Сага об Убийце в Маске: Вокруг драконьего озера

Из дневника Арины Феогус иель Овантроп

Из дневника Арины Феогус иель Овантроп:

Конец весны 1533г.

Чуть севернее и восточнее Кариеспиля. В небольшой уютненькой деревушке на западе Нильфельярда. Одиноко, не совсем чтобы одна, стоит моя с мамой миленькая аккуратненькая хатка. Она стоит в сосновом бору. Моя матушка деревенская знахарка. И к нам часто приходят деревенские и просят у моей матушки помощь. Она помогает всем. Почти всегда помогает.

Моя мать очень удивительный человек. Она говорит, что всю жизнь прожила на окраине деревни. Но я ей не верю. Ей уже почти пятьдесят, а она продолжает прихорашиваться, как при дворе. Она слишком образована и умна для женщины, которая всю жизнь провела в деревне. Ещё заставляет меня учиться тому, чего даже старосты деревни не знают, и вести себя так, как следует ввести себя в книжках про принцесс и принцев. Книги привозит она же. Деревенские мало читать умеют. Иногда мне кажется, что она здесь от кого-то прячется или прячет меня. И ещё я знаю, что она не простая знахарка. Мне кажется, она магичка.

Я же, сколько себя помню, всю жизнь прожила здесь. В хате с краю. Вот я – настоящая магичка. Я могу заставить ручеек в лесу остановиться, вырастить цветок прямо на камне и даже взорвать небольшой сарай. Повезло, что та история хорошо закончилась. А ещё я отлично рисую и пою. В деревне вечерами и люди меня послушать любят.

Зачем я все это записываю? Мама сказала мне, что это поможет правильно формулировать свои мысли. «Это необходимо для взрослой и самостоятельной леди!» Так говорит она. Ухх, из её уст это звучит очень серьезно.

Друзей в деревне у меня немного. Время от времени я общаюсь со всеми хорошо. А местные мальчишки часто дразнятся. Для них я странная, чужачка, дочь ведьмы. Суровый дяденька, что приходил к нам в дом, убедил их, что матушка не ведьма. С девчонками я дружу. Учу их вышивать. Они боятся меня из-за того, что я главная задира на деревне и в уважении у мальчишек. А староста деревни говорит, я самая добрая девочка в мире. Это странно, когда не знаешь, как по-настоящему к тебе относятся.

И ведь они даже не знают, что я умею обращаться драконом.

Глава Первая - 1

Цвета красной меди прямой волос, словно утреннее небо глаза на аккуратном чистом лице. Она весело рассасывала плитку шоколада во рту. А её пальцы беззаботно, повседневно гуляли по шву кресла из кожи бежево-пепельного цвета. И всё на фоне серого интерьера из холодных оттенков и множества стеклянных деталей. Её собеседник на минуту прервал разговор, чтобы ответить по телефону, но его глаза то и дело возвращались к малознакомой девушке. Она представляла для него интерес. Но, замечая это, ей достаточно было чуть посмотреть ему в глаза, как он магическим образом отталкивался от них и разворачивался в другую сторону.

Шоколад полностью растаял у неё на языке. В этот же момент Мартин Лексинтинг положил телефон на стол.

– Итак, мисс Э-не-стей-ша … – по слогам проговорил Мартин.

– Можно Стэйси, – с резвой веселостью поправила она, – Это даже намного лучше звучит, чем Нази или Штазе.

– Мисс Стэйси, – повторился он.

– Да?

– Про того человека, которого вы ищите. Говорят, что он сейчас работает только с одним кланом. Многие так поступают. Сильно упрощает работу. И если Вам так хочется нанять профессионала его полёта, то в первую очередь стоит спрашивать у лидера клана.

– И у какого клана его отпрашивать?

– Этого я Вам точно сказать не могу. Я не интересовался им так, как Вы. Придётся порыскать самостоятельно.

