Роза Ворона

Роза Ворона

Матушка Брана звалась Бьенпьенсантой и была дочерью короля Иерусалимского.

Впрочем, кроме громкого титула у Балдуина Иерусалимского ничего за душой не было - только небольшое княжество, кусок гористой земли в северной Италии, да замок над холодной горной рекой. Ради поддержания семейной чести бедняге приходилось в том числе и промышлять разбоем на большой дороге (не то чтобы он этим сильно отличался от остальной итальянской аристократии). Кроме того, Балдуин был безумен, и его бзиком была мания ревности: две его первые жены умерли насильственной смертью, не успев произвести на свет ни единого отпрыска, а третья родила только дочь. Когда Бьене было года четыре, отец сделал с матерью что-то такое, что возмутилась даже ее сверхтерпеливая (потому что совсем бедная) родня: то ли сжег живьем, то ли сварил в кипящем масле.

Осознав, что дочь грозит вырасти красавицей, Балдуин решил возложить заботы по поддержанию семейной чести на ее хрупкие плечики, а именно: Бьена должна была сделать не менее чем королевскую партию. Однако поскольку из приданного у нее имелся лишь титул, Балдуин сделал ставку на добродетель: каждое воскресенье после мессы он, призвав дочь пред свои очи, объяснял ей, что ее долг - хранить девственность до первой брачной ночи. А потом еще более пространно объяснял, что он с ней сделает, если она «не соблюдет себя». У Бьены были волнистые каштановые волосы, очень белая кожа и ярко-пунцовые пухлые губы.

В тринадцать лет она завела любовника - отцовского оруженосца года на три себя старше, лохматого чернявого парня. С ним она занималась всем, кроме того, что ведет к потере девственности.

Года через три их поймали in flagranti. Оруженосца папаша изрубил буквально в капусту и по частям побросал в реку - все на глазах у дочери. Поскольку, как показала проверка, девственность никуда не делась, Бьенпьенсанта отделалась очень легко: батюшка надел на нее пояс невинности. Кроме того, для пущей надежности, спала она с тех пор в его постели: на ночь отец приковывал ее за ногу к столбику балдахина.

Когда дочери исполнилось семнадцать, отец начал рекламную кампанию: ограбив богатого купца, он нанял самого знаменитого итальянского художника нарисовать портрет дочери, чтобы разослать потом копии по европейским дворам.

Художник нарисовал картину на тему Благовещания, с Бьенпьенсантой в качестве Марии. Картина была такая хорошая, а Бьенпьенсанта такая красивая, что галльский король сделал ей предложение (то есть, его «настоятельно попросили» жениться наконец).

Сначала она хотела прибрать к рукам мужа, но в пресловутую первую ночь выяснилось, что это, пожалуй, невозможно: то есть, сексом он заниматься мог (кое-как), но при этом смотрел на жену с видимым отвращением. Тогда Бьена решила поскорее родить сына, чтобы упрочить свое положение. Чего она только не выделывала, чтобы заинтересовать мужа: и мальчиком переодевалась, и любимых мужниных пажей в супружескую постель укладывала. В процессе сорвала бедняге пару оставшихся тормозов. Он даже как-то к ней привязался и был несколько опечален, когда однажды жена его послала, заявив, что ждет ребенка и «больше не намерена с тобой, кретином, возиться».

Родив сына и убедившись, что мальчик нормальный, здоровый и крепкий, Бьена решила, что ей можно все, и пустилась во все тяжкие. Простодушные и патриархальные галлы, которые самым страшным развратом считали содомский грех, просто обалдели от ее итальянского подхода. Про нее говорили, что ей все равно, с двуногим кобелем или с четвероногим. При этом она занималась и политическими интригами, тоже очень по-итальянски. Кроме всего прочего, однажды заявила в компании, что когда сын подрастет, она затащит его в постель, чтобы он ходил у нее по струночке. Поэтому, когда случились известные события, Бранов дядя решил, что королева тоже лишняя, и позаботился только о племяннике.