С. к. попаданка

Самая красивая попаданка

А я одной тобой любуюсь

И сама не знаешь ты,

Что красотой затмишь любую

Королеву красоты…

(Муслим Магомаев «Королева красоты», слова Анатолия Горохова)

— Нет, они еще издеваются!!! — промелькнуло у меня в голове, когда я вскрыла это заказное письмо. Заказное письмо от четы Грековых с приглашением на свадьбу их дочери Полины и ее (ее, блин!!!) избранника Павла…

Ее, блин, избранника Павла…

Слезы, словно прорвавшаяся плотина, затопили глаза, мир поплыл в мутной пелене. Изящное приглашение, оттиснутое холодным золотом, символ их показного благополучия, падает на пол. И я медленно оседаю туда же. Истерика на пороге, градины слез текут ручьем, опять. Вместе с наворачивающимися соплями и завываниями.

Нет, они еще издеваются! Приглашение на свадьбу лучшей (когда-то) подруги и бывшего (уже), как оказалось не только моего, парня.

Да, как так-то! Аля, дыши… Но почему, так больно-то. Каждая клеточка тела снова вопила от предательства, словно ее опять пропустили через мясорубку чувств.

«Дзинь-дзинь» — на секунду фокус моего внимания смещается на звук телефона. Пришло какое-то сообщение.

Что там? На автомате беру, смотрю. Какая-то доставка.

Какая еще доставка? Не помню. В последнее время ничего не заказывала… Надо пойти посмотреть, разобраться. И проветриться заодно.

Утираю сопли и слезы, встаю умываться. Все делаю, как в замедленной съемке. Приказываю себе — не плакать. Ну сколько можно-то? Уже. Хватит.

А плакать в ванной — выматывающе, оглушительно, под звук льющейся холодной воды…Так заманчиво больно.

А приглашения…

По-любому их рассылала мама Полины. Всем и вся.

Всем и вся. Она решила созвать «полгорода», чтобы вторая половина потом захлебывалась в желчи, зависти и в сплетнях за чашкой чая, обсуждали свадьбу их дочери.

Еще бы! Такое событие у четы Грековых. И приглашение отсылалось всем, кого они более или менее знали.

Мать Полины искренне надеялась, что на свадьбе мы непременно помиримся. Где же еще ее дочери найти такую простую, такую удобную, такую нормальную (без заскоков и понтов) подружку?

***

— Грегори Уильямс Графовски Зендо, через две недели вы поедете в Королевскую академию боевых искусств. И это не обсуждается! — тихо и зло цедил каждое слово сухой, поджарый, уж больно молодо выглядящий, статный мужчина своему племяннику.

— Дядя! Я сам могу уже решить, где буду учиться! — выпалил донельзя красивый белобрысый парнишка.

Для убедительности он даже стукнул кулаком по добротному дубовому столу в кабинете своего дяди.

Легкие, словно шелк, локоны вырвались из плена небрежного хвоста. Поэтому юноша спешно заправил пряди за слегка заостренное, пылающее румянцем эльфийское ушко — едва заметный след его предков. Щеки его алели, словно маки на рассвете, выдавая бурю эмоций.

— Нет! — взвизгнул, казалось бы, невозмутимый до этого, дядя.

Мужчину явно подвыбесило этакое самоуправство племянничка. Но он быстро обуздал свой гнев и продолжил, сжимая слова, как лед в руке:

— Ишь чего удумал, пойти в академию художеств Сен Жерома. Каляки маляки рисовать да бурду всякую лепить-воять… Нет, — он снова перешел к своей ядовитой манере цедить слова, словно змеиный яд, — не бывать этому! Чтобы потомок королевского рода и художественной мазней занимался… Я тебе не мать! Это она… легких кружевных ей облаков, подобала всем твоим прихотям… Ты Зендо! А значит обязан служить, править и управлять… — Мужчина замолчал, вглядываясь в лицо своего воспитанника, и в его голосе неожиданно прозвучали мягкие нотки, — Отучишься там, а потом… делай что хочешь. Хоть ангелов лепи, хоть мазню свою разводи… А пока ты под моей опекой, будь любезен, выполняй и подчиняйся. Все. Я сказал, пойдешь учиться в Королевскую Академию, в столицу. Это даже не обсуждается.

