила меня в дом.

-Садись, я тебя покормлю. Как звать-то?

-Роза.

-Розалия, значит. А меня Макоша. Живу одна. Ты кушай, кушай, потом расскажешь, что случилось.

Пока я ела, думала, рассказывать её правду или нет?

-Я, ехала с родителями к родственникам. На нас напали, их убили, а меня ударили по голове. Когда пришла в себя, откуда я, куда ехали, не помню. Только имя. Шла долго, и вот дошла до вас.

-Ох, горемычная. Что совсем, совсем ничего не помнишь?

-Нет, - когда это я произнесла, бабулька, как-то хитро прищурилась.

-А, вы не расскажите, где я?

- Ты в княжестве Горлахс. Правит тут князь  Ариз Горлахс.  Тут живут и маги, и люди-пустышки. Это те, у кого нет магии. Не повезло тебе, пустышка ты. Вся грязная работа на таких держится. Магички могут выгодно выйти замуж, а вы нет. А, вас замуж неохотно берут, и то такие же пустышки.

-А, вы магичка?

-Нет, скоро все будут ими. Магия уходит, ты, наверное, видела лес. Умирает природа, умирает магия. Тебе надо сразу пристроиться. Ходить одной, не советую, беду накличешь. Мужики, до таких, охочие. Попользуются, и в бордель продадут. Завтра в кабак пойдём, может, Коб тебя возьмёт. Переоденешься похуже, и платок обязательно надо повязать, слишком красивая, лицом. Ложись, отдыхать.

Я лежала на лавке, и мне становилось страшно. Ничего не помню. И что же за мир такой? Разделение, маги, пустышки. Они в чём виноваты, что такие родились?

Утром, переодев меня во всё серое и повязав платок, она повела меня к Кобу. Это был кабак, под названием ”Кабан”. Коб и походил на него, если сравнить его лицо и кабанью голову, висящую на стене. Посетителей было мало. Он, выслушав Макошу, посмотрел на меня:

-Посуду, будешь мыть. Оплата три медные монеты в неделю. Меняться будете с Оглашкой,- на этом разговор закончил, и он позвал Оглашку. Она отвела меня в каморку, где стояла лавка, на ней матрац с травой, одеяло, стул.

-Тебя, как зовут?

-Розалинда,- почему-то ответила я.

-Что и тебя Макоша, продала?

-Как, продала?- я от её слов села на стул.

-За всех, кого приводят, Коб даёт деньги. Ты теперь от него не сможешь уйти, только через год, будешь свободна. Ты же видишь, он тебе на руку одел браслет? Вот это и есть договор.

-Так он сказал, что это для того, чтобы посетители не приставали ко мне.

-Ты, откуда взялась? Об этом все знают,- с интересом стала меня разглядывать.

-Не помню. Родителей в пути убили, а я от страха память потеряла,- выдала я ей свою версию.

-Нам с тобой год продержаться, а там, может, к княжне Вироне устроимся. Там иногда места бывают. Говорят, она девчат пристраивает в хорошие руки. Мне бы хоть какой-нибудь мужичок попался. Магии у меня почти нет. Так капелька, почти, что пустышка. А, браслет, не даёт никуда уйти, раньше срока. Будет давить до тех пор, пока не помрёшь или назад не придёшь. Так что о побеге и не думай.

3

Так я стала работать в кабаке. Работали мы на пару с Оглашкой, но менялись утром и днём. В это время было мало посетителей, вот это время и были нашими выходными. А вечерами и ночью мы мыли без устали посуду, иногда, когда ночью посетителей было мало, разрешали прикорнуть рядом с тазами. Коб сильно не лютовал, но иногда и отходит розгами, если посетитель пожалуется на грязную тарелку. Руки от такой работы, были красными и сухими. Я иногда, украдкой,  брала жир и намазывала руки. Вечные недосыпы, полуголодное состояние, сделали своё дело, я превратилась в ходячий скелет. Оглашка говорила, что у него ещё ничего, бывает хуже. В кабаке было чисто, за этим следили такие же девушку, как я. Приходили разные люди, кто просто поесть, а кто и выпить. Слишком пьяных, хозяин выкидывал на улицу без слов, поэтому драк было мало. Все знали крутой нрав Коба. Иногда, когда народу было много, нас заставляли приносить им пиво. И тут-то приходилось увёртываться от шлепков некоторых выпивох. Коб, только посматривал, но не вмешивался. А, когда  один пьяный, стал приставать ко мне, тогда только вмешался: “Это моё, и не тронь. Пришибу!”- сказал он ему, вышвыривая из кабака. Но однажды, тот всё же зажал меня в углу. “Скоро год заканчивается. Я договорился с Кобом, выкуплю тебя,”- выдохнул он мне перегаром. Меня от отвращения замутило. Он, увидев Коба, отпустил, а я дрожа, от пережитого ужаса и его слов, убежала в каморку. Я  что, как рабыня, буду  переходить от одного к другому? Хотя, по идеи, я могу заключить новое соглашение с Кобом, так сказала Оглашка, но если этот даст ему хорошую оплату за меня, то он согласиться. Вроде и свободная, вроде и нет. С пустышками не церемонятся, если нет договора, то каждый может свой договор повесить на руку. Я уже со страхом ждала окончания года.