Анастасия поднялась с кресла и, заворачивая с собой оставшиеся плитки шоколада, уже встала вполоборота к выходной двери.

– Разрешите один вопрос, – Мартин заставил её остановиться.

– Да!

Он не смотрел на неё глазами охотника, как раньше, но она боялась приглашения на ужин, обед, на любое совместное времяпровождение от очередного мужчины. Ей это было сейчас совсем ни к чему.

– Почему нужен именно он? Далеко не самый лучший убийца, да и со странностями. Вы же знаете, как его прозвали в наших кругах?

Анастасия кивнула:

– Да. Самаэлем.

Мартин подтвердил ответным кивком:

– Нанимаете его или личные счёты, будьте осторожны. Только он сам про себя знает, что творит. Я рад, что мне повезло не иметь с ним общих дел. Больше ничем помочь Вам не могу, но буду счастлив видеть снова, мисс Стэйси.

Он поклонился и отвернулся от неё, подливая себе виски в бокал. Шепотом по слогам продекламировал: «Э-не-стей-ша»

Анастасия поблагодарила его. В руке вместе с шоколадом, завернутым в фольгу, был сложенный листок.

Вытянутый в длину бар отеля. Сине-оранжевые стены, разбавленные серыми креслами и чёрными стульями. Лампы в люстрах на потолке сегодня светили тускло, позволяя замечательному заведению погрузиться во страсти мрака.

– Прошу, фрау Штазе, – бармен подал ей стакан охлаждённой воды.

– Благодарю. В какой стороне у Вас проволочный телефон?

– В пузыре справа по коридору, – бармен указал за закоулок у дальних столиков.

– Благодарю.

Пузырь – закоулок в баре, находящийся в недосягаемости лишних глаз и ушей, хорошо освещен и оборудован помимо стационарного телефона двумя высокими стульями и узкой стойкой. Белая имитация дневного света и припрятанные роскошные канцелярские принадлежности.

Анастасия положила на стойку шоколад и развернула листок, сняла трубку винтажного телефона, откинула прядь волос перед глазами и набрала номер, указанный Мартином.

На звонок ей ответила женщина с голосом тяжелым, подобно пистолетному выстрелу, но, тем не менее, женственным. Анастасия отвела от себя трубку и посмотрела в неё. Как будто эта женщина могла сквозь телефонную линию достать её силой своей решимости и воли.

– А слушаю!

Даже с отдернутой трубкой голос отчетливо был слышен.

– Ольг…ерид?

Анастасия прочитала по бумажке.

– Ольгерид! Да, я.

– Мне необходимо поговорить с Вами.

– Оу! Заметь, ты уже это делаешь! – нагло воскликнула Ольгерид.

Анастасия была ошеломлена подобной резкостью. Притом так сразу.

«Женщина – пистолетный выстрел» – первое впечатление укреплялось.

– Я хочу спросить о Вашем бывшем муже.

На другой стороне началась продолжительная тихая пауза. Анастасия одной рукой свернула листок и убрала его за пояс на платье.

– О муже…бывшем.

– Я не глухая! – прикрикнула Ольгерид, – Просто ты очень кстати. Я только с ним говорила. Я знаю, где он будет завтра. Если успеешь добраться до Бронкса к…, не знаю, … позвонишь, когда прибудешь!

«И все-таки, до какой же степени наглая»

Глава Первая - 2

«Она прекрасна!»

Так подумал Мартин Лексинтинг, выйдя на балкон из шумного холла. Черное небо над ярким светом прожекторов абсолютно без звезд. Он посмотрел на небо поверх своего бокала.

– Чудесная ночь!

Он проронил это небрежно, как и лёгкий пар изо рта. На улице холодало с приходом темноты.

– Я угадала, что найду Вас здесь. Снова сбегаете от общества?

Блондинка в бежевом платье вышла следом за ним.

– Я не хотел приходить сюда. Честно. Но рок судьбы, мне пришлось. Я только прилетел, а мою квартиру в Излигтоне неожиданно затопило.

