Розы для менестреля

Майское солнце лениво, нехотя, потягиваясь и поёживаясь, выползло из-за горизонта. И неудивительно: в такое зябкое, влажное, прохладное утро никому не захотелось бы вылезать из-под теплого одеяла. Если было из-под чего вылезать.

А двум путникам не было. Вчера вечером они опоздали к закрытию ворот, и их не пустили в Рефинцию – самый красивый, самый культурный и самый пышный город во всём королевстве. Поэтому заночевать пришлось, прислонившись к кособокой телеге с сеном и укутавшись в плащи. И слушая храп хозяина телеги, который так же, как и они, припозднился и подъехал к воротам уже в комендантский час.

– Эй-эй! Господин Свистрелло! Ворота скоро откроют! – с усилием перекричал храп хозяина телеги один из путников: тот, что был постройнее да помоложе.

Господин Свистрелло и не пошевелился. Храп его совсем не донимал.

– Господин Свистрелло! – молодой человек позвал уже громче и для верности пихнул его в плечо.

Господин Свистрелло сладко зевнул и перевалился с левого на правый бок.

– Птух! Вставай давай уже! – пихнул его молодой человек уже сильнее.

Тот встрепенулся, распахнул глаза и протер их кулаками. Огляделся и сообразил, где они находятся. И живо отвесил затрещину своему давно бодрствующему приятелю.

– Я тебя предупреждал, Бурто: даже не вздумай упоминать имя Птогний Птух! – Он понизил голос до шепота и оглянулся на источник раскатистого храпа в телеге, – Тебя же могли услышать и узнать мое настоящее имя.

– Господин Свистрелло, но вы не отзывались, – попытался оправдаться Бурто.

– Я просто ещё не привык к своему новому имени, – Свистрелло встал и начал отряхиваться. – Что не дает тебе права разоблачать меня, - погрозил он кулаком своему приятелю.

В простецком плаще, потертой шляпе с облезлым пером и пыльных сапогах довольно помятый Свистрелло смахивал скорее на пройдоху или разбойника, но уж никак не на «господина». И «Птогний Птух» ему подходило гораздо больше. Обаятельный, чуть полноватый человечек невысокого роста, зато очень высокого самомнения вытрусил из каштановых волос застрявшую соломинку. Потом заметил на дороге рябое петушиное перо. Снял шляпу и оценивающе ее оглядел. Перо, судя по его виду, провалялось на дороге с неделю. Свистрелло решил, что это рябое недоразумение всё равно пышнее того, что сейчас венчало его шляпу, и подобрал его. Шустро выдернул и выкинул старое перо и приладил новое. Повертел-повертел в руках свой обновлённый предмет гардероба. Потом снова нагнулся и взял старое перо. Приладил к новому и его – пускай будут два!

Бурто одобрительно заулыбался и с обожанием уставился на Свистрелло.

– Красавец!

– Как и положено настоящему гению, - важно выпятил грудь Свистрелло, поставил руки на пояс, зажмурил глаза и дал приятелю с полминуты полюбоваться на себя. Потом часто заморгал, шумно втянул носом утреннюю свежесть и довольно выдохнул:

– Ну, пошли!

Он направился прямиком к воротам. Длинноногий Бурто засеменил за ним, стараясь не обгонять.

На воротах скучали двое стражников. Чуть подальше маячили еще двое патрульных. Один из стражников достал свиток и перо. Его сотоварищ лениво поигрывал кинжалом. Свистрелло скривился и алчно уставился на перо в руке у стражника – даже это замызганное чернилами перо было приличнее, чем два вместе взятых у него на шляпе.

– Имя. Фамилия. Род занятий. Цель прибытия. – будничным тоном протянул стражник.

– Свистрелло, великий писатель, слава.

– Кому слава? – недоуменно поднял брови стражник.

– Мне, разумеется, – уверенно кивнул Свистрелло. – Ну, вам же цель прибытия надо? Цель прибытия – слава.

Второй стражник перестал играючи подбрасывать и ловить кинжал. Они с коллегой переглянулись, словно молчаливо советовались: куда уместней сопроводить приезжающего с такой целью прибытия – в дом для душевнобольных или сразу в тюрьму.

– Так, начнём с начала, – терпеливо боднул головой стражник, прогоняя сонливость. – Имя, фамилия?

– Свистрелло. Просто Свистрелло. Без фамилии.

– Что значит «без фамилии»?

– А то и значит. Псевдоним у меня. Зачем фамилия нужна? Чтобы различать. Чтобы отличать Марко Лотти от Марко Родзини. Или там Джино Стекко от Джино Росси. А я один такой Свистрелло, – для убедительности он задрал подбородок повыше и попытался посмотреть на стражника сверху вниз, но это было затруднительно – статный защитник города был как минимум на полголовы выше гордого Свистрелло.

– Ладно. Свистрелло, значит, – заскрипел пером стражник. – Род занятий?

– Ве-ли-и-кий пи-са-а-тель, – громко по слогам продиктовал Свистрелло. Бурто бодро закивал стражнику.

– А просто «писатель» не подойдёт? Прям-таки «великий» писать?

– Уважаемый, то вам фамилии не хватало. А теперь что же? Одно слово лишнее написать не можете? – раздраженно, но пока еще вежливо настаивал на своем Свистрелло.

– Ладно, ладно, пускай, – заворчал себе под нос стражник, уткнувшись в свиток. – Цель прибытия? – снова поднял он глаза на чудаковатого путешественника.

– Слава, уважаемый. Так и пиши – слава! Короткое слово. Сла-а-ва, – протянул он по слогам.