Рынок Шкур

Добро пожаловать

Всем большой приветик мои дорогие читатели❤️

Я снова в строю и снова с новой историей❤️

Сегодня, 01.02.2026 , я публикую свою новую историю, которая несет очень провокационные, местами грязное и известное название:

«Рынок Шкур»|18+

Она входит в серию «Игры для взрослых»🙈

Я проводила опрос на новую книгу в моем телеграмм-канале (Ник: arianamarkiza7) и вы выбрали именно этот сюжет.

Наткнулась, я недавно на документальный фильм «рынок шкур» и загорелась идеей написать книгу по факту основанной на реальных событиях. Я наслышана об очень многих мошеннических схемках и о том, как девушки сами того не понимая, попадают в ловушку мошенников.

Эта история своего рода предостережение и памятка о том, что «никому доверять нельзя». А особенно сайтам знакомств.

В эру искусственного интеллекта— мошенничество только усилилось и окрепло. А шантаж стал обыденным делом. И зачастую подобные встречи с опасными людьми происходят именно на сайтах знакомств. А потом переходят в телеграм...

Эта история о настоящих реалиях нашей жестокой и опасной жизни, о фетишах безумных, влиятельных мужчин.

Надеюсь, что эта история понравится Вам, она не вызовет отвращение , а наоборот откроет вам глаза на мир вокруг.

Данная тема очень провокационная, сложная для общества и о таком не принято говорить на общее обозрение, я не думала, что когда-то решусь написать такое, но, я уже какой раз убеждена, что никогда не говори никогда.

Эта история о мошенничестве, даркнете, искусственном интеллекте и о сайтах знакомств. Об опасных мужчина, чьи даже самые жуткие желание сбываются благодаря деньгам.

Эта история будет очень страшной, горячей и опасной. Жесткий Дарк-романс.

Сюжет данной истории строится на девушке студентке, которая знакомится с парнем на сайте знакомств , идет с ним на свидание, и даже испытает к нему симпатие, но наутро становится его потенциальной жертвой... он кидает ей ссылку, она не думая заходит и он получается доступ к её телеграмм аккаунту...

Получится ли у нее выбраться из этой ловушки? Вот в чем вопрос...

Я буду признательна каждому, кто будет читать эту историю. Возможно, не многим эта тема зайдет, и не каждый захочет такое прочесть, но, уверяю вас, история будет такой же огненной, как и предыдущие. эта история будет супер горячей🔥🔥🔥 запасаетесь огнетушителями, здесь будет очень горячо и жарко🔥🔥🔥

Пожалуйста, не воспринимайте все всерьез, в этой истории будет творится настоящее безумие, беспредел и хаос и очень много разврата, поэтому будьте готовы и не забывайте, что это просто дурная фантазия вашего любимого автора😉

Я надеюсь, что главные герои западут в вашу душу и отберут сердце😈

Эта история будет необычной, безумной, дикой и страстной, огненной и очень развратной🔥 все именно так, как мы и любим 🔥

Я надеюсь, что история нашей главной героини также получит местечко в вашем сердце❤️ и вы также полюбите этих героев, как и всех предыдущих.

Если вы впервые на моей странице, то я очень рада вашему присутствию, а также желаю вам приятного чтения и надеюсь, вы станете моими преданными читателями и мы с вами подружимся. ❤️

А моим преданным читателям отдельная благодарность за то, что они продолжают читать мои истории и уделяют им свое время. Спасибо, что продолжайте быть рядом и читать мои книги❤️ дальше-больше и дальше только интереснее...

И по старинке поехали :)

«Один клик - и твое тело продано»

Каково — оказаться жертвой мошенника?

Мои интим-фотографии слили. Теперь он требует деньги или моя анкета появится в закрытом канале, где меня выставят как товар на витрине. Мою репутацию уничтожат — вместе с желанием жить. В панике мне предлагают «альтернативу»: отработать несколькими встречами — и тогда меня отпустят.