– Ох! Вы сожалеете? Я не думаю.

Кокетливый тон. Тающее его отражение в её глазах. Давно знакомая незнакомка.

Мартин, закусив губу, погладил парапет.

– А я думаю, что уже можно заказывать машину. Спускайтесь вниз, я еще побуду под черным небом.

– Вы искусно записались в мои гости. Всё, пошла за автомобилем.

Женщина в платье медленно, но с размахом, словно по подиуму, развернулась и скрылась за исцарапанным стеклом двери и темной шторой.

Мартин Лексинтинг остался один. Все с также полным бокалом.

«И все-таки эта ночь прекрасна!»

Подобно соколу тёмный безымянный силуэт уже склонялся над жертвой. Как только женщина покинула балкон, убийца сорвался вниз и завис верх ногами за головой мужчины. Он вытянул перед Мартином свои ладони. Не успел тот удивиться, убийца свернул жертве шею и аккуратно забрал из рук подкосившегося трупа бокал, а второй рукой поймал бывшего Мартина за воротник.

Стеклянный звон бокала. Вдруг показалось, что балкон осветился теплым ламповым светом. Убийца резко перебросил тело вниз через парапет на кусты и плавно развернулся с недовольным, но предвкушающим выражением лица, ухмыляясь и вытягивая пистолет из потертой тёмно-серой куртки. Но шторка за стеклянными дверями оказалась неподвижна. Он разочарованно отхлебнул вина и вылил остатки на балкон. Кровь уже сильно притекла к голове. Возможно, лицо покраснело от прилива крови. Или посинела от того же на морозе. Убийца не знал и заставил лебёдку поднять его наверх.

Убрав за собой, он простодушно надел наушники и включил музыку. Она играла тихо, будто шёпотом. Инди. Теперь ему остается просто пройти вниз через вечеринку людей, которых он давно не понимает. Никогда не понимал. Растрепанные волосы, мешковатые брюки и изношенная, когда-то чёрная куртка. Хипстер в кругах криминального мира. Но, даже оказавшись среди разодетых стильных светских людей, ему не составило труда не привлечь к себе внимания. Легко быть человеком невидимкой, если сам себя считаешь лишним. Ненужным. Недостойным внимания.

Вернувшись в свою маленькую квартиру, он скинул с себя куртку и небрежно кинул её на вешалку. Наушники с телефоном, на экране которого всплыло непрочитанное уведомление о переводе средств на его личный счет, неуклюже были брошены на тафту. Пистолет выпал из куртки спустя полминуты после небрежного броска. Проходя мимо с кружкой воды, убийца лишь недовольно взглянул на него и прошёл мимо. Оружие осталось брошенным прямо на полу, посреди прихожей.

Раздалась мелодия с плавными переходами, и выключился свет. Включалась игровая консоль. Экран заиграл неестественно синим. Скорее всего отошел шнур. Мужчина развалился на диване и взял подрагивающий контроллер в руки. Картинка стабилизировалась. Началось обновление программного обеспечения. Он выпустил из рук контроллер и снова пошёл на кухню с пустой кружкой. На этот раз уже за чаем. Пока чайник закипал, а листья рассыпного чая пропитывались прохладными каплями воды на дне кружки, убийца с множества мыслей в голове схватился за голову и, крича, стал проталкивать ладонями стену. Причина кричать заключалась только в отсутствии причин не кричать. Грустно. Одиноко. И тошно.

Он налил кипяток в кружку и полез в ящик за крышкой. В этот момент зазвонил телефон. На экране телевизора все ещё обновление консоли, а рядом с самой приставкой лежал еще ни разу не раскрытый диск с новой игрой. С выключенным светом даже в своей собственной квартире наёмник походил на безымянный таинственный чёрный силуэт. Звонили ему редко, поэтому он первым делом взглянул на тафту. Только потом вспомнил про личный «домашний» телефон. Он дешевый мобильник с дальнего угла полки над письменным столом и ответил на звонок и, молча, продержал паузу пару секунд. В это время обдумывал, кто может ему звонить на этот номер.

