С'нежный роман

Глава 1

Снежана

Снежана Золотова росла самой обыкновенной симпатичной девочкой со способностями, будь то пение или танцы, рисование или рукоделие, не выше, чем у других ребят из детского сада. Но родителям хотелось изначально видеть свою дочь особенной, и они в ее присутствии заявляли своим знакомым, а то и воспитателям: «Наша дочь не такая, как все!»

Ситуация повторялась и в школе. Девочку добровольно принудительно отправили во все возможные секции, которые предлагала школа и центр досуга в их микрорайоне. Буквально, каждый день – после уроков Снежану ждало новое занятие, а то и не одно «на раскрытие талантов», как выражалась мама, которая сама в свои сорок лет предпочитала больше заниматься самосовершенствованием, чем стоять у плиты и наводить порядок. Отец также не возражал – он любил единственную дочь, но был проектировщик изобретатель, и большую часть жизни «витал» в своих мирах, с радостью предоставив супруге попечение о дочке.

Когда Снежана выросла, она, наблюдая за родителями, начала поражаться тому, как они вообще сумели создать семью – два таких, каждый сконцентрированный на своем интеллектуальном и внутреннем мире, человека, да еще и завести ребенка. Сама Снежана подчас отмечала, что пословица про «яблоко от яблони»  - в точности про нее. Она любила своих родителей ответной дочерней любовью, но подчас ее передергивало от воспоминания о детстве, где почти не было теплых семейных праздников, елок с родителями, катаний с горок с братьями и сестрами, зато она участвовала в некой безумной гонке по раскрытию талантов.

Впрочем, особых дарований, как у Пушкина или Левитана, в ней, конечно, не раскрыли, зато Снежана выросла очень эрудированным человеком, что всегда подчеркивали уже не только родители, но и педагоги в школе, а во взрослой жизни подруги и коллеги. Ощущали это и молодые люди, которые в институте вились возле очаровательной русоволосой девушки. Но каждый из них в отдельности «кружился» недолго. Дело ограничивалось несколькими свиданиями, натыкаясь на «холодок» очередной ухажер растворялся на просторах вселенной. Снежана умела быть милой и почтительной, но ни у кого не получалось раскрыть её душу и сердце.

«Как можно выйти замуж и даже просто встречать без любви?» - недоумевала она, глядя на то, как бойко устраивают жизнь ее сокурсницы и подружки. Кто-то съезжался с парнем из соседнего блока студенческого общежития после окончания университета, кто-то заночевывал у нового знакомого после клуба. «Брр… как так можно? – передергивала она плечами, слушая истории знакомых девчонок.

Даже в двадцать пять она продолжала мечтать о любви. «Мой избранник будет необыкновенным, как и я сама», – уверяла она родителей. Но на пути Снежаны продолжали встречаться самые обыкновенные мужчины, и хотели они самых заурядных вещей: сытый обед с супом и отбивными, чистых носков и наглаженных рубашек, после работы завалиться на диване перед телевизором, переключая каналы в поисках бокса или футбола, а по пятницам спешить к друзьям выпить по «пивасику». Снежана шла мимо них, не останавливаясь. Она свысока смотрела на все эти бытовые заморочки и слабости, причем сама порой ела что попало и не смотрела телевизор, а развлечениям с друзьями на вечеринках и в барах все чаще предпочитала одинокие выходы в театр или филармонию. К тому же идти не туда, куда надо, и делать, что хочется ей – стало привычкой.

От работы по жесткому графику она также уставала. Хотя в сфере дизайна интерьеров стала профи. Сменив в течение нескольких лет ряд организаций, и в итоге наработав опыт и клиентскую базу, перешла на частные заказы от различных фирм, которые обращались именно к ней. В основном те, кто ценил нестандартные решения в интерьерах и оригинальное видение. Нашла две основных подработки на фрилансе: в одной из московских фирм и в организации в своем городе, где разрешалось работать из дома, а в офисе появляться пару раз в неделю. На хлеб хватало, даже с маслом. Вот только круг общения с каждым годом сужался, редели и некогда прежде пышные стайки ухажеров. Снежана, стала отмечать в себе черту, которая словно по наследству досталась ей от родителей, все чаще девушка погружалась в свой внутренний мир, где ей вообще-то было вполне уютно и комфортно.

 Нет, она не сидела все время дома, по выходным выбиралась на встречи с подругами, и у нее был ряд увлечений, таких как лыжи или коньки, которые ее подружки-веселушки почему-то не разделяли. А еще она любила романы и стихи. Читала запоем, какие-то из стихотворений запоминала наизусть.  Словно ее душа в поэтических строках искала утешение, так и нисходящем на нее счастье.

На дне рождения у подруги Ирины они с девчонками играли в «фанты». Снежане выпало прочесть стихотворение. Она решила прочесть девчонкам «Чудачка» Эдуарда Асадова:

- Одни называют ее "чудачкой"
И пальцем на лоб - за спиной, тайком.
Другие - "принцессою" и "гордячкой".
А третьи просто - "синим чулком".

Птицы и те попарно летают,
Душа стремится к душе живой.
Ребята подруг из кино провожают,
А эта одна убегает домой.

Зимы и весны цепочкой пестрой
Мчатся, бегут за звеном звено...
Подруги, порой невзрачные просто,
Смотришь, замуж вышли давно.

Вокруг твердят ей: - Пора решаться,
Мужчины не будут ведь ждать, учти!
Недолго и в девах вот так остаться!
Дело-то катится к тридцати...

Неужто не нравился даже никто? -
Посмотрит мечтательными глазами:
- Нравиться - нравились. Ну и что? -
И удивленно пожмет плечами.

Какой же любви она ждет, какой?
Ей хочется крикнуть: "Любви-звездопада!
Красивой-красивой! Большой-большой!
А если я в жизни не встречу такой,
Тогда мне совсем никакой не надо!

Глава 2

***

Этой зимой Снежана встала на коньки в первый раз. Начало декабря. Снег покрыл нынче землю в их городе недавно. Открытые катки недавно заработали. Пружинистые ноги вспомнили прежние ощущения. Несмотря на параллельно катающихся людей, среди которых нужно было сторониться мчащихся, бесшабашно играющих «в догонялки» на льду подростков – «вот нашли место на катке», - неодобрительно проворчала, отъезжая в сторону Снежана, девушка на втором круге, решила, как некогда в студенчестве, набрать скорость и ощутить себя кружащейся над землей снежинкой.

Снежана скользила по гладкому льду, ощущая себя частицей вселенной, раскинув руки в стороны, замедляя скорость в свете прожектора, стараясь на ходу ртом словить снежинки. Некоторые даже удавалось, приземляясь на губы, они тут же таяли, оставляя во рту свежесть капель снежной воды.

Под светом фонарей под звуки романтической музыки Снежана наблюдала за кружащимся снегом, думая о том, что и она сама, как эти снежинка, кружит по жизни, радуясь и летая. Даже имя ей родители дали под стать: одновременно снежное и нежное, как она сама. Вот за имя она им определенно была благодарна! Снежанна Викторовна – интересно и благородно. Ей нравилось, сообразно своему настроению, она умела, то быть ласковой и нежной, а то и обдать ледяным ветерком, а имя могло приноровиться – от нежной Снежи до той самой строгой Снежанны Викторовны.