Всё это время, я почти не выходила из кабака. Работа и сон, вот и вся жизнь.

-Розалия, я договорилась.  Нас возьмёт на работу княжна Вирона. Нужно прийти сразу, как только заканчивается год, а это послезавтра,- радостную весть принесла Оглашка, влетая ко мне в каморку.

-Давай, сразу же рано утром уйдём, а то я боюсь, что тот мужик может перехватить меня,- попросила я её.

-Хорошо, тем более, деньги Коб отдаст накануне.

Нам осталось всего два дня. Еле отработав их, мы рано утром, через дверь для прислуги, убежали из кабака.

Приняла нас княжна Вирона, окинув наши тощие фигуры, велела   привести в порядок и накормить. Начало хорошее, а что дальше будет, посмотрим. Дом был большой и красивый. Везде ковры, цветы. Гостиная окрашена в светло-бежевый цвет, который в сочетании с фиолетовым

цветом мебели и штор, придал ей атмосферу уюта, тепла и покоя. Коридоры, выполнены в сочетание этого цвета и других оттенков, белого и тёмно-бежевого. Красиво и богато смотрелось это всё, в сравнении с кабаком. Мы попали в сказку. Нам объяснили, что на первом этаже    располагается   гостиная, большая зала, где обедали гости, малая зала, для хозяев. В одном крыле находилась кухня, а  в другом - комнаты для прислуги. На втором этаже были спальни, кабинет. Нас отвели в одну их комнат, где нас поселили вдвоём. Это была небольшая, чистая комната, с двумя кроватями, гардероб, ванная, стол, два стула. После той кладовки, мы были в восторге от увиденного. Нам дали время привести себя в порядок, затем Хана, девушка, которая нас вводила в курс дела, придёт и покажет кухню, где нас накормят. После этого отведёт к экономке Ираиде, которая покажет нам объем работы и условия оплаты.

Мы уже были согласны на всё, хоть на кров и еду.

Покормили нас от души, я так вкусно уже не ела давно. Повариха Груня, только улыбалась, когда мы хвалили её.

Убирать мы должны по шесть комнат, и за всё это нам положена одна серебряная монета в месяц. Убирать нужно каждый день, несмотря, что в них никто не живёт. К неожиданному приезду гостей должно быть всегда чисто. Как только я наводила порядок,   давала знать Ираиде, что закончила уборку, она приходила и проверяла качество моего труда, протирая белым платочком мебель. Если платок был хоть чуть-чуть замаран, уборка проводилась повторно. Если она была в настроении, то взмахом руки, она помогала наводить порядок. Бытовая магия, объяснила она мне. Да, такую бы иметь не помешало. Правда, чтобы убрать все комнаты, надо много времени, но теперь мы спали спокойно ночами, да и питание было хорошее. Кров, еда, нас всё устраивало. Ираида, видя, что мы не отлыниваем и выполняем старательно свою работу, сильно не придиралась к нам. Когда поливаешь цветок, он расцветает и радует глаз. Так и мы, с Оглашкой, превратились в красивых девушек. Как-то раз я убирала гостиную, Вироны дома не было, и я, протирая рояль, тронула клавиши. У меня, что-то запело в груди. Я оглянулась, никого нет, присела и дрожащими пальцами, прошлась по ним. И потихоньку стала наигрывать какую-то мелодию. Когда закончила, пришла мысль, что я умею играть.  

-Хорошо играешь. Где ты училась?- раздался голос. На кресле сидела Вирона, и, по-моему, давно.

-Я, не помню,- опустив глаза, ответила я.

-Ах, да, я слышала твою историю. Сыграй мне вот это,- она поднялась, взяла листы и протянула их мне. Я посмотрела на них, поставила на пюпитр, и стала играть. Она с интересом смотрела на меня. Закончив играть, я встала.

-Я тебе буду доплачивать, но ты будешь играть для гостей. Вот папка, посмотри и проиграй их, - как само разумеющее, сказала она.

 После уборки, я стала наигрывать мелодии. Руки соскучились и порхали, как мотыльки, я наслаждалась музыкой.

 Боже, что я наделала! Ведь гости засиживались в гостиной до утра, и меня опять ждут бессонные ночи?   

4

Так я стала развлекать  гостей Вироны, хорошо, что она меня долго не задерживала, и я сильно не уставала, ведь утром мне предстояла моя работа. И я решила, что по истечению года, буду просить, чтобы она оставила меня работать здесь, хоть на каких условиях.