Довольный и милый женский голосок из динамика телефона мягко заговорил:

– Ал-ло! Вы там?

Он продолжал слушать молча.

– Ам, – воскликнула женщина, – так немного тяжело  с Вами говорить.

– Я здесь.

Обновление закончилось, и на экране открылся консольный интерфейс.

– О, хорошо. Тогда мне необходимо, чтобы Вы нашли одного человека и поставили его на место.

– Кого?

– Да! Для подробностей необходимо встретиться.

– Хорошо. Где? Когда?

«Почему царапины на моем окне так похожи на ту стеклянную дверь?» - подумал он в голове. Убрал руку с окна и жалюзи снова скрыли окно.

Глава Первая - 3

В аэропорту Ставанжера, нефтяной столицы Норвегии, на взлётной полосе произошла посадка самолёта из Лондона. Наёмник в чёрном пальто вышёл из терминала под серое тучное небо. Холодный воздух Норвегии действовал как живительный эфир для мозга убийцы. Постучав тростью по асфальту, он рассеяно осмотрелся по сторонам. Он предполагал, что если кому-то нужен, то его тут встретят.

Он прилетел на дело. Провёз с собой смертоносное оружие. И теперь ему приходилось ждать заказчика. Наёмник сомневался, что она знает, как он выглядит. Но уж ждать его должна была.

– Нет, так нет! – он сел на лавку и достал телефон. Время было близко к двенадцати дня.

Откинувшись назад, наёмник закатил глаза и задремал. Какое ему дело до того, как и кто его эксплуатирует. Главное, что сейчас ничего не тревожит. Спокойствие.

Спокойствие было прервано звонким голоском милой солнечной девушки. Анастасия разбудила его, когда стала уверена, что этот наёмник и есть тот, кого искала. Она держала руку у его шеи, но когда он открыл глаза, быстро убрала её и отступила назад на шаг. Стоять перед лицом убийцы для неё было неловко и неприятно. И она увидела всё до мурашек неприятное ей в его взгляде. Холод. Смерть. Жажда. Скука. Безмятежность. Холодная безмятежность. Но, поймав её лицо, взгляд теплился. Убийца даже улыбнулся глазами, будто слегка прищурился от яркого солнца.

– С Вами будет приятно работать, – он заметил, что впервые за долгое время сказал что-то не нейтральное, – И грустно.

Она не казалась ему такой холодной и суровой, как женщины в кругах его обитания. И его чутка расстраивало, что такому человеку необходимо нанимать наёмного убийцу, чтобы решить свои проблемы.

Она не светилась, но выделялась на фоне пасмурного мрачного неба.

– Это грустно, – сказал он сам себе.

– Что грустно? – переспросила Анастасия, решив, что вопрос все-таки был адресован ей.

– Хотелось бы побольше узнать о цели. Мне понадобится необходимая подготовка.

Убийца снова вернулся к своему холодному профессиональному тону.

Анастасия немного растерялась и быстро проговорила про то, что она не единственный заказчик и для обсуждения всех условий необходимо встретиться со всеми, а её послали встретить его.

– И я должен со всеми ими встречаться на неком совещании. Глупо у вашей компании делаются дела. Но вы, похоже, дилетанты. И сколько вас? Соучредителей этого предприятия?

– Трое. Всего трое. И Вы предупредили свой клан, что я наняла Вас?

– У меня в ближайшие дни отпуск. Веди! – все так же равнодушно, – Но в следующий раз обговаривайте всё заранее, чтобы я смог сразу выполнить свою работу и со спокойной душой уйти.

– Со спокойной душой? – тихо съязвила Анастасия.

– Что ты имеешь в виду?