Одна из таких встреч приводит меня к влиятельному американцу, который приехал в Москву на сделку и предлагает мне помощь. Но у каждой помощи своя цена. Он покупает не просто доступ — он покупает меня: мою свободу, мои правила, моё молчание. Я становлюсь его личной игрушкой, с которой он творит самые безумные и развратные вещи.

Меня зовут Анжелика Алмазова. Это история о том, как одно свидание с обаятельным парнем из приложения знакомств обернулось для меня ловушкой.

Я попала в даркнет, в место, где девушки — становятся лотами и у каждой есть свой анонимный покупатель. Один клик — и твой профиль уже принадлежит тому, кто заплатит больше. Я думала, что смогу выбраться и исчезнуть. Но что, если исчезнуть невозможно — если ты уже на витрине, а охотники знают твоё имя?

«Контракт на спасение» или ловушка побольше — выбор, который изменит всё. Дарк-роман о власти, манипуляции и людях, готовых покупать друг друга.

От автора:

Главы выходят каждый день! (Возможно, бывают пропуски)

p.s. За несколько лет их не обнаружено 🙂

Прошу соблюдать чистоту в комментариях, не оскорблять друг друга и автора в том числе.

Нецензурную лексику не использовать, (ну если уже сильно хочется и вы прям в шоке от главы и от поступков героев, то я разрешаю ;), а вы точно будете в шоке... 😏

Пролог

Мы все — прост**утки. Девяносто пять процентов людей согласились бы переспать с кем угодно за десять тысяч франков.

Фредерик Бегбедер

99 франков

— Каково когда твое тело становится лотом и тебя выставляют на витрину и те у кого есть деньги и возможности могут с лёгкостью тебя купить...

В мире, где всё измеряется кликами, лайками и переводами, человек перестал исчезать бесследно. Теперь исчезают иначе. Сначала — из собственного аккаунта. Потом — из собственной жизни.

Один клик. Одна ссылка. Один неверный вечер.

И вот уже твои фотографии хранятся не в телефоне, а в папке с пометкой «товар».

Твоё имя — никнейм. Твоя цена — цифры под постом. Твоё будущее — аукцион.

Те, у кого есть власть и деньги, не ищут любовь.

Они покупают доступ. Контроль. Право решать, где заканчивается чужая свобода.

Каждая, кто попадет в даркнет ещё думает, что это можно исправить. Что всё решается переводом, разговором, слезами, мольбой. Они ещё не знают: как только ты попала на витрину — тебя уже увидели.

И кто-то нажал кнопку «интересует».

А значит — выхода больше нет.

Я была простой студенткой, которая мечтала о большом будущем и о том, что закончив учебу пойду работать по профессии и буду помогать своей матери, которая и так всю жизнь только и делала, что зарабатывала для меня и моего будущего деньги.

Когда у меня появлялась возможность, я сразу же бежала и подрабатывала, то в цветочным, то курьером, то раздавала листовки, а бывало и даже убирала где-то в помещениях.

Я не боялась работы, я наоборот боялась остаться без денег. Мне нужно было хотя бы что-то иметь в кошельке, чтобы не переживать за то, что завтра я могу остаться голодной.

Сколько себя помню — всегда мечтала о нормальной своей квартире, где не будет старого ремонта и мебели и сыпавшей плитке на кухне и ванной, где мама не будет считать каждую копейку, чтобы вовремя заплатить за коммунальные услуги.

Я знала, что рано или поздно мои мечты сбудутся, просто нужно закончить учебу и усердно работать.

Но, все мои мечты и желания в миг рухнули, когда в один день — из-за своей подруги и зависти к ней, я зарегистрировалась на сайте знакомств, на котором я познакомилась с Ним...

С парнем, который одним щелчком пальцев — разрушил мою жизнь. Наше общение сразу перешло в голубой мессенджер с белым самолетиком, тем самым Телеграммом, который впоследствии стал моей личной погибелью.

Мы общались с утра до ночи, казалось, что я наконец нашла своего человека, того, кто понимал меня с полуслова. У нас было много общих интересов. Он весело шутил и всегда поднимал мне настроение. Поддерживал с учебой, помогал морально. Он говорил так, будто знал меня лучше, чем я сама.