Племянник молча и зло выбежал из кабинета дяди. На прощание сильно хлопнув дверью так, что все что могло зазвенеть, то негодующе задребезжало в кабинете Грега Уильямса Зендо Первого.

Мужчина тяжко и, как то уж по-старчески, обреченно вздохнул. Сам он выглядел довольно моложаво, не скажешь, что он уже пожил слишком много десятков лет.

Грег Зендо по привычке выдвинул ящик из-под массивного письменного стола. Слишком уж часто он ссорился с племянником, да и служебные дела хорошенько расшатывали нервы. Там призывно звякнула резная бутылка.

Он посмотрел на бутыль. Нет, здесь пару бокалами не отделаешься. Мужчина снова задвинул выдвижной ящик. Надо бы наведаться к «Красотке Эль». Только ее девочки могут подуспокоить его нервишки и как следует расслабить.

А Грег(-ори) Второй впервые в жизни напился до беспамятства. Он спустился в винный погребок и захватил пару бутылок вина (потом еще парочку, и еще) — своих ровесников. Вина «Багряной Эльзы» — самые лучшее из их личных виноградников, 17-летней выдержки. Спасительное опьянение пришло быстро, и также быстро оно вырубило молодого парнишку. Он заснул.

Отношения Грегори и Грега Зендо стали совсем натянутыми. Грег младший уже не был тем запуганным мальчиком (отошел), что увидел его дядя. Последнего назначили его опекуном после ужасной трагедии. Опекунство должно было продлиться до двадцати пяти лет либо окончиться ранее, но при получении парнем профессии.

Грег старший старался, как мог, воспитать из парня мужчину. Но все равно сказывалось женское влияние-воспитание его покойной сестры. Поэтому все же иногда он позволял «баловаться» искусством своему племяннику. Человеческие корни играли в нем.

И он все-таки сжалился над парнишкой, что был так похож на его любимую сестру Анну Мари Графовски-Зендо.

«Добаловался» племянник. Он собирался поступать в высшую академию художеств Сен Жерома в Сортинии. Парень хотел стать художником. Это надо же!..

Не девушка, а мечта!

Словно одержимый вдохновением, юноша метнулся к мольберту, и кисть, ведомая неистовым желанием заплясала на холсте. Безумный танец линий, вспышка цвета – секунда, другая, третья… и вот уже в руках у него радужным взрывом расцвел небывалый цветок, пышный и яркий, словно солнце, выхваченное из зенита. Словно рыцарь, поверженный красотой, он опустился на одно колено перед девушкой, и голос его зазвучал, дрожа, словно неловко задетая струна:

— О, Прекраснейшая нимфа, свет очей моих, позволь преподнести тебе этот скромный дар… Ты – чудо, что вдохнуло жизнь в мой спящий дар! Прошу, прими его как символ моей бесконечной благодарности…

Девушка машинально приняла цветок, мимолетным жестом, словно не замечая его великолепия. Ее слух уловил другое, заставив вздрогнуть от неожиданности:

— Что значит, ты захотел? А ну, верни меня обратно! — насупившись (но больше для виду) проговорила девушка, которая для грозного виду даже топнула ножкой.