Она, молча, повела его к припаркованному автомобилю. Это был лёгкий внедорожный багги. Наёмник немного удивился, но ему было всё ровно, на чем его повезут. Просто заметил для себя, эта поездка может быть не совсем предсказуемой. Он закинул за спинку сидения свою полупустую деловую сумку.

Анастасия неуверенно завела двигатель и тронулась с места. Он сидел в пальто и смотрел на неё, девушку, которая легко оделась для поездки на таком транспорте в прохладную погоду. Кеды, джинсы и красная курточка. Он думал поинтересоваться, не холодно ли ей. Но решил, что какое ему до этого дело. Если она так оделась, значит не холодно.

– У тебя трость. Но ты не хромой. Верно? – заметила Анастасия.

Наёмник поднял в руке трость. У неё слишком современный дизайн, но с виду обычная модная трость.

– Это оружие?

– Просто трость, – сухо ответил наёмник.

– Ага! – ответила девушка, не поворачивая голову.

– Я немного неловко вожу. Сейчас, правда, лучше, чем когда я только взяла этот автомобиль. По городу все равно боюсь ездить.

Наёмник продолжал сидеть, не проронив ни слова. Анастасия недовольно посмотрела на своего пассажира. Мрачный тип. И это его она искала так долго. Почти около года, если еще взять период на подготовку и адаптацию в незнакомом мире. Хотя, в принципе, таким она его невольно представляла. Мрачным, боевым, страшным и немного потерянным. Такой она представляла участь хранителя на Земле.

– Как у тебя с книгами? Фильмами? Видеоиграми, возможно?

– Это имеет отношении к делу?

– Стараюсь вести беседу.

– Это лишнее.

– Ладно, это имеет косвенное отношение к делу.

– Вполне сойду за краткий справочник, – ответил наёмник.

Он вопрошающе посмотрел на неё, но не увидел ни глаз, ни выражения лица, ничего чего бы хотел увидеть. Лицо девушки закрывали локоны волос, пока она, не отрываясь от дороги, вела свое багги. Только кончик носа выделялся на её профиле. Это было бы еще более красиво, будь её профиль чёрным силуэтом на белом фоне. Или горящим пятном на синем холодном льду.

Глава Первая - 4

Анастасия держала его крепко. Он, сообразив, что падение вышло безопасным, силой попытался оттолкнуть её, обезвредить, убить, если понадобится. Но ему не дали. Он вывалился в светлой каменистой местности, обнятый прелестной девушкой. Солнечные лучи беспощадно ударили сверху. Но так мило и тепло. Будто добрее.

Над ними стоял мужчина. Нескладный из себя, но облитый лучами мягкого солнца.

Девушка что-то резко невпопад рявкнула, что наёмнику не удалось понять, и только после этого отпустила. Он резко вскочил на ноги, а неизвестный мужчина, распрощавшись на незнакомом языке с Анастасией, удалился, раскрыв перед собой портал, намного спокойнее, чем то «окно», в которое она прыгнула с убийцей.

– Ты что…? – он не смог договорить. Его живот круто скрутило, а голова стала подобно наковальне, болеть от тяжелых ударов крови, что гоняет сердце.

– Спокойно. Спокойно.

Анастасия осторожно приближалась к нему, стараясь быть готовой к любой его реакции. Наемник оттолкнул её в сторону, согнулся, и его вырвало.

– Так. Не шевелись!

Она наскоком подскочила к нему, пока он был в согнутом состоянии и схватила обоими руками его за голову.

– Все в порядке. Мозг цел.

–Уверена?

Он поднял трость и направил на неё. У самой рукояти выпирала тонкая изящная защелка. Она служила и стоппером и предохранителем одновременно.

– Не стоит.

Его вырвало еще раз.

– Я же говорила, что тебе будет хуже. Лучше бы поел со мной.

Наемник вытер рот об рукав своего пальто, сразу достал из сумки пистолет.

– Слишком много экспозиции. Такой книги, как «Закат Империи» не существует?

– Она существует, это историческое сочинение.