Было ощущение — что я нашла свою родную душу.

Но, все это было иллюзией, до момента, пока он не пригласил меня на ужин. Он угостил меня любимыми блюдами, мы болтали о музыке и книгах. У меня были мысли о том, что я влюбилась...

Он был умен, красноречив и красив, говорил о благотворительности и инвестициях, я видела в нем идеала, но все это было до утра... а потом — как ни в чём не бывало — он прислал ссылку: «Смотри, тут интересно, зайдёшь?» Я думала, это подборка фотографий, вдохновение для проекта, о которых он мне говорил за ужином, я не думая сразу зашла. Думала, что это ещё один обычный клик в море кликов, из которых строились мои повседневные дни. Ведь мы каждый день делаем сотни кликов...

Я кликнула — и мой мир поменялся.

Аккаунт, который я считала своим, перестал быть моим. Мгновение и мой аккаунт слетел. Личные сообщения, фотографии, те, что были сделаны в доверии — всё оказалось в чужих руках.

«Ты понимаешь, что это значит? Теперь твоя жизнь в моих руках, Энджел...» — написал он через несколько минут и следом отправил крупную сумму для простой студентки, которая вряд ли могла вообще держать подобные деньги в руках.

Миллион. Или анкета в паблике «рынок шкур». Слова звучали, как приговор.

Ты думаешь о том, как быстро можно продаться: не за деньги, а за секунду внимания, за лайк, за чужой интерес. И вдруг понимаешь, что никто не обязан спасать тебя. Полиция по телефону отвечает вежливо и отдалённо, успокаивает тебя, говоря, что вы не первая, кто попались; сайт, где всё выкладывают, — закрыт и никому не подотчётен. Друзья пугаются: «Может, просто удалить страницу?» Но удалить — значит признать. Признать — значит показать фотографии, которые уже гуляют по чужим экранам.

Он предложил вариант «полегче»: не деньги — работа. «Отработаешь несколько встреч — и мы тебя отпустим», — написал он, как будто предлагал сменить работу на лето. Его имя — Виктор Воронцов — звучало мягко в тексте, но за каждой фразой стояла нечеловеческая уверенность: у нас есть покупатели, у нас есть клиент. У нас есть место, где тебя выставят.

Я думала, что смогу решить это в одиночку. Я думала, что справлюсь. Он отправил ссылку.

Я кликнула. И Это был самый дорогой клик в моей жизни.

Но, что если этот клик был своего рода моим спасением?

Глава 1. "Сайт знакомств"

Мы живем, постоянно попадая в ловушки. Никто не может избежать западни. Главное понять, попался ты или нет. Если ты в ловушке и не осознал это, тебе — конец.

Чарльз Буковски

Как выглядит жизнь двадцатилетней студентки в Москве? Для Анжелики это плетёная сеть из пар, подработок и маленьких надежд. Родилась она в Подмосковье — там, где по вечерам слышатся проезжающие электрички, а летом пахнет свежескошенной травой. Но учиться и работать в таком ритме удобнее было ближе к университету, поэтому, когда подруга матери предложила им с Вероникой, её лучшей подругой, комнату в своей квартирке «по-свойски», почти даром, переезд показался спасением.

Квартира была не ахти: старый дом, разбитая плитка на кухне и в ванной, тусклый свет в прихожей, батарея, которая шипела так, будто вот вот и она взорвется, скрипучая, старая кровать и прожженные занавески. Но, не смотря на такой неприятный «вайб», квартира была рядом с метро, и это значило очень многое для девочек, да и честно, за такую цену, эта квартира в их глазах выглядела, как кусок драгоценного камня.

Они с Вероникой жили вместе, спали в разных комнатах, одна в гостиной, другая в спальне. Часто менялись из-за неудобного дивана. Делили коммуналку и продукты — и считали себя победительницами жизни, хотя платили за электричество последними копейками.