Как-то раз я развлекала гостей, когда приехал ещё один гость, Эдмонт Горлахс. Он тихо прошёл и стал слушать. Когда я закончила играть, он с интересом меня разглядывал. Красивый хищник, как-то сразу пришло определение его внешности. Черные, волнистые волосы, мужественное лицо, а вот взгляд- холодный, расчетливый. С тех пор он стал постоянно приезжать в гости, слушал, как я играю. Однажды, играя мелодию, я почувствовала давление, это была магия, исходящая от него. Я уже научилась её чувствовать и могла определить её. Я продолжала играть, не реагируя на неё. Я просто от неё отмахнулась, конечно, я это сделала мысленно, но закончив играть, увидела его удивлённый взгляд, который поменялся на холодный взгляд хищника. У меня всё замерло внутри.

После больше я его не видела в гостях. Подходил наш срок окончания договора  у Вироны.

-Девочки,- начала она, когда нас пригласили к ней в кабинет.

- Я больше не могу продлить контракт  с вами, но я   подыскала вам место, сразу для вас двоих. Вы же подруги. Князю Горлахс нужны горничные, он часть девушек отправил в другое поместье, а здесь он набирает новых. И оплата у него выше. Вы согласны?

-Да,- не задумываясь, ответила Оглашка. Я промолчала, просто нам деваться некуда. На улице, без чьей-то  поддержки, нам не выжить.

Она всё еще надеялась найти себе мужчину. Вскоре за нами приехали и отвезли в поместье   Горлахс. Оно находилось за городом, в живописном месте, где лес, окружавший его с одной стороны, стоял  на страже, ограждая его от невидимых врагов. Высокий забор, закрывал все постройки. Въехав в ворота, они сразу закрылись. Дом князя был двухэтажный, он располагался полукругом. К нему шла дорога, вдоль которой был посажен цветущий кустарник. Виднелся фонтан, клумбы с цветами, беседки. Хозяйственные постройки виднелись вдалеке. Нас разместили на первом этаже, в уютной комнате.

Через некоторое время нас пригласили к князю.

-Работу вы знаете. Вирона дала хорошую вам  рекомендацию. Будете получать две серебряные монеты в месяц. Сейчас пойдёте к экономке Маре, она выдаст вам униформу, и покажет фронт работы. Свободны,- пока он говорил, я чувствовала воздействие магии. Оглашка стояла разинув рот и с восхищением смотрела на него. Сделав книксен, я утащила, ещё восторженную Оглашку, из кабинета. Что за магия у него?

Мне дали убирать пять комнат и библиотеку. Хоть будет возможность что-то узнать. И узнала, у князя магия разума. Своей магией он может подчинять людей, превратив их в послушных марионеток. А, вот это страшно. Если захочет, он может с нами сделать всё что угодно. Как хорошо, что его магия не действует на меня.

 Я успевала всё сделать вовремя. Доброй Ираиды здесь не было. Мара-холодная, бесчувственная змея, вот так  можно её было назвать.

Из поместья нас не выпускали, целый год, мы будем  взаперти. Иногда приезжал его сын-Эдмон. А вот гостей тут не было.  Можно, конечно, потерпеть год, а потом куда? Я терялась в догадках.

Я шла убирать библиотеку, когда открылась дверь, и оттуда вышел Эдмон, таща за волосы девушку, я её узнала. Это была Рита, его любовница, так она свысока говорила нам. Вся в крови, раздетая. Он бросил её на пол и увидел меня, хищно улыбнулся и закрыл дверь. Я стояла, чуть дыша, оцепенев от ужаса. Быстро подошла к Рите и помогла подняться. Увела её в комнату, она только всхлипывала и вытирала кровь с лица. За что он её? Оглашка  рассказала, что она не могла забеременеть от него. Она магичка, а он приглашает в постель только их, ему нужен наследник. Слава богам, я пустышка.

Так потихоньку я привыкала к этому месту. Эдмон бывал в поместье редко. Рита исчезла, после того случая, говорили, что её уволили. А вот Оглашка, стала ходить с улыбкой на лице. И как-то раз она призналась, что беременная от Эдмона.

-Он такой ласковый, сказал: если рожу ребёнка, то он подарит мне дом и положит содержание.

Её рассказ о ласковом и благородном Эдмоне, не вписывался в тот образ, который я увидела. До сих пор, помню его хищный и холодный взгляд.

Год заканчивался, и я всё же решила уходить, меня как будто что-то гнало отсюда. Но Оглашка стала уговаривать меня остаться, ей скоро рожать, и она хотела, чтобы я её поддержала. Она отдаст дитё Эдмону, а мы с ней уедем. Оглашка родила мальчика, как она была счастлива. Но в какой-то момент, она с сыном исчезла. Мара, ухмыляясь, сказала, что её мечта о своём доме исполнилась. Но почему она ничего не сказала мне?