— То есть мое желание оказалось настолько сильным, что оно материализовалось, — деловито и нравоучительно стал объясняться Грег, который жил в магическом мире и знал все его законы, — а вот с перемещением… Проблема. Я пока что не умею. Только сегодня свой мой дар раскрылся.
Но ничего страшного. У дяди самые шустрые ашканы (пегасы). Они доставят тебя куда угодно. Но ты же никуда не торопишься? — быстро опомнился Грегори и с надеждой посмотрел на девушку, — побудешь еще со мною? А потом я отправлю тебя туда, куда только захочешь и прикажешь. В любую точку Зарнии или даже Эквидорию. С Эльзакрией будет проблематично, туда все-таки пропуска нужны… Но для дяди не составит труда раздобыть пропуск и туда…

Голос его дрожал, как пламя свечи на ветру:

— Только, пожалуйста, не говори, что тебе нужно срочно домой… Побудь со мной… еще чуть-чуть… Ты наполнила мое сердце светом, который греет сильнее волшебного огня. Позволь мне хотя бы полюбоваться тобой… Дай мне время насытиться твоим образом, пока я могу.

Грег смотрел на Алену глазами, полными надежды и обожания, словно она была единственным маяком в бескрайнем океане его чувств. Но внезапно он сник, словно отрезвленный горькой правдой, и добавил тихо, едва слышно:

— Но если тебе нужно идти… Я неволить не буду.

Грег снова поднял свои лучистые глаза и посмотрел на девушку, с грустью и щенячьим восторгом продолжил свою пламенную речь, — я счастлив уже оттого, что ты существуешь. Так куда тебя доставить, о прекраснейшая дева? Чье имя я так и не узнал, забыв спросить впопыхах…

— Я Аля, Алена, — мило улыбнувшись, проговорила девушка, а потом с сомнением в голосе спросила — Точно доставишь?

Внутри нее просыпалось любопытство, словно игривый котенок, робко подкрадывающийся и несмело трогающий лапкой неизведанное. Впечатления от города, мельком увиденного всего пять минут назад, были оглушительны, как удар грома посреди ясного дня.

Да и, признаться, в последнее время ей совсем не хотелось возвращаться в свою съемную квартиру, где гулкое эхо напоминало о зияющей пустоте одиночества и горьком привкусе предательства.

А здесь… Летающие кони… Словно сошедшие со страниц сказок… Шпили пронзающие небеса! Замки и дома из фэнтези-романов. И эльф… ну, или кто он там?

Ох, как интересно! До дрожи в коленях. До мурашек предвкушения. Страх и восторг сплелись в опьяняющий коктейль.

Девушка всегда мечтала о путешествиях, мечтала увидеть мир, раскинувшийся за горизонтом.

— Конечно же, Аля-Алена, — проговорил, засиявший как бриллиант на солнышке, Грег Младший, — в любую точку Зарнии, Эквидории или даже в Эльзакрию.

Аля нахмурилась, еще раз услышав незнакомые названия, и тихо произнесла:

— Мне бы в Саранск, на Тихомирскую улицу 12 (*Адрес вымышленный, любые совпанения случайны!!!).

— Сара… Саранск? А где это? В Эльзакрии, что ли? Не слышал про такое поселение, — смущенно пробормотал Грегори.

Парень хотел было еще что-то добавить, сказать, но его прервал робкий стук в массивную дверь от художественной мастерской.

В арт-пространство вола служанка. Она немного помялась, а после выдала все то, что ее просили передать:

— Господин Грег Вильямс Старший отбыл по неотложному делу в королевскую канцелярию. Наказует передать, что ни к обеду, ни к ужину его ждать не стоит… Но он ждет вас завтра поутру, для продолжения беседы.

— Благодарю, я понял. А что, уже обед? — встревоженно поинтересовался парень.

— Да, милорд. Вам где накрыть? Или лучше принести еду сюда — учтиво уточнила служанка, чьи глаза теперь с неподдельным любопытством пожирали гостью юного хозяина.

— Накрой нам в обеденной зале на две персоны, — приказал Грегори и тут же обратился к Алене, — Радость моя, может, хочешь чего-то особенного? Только прикажи. Все что хочешь исполню. Я же надеюсь, ты окажешь мне великую честь и отобедаешь со мной?