Анжелика привыкла к ночным контрольным и утренним парам, к сумке, набитой учебниками и двух-трёхдневной одеждой, которую часто не стирала, чтобы не тратить лишний раз порошок для стирки. Девушка сама по себе была с миловидной внешностью, небольшого роста, худенькая, с темно-русым цветом волос. Глаза имели необычный темноватый серый оттенок, что придавало её внешности некую загадочность. Её мать работала врачом, но зарплата — как и у большинства — не покрывала желаний, а мелкие долги висели, словно нелюбимые украшения. Жили они тяжело, но, девушка всегда твердила себе, что как только закончит университет — её жизнь изменится и она сделает всё, чтобы её мать перестала работать.

Вероника — была полной противоположностью подруги, яркая блондинка с большим бюстом и круглыми бедрами, она всегда была громкой, юморной и уж точно не любила проводить время за учебой. В её голове был только гламур, длинные ногти, напоминающие кошачьи когти, яркие губы, за линию которых она всегда выходила карандашом, дабы придать им объем. И вызывающая одежда, она любила короткие юбочки, топики и каблучки. У нее всегда была уверенная походка, высокомерный взгляд и мечты встретить того самого, кто бы поселил её в своем замке. В какой-то степени, девушка была одержима социальными сетями, каждый раз листая ленту, говорила: «Где же мне найти богатого папика? Я так устала от всей этой нищеты...» — сказала она однажды, когда они заходили в супермаркет за продуктами на вечер, после долгих пар. Вероника взяла самую дорогую шоколадку и показала две пачки чипсов, как доказательство того, что себе хочется только лучшего.

— Надо самому на всё зарабатывать, — фыркнула Анжелика, но голос её не был резким. Она знала цену словам и не хотела, чтобы дружба превратилась в торговлю советами.

— Но, ведь хорошо жить, когда у тебя есть папик и оплачивает все твои хотелки... — заныла подруга.

— У меня нет лишних денег на твою шоколадку. Верни ее, я и так в последнее время покупаю нам обеим продукты за свой счет.

— Ты же знаешь мои родители пока что не отправили мне денег, у них задержали зарплату, я обещаю, что верну тебе все.

Ночью Вероника зарегистрировалась на сайте знакомств, где обещали «встречи с состоятельными и обеспеченными мужчинами». Это не было громким шагом — просто ещё один профиль среди тысяч. Тем временем, в гостиной Анжелика смотрела на экран старого ноутбука и думала о завтрашних парах, о том, как договориться с преподавателем по пересдаче. Утром Вероника не пришла на занятия. Она оделась быстро и, не попрощавшись, убежала на свидание.

На парах Анжелика встретила Егора — их общий друг с курса. Высокий, светловолосый парень, приятной внешности. Он подмигнул, передал шпаргалку и пошутил о том, что кто-то из девчат явно опаздывает на пары ради «взрослого досуга». Они обменялись парой фраз, привычных и лёгких, и Анжелика подумала, что не про неё эти разговоры. Её день был о семинарах, библиотеках и попытке не заснуть на лекции по истории философии. После пар, Егор провел Анжелику до дома.

— Если будет желание, в эту субботу мы с ребятами идем в клуб, так сказать развеется и провести весело время вместе, если что я буду очень рад тебя видеть там. — Он обнял девушку.

— Спасибо за приглашение, Егор. Если получится, я с удовольствием приду.

Они попрощались и девушка зашла в подъезд. Зайдя в квартиру, она застыла в дверях: Вероника стояла в коридоре, светилась от счастья и смеха и держала в руках то, что раньше виделось Анжелике только в глянцевых сторис — огромный букет красных роз и конверт с деньгами. Они лежали на кухонном столе, как доказательства чьей-то щедрости.

— Анжелика! — вскрикнула подруга и бросилась ей на шею. — Я влюбилась! Я нашла того самого!

— Ника, кто тебе это все дал? — Анжелика приподняла бровь, внутри нее раздался лёгкий укол тревоги и... зависти, которую она почти не признавала.

— Он взрослый... ему под пятьдесят, — Вероника заговорила быстро, будто спеша рассказать о сокровенном. — Он женат, но он такой щедрый, Анжела... Сначала был ужин в дорогущем ресторане, потом цветы, а потом — слушай — деньги. Он дал целых пятьдесят тысяч! Он сказал купить себе одежду. Ты представляешь?

