Рыжий хаос

⭐️ Часть 1: Путь к себе

От прошлого не убежать.

Или же...

Наша судьба предначертана задолго до нашего выбора...

P.S.

Вторую часть можно читать отдельно.

Но прошлое имеет привычку возвращаться. Иногда — в лицах. Иногда — в поступках. Если захотите узнать, откуда начались их шаги и ошибки, то первая часть подскажет ответы.

Глава 1: Новая Лиана

Настроение главы: Sam Tsui Cover - Applause

Холодные капли душа обжигали кожу, давая прекрасное ощущение, отрезвляя разум от сладкого сна. Они приводили все мысли в единое целое, собирая крупицы сознания. Это было ощущение контроля, адски прекрасного чувства, когда все меняется.

В спальню уже вторгались ранние лучи сентябрьского солнца, еще такие нежные и теплые. Они тихо согревали старые раны, спрятанные за высокими стенами, не давая им шанса выбраться.

Навеки запечатанные в глубине лабиринта ее сердца.

Вытирая волосы после душа, по которым продолжала стекать вода, она устремила взгляд в окно на бескрайний сад вокруг дома. За его пределами словно не существовало ничего: ни шумного города с его контрастными красками, ни буйной жизни, ни потока самых разных ощущений, которые так манили ее к себе.

Учеба в выпускном классе старшей школы началась всего неделю назад, но внутри нее уже нарастала борьба в предвкушении самого прекрасного момента. Она ждала конца этого ада, той свободы, манящего ощущения, от которого по всему телу пробегала приятная дрожь. Оно казалось таким близким и сводило с ума, но обманывало и одновременно давало надежду так рано.

Время ускользало неистово быстро. Собираясь в последние минуты, ускоряя свой шаг, сегодня ее должен был подвезти в школу брат, выполняя послушную роль няньки. И как бы иронично она ни хотела этого отрицать, он был удобен, хотя и постоянно ее нервировал.

На лестнице она задержалась, глядя, как лучи солнца блуждают по ступеням дома — тому самому, что с каждым днем душил сильнее, не давая вдохнуть полной грудью. Он забирал последнее желание существовать в этой семье, разбивая реальность в прах.

Эти мысли не могли помешать ей идти к той свободе, которую она так сильно хотела ощутить.

"Сегодня будет интересный день"

Ее внутренние чертики уже наводили шорох в мыслях, пуская мандраж по всему телу, предвкушая все планы.

Входя в столовую, она обнаружила отца, одиноко сидящего за столом, внимательно погруженного в газету, ни капли не обращающего внимания на все вокруг. Ничего не менялось изо дня в день. Кошки внутри уже не скреблись от досады — это был настолько привычный момент, что страдать и просить о внимании уже не хотелось.

Она не видела в этом смысла, лишь потерю времени и не более.

Не присев, на ходу выпила залпом теплый чай, который ожидал ее заранее на столе. Взгляд переместился на корзину с фруктами, из которой без промедления взяла пару яблок, кинув в небольшой рюкзак. Натягивая лямки на плечи, она уже собиралась на выход, чтобы побыстрее исчезнуть с этого места.

Меньше всего ей хотелось задерживаться хоть еще на минуту и пересекаться с ней...

Не успев сделать и пары шагов в сторону парадной двери, сзади раздался гневный, пронзительный голос матери, который она так желала не услышать этим утром.

— Лиана Риверс!

Глубоко вдохнув, словно ныряя в холодную воду, Лиана резко развернулась на пятках. Она с силой сжимала лямки рюкзака, которые все больше вдавливались в ладони до белезны кожи. В проеме гостиной стояла разъяренная мать, ее глаза горели тем холодным огнем, который дочь знала наизусть.

Неожиданности не было, это было вполне ожидаемо, но этим утром это не входило в ее планы. Никак. Не сейчас.

— Что ты сделала со своими волосами? Во что ты одета?! — продолжила гневную тираду мать. Ее голос звенел от негодования. За столом отец лишь тяжело вздохнул, не отрываясь от газеты. Он прекрасно знал свою жену, и влезать в этот конфликт было опасно.

Сзади Лианы бесшумно подкрался брат. Его рука легла на ее рыжие волосы, слегка взъерошивая их — то, что она так не любила. Ему же это каждый раз доставляло все больше удовольствия.

— Мелкая, ты проиграла, — довольный голос донесся из-за спины.

— Неделя — тоже неплохой срок, — пожав плечами, проронила она.

— Только не в сделке с четкими правилами, — пробурчал он.

Мать, наблюдая за этим мирным общением детей, казалось, вот-вот взорвется. Она сделала глубокий вдох, сжимая кулаки, пытаясь взять эмоции под контроль, но это было слишком. С ее лица не сходила маска возмущения, грозящая снести все на своем пути.

Вид Лианы: короткая юбка, темная футболка, кожанка и массивные ботинки — был прямым вызовом. Те прекрасные, ярко-рыжие волосы дочери, которые когда-то струились до пояса, теперь едва доходили до плеч, словно кто-то отрезал не просто длину, а часть ее прежней, послушной жизни.

Ведь мама всегда приучала ее быть милой леди, примером красоты и изящества, но сейчас перед ней все рухнуло, превратившись в дерзкую пародию хаоса. В незнакомку с лицом, голосом дочери, но совсем другим взглядом — непокорным и диким.

— Риверс! — почти прошипела мать.

Само это слово, их общая фамилия, прозвучало как хлесткий удар, как обвинение, а не обращение. Это был ее последний, отчаянный рычаг давления, попытка вернуть сбегающую дочь в привычные рамки.

Лиана лишь замерла на мгновение. Старые привычки уходят не сразу, для этого нужно время, намного больше времени, чем хотелось. Ощутив, как по телу пробежал холодок, она тут же собралась, приходя в себя, возвращая потерянный мимолетный контроль.

— В следующий раз, — ее голос прозвучал удивительно спокойно, почти равнодушно, с миловидной улыбкой на лице. — Сегодня доклад, надо еще подготовиться.

И, не дожидаясь ответа, она резко развернулась на пятках, чувствуя, как взгляд матери, словно ледяное лезвие, вонзается ей в спину, стараясь проникнуть в самые потаенные места, которые уже заперты.