Под звуки иностранной мелодии, слова которой, сколько не изучала она прежде английский, разобрать не могла, Снежана вспомнила слова и начала напевать про себя слова песни, которая запала в ее душу много лет назад:

Такого снегопада, такого снегопада
Давно не помнят здешние места
А снег не знал и падал, а снег не знал и падал
Земля была прекрасна, прекрасна и чиста

Снег кружится летает, летает
И поземкою клубя
Заметает, зима, заметает
Все, что было до тебя

На выпавший на белый, на выпавший на белый
На этот чистый, невесомый снег
Ложится самый первый, ложится самый первый
И робкий и не смелый, на твой похожий след

Снег кружится летает, летает
И поземкою клубя
Заметает, зима, заметает
Все, что было до тебя

Не успела она допеть слова песни, как зазвучал не менее известный хит в исполнении Бутусова, и она начала подпевать новую песню:

Я шёл к себе домой
Я шёл по мокрым лужам
По скользкой мостовой
Ногами снег утюжил
А мокрый снег падал
А я шёл домой
По зимнему саду
По пустой мостовой
Он шёл со мной рядом
Шпионил за мной
Следил за мной взглядом
Бесшумный конвой
И вот я стою
На краю снегопада
С неба падает снег
Значит небу так надо…

Под бодрое звучание русского рока набирать скорость, нарезая круги на катке Снежане особенно нравилось. Вдруг она словила ощущение, что за ней наблюдают, и на очередном повороте краем глаза девушка заметила, как за ней следит пара мужских глаз, скользящего поодаль мужчины. По прежнему звучали аккорды и звучала песня – уже на русском языке «и о чудо – про снег, как по заказу», - думала Снежана.

В это трудно поверить
Я вернулся домой
Ты открыла мне двери
Снег вошёл вслед за мной
И вдруг снег растаял
Увидел тебя…

На этих словах Снежана ощутила резкий толчок в бок, ноги проскользив, начали подворачиваться, она отчаянно замахала руками в поисках помощи, но не найдя ее, обрушилась на лед. Пробороздила по гладкой поверхности прямо носом, затормозив, ощутила, как ее чем-то тяжелым придавило сверху…

Глава 3

Роман

Готовясь к свадьбе двоюродного брата Александра, тридцатидвухлетний бизнесмен Роман Морозов решил заглянуть в торговый центр за сувениром. «Деньги – деньгами – сейчас так принято, но подарок должен быть», - рассуждал молодой мужчина. – Не каждый день родственники женятся. С братишкой детство проводили весте, в юности куролесили – надо родного порадовать. Ну и что-то не совсем родной, а сводной, все равно свой человек, росли вместе…»

Зная, одно из любимых зимних увлечений Саши, Роман в спортмаркете направился к стойкам с лыжами. Выбрал добротные, аж самому захотелось такие. Но вторые купил не себе, а для невесты брата – пусть молодые катаются, разгоняют кровь на свежем воздухе. Правда, делая покупку подумал, что не уточнил, катается ли Алена. «Ну да ладно, брателло, приучит», - посчитал Роман рассчитываясь за покупку. Довольно уместив в обеих руках лыжи, уже направился к выходу, как его взгляд остановился на витрине для конькобежцев. Хорошенькая девушка в капоре и светлом пуховичке внимательно ветрела в руках конечки.

«Берите, симпатичные! Прямо, как вы. Будете в них Снегурочкой, ну или Белоснежкой! – кинул и скрылся на улицу из дверей супермаркета. Весь день его не покидало игривое настроение. Знакомиться он не собирался – впереди свадьба, чем не повод для знакомств во время веселого застолья?

Пристраивая подарки в машину, размышлял: «Только бы не пришла она, его бывшая… Вероника  вроде приходилась одной из подруг невесте. Но поскольку сам с Аленой не был в близких дружеских отношениях, просить не звать Нику не стал, просто надеялся на чудо, иначе вечер, наверняка будет испорчен, не ума спрашивать не постесняется людей истеричная дама, устроит и там вынос мозга».

***

На регистрацию Морозов прийти не сумел. Необходимо было встретиться с партнерами по бизнесу, специально прилетевшими из столицы, чтобы заключить с его фирмой договор на поставку оборудования для автомобилей и оформить сделку.

«Зато после обеда – гуляй Рома – свобода и безответственность!  Ан нет, совсем оторваться не выйдет. Хотелось молодоженов наглядно порадовать подарками, заодно и гостей впечатлить «догадкой». Не тащить де две пары лыж и ботинок на такси? К тому же их придется, доставлять по какому-то адресу, да хотя бы домой на время, обратно. Кроме того, родители всегда благодарны, когда сын заботиться о них и подвозит на машине. Ну что ж, не моя свадьба, а моя свадьба, но есть моя ответственность…», - размышлял мужчина.

Торжество проходило в светлом со вкусом оформленном кафе. При входе в зал гостей встречал красиво оформленный баннер для фото. Жених с невестой сидели в центре. По периметру зала стояли столы. Рядом с молодоженами – ближайшие родственники, затем дяди, тети. Друзья жениха расположились за одним столом, а подруги невесты за противоположным.

«Надо же, как странно», - подумал Морозов. – «Это кто такую моду ввел? Даже с девчонками не прикадриться… И только один фраерок, как петух приосанился в малиннике. Не знаю его, видимо, друг со стороны невесты. Ну да ладно, ему придется сполна “заплатить” за женское общество, подливая весь вечер соки и вина в бокалы. Эх, хорошо, что не я там сижу все-таки, иначе бы не весело было смотреть трезвяком, как остальные лопают кто водку с колой, кто коньяк, кто “Мартини”».

Но все началось не с напитков, а с танца. Молодожены кружились под звуки вальса. Оба словно тонули друг в друге. А завершился танец нежным поцелуем.

«Да, брателло женится по любви. Молодец, встретил девочку и вскоре позвал под веенец подругу», - разделял радость брата Морозов.

Мама с папой поздравляли молодых душевно. Даже Роман, будучи заядлым холостяком, чуть не прослезился. Отец был хоть и не родным для старшего брата, но сына растил, как своего, ничем не обделяя.

Родители невесты, те вообще расплакались, обнимая дочку. И только Алена, обнимая мужа, сияла от счастья. «Невеста молодец, держится, не разделяя слезы счастья!» - прокомментировал один из рядом сидящих друзей жениха. «Понятен ей нельзя даже плакать с таким количеством мэйкапа» - сострил второй знакомый.

«Алена сама по себе красивая», - посчитал своим долгом пресечь разговоры Рома, вступаясь, словно за брата.

«Да кто бы спорил», - последовал ответ рядом сидящего мужчины. – С макияжем и в платье все красивые!»

Но Роман уже не спорил, поскольку краем глаза заметил, как за стол напротив скользнул знакомый силуэт.