— У вас что-то было? — голос Анжелики был ровным, но внутри кулаки сжимались.

— Неее... — Вероника помолчала, потом улыбнулась виновато. — Всего лишь поцелуй. Я ему понравилась, и он хочет, чтобы мы часто виделись. Он пообещал мне хорошую, беззаботную жизнь. Я даже думаю, что стоит бросить универ...

Глава 2. «Сделка» 18+

Мы разговаривали так, как будто расстались вчера, как будто знали друг друга много лет.

Михаил Булгаков

Мастер и Маргарита

В центре Нью-Йорка здания тянулись вверх, словно строгие указующие пальцы. На сорок третьем этаже, за панорамными окнами, кабинет Александра Рида был устроен по простому правилу — никаких лишних деталей, только линии и предметы, которые говорили о власти: массивный стол из темного дерева, ровные стеллажи с кодексами и сертификатами, одна картина в тяжелой раме и вид на реку, где лодки светились, как маленькие звёзды. Сам Александр сидел у окна, сложив пальцы в замок; на нем был идеально скроенный костюм — тот самый, который покупают не для себя, а для того, чтобы человек стал частью системы.

«Reed & Co» — не была просто инвестиционной фирмой. За десять лет под руководством Рида она превратилась в конгломерат технологий и сервиса: частные платежные шлюзы, «белые» платформы для закрытого контента, сервисы по защите репутации и анонимизации информации, премиальные консьерж-услуги для тех, кто покупает не вещи, а доступы. В его компании умели делать так, чтобы то, что нужно прятать, оставалось спрятанным; и то, что нужно продавать — продавалось дорого и аккуратно.

— Ты думаешь, это будет выгодная сделка с Москвой? — спросил Александр, не оборачиваясь. Его голос был ровным, как река за стеклом.

В углу кабинета стоял Вильям — плотно сложенный, слегка загорелый, в рубашке без галстука; высокий и спортивный, светловолосый, он приходил нечасто, но всегда приносил с собой информацию, которая пахла возможностью. Они были друзьями и коллегами.

— Это многомиллионная сделка, — сказал Вильям и положил на стол планшет. На экране мелькали слайды: логотипы российских партнёров, графики роста, предложения по сотрудничеству. — Они хотят интегрировать наш продукт в их сеть премиум-услуг. У них есть доступ к закрытой аудитории — люди с деньгами, готовые платить за эксклюзив. Мы даём им технологию: защищённые каналы, анонимные платежи, модуль модерации. Мы выйдем на новый уровень.

Александр провёл ладонью по подбородку. Он знал цену слову «аудитория» и понимал, что «аудитория с деньгами» — это не только прибыль, но и риски. Риски репутации, юридические шероховатости, политические шероховатости. Россия — большой рынок, но иной кодекс правил и очень длинные тени.

— Я бы не хотел туда лезть, — сказал он, спокойно. — Там свои правила. Просто мир там другой. Я не люблю сюрпризы.

— Это шанс, — настаивал Вильям. — Они предлагают приватную платформу для избранных; мы предоставляем технологию, они — трафик. Плюс — доля в их проекте, эксклюзив на регион. Подумай: миллионы транзакций, подписки, частные каналы. Мы монетизируем то, что другие ещё только пытаются спрятать.

На планшете всплывали примеры: закрытые клубы, специальный софт для шифрования, опции «белой» верификации. Вильям говорил о выгодах, о том, как Reed & Co. уже работали с подобными нишами в Азии и на Ближнем Востоке — и всегда выходили в плюс.

Александр уточнил условия, спросил про правовую защиту, про контракты, про конкретные механизмы вывода средств. Он всегда выбирал сделку, где можно было чётко просчитать риски. Сделки-искусительницы для него не существовали: были проекты с цифрами и бумаги с печатями. Но где-то глубоко в нём сидела и иная правда: даже когда он объяснял, что езда по новым рынкам — это риск, часть его души тянулась к опасности. Опасность — это воздух, в котором он выдыхал свою власть.

