Глава 3
Говорят, увидеть хозяина Улья - к удаче. Старый Хрыч, он же Старыч, он же Старый, он же Хрыч, и даже Магарыч, смотря с каким периодом жизни и кругом общения их соотносить, был, в общем-то, склонен согласиться с этим. Увидеть неназываемого и остаться в живых, уже большая удача. А еще бо́льшая удача, по его разумению, вообще не видеть его.
Но как ни странно, несмотря на такую точку зрения, именно он в Крыму являлся на протяжении четырнадцати последних лет бессменным командиром главного ударного отряда, который в свое время был сформирован для охоты на неназываемого. Сформирован после того, как глава стаба, Пулеметчик, потерял подразделение "сборной солянки", состоящей как из регулярных сил, так и наемников, в количестве около пятидесяти человек.
Тогда, те, кто был в курсе откуда растут ноги, уже начали посмеиваться над хитрожопым хозяином Форта Байярд, Давидом, который придумал устроить бизнес по продаже сведений, касательно мест обитания, а точнее неожиданного и непредсказуемого появления скреббера. Но, несмотря на смешки, все же, уже четвертый раз собирали отряд для охоты на него, при поддержке вольнонаемных бойцов. Причем на этот, четвертый раз, "вольных" было в три раза больше, чем представителей гарнизона.
Исходя из того, что предыдущие выезды были холостыми, принеся лишь стандартную добычу свободных рейдов, в дорогу отправились два БМП от города и три БТР, принадлежащие вольным отрядам. Этой техники, и тех даров, которыми владели бойцы рейда, было достаточно, что бы без особых потерь завалить любого элитника со свитой, какие обитали в данном регионе. Супер элита заходила сюда редко, предпочитая харчиться в районе пекла. Поэтому и сведения про появление где-то в западной области, номинально относящейся к Крымскому району, скреббера, были восприняты с долей скепсиса, хотя на первую охоту было выделено три танка, четыре БМП, и два БТР.
Давид в те времена уже имел репутацию человека, который мог добыть любую интересующую информацию за определенное вознаграждение. Правду сказать, предполагаемое место появления скреббера, Пулеметчику он, пока, предоставлял бесплатно. Пока не подтвердится эта информация. На четвертый раз глава стаба предупредил хозяина пригородного спа-отеля, что это крайний случай, когда он выделяет силы по его наводке, у него других дел по горло, что бы гонять бойцов и технику, по каждому эху от чиха неназываемого, которого кроме разведчиков Давида никто так и не увидел.
Давид уверил его, что на этот раз сведения более чем достоверные, так как его поисковики воочию видели как несколько элитников с поспешностью скорого поезда улепетывали от нечто, сверкающего на фоне леса. Поведение для монстров совершенно нехарактерное. В обычной ситуации они скорее, как вороны, были падки на все необычное, воспринимая это приглашение к новому блюду на обед. К тому же один из его бойцов, имеющий дар мониторить пространство на предмет движения больших масс местной фауны, уловил нехарактерные для животных Стикса флюиды, исходящие с той стороны, откуда удирали зараженные. Пулеметчик недоверчиво хмыкнул, покачал головой, и объявил сбор стандартного рейда.
И в этот раз удача, если подразумевать под ней успешный поиск неназываемого, повернулась к ним лицом. Но не всем показала его. Она подмигнула Давиду, снабдив его еще одной статьей обогащения, улыбнулась отряду разведчиков, состоящему из пяти человек, ушедших вперед, и протянула рулон туалетной бумаги Старому Хрычу, мимоходом погладив его по голове. Другие же члены отряда успели насладиться лишь мигом лицезрения той части ее тела, для которой и предназначалась, выданная Старычу, туалетная бумага.
А может быть Старычу стоило благодарить не ее, а Муху, который перед выездом, поменялся с ним флягой с живчиком? Это была как их забава, так и сложившаяся традиция.
Забава заключалась в том, что каждый из них, периодически, менял состав живчика, добавляя в него какой-нибудь новый ингредиент, что бы разнообразить вкусовые качества. Причем эта их, когда-то шутейная затея, превратилась в своего рода хобби, и Муха со Старычем стали довольно популярными поставщиками живчика среди бойцов гарнизона, так как каждый старался усовершенствовать напиток в лучшую, и более приятную для вкусовых рецепторов сторону. Своего рода соревнование, где главными судьями сами они и выступали.
А в традицию это вошло, потому, что пока у каждого из них в рейде была фляга оппонента, с новым рецептом, то возвращались они всегда без единой царапины, в отличие от других случаев. Ерунда? Случайность? Возможно. Но к таким вещам в Улье относились с определенной долей суеверия. Поэтому они всегда старались соблюдать этот ритуал, несмотря на то, что давно уже работали в разных подразделениях города. И когда кто-то из них отправлялся в рейд, то обязательно прибегали к товарищу на обмен продуктом.
Похоже на этот раз Муха превзошел сама себя по всем показателям. С одной стороны, попробовав его настойку, Старый уважительно поджал вниз края губ и отсалютовал ему флягой, а с другой, через несколько часов езды, изредка пригубляя по дороге напиток Мухи, резко почувствовал такое давление в нижней части туловища, отвечающей за вывод отходов из организма, что явственно понял - если срочно не выйти наружу, то наружу, уже из него и без его желания, может выйти кое-что прямо в БМП. Что можно было добавить в живец, что бы организм иммунного, топтавшего просторы Стикса уже второй десяток лет, испытал такие колики, Старыч, обливаясь потом, и с усилием сжимая все внутренние органы в одну судорожную кучу, пообещал себе, обязательно, нежно, и по-дружески, выпытать у Мухи.