«Ника!» - почти вслух выдохнул Морозов. – «Принесло ее и сюда все-таки».

Словно прочитав его мысли, вновь вошедшая особа, расплывшись в улыбке, ему в знак приветствия подмигнула и тут же стала открыто кокетничать с парнем за их столом, который, как и предполагал Роман, словно работал у девушек на разливе.

При виде бывшей Романа одолели навязчивые мысли и всколыхнулись былые чувства, пропитанные досадой. «И почему он четыре года своей молодости и уйму денег просадил на эту пигалицу?» - залпом глотая апельсиновый фреш из стакана, задался мужчина вопросом.

Однако стоило ему окинуть взглядом «пигалицу», как ответ становился для него прозрачен, как декоративные тонкие шторы на кухонном окне. Длинноногая жгучая брюнетка «сияла» в мини-платье, усыпанном блестками, трясла лоснящимися волосами, и облокотясь на спинку стула единственного за их столом мужчины, то покачивалась в такт музыки на высоченных каблуках ботфортов, демонстрируя гостям все свои прелести, то выхохатывая, извивалась змейкой. Только если раньше все эти штучки задорили Романа, то после некоторых событий и переосмысления жизни, ему было, глядя на все эти выкрутасы, едва ли не противно.

Глава 4

Зимняя встреча

- Уфф… - усаживаясь за руль, выдохнул Мороз. Ему требовалось выпустить пар. Хотелось гнать на скорости под «двести», но правила дорожного движения в городе не позволяли этого делать.

В зеркале отразился салон с двумя парами лыж. «Вот бы сейчас по лесу коньковым ходом припустить! И встряхнуться от всех этих безумных лет и пустых действий, - размышлял Морозов. – С любимой… Только где, она, любимая моя? За каким поворотом по мне скучает? Именно по мне, по моей широкой душе и доброму сердцу, умной голове и мужским рукам, которые все умеют делать – и сильным, и ласковым, сжимая руль крепче, размышлял мужчина. – А не по всем этим нарядным приложениям, типа машинок, шуб, дач и прочих игрушек».

Но лыжи вечером – точно не вариант, - продолжал искать выход эмоциональному напряжению мужчина. – В лесу темно и даже мне, такому сильному и смелому среди сосен и елей станет жутко… Напиться в баре и искать утешение на женских плечах – я че слабак? Не вариант на сегодня! Только сбежал с увеселительной компании… будет не честно менять свадьбу брата на какой-нибудь бар-ресторан. Боулинг, бильярд? Нужна компании – собирать ее не было сил, да и не хотелось. Хотелось побыть одному – дозы стрессового общения на сегодняшний день ему точно хватило. И вдруг в голове всплыла картинка с витриной коньков… «Все, решено, еду на каток – вспомню молодость!»

***

Заехав быстро к родителям на квартиру, выгрузив свадебный подарок, Роман рванул до своего дома. Переодевшись в теплую куртку и удобные брюки, прихватил паспорт – вспомнил, что документ требуется под залог.

Очутившись на катке, Морозов как-то резко почувствовал прилив сил – с идеей точно не прогадал – попрыгал мужчина по твердому льду, стараясь приноровиться к лезвию на пятке – на коньках не стоял лет пятнадцать – со школы, наверно.

«Оо круто! Еще и Бутусов играет – ну прямо все для меня», - довольно отметил Роман, и освоившись с непривычным ощущением в ногах, стал набирать скорость. Разгоняясь, подпевал Бутусову, проскакивал между играющих в стороне катка в хоккей подростков, разгонялся,, пробовал переходить на ход спиной и снова разгонялся… Пока нарезал круги, молодой человек успевал заценить контингент: среди шумных ребячьих компаний выделялись родители, присматривающие на льду за маленькими детьми, редкие держащиеся за руки парочки, три хохочущих девицы с развевающимися по ветру волосами и… о! его взгляд остановился на фигурке в светлом пуховике, быстро скользящая по кругу и вдруг остановившейся под прожектором. «Чудачка» - так мысленно обозначил Роман примеченную девушку, вскинула голову к верху и завороженно за чем-то наблюдала.

«Интересно, что она могла найти в фонаре?» - не понимал Роман, и решил разгадать загадку, продолжая нарезать круги, чуть сбавлял ход возле фигуры. В какой-то момент ему показалось, что она, повернув голову, заметила его внимание. После чего вновь продолжила наблюдать за чем-то вверху интересным. И только под фразу песни «а белый снег падал…» Роман вдруг понял, что девушка так сосредоточенно наблюдает за снегом. «Медитирует что ли? Или как я, «в отключке» и тупо отдыхает?» - продолжал разгадывать самим придуманную загадку мужчина. «Наверное, симпатичная, так мило выглядит – на Снегурочку похожа…»

На очередном круге он решил взглянуть на ее лицо, для этого требовалось проехать между ней и прожектором, и желательно, как бы между прочим, не привлекая к себе внимания, поэтому скорость лучше не снижать. На таких выводах молодой человек повернув в сторону светлой фигурки, вывернул в сторону от неожиданно выскочивших навстречу подростков, но зацепившись лезвием за лезвие чужого конька, пару метров прокружил над землей, пытаясь удержать равновесие на ногах, но не смог удержать и неожиданно для самого себя обрушился на чье-то тело…

Рукой затормозил по льду, отчего в зоне запястья она заныла, как случается при серьезном вывихе.

«Простите…» - произнес Роман, в попытке подняться, но коньки вновь проскользили мимо, ухватиться было не за что. Каково было его удивление, когда он увидел, что подмял ту самую белую фигурку. «Ой, девушка… сейчас я вам помогу», - произнес Роман, сам морщась от боли поврежденной руки. Но девушка не реагировала. Шапка отлетела у нее в сторону. По снегу растрепались светлые волосы, а из носа на снег стекала бардовая струйка… Прямо по белому пуховику.

У Романа вдруг проснулся инстинкт защитника. Но ему не хотелось взять кого бы то ни было на помощь. Да и кого позовешь – этих развеселых ребяток из-за дурачеств которых он сшиб человека?

Осторожно приподняв голову незнакомки, его пронзило ощущение, что он где-то видел ее, но не идентифицировав девушку с кем-то из своих знакомых, отступился от этой мысли.

- Пора, красавица, проснись, - мужчина попытался привезти Снегурочку в чувство. – Но напрасно. Не желая наблюдать, как кровь продолжает струиться и при этом пачкает пуховик, он прикоснулся к нее носу и осторожно слизал струйку. Сам себе поражаясь своей смелости – ведь все происходит на катке среди множества людей, и вдруг кто-то наблюдает со стороны и чего доброго примет его за вампира. Романа с детства отличала богатая фантазия – видимо это было одной из причин его предприимчивости в делах, за какой бы вид бизнеса он ни брался.

Парой ловких движений языком по нежному лицу, и оно стало чистым и оказалось… весьма милым. Роман не удержался и прильнул своими губами к ее приоткрытому рту, оправдывая себя тем, что вдруг человеку требуется искусственное дыхание. Которое он к своим тридцати пяти делать так и не научился, попросту потому что никогда не приходилось.