— Хорошо, — сказал он вдруг. — Договорись об онлайн-конференции. Пусть приедут на презентацию. Если меня устроит их работа и условия, я соглашусь на сделку и даже полечу в Москву для личной встречи.

Вильям улыбнулся: это было то, что он и хотел услышать.

— Договорено. Я сообщу, когда будет конференция.

Вильям ушёл, и в кабинете на несколько секунд стало тихо: только часы тикали, как напоминание о времени, где всё решается мигом. За дверью раздался стук — и вошла она: длинноногая, блондинистая, в строгом костюме и короткой юбке, — Хелена Грант, секретарь, человек, который знала о графиках больше, чем сам график. Она положила на стол красную папку с отчётом и улыбнулась так, будто этот отчёт — их общий секрет.

— Доброе утро, босс. Подготовила вам отчёт, — сказала она и отдала папку.

Он посмотрел на неё, и в этом взгляде была привычка. Ничего больше. Ему было за пятьдесят, ей — едва за тридцать; по законам офиса она была сословием близким к нему: тень, аромат и исполнитель. Внешне всё это выглядело как обычная интрига старого корпоративного романа — но между ними за годы выстроилась рутина интимного доступа, и никто не спешил менять правила. Ей нравилось быть его послушной девочкой, а ему нравилось получать удовольствие от её тела.

— Всю ночь готовила отчёт? — ехидно спросил Александр. В его улыбке была и мягкость, и железо.

— Пришлось потрудиться, — ответила Хелена, держа голову чуть наклонно. — Как подпишете — дайте знать, я передам в другой отдел.

Он махнул рукой, чтобы она подошла ближе. Она подошла. Было в этом движении что-то привычное и неоспоримое — как будто их тела говорили на языке, давно отработанном: взгляд, движение руки, запах духов. Его рука скользнула вниз по её бедру, не насильно, но с намерением. Она не отдернулась: за годы они вырастили договорённость, где публичное и скрытое переплетались. Но за каждой такой договорённостью скрывается тара — желание стать исключительной.

— Мне нравится, когда ты надеваешь чулки, — прошептал он, улыбаясь.

Глава 3. «Влияние»

Некоторые люди вытаскивают из вас самое худшее, другие — самое лучшее, а есть такие (их невероятно мало), к кому вас тянет, поскольку они раскрывают вас полностью. Во всем. Они заставляют вас чувствовать себя настолько живым, что вы готовы отправиться за ними хоть в ад, лишь бы все наладилось.

Карен Мари Монинг

Прикосновение теней

— Кажется, я совершаю ошибку... — прошептала Анжелика, глядя в крошечное зеркало над комодом. — Может, мне не стоит идти на эту встречу? Что если Макс окажется не тем, за кого себя выдает? Разве можно так просто поехать с незнакомым парнем загород?

Её отражение морщило лоб, и в ответ внутри что-то сжималось. Ноги были в старых кедах, свитер — тот, который она стыдилась вынимать на людях, а в сумке лежали пара блокнотов и копии зачетных билетов. Но в глазах — другой вопрос: стоит ли один раз позволить себе риск ради обещанной передышки?

Тревога не отпускала. Она несколько раз перечитывала последнее сообщение: «я жду тебя». Оно висело на экране как маленькая стрелка, которая указывала путь — и одновременно предупредительный знак. Анжелика сделала глубокий вдох и ровный выдох. Написала Егору, что не придёт на пары — заболела. Это была правда не совсем о температуре тела, а о температуре сердца: оно вдруг забилось громче, чем обычно.

Она собрала маленькую сумку, глянула ещё раз в зеркало и попыталась улыбнуться самой себе. «Я могу остановиться в любой момент», — думала она, как будто повторяла мантру. «Это просто встреча. Это просто день. Это просто шанс». Эти «просто» были мягкими лезвиями.