– Замечательно. И что дальше в твоем плане? Кого я должен найти, убить? Сколько мне за это заплатят?

– Давай сразу, я тебе врать не буду.

– Конечно.

Дуло пистолета уже смотрела на её талию.

– Нет. Я добровольно врать тебе не буду.

Пистолет раскалился, и наёмник выбросил его себе под ноги. Оружие расплавилось и стало непригодно.

– Я не лгала практически с самого начала. Королевству Ривендону нужно найти пропавшую наследницу престола. Сейчас эта проблема остра, как никогда ранее. Убивать её не нужно. Это твоя единственная задача.

– Причём здесь я?

– Ты, как ни странно, потомок Хранителя в Маске. В тебе есть толика той крови, которая имеет связь с королевской кровью. Чувствуешь, как местный воздух наполняет твои легкие, заставляя их подниматься выше, как гелий. По крови ты и сможешь её найти. Другие способы, даже магические, как уже понял, не помогают в случае с ней.

Краткое воспоминание. Еще с самого детства на медосмотрах и рентгеновских снимках врачи замечали необычное строение его внутреннего мира. Сложные легкие, дополнительные хорды. Уплотненные стенки сосудов. Более разветвленная нервная система. Ссылались то на мутации, то на редкий вид атавизма. Позже частные клиники вообще не обращали на это внимания. Главное здоров и платит деньги.

– Как ты нашла меня?

– Стоило задать этот вопрос раньше. Предположения, сводки, анализы, новости, догадки, следы. В конце концов твой номер мне дала…

– Дала? Ясно. И что дальше?

– В любом случае это было нелегко. Зато какое было облегчение, когда я увидела тебя. По твоей ауре и крови уж точно было понятно, что ты хранитель. Хоть и облегченная версия.

– Черт тебя возьми, – закричал он, – С чего ты вообще взяла, что я этот ваш хранитель?

– Я видела частичку будущего и знаки, где тебя искать. Убедительно?

– Не очень…

– Что ж, тот, кто мне это показал, был намного убедительнее.

За диалог он успел собраться с мыслями, осознать, принять новые условия и успокоить головную боль. Не было сожаления, что его выдернули в незнакомое место. Те чудеса, которые она вытворяет, заставили его поверить в иной мир. А если даже это фокусы, то такой продуманный план нарушить сходу все равно не выйдет. Да и зачем кому-то так тратиться на фокусы ради одного наёмного убийцы. Неизвестный мир, новые сложности, невозможность что-либо предугадать или распланировать, заказ остался прежним. Раз уж апатия привела его сюда, то почему сейчас его должно это сильно беспокоить. С такой мыслью он пошел послушно за новой знакомой. Благодаря таким мыслям он тут и оказался.

Скалистые холмы окружали их, а за ними скрывался сосновый бор. Красивый чистый лес. Свежий, очень легкий по ощущениям воздух. Это даже радовало. Проведя некоторое время у фьордов, оказаться в местности, похожей на Алтай. Замечательно. И слух улавливал рядом бег небольшой речушки. И незнакомка вела его вдоль этой речушки.

Из дневника Арины Феогус иель Овантроп

Из дневника Арины Феогус иель Овантроп:

Вторая неделя лета 1537г.

На деревню напали. По ней разгуливает шайка одичалых людей. Они очень высокие и носят темные латы. Они что-то или кого-то ищут. Они разрушают дома, стайки и всё, что попадается им на глаза. Людей осматривают всех, независимо от пола и возраста. Мама приказала мне спрятаться, а сама ушла помогать деревенским. Стучатся в дверь!    Это мама.

Они убили её. Они убили мою мать. Она учила меня, никогда не плакать, но я не могу. Когда она вернулась вся в грязи и саже, то приказала бежать отсюда. Бежать далеко. Я упрямилась и не захотела слушать. Тогда из сосен вышли эти черные варвары. Они шли, а по их мечам медленно стекала кровь. Кровь моих друзей и знакомых. Хулиганов, дураков и грубианов.