Парень взглянул на девушку таким умоляющим взглядом, в котором просто громадными буквами кричалось — «Ну пожалуйста, пожалуйста!!!». Против такой просьбы в весьма прекрасных небесных глазках, обрамленных пушистых опахалом ресниц, пожалуй, не смогла бы устоять ни одна девушка.

И Алена невольно кивнула.

Такой милый, наивный мальчик. Такой же как она, когда-то …(всего-то полгода-год назад)

Да и к тому же в желудке предательски кольнуло. Напомнив ей, что негоже забывать про свои физиологические потребности.

— Идем. Я покажу тебе на… — парень осекся, и для большей важности напыщенно поправил себя, — свой замок, пока слуги будут накрывать нам в обеденной зале.

— Замок? — удивленно переспросила девушка, которая как будто бы не заметила предложенный локоть Грега, предпочитая прогуливаться от юноши на почтительном расстоянии, максимально минимизировав возможные контакты.

— Да, замок, — довольно промурлыкал Грегори, отметив в девичьем голосе нотки удивления, — всего пять этажей, оранжерея, конюшня. Так, где ты говоришь, находиться ваш Саранск?

Моя прекрасная невеста

Ой, детка, ты влипла. И как меня угораздило так? А что меня? Это все Грегори, похоже… вытащил меня в другой мир. Полный магии. Полный звизд..ц. Совершенно другой чуждый мне мир. Ох..ть, и что делать? Нет, конечно же, при первой возможности надо сваливать отсюда.

Но куда? Что-то подсказывает мне, что надо. Но куда? И надо ли? Да и зачем?

В пустую съемную хату? На две последние работы, чтобы оплачивать это жилище, пока в лапше не восстановлюсь.

А здесь? Грегори… Такой милый мальчик. Ну мальчик же! Хотя, похоже, он немногим младше меня. Сколько ему? Лет 16-17? А мне… Едва-едва стукнуло 18, пару месяцев назад.

Странно, но возвращаться домой не хочеться. Да и к кому? Хм… Реально, а к кому? Кто-то будет меня искать?.. Смешно даже и горько…

Хозяйка съемной квартиры в конце месяца. Дядя? Да ему на меня… фиолетово. Как только я получила паспорт, он меня заставил подписать документы. Теперь я нищая… Ну, как нищая, кинул какую-то смешную сумму на счет, по сравнению с тем, что мне причиталось… Он постарался поскорее избавиться от меня, «не запачкав ручки». Ему даже выгодно, если я вдруг исчезну. Как он там говорил?... Брр…

Но я буду жить. Я не виновата, что выжила.

Полька или Пашка? Будут ли они меня искать?

Первая — упивается своим счастьем и хитрожопостью. Ей не до меня…

Даже «забавно», как она легко меня смогла предать. А я ей верила до последнего, ведь не может же друг, что поддержал в самый тяжкий момент и вдруг?..

Второй — если только напьется и его потянет на приключения, мозги полюбить своей бывшей.

Как он там мне говорил — «Аля, я ее не люблю. От нее нужны лишь бабки. Я ее обдеру до нитки, и мы с тобой заживем… у берега моря. Малышка, не куксись.»

Впрочем, они друг друга стоят. Интересно, кто из них первым догадается, что его дурят. Полька — «дойная коровка» или Пашка — отец «промокашка»? Кто догадается, что одному нужны лишь бабки, а другая скрывает тот факт, что ребенок может быть и не от него…

Только вспоминая их у меня наворачиваются слезы… А совсем не оттого, что я сейчас попала в переплет (фэнтези романа). А ведь попала, так попала… Но блин, а что же реально ли это так, и меня могут «чистильщики» уничтожить? Не знаю, почему-то не хочеться верить в это. Как и в то, что нет способа безопасно и «экологично» вернуться домой.