На лестничной площадке запах пыли и старых газет. Макс стоял у машины, спиной к городу, в лёгкой куртке. Черный джип выглядел серьёзно и безопасно, как крепость. Когда он увидел её, лицо его озарилось и улыбка стала почти нежной.

— Прекрасно выглядишь.

— Спасибо. — Смущенно ответила девушка и села в машину.

В салоне было тихо, музыка играла приглушённо. Время от времени Макс бросал на неё взгляд, как будто считывая её состояние. Он говорил мягко, рассказывал о том, как любит говорить с природой, как это помогает ему думать о больших вещах. Анжелика слушала, и где-то между словами росло ощущение безопасности — странное и неверное, но очень полезное сейчас.

Они приехали в небольшой деревянный домик, который Макс снял на выходные. Вокруг — лес: еловые столбы, мягкий мох и воздух, такой холодный, что казалось, он вычищает мысли. Дом был уютным: скрипучие половицы, плед на диване, старый граммофон в углу. Макс заранее привёз еду, приготовил мангал и начал жарить мясо, а запах дыма и трав согревал и успокаивал. Он включил тихую музыку, и в доме возникла атмосфера, будто они оказались в замедленной картине — как в фильме «Сумерки», где герои успевают понять друг друга без слов, а только взглядами.

Они ели, смеялись, иногда говорили о пустяках. Макс подшучивал, но в голосе его сквозила серьёзность: он обещал «решить вопрос с зачётами», сказал, что поговорил с человеком в университете и уже передал какие-то данные. Анжелика вздохнула — желание облегчения накрыло её. Помощь казалась реальностью, а не рекламой.

— Зачем ты мне помогаешь? — не выдержала она и спросила, когда тишина между ними стала мягкой.

— А разве это плохо? — Макс улыбнулся, и в этом улыбке не было лжи, по крайней мере в этот момент.

— Просто... странно, — сказала она честно. — Я обычная девушка и мы едва знакомы.

— По-твоему обычные девушки не заслуживают хороших отношений? — ответил он серьезно. — Энжик, ты очень красивая и приятная. Ты заслуживаешь даже больше.

Эти слова, сказанные так, будто он видел в ней не список недостатков, а картину, заставили сердце Анжелики отреагировать невольно: где-то в ней проснулось стеснение и надежда одновременно. Она не привыкла к подобному вниманию; в её окружении мужчины обычно говорили иначе — проще, прагматичнее. Здесь же была драма, которую может привнести в жизнь один человек, кажущийся спасителем.

Вечер слегка разбух от вина и музыки. Макс поднял её и потянул на танец; они двигались под тихую мелодию, шаги были нерешительны сначала, потом — увереннее. Он был близко, его губы касались её шеи, и от прикосновения она чувствовала дрожь. Один поцелуй — робкий, как тест на температуру — и она оттолкнула его, но Макс был настойчив. В одно мгновение он резко притянул её к себе и их губы столкнулись в поцелуе, который был одновременно и захватом, и обещанием.

Потом они сидели в гостиной, на полу, на диване — целующиеся и тихо задыхающиеся. Его руки скользили по её спине, по талии, по плечам — прикосновения были жадными, но не грубыми. В какой-то момент Анжелика почувствовала, что теряет контроль, и остановилась.

— Макс, — всхлипнула она, — у меня не было мужчины до этого... я девственница… я боюсь…

Он на секунду замер, как будто слова попали в него тоже. Потом прошептал:

— Я не трону тебя, не переживай.

Его голос был тихим и требовательным одновременно. Он снова коснулся её губ, обнял крепче, и в этой крепости было что-то притягательное: ощущение того, что в мире есть человек, который может защитить. Анжелика чувствовала себя в полной безопасности и даже какой-то родной любви. После они снова ели, говорили под одеялом, оба были в одежде, делились историями — и Анжелика чувствовала себя окутанной теплом, которого ей так не хватало.

Когда ночь опускалась, и дом погружался в тишину, Анжелика закрывала глаза и думала, что, возможно, это и есть её счастье: мужчина, который не разбрасывается словами на ветер. Она заснула в его объятиях, в мыслях у неё бродила надежда, что вот теперь всё изменится.