Глава 5

Снежана словно выпала из реальности. С одной стороны, ее одолевала страшная боль, острая, тугая и ноющая одновременно, будто ей по затылку прошлись тяжелым утюгом, в то же время головокружение плохо позволяло ощущать себя в реальности, не говоря уже о том, чтобы удержаться на ногах. И в то же время ей казалось, что она погрузилась в какой-то красивый романтический сон, из которого не хотела просыпаться. Снег, каток, красивые глаза, бархатный голос, заботливые руки… А может, она стала героиней романа, которых перечитала в своей юности? Так или иначе, Снежана поддалась ситуации, ощущая себя в надежных руках какого-то красивого хлопочущего возле нее мужчины. Просыпаться (или все же выходить из романа?) ей в общем-то и не хотелось, разве что при условии, что эта «мистика» станет реальностью. Но вот станет ли? Срочно хотелось только одного – чтобы прекратилась боль, и голова снова стала свежей, легкой и соображающей, а то даже отвечает она этому незнакомому парню с трудом, да и то, судя по всему, невпопад…

И при всей головной боли, она ощущала блаженство, оказавшись в крепких руках мужчины. Ее впервые нес на руках мужчина! К тому же, это был мужчина, который ей понравился с первого взгляда – что с ней случалось крайне редко!

«Я балдею, я в раю…» - едва слышно произнесла девушка, когда незнакомец аккуратно выгрузил ее на заднее сидение своего вместительного автомобиля.

- Да рано тебе еще в рай! Не вздумай мне тут коньки отбросить! – видимо, переходя на «ты», хотел подбодрить ее мужчина. И добавил: «Я бы с тобой на катке “побалдел”, но нам нужно спешить оказать пострадавшей скорую помощь. Схватив из рук провожавшего их подростка, свой паспорт, который передали мальчугану в обмен на сданные в гардеробе коньки, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в правой руке, Роман ухватился за руль и рванул с парковки. Его «тайота» мчала по городу, обгоняя другие автомобили.

Девушка в салоне притихла – на его вопрос, как зовут ее, последовало молчание. «Может быть, уснула?» - подумал Роман. Решил не тревожить. Хотя внутренне содрогался при мысли о том, что она лежит без сознания. Старался ехать на максимально допустимой скорости. Спустя двадцать минут черная «тайота» резко затормозила на парковке областной травмотологии.

Он уже без слов и вопросов, выскочив из авто, метнулся к задней дверце, осторожно дотронулся до девушки – «какая бледная… ну точно снегурочка или белоснежка…» Тут его осенило, откуда ее лицо казалось знакомым – это ей днем в супермаркете он одобрил покупку оригинальных коньков. «Ну надо же, бывает ведь такое – вот так встреча! Одобрил на свою голову, сшибил девчонку, теперь вот возвращай ее к реальности!» - проносилась череда мыслей в голове Романа, пока он извлекал из машины девушку.

- Я сама пойду. Я ведь, наверно, тяжелая… - сделала попытку устоять на ногах Снежана, прислонившись рукой к дверце автомобиля.

- Да уж не пушинка! – честно признался парень.

- Ну и не нес бы! Никто и не просил! – в голосе девушки прозвучали капризные нотки.

- Так бы сейчас и лежала на льду… - не удержался Рома.

- Если бы не ты, я бы вообще там не лежала! – также перешла на «ты» Снежана.

- Облокачивайся давай на мое левое плечо, и марш до доктора, - скомандовал мужчина, с готовностью присев до роста девушки и подставив локоть, чтобы она могла ухватиться.

Кое-как небольшими шажками они пробрели несколько метров до дверей поликлиники. В холле встретила медсестра и рекомендовала занять очередь и оформить регистрационные бумаги.

- Какая очередь! Какие бумаги! Вы что не видите, человеку реально плохо! У девушки травма, быть может серьезная! Если вам плевать на людей, подумайте о своей «ж…», вы же дорожите небось своей работой! – рявкнул мужчина.

«Блин, а он серьезный мужик», - раз так уверенно решает проблемы» - мелькнула мысль у Снежаны. – Для меня старается надо же. Как мило. Или неужели я действительно столь плоха…»

Повернув голову в сторону медсестры, девушка увидела на перегородке в стене круглое зеркало, откуда на нее выглядывало знакомое лицо. «Ооо…» - застонала при виде своего отражения девушка. «Бледная, а у носа проступала клякса запекшейся крови, и синий полукруг под глазом… Ну просто “красотка”. И почему этот красавчик со мной возится. Глаз он на меня, такую красивую, точно не положил. Видимо, мужика совесть мучает, что снес меня по льду. И раз помогает, значит, он еще и хороший…» - с грустью подумала Снежана.

Между тем Роман, не теряя времени, откуда-то притащил доктора.

- Где потерпевшая? – поинтересовался молодой врач, поправляя очки, съехавшие на кончик носа.

 - Вот, на диванчике. Доктор, прошу вас осмотреть ее вне очереди. Девушка пострадала на катке. Вдруг у нее сотрясение мозга или вообще, какой-нибудь скрытый перелом или вообще кровоизлияние! – настоятельным тоном, едва не переходя на крик, Роман просил вне очереди провести осмотр потерпевшей.

- Успокойтесь, молодой человек, сейчас мы осмотрим вашу жену, - спокойно ответил доктор.

«Что он несет, какую жену», - чуть не поперхнулся Роман, слушая слова молодого врача, который наконец-таки приступил к осмотру пациентки.

Сначала он хотел внести ясность, что с девушкой они практически не знакомы. Но передумал:  жене-то скорее помогут в присутствии мужа, нежели незнакомке.

И вслух кратко добавил:

- Уж будьте так любезны!

- Кстати, как зовут вашу супругу? – последовал вопрос врача, ощупывавшего голову девушки прямо в вестибюле.

Глава 6

Снежана проснулась от навязчиво повторяющейся мелодии звонка на телефоне.

- Мама, привет, у меня все в порядке. Нет, не стоит сегодня ко мне приезжать, меня нет дома. И я компании не смогу составить тебе, выбери сувениры на свой вкус, - силясь придать голосу бодрость, отвечала на расспросы Галины Николаевны Снежана. – Ну какие-какие, да хоть дед мороза со снегурочкой, под Новый год все всему рады.

Говорить матери о том, что попала в больницу, Снежана не решилась, иначе та, сметая все на своем пути, немедленно бы примчала в больницу и переполошила все отделение, и от своей взрослой дочки не отошла не на минуту, пичкая ее фруктами, лекарствами и причитая о несправедливости жизни.

- Мамочка, хороших выходных! Расскажешь потом, что купила.

- Хорошо. А ты, Снеж, вообще где сейчас находишься? – успела задать резонный вопрос мама.

- Как где? Заночевала у Ирины. День рождения праздновать продолжаем, - нашла Снежана.