"Туда прохода не будет, никогда."

Лиана решительно направилась к выходу. Она прекрасно знала одно: как мать ценит учебу, хорошие отметки и внешнюю благопристойность, ставя их выше всего. Это была ее лучшая защита, ее безотказный щит в такой неравной борьбе за свою хоть крошечную, но такую желанную свободу. На время. Это дало ей драгоценную отсрочку от неприятных выяснений, от очередного витка бесконечной борьбы.

Глава 2: Пристанище

Настроение главы: Maroon 5 - Animals (Aviral Kapasia - Slowed+Reverb Mashup)

Год назад

Все шло до изумления хорошо, почти идеально. Радуя каждым моментом, наполняя внутри все прекрасным ощущением, разливающимся по всему телу непередаваемым теплом.

Сдача переходных экзаменов для перевода в старшую школу, да еще на несколько лет вперед. Казалась вершиной ее мира сейчас, одним из главных моментов, к которым она стремилась в ближайшее время.

В эти мгновения мама была рядом, что было крайне редким явлением все годы. Она светилась от гордости и обнимала дочку после каждого экзамена, словно сама проходила все, сама радуясь и восторгаясь победам как своими.

— Солнышко мое, — нежно прижимая дочь к себе, мама поглаживала волосы Лианы, — Со всем справишься, ты же у меня такая умничка.

Ее сердце готово было выпрыгнуть, переполненное радостью от поддержки матери. Она никак не хотела подводить или как-либо огорчить ее, после всех тех времен, потраченных усилий, которые мама вкладывала в ее учебу. Старательно помогая в поисках репетиторов, давая возможность изучить самые разнообразные направления и темы.

— Мамочка, обязательно все сдам, — с гордостью и трепетом шептала Лиана, — Я тебя не подведу.

Постоянная похвала и поддержка, которую Лиана слышала каждый день, словно сладкая музыка, ласкали слух и наполняли сердце той редкой нежностью, которой так остро не хватало в ее обычной жизни. Эти летние, теплые дни, когда мать была так неотступно внимательна, казались волшебным сном, оазисом тепла — чем-то невероятно прекрасным и почти невозможным.

Этот период не был тяжелым. Лиана уже с раннего детства привыкла учиться, быть всегда на шаг впереди. Тревоги не было, учеба давалась ей с удивительной легкостью, информация запоминалась моментально, а решения приходили быстро, словно озарения. Хотя она шла к этому не один год, упорно, шаг за шагом, все стереотипы, все преграды и сомнения окружающих, их тяжелые, недоверчивые взгляды не давали ей повода остановиться.

"Иди до конца, — часто повторяла она себе, словно мантру, отгоняя лишние мысли. — Если можешь, идешь. И никак иначе".

В какой-то момент даже комиссия начала сомневаться в ней. Их взгляды становились подозрительными, полными невысказанного вопроса: не жульничает ли она, выполняя задания в разы быстрее отведенного времени, с такой непринужденной точностью?

Ее проверяли с упрямым недоверием, сомневались, давали повторные тесты. Но результаты выходили одними и теми же, каждый раз доказывая ее неоспоримый, почти пугающий гений.

★★★

Изо дня в день по дому слышалось постоянное бурчание Тревиса. Его недовольство было ощутимым, словно грозовая туча, внезапно пришедшая в ясный, прекрасный день.

— Не собираюсь быть нянькой этой малявки! — почти на грани срыва повторял он. Ни капли не вдохновляло видеть сестру не только дома, но еще и находиться с ней в одной школе.

— Мы тебя не просим за ней бегать, вы уже достаточно большие. Мой дорогой, прошу, не забывай, — мама подходила обнимать его, что было крайне редко и до жути непривычно, вызывая жуткое желание побега. — Вы брат и сестра, единственная опора друг у друга, будь разумен как старший брат.

Перевод этой мелочи в его старшую школу, еще за пару лет до его собственного выпуска, никак не входил в его планы. Он не желал косых взглядов, не хотел бегать и защищать ее, как щенка, от нападок старших.

Это нервировало его все лето, вплоть до самого начала учебы, превращая каждый день в ожидание неизбежного бедствия.

★★★

По приезду в школу, входя в коридор, переполненный старшеклассниками, многие взгляды, как и ожидалось, были направлены прямо на нее, словно невидимые стрелы. Слухи о раннем переводе этой занозы уже бежали по коридорам впереди, опережая каждый шаг.

Косые, оценивающие взгляды и многочисленные, едкие перешептывания царили в воздухе с первого же дня, создавая вокруг плотное кольцо неприязни.

Тревису повезло лишь в одном: она попала в другой класс. Хоть какое-то облегчение в этой мрачной обстановке с первого ее входа в эти стены.

Лиана не переживала. Вообще. Она прекрасно понимала, что не могла повлиять на поведение и слова людей, на их зависть или неприязнь. Оставалось только принять это и отпустить, позволив их шепоту раствориться в шуме коридоров.

Войдя в класс, в котором уже все собрались, она уже выделялась. Тихая, миниатюрная девочка в милом, сдержанном голубом платье, ее длинные, рыжие волосы были аккуратно собраны в высокий конский хвост. И этот образ милой, прилежной девочки лишь усиливал непонимание и неприязнь тех, кто не мог смириться с ее появлением, и теми перешептываниями, которые разносили больше информации о ней, чем, казалось, она сама могла знать о себе.

★★★

Изо дня в день все повторялось как по кругу: отстраненные одноклассники, многочисленные косые взгляды, словно невидимые булавки, постоянно втыкающиеся в спину. Она смирилась. Не в ее правилах было бегать за людьми, искать внимания, она считала это сверхнизким, жалким поступком.

"Никто не умирал от одиночества ведь, правда?" — успокаивала она себя, продолжая одиноко сидеть за партой, пока остальные мило общались в своих компаниях.

Спустя месяц обстановка как будто изменилась. Казалось, все уже забыли о всех словах, о всех слухах, но все же ощущался какой-то неприятный привкус, ожидание, словно затишье перед бурей.

Лиана сталкивалась с этим не раз, но сейчас ничего не казалось странным, каждый день был однообразным и предсказуемым, словно свою внутреннюю бурю она создала сама, от отчаяния и пустоты вокруг.