Может, дядя не такой страшный, как его Грег малюет? Он, похоже, что сильный маг. Надо бы его расположения добиться. Может быть он знает, как мне перебраться домой?

А домой… домой я пока что не хочу. Мне просто важно найти способ вернуться, чтобы у меня всегда был выбор. Оставаться здесь навсегда? Нет, пока что не собираюсь. Всегда есть выход. Если не в дверь, так в окно.

Да и… судя по тому, что я здесь видела. Меня ждут те еще приключения. Может я и магичить научусь, и сама себя отправлю домой? Было бы здорово.

Так, детка, не унывай. Держи нос по ветру. И во всем ищи позитив…

Успокаивала себя Алена, засыпая под утро.

***

А утром… Вернулся злой и настоящий хозяин замка. Аля почувствовала это сразу же при своем пробуждении. По каким-то каким ощущениям на кончиках пальцев, будто бы сам воздух наэлектризовался и прекрасный уютный замок, в котором она засыпала стал отчужденным и холодным, будто бы без души. Да все так же завораживающе красив, но красив, как с обложки журнала интерьеров, которые пролистываешь от скуки, не задумываясь и не цепляясь за милые детали, выдающие душу хозяина.

Грегори заскочил на пару минут, недовольно цокнул язычком, увидев «несовершенства» на одежде своей "несравненной". Еще раз проговорил:

— Ты только ничего не говори дяде. Молчи. Отвечать за все буду я.

— Как прекрасно, когда за все отвечает мужчина, — съязвила девушка, глядя исподлобья на юношу.

Но Грегори расценил слова как комплимент, не заметив саркастического подтекста, и расцвел в улыбке. Заразил ее «оптимизмом», она невольно улыбнулась в ответ.

Парень оставил девушку снова одну. Правда, буквально через пару минут, в комнату забежала служанка со словами:

— Я помогу вам, приведу вещи в порядок.

Она произвела несколько пассов руками, что-то шепнула, и платье снова стало как новенькое, отглаженное. Выглядело оно даже еще лучше, чем в примерочной.

Алена зачарованно смотрела на работу служанки. И была совсем не против того, что эта девушка также попутно сделал ей голливудские волны на голове.

С трепыхающимся сердцем девушка спустилась вниз, где ее уже ждал Грегори. Невероятно серьезный и даже немного бледный.

Парень жестом показал Алене молчать, приблизив свой тонкий аристократический пальчик к губам. Предложил свой локоть для опоры. И они медленно и степенно вошли в знакомую уже обеденную залу.

— Доброе утро! Как славно, что ты уже вернулся, дядя, — произнес, натужно улыбаясь, Грегори, — Я как раз хотел объясниться и кое с кем тебя познакомить.

Грег Старший, восседающий во главе стола, недовольно поднял голову.Сканирующе пробежался по девушке, что повисла на локте у племянничка.

Так. Человечка. Чистокровная. Без капли магии, или… Он неожиданно зацепился за слабую, больше вежливую улыбку девушки.

Девушка эта была прекрасна. Сияла, словно ангел. Мужчина, как будто бы даже услышал легкий звон в ушах, от этого сияния. Невероятно красива. Мила. Какие чувственные губки. Омут синих глаз, в которых так хочется прочесть… желание. Взгляд сам собой соскользнул по фигурке. И это уже сканировал не аг, а мужчина.

Да, девчонка хороша. Свежа. Юна. И вон как славно сложена. Эти ножки, аппетитные бедра, талия, которую, пожалуй, можно обхватить двумя ладонями.

Хороша, чертовка, ой как хороша…

Грег Старший даже не совсем понял, что там бормочет его племянник.

— Ты же знаешь, я собирался поступать в художественную академию Сен Жерома. Нет, конечно же, целесообразнее было бы поступить как все Зендо в Королевскую Академию. Продолжить династию… Дядя?!! Ты меня слушаешь? — озабоченно переспросил Грег Младший.