- Ишь разгулялись. А в магазин с матерью выюраться некогда. Ладно развлекайтесь, - вздохнула в телефон Галина.

- Пока-пока, - поспешила завершить разговор Снежана.

Подруга набирать смс не хотелось, пришлось бы отвечать на расспросы, описывать свои страдания телесные и душевные, а сил на все это вряд ли бы хватило.

Снежанна дотянулась до сумки, отрыла зеркальце. Взглянула на себя и отдернула руку. Вместе привычного миловидного лица на нее смотрела припухшая незнакомка с кроводтеком под глазом сине-бордового оттенка, запекшей ранкой возле верхней губы, с заклееной повязкой переносицей.

В памяти вставали события вчерашнего дня: День рождения, каток, руки незнакомца, «тайота», больница… И глаза. Красивые глубокие глаза с заботой смотрящие на нее. В первые секунды воспоминаний она удлыбнулась своим мыслям. Но тут же спохватилась о полученной травме и своем отражении в зеркале. «О нет-нет-нет, только не это парень видел меня в таком виде»., - чуть не расплакалась Снежана. Она прямо всеми клеточками ощущала до сих пор его крепкие надежные руки… Наконец-таки за много лет ей так понравился мужчина, и к тому же с первого взгляда – а это вообще у нее впервые.

В этот день Снежана, словно робот, следуя предписаниям, ходила на различным диагностическим кабинетам. Думала, уже сообщить родным о своем местонахождении, но все еще решила подождать в надежде на то, что она не задержится в больничных апартаментах.

Приходилось мириться с больничными стенами и пресными кашами. Девушка радовалась тому, что в палате находилась одна, не приходилось с кем-то приживаться, делиться, подноравливаться…  

Женские журналы на подоконнике, по-видимому, оставшиеся в наследство от прежних пациенток, также не задерживали надолго ее внимание. И в свободные минуты, которых вечером оставалось достаточно, можно было просто успокоиться и поразмыслить. «Почему именно с ней случилась эта травма? Вот ее подружки продолжают беззаботно жить и готовиться к Новому году, а она пила меньше всех и снова в катавасию попала… Ответ напрашивался только один: не судьбоносное ли это знакомство?..»

«Ты себя в зеркало видела! Ишь губу раскатала…» - отвечала ей строгим голосом Снежанна Викторовна. «Раскатала-раскатала-раскатала», - выпятив нижнюю губу, поскольку верхнюю прикрывала часть повязки, словно дразня свою внутреннюю строгую родительницу, упрямо  отвечала ей маленькая Снежа.

- Золотова, на выход! К вам пришли! – скомандовал голос проходящей мимо палаты старшей медсестры.

«Как? Я же никого не успела предупредить о том, где нахожусь и что случилось», - размышляла девушка. «Это может быть только один человек… Но я не могу предстать перед ним в таком виде…» - судорожно размышляла Снежана, борясь с отчаянным желанием увидеть иновника своего нахождения в больницу.

Она вдохнула поглубже и направилась к дежурному столу, обратилась к другой сестре, та, которая ей казалась «попроще» с просьбой сообщить навестившему ее гостью, что выйти она не в состоянии, заодно и спросить кто он и чего от нее хочет».

Через пять минут сестра в белом халате постучала в палату Снежаны и протянула девушке пакет мандаринов, на верху которого возвышался плюшевый медвежонок. В лапки игрушки был вмещен маленький бумажный конверт.

Снежана поспешно извлекла конверт – оттуда выглядывал бумажный завиток. В записке выведено «Желаю скорейшего выздоровления! Улыбнись!»

«Спасибочки-спасибочки!»  - пропела девушка, подняв в руках забавного медвежонка и чмокнув его в черный носик, будто это он написал пожелание.

Снежана начала очищать ярко-оранжевый мандарин, и запах цитруса разлился по всей палате, напоминая девушке о приближающемся Новом годе.

«Ах, Новый год… Новый год – остались считанные недели, а я здесь с повязкой на носу…», – вдруг ощутила прилив жалости к себе Снежана. Но тут же взяла себя в руки: «Та, это временно. Скоро я буду здорова, и праздник от меня никуда не уйдет. Не уйдет-то не уйдет, а придет ли и в каком виде? Она ведь только сбежала с увеселительного дня рождения подруги. Снова эти шумные застолья… Да еще по традиции подруги затарятся и завалятся до вечера 1 января у нее… О нет-нет-нет… только не это».

И вглядываясь в вечернюю мглу за окном, освещаемую фонарями, Снежана шепотом прочитала стих, который недавно ей запомнился после нескольких просмотров ролика с Равшаной Курковой:

Все важные фразы должны быть тихими, Все фото с родными всегда нерезкие. Самые странные люди всегда великие, А причины для счастья всегда невеские

Кто ненужных вычеркнул, те свободные, Нужно отпускать, с кем вы слишком разные. Ведь если настроение не новогоднее, Значит, точно не с теми празднуешь.

Глава 7

Роман нарезал круги по просторной прохожей. Его не отпускало прежде не ведомое ему ощущение, что эта «Снегурочка» не напрасно таким странным образом появилась в его судьбе накануне Нового года. Появилась неожиданным образом аж сразу два раза – сначала в магазине, затем на катке. Хороша случайность! И имя у нее необычное.

«Почему она не спустилась, когда я пришел сегодня навестить ее?» - размышлял он. – «Может быть, осталась в обиде за то, что сбил ее, и к Новому году невольно при падении царапинами “украсил”», а может быть как раз-таки этих «царапин» под пластырем стесняется…» - наконец озарило его о причине ее затишья. – Хоть бы смс написала».

«…Интересно, она нашла записку с номером его телефона? Если бы нашла, давно бы уже написала… Надо что-то еще придумать. Поинтереснее, - в глазах мужчины блеснул азарт. - Сразу видно, что штучка эта только с первого взгляда простая, а в целом очень даже загадочная. Одно имя чего стоит! Это ж надо было такое придумать… А может быть, это вообще какой-нибудь ее творческий псевдоним».

«Стоп!» - вслух сказал себе Морозов, вспоминая о том, что с утра завтра встреча с очередными партнерами по бизнесу и надо еще изучить папку с проектными документами. Молодой человек достал папку с полки, но вновь схватился за мобильник:

- Привет, дружище! Выручай! Ты ведь когда-то учился в медицинском колледже.

- Здорово, Ром! Ну да… Захотел пройти курс массажа? – пробасил голос в телефоне.

- Массаж предпочитаю, когда мне женские руки делают! Значит, у тебя есть медицинские халаты, колпаки, что там еще необходимо для прикида.

- Ну да… непонимающе повторил в трубку Борис. – Ты что собрался на корпоративе выступить врачом вместо Дед Мороза?

- Нет, но прикид, правда, нужен. Я к тебе сейчас заеду!

- Давай, я как раз сейчас дома. Помнишь адрес. У меня все тот же. Хотя с размером халата не гарантирую.

- Подлецу – все к лицу! – оборвал приятеля Рома.