В один из дней после уроков, пока она собирала вещи, к ней неожиданно подошел одноклассник, беспечно облокотившись на ее парту.

— Риверс, у Эди сегодня день рождения, — его голос звучал чуть громче обычного, привлекая внимание. — Весь класс идет отмечать, идешь?

Глава 3: Цветок в саду

Настроение главы: "Bring Me Back To Life" от Extreme Music

Горячие капли обжигали кожу, но не давали ни капли облегчения. Лиана опиралась на ледяную плитку в душе, не понимая, что сейчас приятнее: обжигающая вода или пронизывающая холодность. В мыслях с того момента царил невыносимый хаос.

Запястья ныли, алели красными следами от его ладоней, а боль в затылке все еще пульсировала, напоминая о вечере, о его словах, о той безысходности. Накатывая новой волной паники, вызывая дрожь по всему телу, ноги подкашивались.

Медленно, будто в замедленной съемке, она сползла по скользкой стене в душе, обхватив голову руками. Внутри металось дикое, отчаянное желание забыть все, вырвать эти воспоминания с корнем. И тут же — мучительное, навязчивое рвение понять, где тот самый момент, когда она все упустила. Как ее острый ум мог не заметить надвигающейся беды, как все дошло до такого финала.

Лиана не помнила, как добралась домой. Сознание услужливо скрыло детали поездки, обрывки пути в темном городе, подъем по лестнице. Была глубокая ночь, но время, как и все остальное, потеряло для нее смысл, прожигая внутри все, разрушая ее идеальный мир.

В голове мелькали лишь отдельные, жуткие эпизоды вечера: вспышки страха, острая боль, давящее отчаяние. Все остальное растворилось в мутном, невыносимом тумане.

Прижимая ее к стене, Арчи резко схватил за горло, впиваясь пальцами в ее нежную кожу, так что дыхание перехватило. С пьяной, отвратительной усмешкой он грубо прильнул к ее губам.

Неприятный, едкий вкус алкоголя мгновенно заполнил рот, вызывая подкатывающее ощущение тошноты. Его поцелуй был жестоким, диким, он впивался в ее губы так сильно, что, казалось, их обжигал огонь, причиняя невыносимую боль. Горячие слезы, предательски жгучие, потекли по щекам Лианы, смешиваясь с горечью и отвращением ко всему, и к самой себе.

И только оглушительный грохот распахнувшейся с ноги двери разорвал эту цепь боли.

В дверном проеме, словно вырезанный из темноты, стоял незнакомый молодой парень. Его темные, взъерошенные волосы обрамляли лицо, но взгляд был другим — полным недовольства, жгучей злости и неприкрытого презрения. Он шагнул в комнату, его глаза были прикованы к Арчи, который все еще прижимал Лиану к стене.

— Блядь, сколько раз я говорил, что малолеткам запрещен вход в эти комнаты?! — его голос был груб и резок, и он медленно, угрожающе приближался.

Арчи резко отпрянул, словно от ситуации моментально протрезвел, в глазах уже мелькали нотки удивления и страха. Осознание происходящего ударило его, паника отразилась на его лице, и он хотел что-то сказать, но незнакомец не дал ему и шанса, с размаху врезав кулаком прямо в лицо.

— Все проблемы от таких отбросов, как ты, — с презрением произнес он, глядя на упавшего Арчи, который, сжимая ладонью челюсть, уже пульсирующую от боли, пытался подняться. — Еще и двери теперь сломаны... и тебе придется за это отвечать.

Парень перевел взгляд на Лиану, дрожащую и вжимающуюся в стену, желавшую исчезнуть с этого мира, перестать дышать. Он не сказал ей ни единого слова, лишь бросил короткий, но пронзительный взгляд, словно оценивая ущерб от этих двоих.

Незнакомец что-то быстро сказал парням, появившимся рядом, развернулся и резко покинул помещение. Пара крепких, молчаливых ребят грубо вытащили куда-то Арчи, и дальше все было как в тумане: смутные обрывки того, как ее нашла одноклассница, как она добралась домой.

Ее мысли возвращались в ту комнату снова и снова.

★★★

Ночью она так и не смогла сомкнуть глаз. Пульсирующая боль в затылке не отпускала, а тревога за пережитое преследовала каждый раз, стоило ей закрыть глаза, не давая ни минуты покоя.

Следы на запястьях ныли сильнее с каждым возвращением мыслей туда, кожа горела, словно руки выворачивали каждую минуту все сильнее. Боль не проходила, не уменьшалась, сводила с ума. В панике она прикусывала губы изнутри до боли, пока капли крови не распространились по рецепторам, вводя сознание в оцепенение.

Собираясь утром с трудом в школу, она надела рубашку с длинными рукавами, стараясь максимально скрыть следы на запястьях. Не желала показывать себя слабой: это был миг поражения, который она должна была переварить в одиночку.

Казалось, весь мир смотрел на нее, считая чем-то грязным. Мучительные мысли продолжали разъедать сознание изнутри. Ей нужно было поговорить, найти хоть какой-то якорь спасения в этом аду.

Тихо спускаясь на завтрак, она обнаружила обычную картину: отец, как всегда, читал свою утреннюю газету, погруженный в свой мир. Тревис в наушниках демонстративно игнорировал присутствие сестры. Только мама суетливо металась по гостиной, наводя марафет перед каким-то выходом.

— Мам... — тихо позвала Лиана, чувствуя, как слова застревают в горле.

— Да, мое солнышко, — рассеянно отозвалась мама, не оборачиваясь, продолжая свои сборы. Ее голос был полон обычной для нее нежности.

— Мне надо... с тобой поговорить, — неуверенно выдала Лиана, нервно перебирая манжет на рубашке, стараясь натянуть его как можно сильнее, чтобы никто не увидел багровой красноты на коже.

Стыд и страх пробегали в унисон в сознании, давя все сильнее.

— Дорогая, сейчас никак, — голос мамы прозвучал торопливо, почти извиняюще, но без намека на истинное внимание. — Мне нужно ехать на очень важную встречу. Ты же у меня умничка, со всем справишься. Потом обязательно поговорим, обещаю.