Моя мать была уже без сил. Я затащила её в хату, а сама выбежала на улицу и обратилась большой сильной и очень разозленной драконихой.

Ублюдки быстро переговорили между собой на непонятном мне наречии. Хотя наречий я знаю немало. Решив, что я легкая добыча для них, они набросились на меня. Я слышала от драконов много проку на рынке. Я дыхнула огнем на них, но толку только от этого не было. Варвары огня даже не заметили из-за своего безумного состояния. Но стоит заметить, у них была плотная плоть. Они шли и падали, только когда сгорали их ноги. Я невольно попятилась назад. Тут за их спинами показался огромный чудовищный рыцарь в черных доспехах. Он был как два человека и больше в высоту, а его уверенный шаг наводил ужас на меня. Я невольно запаниковала. Рыцарь замахнулся и плашмя ударил меня по лапам. Я упала на землю, но успела куснуть его за ногу.

Не знаю, чему было больнее, моим зубам или его ноге, но вмятина на его доспехе осталась знатная. Он присел, опиравшись на свой огромный, как ствол дерева, меч. Мелкие по сравнению с нами двумя людишки окружили меня по бокам. Я прижала лапой к земле одного, второго оттолкнула крылом. Но я не заметила, как резво раненный великан изловчился и уже оказался позади мня. Он подкрался ко мне сзади и схватил за хвост раскаленными перчатками. Чешуя на хвосте стала трескаться, а раскаленный металл оставлять ожоги. Подбежали другие дикари, что продолжали дожигать деревню, поэтому задержались в ней чуть дольше. Целая армия. Я громко закричала от боли, чудовищный рыцарь напрягся и бросил меня в сосны.

А потом дом затрещал и разорвался на мелкие щепки. Они разлетелись, сопровождаемые ярким светом, и сильно повредили темным варварам, царапая их и втыкаясь в само тело. Куда они попадали, оставались темно-алые пятна и алые царапины.

Моя матушка сидела в центре света, подняла руки вверх, и весь свет поглотила образовавшаяся над ней гравитационная дыра. Она поглотила свет, щепки, всех раненных и погнула сосновый бор. Один из поглощенных дырой дикарей изловчился и бросил в неё свой уродливый меч прежде, чем исчезнуть. Спаслись только те, кого взрывом отбросило в сосенки. Среди них оказался и хромой рыцарь в испорченных черных доспехах.

Когда дыра закрылась и исчезла, я сбросила драконье обличие и подбежала к маме. Она была еще жива. Её прибило к земле большим варварским мечом из темной стали.

Перед смертью она сказала, мне нужно бежать. Бежать, пока прочь и не останавливаться, пока не смогу схорониться где-нибудь. Бежать пока совсем не окажется сил. И только в самом крайнем случае, когда все остальное окажется тщетно, заявится на порог Кодденского замка.

Я похоронила её в бору, расчистила опушку и облагородила цветами. Конечно не без помощи магии.

Меч я оставила себе, сжав его форму до удобных мне размеров. Никогда раньше не видела и не слышала ничего подобного. Но, благодаря матушке, могу только предположить, что дикари могли прийти с окраин пустыни Стир. С долины Стирских кочевников далеко на востоке. И меч выковали там же.

Я верну его этим подонкам. Обязательно верну. Рано или поздно.

Глава Вторая - 1

Корсут устал и желал поскорее заснуть, но сколько бы времени он не отсчитал, уснуть у него так и не получалось. Двадцать минут. Тридцать. Час. Два. Четыре с половиной. Стараясь меньше ворочиться, не думать о пище, следить глазами за звездами и тихим пламенем. И совсем скоро начало светать. Наёмник упал на правый бок. Над его головой уже подсыхала одежда. А прямо перед лицом на расстоянии вытянутой руки из наколдованного Настенсисс спального мешка вываливались волосы чародейки. Как и трава, они умудрились покрыться не тонким слоем инея. Наёмник смотрел на это безобразие, лениво вытянул руку и снял иней.