Адрес он, конечно, помнил. Сколько раз в молодости они компанией собирались на «хате» у Бориса с веселыми, затягивающимися до утра посиделками. Пока тот потом не ушел в свой бизнес, связанный исключительно с массажами.

Через пятнадцать минут он был уже у друга.

«Привет, Борис!»

«Вот, примеряй костюмчик».

- Штаны точно не подойдут», - сверху вниз смерил взглядом плотного и низкого друга Рома. – «А халат нормуль. О, еще и кепарь докторский есть – беру, вдруг пригодится для полного обмундирования.

- Как видишь, ничего не утаил, приготовился к нашей встрече, - добродушно улыбнулся Боря.

- Оо знакомая гитара, она еще жива, наша подружка, - взял в руки стоявший в углу инструмент Роман и ударил по струнам.

- Гитара в полном порядке. Иногда беру в руки – по настроению.

- Одолжи и ее, Борь.

- Ее с возвращением.

- Конечно.

Глава 8

- Пациентка Золотова, приготовьтесь к приему доктора, - сообщила утром медсестра, разбудив Снежану. – В 10.30 в отделении сегодня дежурит Дмитрий Анатольевич.

Снежана залезла в платье, в котором попала в больницу, поскольку другой одежды у девушки, помимо больничного халата, не было. Взглянув в зеркало, с удовлетворением отметила, что вид у нее уже гораздо лучше – синяки стали бледнее, на щеках появился легкий румянец.

- Здравствуйте, - произнесла девушка.

- Ну что, Снежана Викторовна, оправдались самые хорошие ожидания по поводу Вашего состояния – Все анализы, как у совершенно здорового человека, в порядке и результаты «мрт-исследований» Поэтому у меня нет причин Вас здесь задерживать.

- То есть я могу быть свободна и собираться на выписку?

- Но только завтра. Основной курс нужно «доколоть», чем обезопасить последствия легкого сотрясения мозга.  Завтра с Вас снимут повязку, обработают заживающие ранки на переносице и всего доброго – можем рапрощаться.

- Скажите, а шрама у меня не останется? – с мольбой в глазах уточнила Снежана…

- Будем надеяться на лучшее, - кивнул врач, погружаясь в бумаги.

…После ужина Снежана уже коротала время. Девушке уже не терпелось снять повязку. Увидеть в зеркале себя прежнюю и оказаться в домашних апартаментах девушке уже не терпелось. «Эх, вот мандаринками сегодня не балуют. Конечно, я же даже поблагодарить не удосужилась человека в смске… Ну почему я такая противоречивая!» - досадовала на себя Снежана.

Она притушила свет, оставив на тумбочке настольную лампу, которую ей одолжила для чтения заботливая медсестра, поскольку девушка не могла надеть на переносицу очки, а без них строки при тусклом освещении палаты видела плохо.

Но не успела увлечься книгой, как дверь скрипнула, в палату заглянул мужчина во врачебном халате.

- Привет, как здоровье, - услышала Снежана знакомый голос.

- Включите свет, выключатель от дверей справа, - произнесла она, и тут же пожалела о том, что произнесла просьбу преждевременно. – Во врачебном халате на пороге стоял… Роман, держа в одной руки большой пакет, а в другой гитару.

- Как видишь, я нашел тебя! – довольно сказал мужчина.

- Как видишь, я не готовилась к нашей встрече, – закрыла руками лицо девушка.

- Ну и что. Обстоятельства приняты к расчету. Все в порядке. Ты так и будешь держать меня на пороге? – произнес молодой человек, осторожно и плотно прикрывая дверь изнутри.

- Я здесь не хозяйка… - произнесла Снежана. – Выключи свет.

- Не понял?

- Я хочу надеть платье.

- Оо, это интересно!

- Ну или выходи в коридор. Хотя… заметит тебя персонал и сразу вызовет охрану.

- Вот именно! Поэтому я лучше здесь постою, - и щелкнул выключателем.

Снежана, скинув надоевший халат, нырнула в висевшее на спинке стула платье-тунику, натянула лосины, прошлась расческой по волосам. Хорошо, что она в этом месяце сходила в парикмахерскую и сделала ламинирование ресниц и покраску провей, иначе в темноте наспех мейкап себе точно не наложишь…

- Оо, ну ты прям муза…

- Ага с повязкой на носу, - с горечью вздохнула девушка.

- Снежана – это твое реальное имя?

- Ну, конечно! А ты думал, как меня зовут?

- Я когда в магазине увидел, как ты выбираешь коньки, назвал тебя Снегурочкой или Белоснежкой…

- Очень мило.

- Ты милая, - спокойно и уверенно сказал Морозов.

- Даже с повязкой.

- Даже с ней.

- Мне ее завтра снимут.

- Вот и славно…

- Зато я еще очки иногда надеваю…

- Ты решила меня этим напугать? Я Также свои иногда надеваю…

- В общем тебя не проймешь.

- Неа. Между прочим, я не спорить пришел, а поздравить.

- С чем? С чем ты пришел поздравить меня лежащую в больнице? – с надрывом в голосе вопрошала Снежана. Даже переодевшись, она досадовала, что этот мужчина видит ее в не самом лучшем виде. – С тем, что я тут корячусь. Между прочим, не без твоей помощи я тут оказалась!

- Я знаю, именно поэтому я тут, - спокойно сказал мужчина. – Только я не думал, что ты настолько будешь меня не рада видеть.

- Да не в этом дело… А гитара-то еще зачем?

- Не зачем, а для чего! – оставался невозмутим мужчина.

- Ну для чего?

- Для настроения.

И тут Роман взял свободный деревянный стул, который явно для него был низок, уселся по середине комнаты и тронул струны…

- Тсс, - приложила палец к губам Снежана. – Да меня же выгонят! Впрочем, делай что хочешь, - заключила она, вспомнив о предстоящей выписке.

Мы с тобой шепотом, шепотом
Спрашивали: "Что потом? Что потом будет?"
Шепотом, шепотом не хочу кричать
О том, что друг друга забудем.

Шепотом, шепотом
Спрашивали: "Что потом? Что потом будет?"
Шепотом, шепотом не хочу кричать
О том, что мы разные люди.

Под аккорды тихо, но при этом выразительно Морозов напевал слова новой попсовой песни, которую недавно слышал по телевидению в исполнении Сергея Лазорева.

На этих словах открылась дверь, и в палату ввалилась взвинченная медсестра.

- Что вы делаете? Ах Вы даже не из нашего отделения… - всплеснула женщина руками.

- Тише… шепотом, шепотом… продолжая напевать, жестом призвал к молчанию сотрудницу больницы Морозов. Привстал и извлек из своего пакета бутылку шампанского в подарочной упаковке.

- Давайте все вместе подарим себе и людям праздничное настроение. Еще не поздно. Решение за вами, мадам! – обратился он к медсестре с вопросительными нотками в голосе. Тем временем в двери уже заглядывали любопытные головы.