Мама быстро подошла, мимолетно поцеловала дочку в лоб, даже не вглядываясь в ее лицо, и поспешно убежала в сторону выхода из дома, оставляя звенящую пустоту внутри Лианы. Отец лишь тяжело вздохнул, не отрываясь от газеты.

В этом доме ничего не менялось.

★★★

Войдя в класс, Лиана сразу ощутила на себе странные взгляды и обрывки перешептываний. Казалось, все было как и раньше: она – изгой, ничего не изменилось.

Глава 4: Падение в пропасть

Настроение главы: Only Us - Emotional Future Bass | Aerwavez Music

Тишина у двери кабинета директора была невыносимой, прерываемой лишь редкими, отдающими где-то вдали шагами по коридору. Лиана сидела на диванчике для посетителей, неотрывно глядя в одну точку.

Тревис же продолжал стоять в паре шагов от нее, не находя себе места. На его лице виднелись ссадины после драки, разбитая кровоточащая губа, которая ее сейчас никак не волновала. Наконец, она нарушила молчание, ее голос был низким и полным горечи:

— Знал?

Тревис тяжело выдохнул, опуская голову.

— В первый же день слухов, — признался он. — Такие сплетни не остаются скрытыми в раздевалке парней.

— Даже не соизволил сказать мне, — с ироничным смехом она выдавила каждое слово, словно плевалась ядом. Ее взгляд, полный обиды и отчаяния, не отрывался от стены напротив.

— Надеялся, что это быстро утихнет, и все... — пробормотал он, пытаясь оправдаться.

— Все? — она облокотилась на спинку дивана, закрыв глаза, и ее голос стал почти неразличимым. — Лучше бы ты не лез в ту драку...

— Лиана... — он встревоженно посмотрел на нее, его лицо исказилось. Это было не то, что он хотел услышать. Не хотел, чтобы все так было, и чтобы все так закончилось.

Недосказанность между ними прервал выход матери из кабинета директора. Ее лицо было перекошено от сдерживаемого гнева. Тяжело вздохнув и сжав ладони в кулаки, она повернулась к Тревису, ее слова были отрывистыми:

— Ты вечером разговариваешь с отцом о своем поступке! — выдохнула она, стараясь сдерживаться, вдыхая полной грудью. Затем, резко повернувшись к Лиане, холодно бросила: — А ты! Идешь сейчас же за мной!

— Мама... — в голосе Лианы была едва слышная, отчаянная мольба.

Но мать не повернулась, не посмотрела на дочь, будто та была пустым местом, не заслуживающим даже взгляда.

Медленным шагом они направились в сторону парковки. Вокруг, как и ранее, Лиану обволакивали бесконечные взгляды и перешептывания. От осознания всей причины этих действий внутри все болело, сжимаясь до дрожи. Казалось, воздух вот-вот закончится, а в ушах начинало звенеть. Она продолжала молча идти за матерью, не смея поднять глаз. Та, подойдя к машине, безмолвно открыла заднюю дверь, указав дочери сесть внутрь.

Поездка была тихой, даже больше — мрачной, удушающей. Лиана не узнавала свою мать. Те взгляды, то лицо – казалось, это был полностью посторонний человек, случайный прохожий, а не родная мать.

Машина остановилась. Она заметила вывеску на здании: "Медицинский Центр Мираэль". Она перевела взгляд на маму, та лишь молчала, тяжело вздохнув. Внутри Лианы все рушилось, сердце грозилось выпрыгнуть наружу. Она не хотела осознавать происходящего, не хотела принимать то, что это место могло значить.

— Ничего не было... прошу... мам, — вырвалось у Лианы. Ее голос дрожал, это была последняя, отчаянная попытка оправдаться, найти понимание.

Мать резко повернула голову, ее взгляд был холоден и непреклонен.

— Как мне тебе верить? — ее голос звучал жестко, как приговор. — Ты все умолчала! Скрыла! Разве так я тебя воспитывала?!

— Я... я... пыталась, — прошептала она, слова еле выходили изо рта.

— Значит, плохо пыталась! — отрезала мать, и эти слова хлестнули по щекам больнее любой пощечины. — Теперь же тебя грозят отчислить за все эти сплетни!

Мать вышла из машины, обошла ее и открыла дверь со стороны дочери.

— Вставай, это надо решить сейчас! — приказала она, ее тон не терпел возражений.

Лиана, глотая боль и обиду, подчинилась матери, выходя из машины. Ее тело, словно марионетка, двигалось за ней, в то время как душа кричала от безысходности, моля о спасении, безмолвно внутри сгорая.

В здании центра она уже ничего не слышала, как мама разговаривала с персоналом. В ушах раздавался только непрерывный звон, а пульсирующая боль заглушала все остальные звуки, поглощая ее сознание.

Направляясь в кабинет, она в последний раз умоляюще взглянула на мать, безмолвно прося поверить в нее, но та была непоколебима. Мать сама распахнула дверь, всем своим видом демонстрируя, что дочери необходимо войти внутрь.

Пути назад не было.

Лиана знала правду, но той уверенности в себе не было. Она была разбита от неверия в себя, особенно от того, в кого она до последнего всегда верила.

Осмотр ощущался как пытка. Казалось, что все взгляды теперь смотрели на нее только с презрением, и никак иначе. От этого хотелось снять с себя кожу, выцарапать все места, куда были направлены эти ненавистные взгляды.

Покинув кабинет, она посмотрела на мать с последней искрой надежды, что та теперь посмотрит на нее как раньше. Обнимет, и вся внутренняя боль исчезнет, как страшный сон, она проснется, и все будет просто воспоминанием, дурным кошмаром.

Но взгляд матери не изменился ни на каплю. Даже после результатов, где было черным по белому написано о невиновности дочери, ее взгляд говорил иначе. Она не верила даже этому.

Неизвестно сколько времени они стояли у входа. Мать закрыла глаза, раз за разом глубоко вдыхая уличный воздух, ни слова не было сказано. Лиана подошла ближе, робко взяв ее за руку.

— Я... ведь не обманула тебя, — почти шепча, говорила она, ее голос был едва слышен. — Ничего не было...

Мать резко отдернула руку, словно Лиана была чем-то заразным. Открыв глаза, она взглянула на дочь. В ее глазах читалось что-то гораздо хуже презрения и гнева. Это было чистое отвращение, отстраненность, словно перед ней стояло что-то чужое и оскверненное.

Она залепила дочери сильную пощечину. Пока Лиана схватилась за пылающую щеку, слезы текли ручьем, но уже не от прежней надежды, а от абсолютного шока и боли. Мать никогда не поднимала на нее руку, это был первый раз.

Сейчас, с таким взглядом, Лиана поняла: в центре она уже стояла на грани обрыва, и дальше, казалось, ничего не может случиться. Но это была иллюзия. Сейчас она упала с обрыва в самую пропасть ада.

Глава 5: Островок спасения

Настроение главы: Only Us - Emotional Future Bass | Aerwavez Music

Из почти вечного сна ее вырвал громкий, раскатистый голос, эхом разносящийся по всему дедушкиному дому. На часах было уже за полдень, после бессонной, полной кошмаров ночи она моментально впала в глубокий сон, которого так требовало измученное сознание.

Голова все еще гудела, словно внутри бились сотни маленьких колоколов, а во рту ощущалась противная сухость. Накинув на себя мягкий домашний халат, она выбралась из теплой постели.

Выйдя из своей комнаты, Лиана осторожно облокотилась на перила второго этажа, стараясь понять, что происходит внизу. Из гостиной доносились обрывки фраз, но именно дедушкин голос, обычно такой спокойный, сейчас звучал особенно громко и напряженно.

— Мелони! Замолчи и слушай меня теперь! — его гневный рык разнесся по дому, заставив Лиану вздрогнуть. — Она приехала сюда на каникулы! В первую очередь, она сейчас моя внучка! Вот и сиди у себя, разбирайся со своими делами, не смей ехать сюда со своим спектаклем, если хочешь, чтобы у твоего мужа и дальше дела шли хорошо!

Холодный озноб пробежал по коже Лианы. Это была ее мать.

Она тихонько спустилась по лестнице, шагая почти неслышно, пока не оказалась в гостиной, откуда разговор доносился еще громче. Дедушка, заметив ее в дверном проеме, прислонил палец к своим губам, дав понять, что ей лучше сейчас промолчать. Продолжая спор с матерью по телефону.

Ей было невыносимо неуютно от мысли, что ее семья может так отчаянно переругаться из-за ее действий. Это было совсем не то, чего она хотела. Чувство вины неприятно кольнуло глубоко внутри, задевая еще открытые раны.

Дедушка, закончив свою гневную тираду, с тяжелым вздохом опустился на диван. Все его тело казалось напряженным. Лиана инстинктивно ринулась к нему, желая утешить, но он лишь мягко помахал ей рукой, давая понять, что сейчас ее помощь не нужна.

Внутри у нее все начало сжиматься в тугой, болезненный комок. Вспоминая холодный, осуждающий взгляд матери, она панически не хотела увидеть такой же от последнего человека, в которого верила сейчас.

— Она все тебе рассказала? — хриплым голосом, полным тревоги, тяжело спросила Лиана, глядя на дедушку.

Он медленно поднял взгляд на внучку, и на его лице появилась теплая, успокаивающая улыбка, которая мгновенно рассеяла ее страх.

— Меня не волнует, что она там думает себе, — сказал он, его голос снова стал бархатистым. — Когда ты сама захочешь мне рассказать, обязательно выслушаю, а пока эти сказки не имеют для меня ценности. Беги, переодевайся, тебе нужно поесть.

По щеке Лианы скатилась одинокая слеза, но на этот раз это была слеза чистого, безудержного счастья. Вся тревога последних минут отступила.

Быстрым шагом она ринулась обнимать дедушку, крепко прижимаясь к нему. Поцеловав его в морщинистую щеку, она легкой, почти невесомой тенью убежала к себе в комнату.

★★★

По приезду, от бессилия и эмоционального истощения, она так и не смогла разобрать вещи, бросив сумку на пол у кровати. Теперь же, спустя часы сна, силы понемногу возвращались, и она решила наконец привести свою комнату в порядок.

Открыв шкаф, ее взгляд упал на маленькое белое детское платье. От одного лишь его вида острая боль хлынула в голову, заставляя в ушах зазвенеть. Из ниоткуда послышался звонкий, переливающийся детский смех, такой до боли знакомый, но она никак не могла вспомнить, чей он.

А за ним в голове начали всплывать обрывочные, нечеткие кадры, словно испорченная пленка, пытающаяся рассказать историю.

— Теперь платье испорчено, — послышался ее собственный детский, полный хныканья голос. Она сжимала мокрую, грязную юбку белоснежного платья.

— Но ведь тебе же было весело? — спросил чей-то мелодичный, звонкий детский голос рядом, полный озорства.

— Очень, но... — ответила Лиана, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

— А это только платье, я дам тебе свое, никто ничего не заметит. Все равно не люблю их носить.

Тот день был теплый, яркий, наполненный солнечным светом и беззаботным смехом, который длился до самого позднего вечера. Лиана почти физически ощущала его тепло на коже.

Смех оборвался, когда за Лианой приехала мама. Ее лицо было строгим, как всегда.

— Лиана, — тревожно произнесла мама, ее глаза сузились. — Разве ты была в белом платье?

— Да, мамочка, мы его недавно ведь купили, — голос Лианы дрожал, но она старалась врать до конца, сжимая за спиной крохотные кулачки.

— Миссис Риверс, она приехала в этом платье! — защебетала рядом та же девочка, тот самый детский голосок, пытаясь поддержать подругу. — Горничная Диана сможет подтвердить!

— Не стоит отвлекать прислугу, — улыбаясь вымученной, натянутой улыбкой, и от усталости потирая задумчиво висок, сказала мама. — Раз вы, юные леди, говорите правду, то, наверное, я все же подзабыла со всеми делами об этом платье.

★★★

Разобравшись с делами в комнате, она спустилась на кухню, откуда доносились приятные ароматы, на которые сразу же отреагировал живот предательским урчанием, громко возвестив дедушке о ее приближении.

— Ах ты моя маленькая негодяйка! Крадешься, как и раньше, — рассмеялся он, не оборачиваясь, но его голос был полон тепла, ставя возле нее тарелку с манящей трапезой, от которой по кухне разносился умопомрачительный запах.