Глава 9

Утром, не дожидаясь прихода врача, Снежана поспешно умылась, надела тунику и джинсы, прихватила в руки платочек, который обычно носила вместо шарфа и, покинув отделение, направилась по лестницам вниз. Дверь молельной комнаты была открытой. Слышалось церковное пение. В оборудованном под домовую церковь помещении совершался молебен. Взяв свечу и поставив ее перед иконой святого Пантелеимона Целителя, девушка, приобщаясь душой к соборной молитве, просила у Господа помочь, облегчить страдания всех болящих, одиноких, страждущих… Когда батюшка начал читать записки о здравии, при перечислении имен, о которых возносилась молитва, в голове Снежаны проносились имена и лица тех, кто вчера пришел в их палату на новогодний праздник, и особенно тех, кто кото они с Дедом Морозом навестили в других палатах. «Помоги, Господи, Анне. Дай ей здоровья, терпения, любви взаимной и счастья. Счастья всем людям. И мне…», - мысленно вопрошала перед святыми образами Снежанна.

В конце службы батюшка обратился к собравшимся с кратким словом, в котором призвал всех не унывать и уповать в своих трудностях на Бога. Понимать, что все что посылается во благо нам, для исправления жизни, для возрастания духовного, для того, что ожило наше сердце, стало ближе к Богу и ближнему. Призвал, несмотря на собственные страдания, любовью и заботой откликаться на чужую боль. Напомнил также, что, получая просимое, нужно быть благодарными Богу, и уметь всем сердцем разделять с ближними их радость и счастье.

«Трудно со всем этим не согласиться. Особенно после вчерашнего вечера», - размышляла Снежана.

…Перед визитом в процедурный кабинет, она ощущала особый прилив сил. Да, ей по-прежнему нетерпелось освободиться от повязки с переносицы, и надеяться, что шрама не будет. Но уже то, что совсем перестала болеть голова, практически сошли на лице синяки – ее достаточно вдохновляло.

«Уф, на смене появилась другая медсестрв», - с облегчением отметила Снежана – оказаться в руках Алевтины ей почему-то не хотелось.

Татьяна Ивановна – так звали женщину в белом халате – аккуратно сняла повязку, со спокойной улыбкой сказала, что есть не большой след, и поспешила заверить, что он вскоре исчезнет. Обработала переносицу какой-то мазью, и освободив пациентку, рекомендовала ей дожидаться прихода доктора в палате.

Залетев в палату, девушка схватилась за зеркало.

«Мдаа, царапина колоритная. Чуда пока не произошло», но вспоминая, с чем лежат соседи по палатам, тут же подумала, что ее шрамчик – мелочи, к тому же медсестра завериила в скорейшем его исчезновении.

Дверь скрипнула. В палату зашел Дмитрий Анатольевич. Осмотрев пациентку, с довольным видом, сообщил: «Теперь Золотова уже точно готовься на выписку. Сегодня уже свободна. Из тех везунчиков, кто Новый год встречает на свободе, не то, что я на смене».

- Доктор, я хочу залечить царапину, - показала рукой с мольбой в голосе Снежана на свою переносицу.

- Я понимаю, - кивнул доктор. – И достав из кармана блокнот и ручку, что-то написал, вырвал страницу и вручил пациентке.

- Это название мази, она ускорит заживление, - заверил Снежану Дмитрий Анатольевич. – Ну что дальнейшего скорейшего выздоровления! Впредь катайтесь на катке осторожнее и не болейте!

- Спасибо Вам! – успела произнести спешащему в дальнейший обход пациентов доктору Снежана.

Девушка помнила, что Дед Мороз вчера просил ее сообщить о выписке, но не сочла нужным его беспокоить. Во-первых, он мог думать, что ее выпишут через неделю, во-вторых, зачем отвлекать от дел человека – по всей видимости занятого, утром рабочего дня. Она собрала вещи, получила карточку, вызвала такси и самостоятельно спокойно добралась до дома.

Не прошло и трех дней с момента ее отсутствия, когда она отправилась к подруге на день рождения, а было ощущение, что минул целый кусок жизни.

Глава 10

Утром понедельника Роман пытался «залпом» переделать дела, накопившиеся в его фирме, точнее в нескольких – бизнес был многоплановым. Звонки, переговоры, подписи документов, просмотр проектов, подготовленных партнерами к реализации и жаждущих заключения выгодных сделок. Хватался неистово за решение одного вопроса, другого, третьего…

А в глазах все та же Снегурочка, или Русалочка, или Золушка, или Белоснежка… Казалось, этой девушке с честными наивными глазами, светлой улыбкой и длинными волосами подходил каждый из отдельно взятых образов из сказок. Добрых сказок, которых читала ему в детстве мама. И вчера он, облачившись в костюм Деда Мороза, словно добрый волшебник, побывал с ней в сказке. Правда, грустной.

- Капец, сколько в мире боли, бедности, слабости, беззащитности, немощей разных, - делился он с другом Толиком – Анатолием Шустровым за обедом – по совместительству руководителем отдела логистики в его компании.

- Ты чего это вдруг за негатив «зацепился»? – поинтересовался Анатолий.

- Да, пришлось знакомую в травмбольнице навестить, - уклончиво сообщил Морозов. – Нагляделся, мало не показалось.

- Ты в само отделение проник?

- Ну да, у нее выходить нет возможности в гипсе, - нашелся Роман – объяснять всю историю, и тем более с больничным продолжением, куда он попал в халате врача, который сменил потом на кафтан Деда Мороза, ему совсем не хотелось.

Едва успел он «разгрести» к шестнадцати часам большую часть неотложных дел, как сел за руль своей «Тойоты» и помчался по известному маршруту.

Его сердце стучало в так звучащей музыке в машине. «Странно, почему она так и не позвонила… Я не мог ей не понравится»… - размышлял самоуверенный бизнесмен по пути в больницу.

- Добрый день. Я навстречу с Золотовой из сто шестой палаты. Пригласите ее, пожалуйста, - обратился Морозов при входе в поликлинику в регистрационное окошко.

- Золотова… Снежанна Викторовна. Выписана. Сегодня утром. Опоздали, молодой человек. Ищите ее дома.

- Ээ, как опоздал, - недоуменно переспросил Роман. – У нее же сотрясение было, обследование шло, повязка…

- Ничем не могу помочь, молодой человек, - мило улыбнулась администратор.

Морозов оперся на колени, ему вдруг стало как-то не по себе от того, что он потерял это Снегурочку, и теперь неизвестно, сможет ли когда-нибудь снова увидеть. Но сдаваться, даже перед судьбой, было не в его правилах.

- Мне нужен ее адрес, пожалуйста, посмотрите мне в базе данных. В долгу не останусь, - деловито произнес Роман, склоняясь над административным оконцем.

- Простите, помочь ничем не могу. Эта информация конфиденциальная. Ее посетителям не представляем – отчеканила администратор.

- А так? - Морозов положил на стол перед девушкой пятитысячную купюру.

Справившись с секундным замешательством, молодая женщина в окне строго произнесла:

- Уберите немедленно Ваши деньги, иначе мне по должностной инструкции придется вызвать охрану, а там и до полиции недалеко вам будет, - продолжала упорствовать в своей принципиальности администратор.