Лиана села за стол, ощущая тепло дедушкиного дома, которое проникало в каждую клеточку ее тела.

— То белое детское платье в шкафу... — задумчиво произнесла она, ковыряя вилкой в яичнице, не поднимая взгляда.

— Которое ты просила оставить? — его голос был мягким, но в нем слышалось понимание.

— Но ведь было так давно, зачем? — с удивлением Лиана перевела взгляд с тарелки на дедушку, пытаясь понять его мотивы.

Глава 6: Начало пути

Настроение главы: Only Us - Emotional Future Bass | Aerwavez Music

Дни у дедушки пролетели не просто мимолетно — они растворились, словно летний сон, оставив лишь теплое, призрачное послевкусие. Возвращение домой было резким ударом о ледяную реальность.

Здесь все осталось прежним, только к привычному холодному взгляду матери добавился откровенный гнев, острый и колючий, как осколки льда. Разговоры сошли на нет, их место заняла давящая, звенящая тишина. Да и сама Лиана уже не горела желанием что-либо объяснять или доказывать. Та пощечина у медицинского центра оборвала все. Она разрушила каждый мостик, каждое слабое звено, что связывало ее с той прежней надеждой.

Внутри себя она возвела неприступную стену. Чувствовала ее толщину, ее несокрушимость, и знала, что каждый камень в ней выложен из боли и разочарования.

Теперь у нее были другие приоритеты. Она оставалась заложницей этого душного дома, и ей нужно было покорно играть свою роль: идеально, безупречно, до самого конца.

Утро после каникул началось с резкого стука в дверь ее комнаты, нарушая хрупкую тишину. За ней доносился недовольный голос Тревиса:

— Ускоряйся! Теперь отвозить тебя буду я.

— Какой бе-дня-га, — она специально растянула слова, а вся обстановка вызывала в ней раздражение. — Пару минут.

Сквозь толщу двери просочился его веселый, ехидный смех.

— Даже я своими выходками не доводил так мать. Браво, Мелкая.

— Напомнить, кто виноват, Тревис?

— Да ладно, нашла крайнего, что ли?

Она резко распахнула дверь.

— Да! — ее голос вырвался грубо, с хлесткой резкостью, от которой Тревис вздрогнул. — Мостишься у моей двери, как тихая овечка!

Он удивленно приподнял бровь, на его лице появилась насмешливая ухмылка.

— О, так у тебя голосок есть?

Лиана не удостоила его ответом. С грохотом захлопнув дверь своей комнаты, она прошла мимо него, не оборачиваясь, направляясь к выходу.

Поездка была тихой. Никто из них не проронил ни слова. Она лишь смотрела в окно, как ранним утром оживал город, мелькая за стеклом. Несмотря на прохладные осенние дни, погода была довольно теплой, радуя солнечными лучами.

Ее внимание зацепилось за вывеску на одном непримечательном здании. В тот же миг она ощутила, что нашла то, что, как ей казалось, ей сейчас нужно.

В школе ничего не изменилось. Перешептывания стали тише, но взгляды говорили намного больше, чем слова. Арчи так и не появлялся на занятиях, что удивляло еще больше, особенно после их последней встречи. Достаточно было вспомнить, чтобы по телу пробежал холодок.

★★★

По окончанию занятий Тревис должен был отвезти ее обратно домой, выступая в роли наблюдателя на пути вне стен особняка. Это не устраивало Лиану, ведь у нее уже были свои планы, а мысли постоянно возвращались к той вывеске.

Стараясь избежать пересечения с братом, она тихо ускользнула после уроков в надежде, что он ее не заметит. Но едва покинув территорию школы, услышала сзади грубый голос, что эхом разнесся по округе, нарушая тишину:

— Куда ты собралась?

Лиана развернулась, заставив себя улыбнуться, стараясь не дрогнуть, быть той хорошей девочкой, к которой все привыкли.

— В библиотеку, — робко произнесла она, крепко сжимая стопку книг у груди.

— Она в другой стороне! — недовольно возразил Тревис, указывая в противоположном направлении.

— В городе не одна библиотека, — отчасти она была права, ведь в том направлении она действительно видела небольшую библиотеку у того здания. — Хочу подготовиться к следующим экзаменам, еще вопросы?

— Заучка! Ладно, скажу матери, что ты пошла в библиотеку, в семь заеду за тобой! — ворча, он провел ладонью по кудрявым прядям своих волос, развернулся и ушел прочь.

Лиана лишь облегченно вздохнула:

"Пронесло".

Спокойным шагом она отправилась в то направление, что запомнила во время поездки, в надежде, что ей все же не померещилось. Лиана помнила, что здание находилось всего в паре кварталов от школы, прямо возле миниатюрной библиотеки с красивыми цветочными вазонами.

Путь длился недолго, и вот она уже стояла напротив той самой вывески, под которой теперь виднелись массивные металлические двери. Вдохнув полной грудью, решив не отступать. Она направилась внутрь.

Там был небольшой темный коридор с множеством закрытых дверей и табличек, но свет виднелся только из дальней комнаты, откуда доносились глухие звуки. От них внутри все сжалось, мелкая дрожь пробежала по телу, и она остановилась. Сомнения съедали изнутри. Покрутив головой, словно отгоняя их, она ступила дальше.

Пути назад уже не было.

Едва шагнув за порог, в нос ударили довольно непривычные запахи: пот, старые маты, дерево. В центре помещения пара крепких парней боролись, повалив друг друга на мат. Они никак не обратили внимания на девушку, появившуюся в зале.

Сбоку стоял мужчина в возрасте, в спортивных штанах и майке, внимательно наблюдая за происходящим. Ком скопился в горле Лианы, но, сжав кулаки, она подошла ближе.

— Доброго дня... — робко произнесла она.

— Детские комнаты в другом конце улицы, — грубо отозвался мужчина, не отрывая взгляд от тренировки.

Она хотела уже извиниться и уйти, но крепко сжала кулаки так, что ногти впились в кожу.

В мыслях прозвучали слова дедушки:

"Ты смелая и храбрая девчонка".

Она пришла не просто так, не поболтать, а ради большего. Все мысли об отступлении ушли в дальний угол, скрывшись за тем желанием и рвением, что сейчас бушевали внутри.

— У вас здесь пенсионный фонд или тренировки по самообороне? — с неосознанным рвением огрызнулась она.

— Ты еще ребенок! Беги лучше к мамочке и папочке в своем платьице, здесь тебе нечего делать! — мужчина продолжал говорить, не оборачиваясь, словно ее не существовало. Лишь пустой звук.

Глава 7: Искры огня

Настроение главы:

Only Us - Emotional Future Bass | Aerwavez Music

Sickick - Infected

Тренер подошел к парню, который, склонившись, сжимал нос, из которого текла кровь. Тот лишь что-то бубнил, но адреналин так пульсировал по венам Лианы, а в ушах стучал ее учащенный пульс, что слова травмированного растворялись, не доходя до нее. Только грубый голос тренера донесся сквозь этот шум:

— Не скули, жить будешь! Тебя уделала девчонка, это фиаско! — грозно высказал тренер, продолжая смотреть на парня.

Развернувшись к ней, он ничего не сказал, лишь помахал следовать за ним, покидая зал.

Они вошли в небольшой кабинет. Старые потрепанные диваны, стеллажи с наградами — от всего этого веяло значимостью и стариной, предметам было немало лет. Тренер подошел к шкафчику, достал оттуда бутылку с напитком и стакан. Не оборачиваясь, он тяжело вздохнул и наполнил его до половины.

— Сила нужна не для жестокости... — произнес он, продолжая заполнять стакан.

— Сам мир и есть жестокость, так в чем же проблема? — возразила она, присаживаясь на диван и осматривая кабинет.

— Ты не для этого училась защищаться, — недовольно заявил тренер, отпивая из стакана и глядя на нее.

— Заметьте, защищаться, что я вполне и делаю. Так что же в этом не так?

— В твоем варианте — дурость, которая приведет к проблемам.

— Когда будут, тогда и поговорим, пойдет?

— Тебе придется изменить расписание, — замолчав, он посмотрел в окно. — Обычными синяками уже не отделаешься.

— Я не против, — губы Лианы растянулись в тонкую улыбку. Она встала, подходя к двери. — Это было весело, мне понравилось.

Она покинула кабинет, оставив его одного. Продолжая смотреть в окно, он попивал крепкий напиток.

— Исчадие ада, если не хуже... — пробормотал он, вспоминая ее последние слова.

★★★

Холодность и отстраненность матери после всего, что произошло, играла Лиане на руку, полностью соответствуя ее планам. Безразличие к дочери, сосредоточенность лишь на репутации и важности учебы — это были ее главные бонусы.

Мать никак не смутила ни смена расписания, ни изменения времени дополнительных занятий, ни что-либо еще. Ее волновал только результат. Чтобы добиться этого, Лиана в свое свободное время усердно занималась, подтягивая учебу практически до идеальности, и не позволяла ни единому шансу вызвать хоть каплю подозрений.

Тренировки у Тревиса участились, что лишило его возможности подвозить ее по условиям матери. Единственным их спасением стало врать в унисон, используя те же слова. Что с каждой неделей у Лианы получалось все лучше: она продумывала детали, о которых брат даже не задумывался. Он каждый раз возмущался ее придирчивости, но в то же время благодарил, когда родители за ужином решили спросить об этих мимолетных деталях.

★★★

Каждый новый день у Лианы начинался теперь намного раньше. За несколько месяцев она привыкла к такому режиму: домашняя тренировка, затем душ, и все это — до того, как по дому начинали слышаться чьи-либо шаги.

Порядочная девочка вела себя хорошо в стенах тюрьмы, где теперь царил лишь холод. Они жили как соседи под одной крышей, а не семья или что-то отдаленно похожее. Иллюзия рухнула, но неприятный привкус оставался каждый раз, когда она находилась дома.

В школе продолжалась игра до последней ноты, и ничто больше не повторится. Теперь она была осторожнее и внимательнее, но это не спасало от безрассудства других.

Ярые фанатки Арчи на протяжении долгого времени всячески пытались отыграться, творя разные гадости. Сначала они пытались закрывать ее в женском туалете на перемене, но она, уже не боясь таких мелочей, просто вылезала через окно. Это ее не пугало и не останавливало.

Их глупости на этом не заканчивались...

В один из дней, подходя к своему шкафчику, Лиана заметила, как из-под дверцы подтекает густая жидкость неоново-желтого цвета. Сморщившись, она открыла его. Весь шкафчик внутри был залит, все тетради и заготовленные работы испорчены, и именно в тот день, когда она обязана была их сдать.

"Дыши, дыши. Идиоток не исправить", — успокаивала она свой нарастающий гнев.

Ей до безрассудства хотелось повыдергивать волосы этим курицам.

На уроке несданная работа не осталась без внимания:

— Риверс! Где твоя работа?! — гневно возмущалась учительница на весь класс, с которой и без того были натянутые отношения.

— Утонули в соплях! — раздался чей-то насмешливый голос из класса.

Лиана оглянулась в сторону юмористки. Это оказалась до безумия влюбленная в Арчи особа, которая и возглавляла все происшествия, постоянно происходящие вокруг Лианы — Мия, избалованная глупая кукла со своими приспешницами.

— Благодарю, мисс Товерс, за оказанную подсказку, — тихо, но с нескрываемым сарказмом заметила Лиана. — И правда, работы утонули. Только вот жизнь научила делать перестраховку, и все написанные работы сфотографированы, — она помахала телефоном перед одноклассницей, намекая на провал ее планов. — Могу ли я их сдать, мадам Фитсен?

— Покажешь после занятий! — недовольно возмущалась учительница, сверля Лиану взглядом.

На секунду в классе повисла звенящая тишина. Кто-то хихикнул, но быстро притих под грозным взглядом мадам Фитсен. Лиана же тихо села на свое место.

Тишину класса нарушало только ворчание Мии и ее красное от гнева лицо. Лиана наблюдала за ней с торжествующей улыбкой, ее лицо сохраняло идеальную невозмутимость, будто ничего из этого ее не касалось.

"Как же ты меня еще удивишь, Товерс? Обратит ли твоя собачка на тебя внимание, или зря ты так стараешься?"

★★★

С появлением тренировок в жизни, она стала реже прогуливать физкультуру. Теперь это приносило ей даже больше удовольствия, чем обычное заучивание разных тем.