Морозов не стал дальше выслушивать и связываться и, сунув купюру в карман, в ту же минуту скрылся в дверях больничного выхода.

Размашистым шагом мужчина направился в сторону «Тойоты», приземлился в машину, лавируя по городу без определенного адреса прибытия, что с ним крайне редко случается, в пробках между короткими переездами размышлял, где найти след своей знакомой.

«Таак, можно, конечно, вернуться в больницу и попросить того доктора, который нас тогда принял, помочь с адресатом… Можно напомнить о себе знакомым из структур… Интересно, сохранился ли у меня номер Георгия, он вряд ли мне посодействовать откажет…» - контролируя дорогу левой рукой, простаивая в пробке очередную четверть часа, правой сканировал телефонную книжку в айфоне: «Барамзин, Вишневская, Воронов, Дягелев, Ерофеев… Есть! Майор Георгий Ерофеев – вот, кто мне сейчас нужен…»

Однако не успел Морозов набрать знакомому командиру, как по дороге началось движение и сотовый пришлось отложить… Словно следуя потоку движения, его стали одолевать мысли: «Какой майор… на том ли он телефоне, работает ли еще в органах, ведь прошло порядка десяти лет с их последней встречи…»

Перебарывая свои сомнения, Морозов в свободную минуту все-таки взял мобильник, автоматически открылась вкладка на страницу «в контакте». «Как же я сразу не подумал… Да ее по одному имени найти возможно… Такому необыкновенному. Правда, фамилию вспомнить не могу, да и с таким именем оно и не важно…". Радость от этой мысли его бросила в жар. Запульсировало в висках, он виртуозно вывернул на обочину и, не медля больше не секунду, стал запрашивать в поисковике соцсети девушку с именем «Снежана».

В поиске по городу нашлось пять леди… «Снежанна Снежная…» - какая загадочная страница. Проходит по ссылке. За ледяной синей аватаркой, словно позаимствованной из сказки следует теплая фотография, с которой смотрит миловидная девушка на фото, таким открытым взглядом, которым совсем недавно смотрела него. Таким взглядом, о котором он давно мечтал… Взглядом, по которому уже успел соскучиться. Взглядом, который будто говорил ему, что это он, Морозов, самый лучший на свете мужчина. Взглядом, устремленным только на него одного.

«Телефона нет. Информация интересная, но требует раздумий… Указано место работы: “Миражи” – что бы это может быть – ресторан, какая-то студия… Судя по интересам, она может быть дизайнером. Точно, она что-то упоминала о рисунках и графике. Надо же он ничего о ней не знает, и в то же время Снежана за минуты столь странного и последующего не менее необычного общения в поликлинике ему стала, словно родной человек. И когда успела к душе присоседиться? Давно со мной такого не было», - хмыкнул Морозов. Немного приободрившись, мужчина решил навестить родительский дом – все равно разыскать в полумиллионном городе студию дизайна, наверняка небольшую, потребуется время, тем более, что «поисковик» не выдал вариантов «навскидку».

Глава 11

Вечером в родительской квартире на Романа нахлынули особенные настроения. Мужчине вдруг захотелось сказки.

Он вдруг, как в детстве задумался о том, что в ночь перед Рождеством могут случиться ох какие чудеса. И чего только Гоголь не придумает! Вакула изнывает от любви к Оксане, Чубовой дочери, и собирается к ней сегодня вечером, пока ее отец будет на кутье у дьяка. Нужно лишь помешать его планам. И вот уже в небе Диканьки летает чёрт да ведьма на метле, первый ворует месяц, а вторая собирает звёзды. И наступает такая кромешная тьма, что ни зги не видно.

Перелистывает Роман страницы знакомой повести под треск родительского камина в своей (некогда детской) комнате. Зачитывается про красавицу Оксану, как она вертится перед зеркалом, а у самого все новая знакомая перед глазами.

Морозов дошел в своем чтении до полета за чеверичками. Читает и представляет, сюжет за правду…

Вакула изнывает от любви по Оксане… А он, Роман, по Снежане.

«Вези меня сей же час на себе, слышишь, неси, как птица!

– Куда? – произнес печальный черт.

– В Петембург, прямо к царице!

И кузнец обомлел от страха, чувствуя себя подымающимся на воздух».

Представляет Морозов сказку реальностью, и сам с собой разговаривает: «вот Вакула, бедный кузнец, и на все решается, аж на черте до Петербурга лететь, ради прихоти этой Оксаны… А он, Морозов, что – хуже что ли кузнеца? Да, нет, конечно! Он еще найдет свою “Снежную королеву”, нет, скорее “Снежиночку” или просто Снежанночку… Вот завтра утром встанет и найдет. Перед тем, как дочитать книгу, Роман решил прокрасться на кухню. Свою бравую походку пришлось заменить на цыпочки. Прокрадывался тихо и осторожно, к отцовскому барчику, чтобы как в прежние детские годы, не заметили его шалость. Нет, ругать тридцатидвухлетнего бизнесмена Морозова вряд ли кто будет, и журить тоже, и воспитывать, но чтобы не последовало лишних вопросов, он решил действовать тихо.

Аккуратно открыл знакомую дверцу на шкафчике. Достал несвойственное ему сухое красное. Бренди и коньяком баловаться не хотелось – через несколько часов снова за руль – нужно быть в тонусе. Для создания еще более зимнего настроения добавил палочку корицы, щепотку имбиря, в холодильнике обнаружил лимон и апельсин, яблоко – нарезал овальными ломтиками, все это опустил в вину, перелитое в эмалированную железную кружку. Поставил на плиту – несколько минут и глинтвейн готов… Вообще Морозов был всегда против не только шумных компаний, но и выпивки, сигарет, кальянов. А тут, как говорится, «приспичило» - для зимнего настроения! Нужно было вдохновиться, так сказать, на предстоящие поиски…

Согревая руки о кружки через рукавицы-прихватки, Морозов выходит на балкон – дыхнуть перед сном зимнего воздуха. Живописный все-таки пейзаж открывается взору из окон родительской квартиры – даже ночью, которая в свете луны и отблеске снега не такая уж и темная. Над просторами замерзшей реки, видневшейся вдали за лугами и фабрикой, повисла желтая луна. Небо усыпано звездами… Наверное, именно в такую зимнюю ночь отправился Вакула на поиски чеверичек для Оксаны. Да, отважный кузнец. Попроси у него любимая, он бы также раздобыл ей самые красивые туфельки… Даже если хрустальные… Размышлял он, потягивая горячий напиток на морозном воздухе. «Эй, принц разудалый, найди, сначала свою снежную золушку, пока она совсем не растаяла», - вторил в ответ на его обычно совсем не свойственным морозовской натуре фантазиям внутренний голос привычного критикана и насмешника. И все же романтичное настроение, приправленное глинтвейном и воодушевлением, подаренным от зимнего вечера, победило. Роман, одновременно взбодрившись и расслабившись, вновь направился в сторону своей комнаты, где его ждала книга с недочитанной историей.