Глава 8: Костэр

Настроение главы: Nightcore - Burn It All Down (Lyrics)

Спустя пару недель

Вечер окутал город прохладой, занятия и тренировки уже отгремели, но домой ей возвращаться совершенно не хотелось. Снова и снова ее тянуло в "Пристанище", будто невидимая сила вела ее туда. Здесь дышалось спокойнее после насыщенного дня, казалось, что все на своих местах, и это ощущение свободы становилось все более притягательным. Нежелание возвращаться в холодные стены дома нарастало с каждой минутой.

Она потягивала напиток за барной стойкой, когда рядом присел он. Лиана почувствовала его присутствие еще до того, как увидела, как он буравит ее взглядом. Его взор был не просто любопытным, а ощутимо тяжелым, словно пытался просверлить в ней дыру.

— Выключи свои паяльники, — огрызнулась Лиана, не поворачиваясь к нему.

— Вот не пойму, ты отчаянная или глупая? — грубый, недовольный голос Тернера донесся совсем близко. — Продолжая возвращаться сюда.

— Клуб мне просто удобен по местонахождению, всего-то, — намерено спокойно выдавила она, сделав еще один глоток.

— Всего-то? — он хмыкнул, и его голос наполнился сарказмом. — В городе клубов валом, но тебя манит только сюда!

— Мешаю? — лениво протянула она, наконец поворачиваясь к нему и впиваясь в него взглядом. На ее губах играла тонкая, едва заметная улыбка.

— Нервируешь... немного, — признался Тернер, пожимая плечами. — Без тебя проблем хватает.

— И при чем же я к твоим проблемам? — она наклонила голову, словно школьница, искренне интересующаяся ответом. В ее глазах плясали озорные огоньки.

Прежде чем он успел ответить, за его спиной разнесся звонкий, громкий голос, от которого он неожиданно дернулся, словно под действием электрического разряда.

— Мистер Костэр!

Тернер мгновенно побледнел, его глаза округлились. Он даже не обернулся, а лишь тихо спросил у Лианы, почти шепотом:

— Она еще там?

Лиана неторопливо нагнулась вбок, чтобы рассмотреть незнакомку за его спиной. Молодая женщина в строгом сером костюме, с туго собранными светлыми волосами в идеальный пучок и в тонких очках, стояла, скрестив руки на груди. Недовольно сверлила его взглядом, полным праведного гнева. Она выглядела как само воплощение порядка и дисциплины.

— У вас не получится увиливать от обязанностей! Стопка бумаг так и лежит у вас в кабинете! — резко бросила она, прежде чем схватить Тернера за ухо и, не церемонясь, оттянуть его с барного стула, уводя прочь.

Тот лишь тихо ойкнул.

— Еще мешаю твоим проблемам? — с ехидством и неприкрытым триумфом крикнула Лиана ему вслед, чувствуя прилив веселья.

— Да ну тебя, сиди уже! — ноя, бурчал он, продолжая, как покорный щенок, следовать за непреклонной женщиной.

Лиана тихо рассмеялась, наблюдая за этим зрелищем. Ее вечер определенно стал интереснее.

★★★

Внутри просыпалось едкое чувство любопытства и риска, неодолимое желание ступить в неизвестность. Она боролась с этими мыслями, но не сумела подавить эту жажду большего. Спустя полчаса, допивая очередной свой напиток, она встала и направилась в направлении исчезновения парня.

Блуждать пришлось совсем немного. На этаже клуба были только кухня и уборные, но в глубине темного коридора она приметила небольшую витую лестницу, уходящую наверх, в неосвещенную часть здания. Поднявшись по ней, Лиана оказалась перед массивной деревянной дверью.

В голове забегали чертики, шепча:

"Пути назад нет!" — наводя приятный, щекочущий шум в ушах.

Она приоткрыла дверь. За ней находился просторный, на удивление светлый кабинет, выполненный в глубоких темно-зеленых тонах. Мягкий свет из больших панорамных окон заливал комнату, откуда открывался вид на оживленный город внизу. Посередине стоял длинный массивный Т-образный стол, а у стен располагались темные кожаные диваны.

— Марта! Я не могу! — доносился отчаянный голос парня. Он сидел за столом, уткнувшись лбом в стопку бумаг.

— Мне ее даже жалко, — заявила Лиана, входя в кабинет и с холодным любопытством наблюдая за этой картиной отчаяния Тернера.

Парень резко поднял голову, его глаза расширились от неожиданности, когда он увидел ее в своем кабинете. Он облокотился о стол, положив подбородок на ладони, и его лицо стало серьезным.

— Тебя не учили не ходить куда не следует? — прозвучало в его голосе удивление, смешанное с легким раздражением.

— Я же не спрашиваю, чему тебя учили, — парировала Лиана, небрежно усаживаясь на один из кожаных диванов, расположенных недалеко от двери. — Так чего ты там не можешь?

— Заноза, исчезни! — буркнул он, беспокойно переводя глаза с нее на бумаги.

Внутри сработал какой-то довольно знакомый переключатель. Единственный кто так ее называл был Тревис, редко, но все же это невозможно забыть, похож ли мальчишка на брата?

"Больше напоминает маленького щенка, с невинными глазками"

— Могу я правильно понимать, помощь тебе не нужна? — ее голос был полон притворного сочувствия.

— Какая от тебя может быть вообще помощь? Драться и я могу, но это не поможет с этим несчастьем, — тоскливо протянул он, всматриваясь в бесчисленные документы на столе.

— Сила есть, ума не надо, как я понимаю, — язвительно заметила Лиана, оценивая его беспомощность перед бумажной волокитой.

Тернер тяжело вздохнул, а затем с усталостью посмотрел на нее.

— А сама-то? Даже не представилась, сидишь, выпендриваешься.

— Ли... — слово застряло у нее в горле, она резко замолчала.

Мысли только сейчас ее догнали, ударив, как холодный душ. Это было внезапное осознание. Нежелание произносить свою настоящую фамилию, пользоваться статусом. Она не хотела никаких поблажек из-за семьи, желая своей личной свободы, добиться всего своими усилиями. Но она ни разу не задумывалась о позиции своего имени, своей фамилии в этом стремлении.