Он вылез из своего спального мешка, двух сшитых меж собою плотных одеял. Тихо догорал огонь, не слишком-то торопился рассвет. От голода у Корсута сводило живот. Он попытался спокойно посидеть у костра, позабыв о голоде. Даже ради этого нарвал веток у ближайших кустов. Положил их рядом сушиться. Снял свою одежду, которая уже высохла, но осталась холодной, и в течение нескольких минут прогревал её над огнём. После чего переоделся из халата в теплые сухие вещи, а всю ночь стоявшие палки кинул в костёр. Тот начал заигрывать с новым топливом.

Корсут то тыкал ветками в огонь, то временами посматривал на спящую чародейку. Она спрятала лицо, и было видно только выглядывающую кисть, макушку головы и разбросанные волосы. Она сама могла спокойно телепортироваться и отночевать в более пригожем месте, в том же замке. Но вместо этого осталась вместе с ним, следить и поддерживать. Корсут подумал об огне, потёр руки и словно утюжком убрал с её волос новый иней и заправил их в мешок.

Поторопился. Девушка шевельнулась, убрала руку под мешок, один глаз как будто приоткрылся. Он посмотрел ей прямо в лицо. Чистое, спящее, приятное. В прохладном ночном освещении костра и звездного неба совсем не было видно лёгких веснушек, легких следов от будущих морщинок в уголках губ и глаз и мелких трещинок на губах. Все гладко, как с масляной картины.

Периферийным зрением убийца заметил быстрое движение. Обитатели этих мест проснулись и начали свою раннюю жизнь. Корсут резво, как по инстинктам голодного хищника, поднялся в полный рост, поднял свою трость и переступил через спальный мешок девушки. Он уже бежал тихой рысцой вслед за зверьком. Остановившись неподалеку, начал наблюдать за дичью.

Маленький, длинный, похожий на хорька зверек поднялся на задние лапки, опустил вниз ветку кустарника и сгрыз на ней все почки. После принялся за другую ветку. Убийца поднял руку с тростью, прицелился в жертву отравленным патроном и выстрелил. Неземной хорек упал на месте, ветка, что он держал в своих маленьких лапках отпружинила вверх и задергалась. Зверек подскочил и бросился наутёк. Корсут промазал и только напугал дичь. Но он увидел, что на самом верху почек уже не было, а наливались соком ягоды. Местные грызуны не доставали до них, и ягоды могли спокойно расти и спеть.

Наёмник попробовал одну, она оказалась только слегка кислой. И он вдоволь насобирал этих ягод. Выложил их на свой спальный мешок и начал медленно жевать, считая их признаком своего поражения. Пистолет в трости не ружье, но за промах было обидно. Вскоре проснулась Настенсисс. Сначала из-под спальника выказалась левая, потом правая рука, а через полминуты открылись глаза. Корсут медленно вел ягоды к своему рту, не отрывая глаз от неё. Часа два уже как рассвело, теперь все было видно. Как она неуклюже поднималась, не замечая взгляда наёмника, потягивалась. Её халат был больше похож на комбинезон. Такой же махровый. А волосы неаккуратно торчали в разные стороны. Это был нелепый вид. Она стала тихо тихо нашептывать себе под нос, и только заметила, как Корсут на неё смотрит, так сразу лицо и волосы приняли аккуратную ухоженную форму. Заплелись в косы и изящно переплелись на голове. Ресницы подправлены, веки аккуратно подчеркнуты. Снова перед ним была самая настоящая чародейка, которая, как он успел заметить, уже сидела не на своем спальном мешке, а на коврике. Корсут протянул ей горстку ягод, она с недоверием посмотрела на них, но разглядев, охотно взяла.

– Доброе утро! – неожиданно для себя сказал наёмник.

– Доброе?

– Вполне.

Дальше они молчали и угощались ягодами. Делали это, не торопясь, церемонно, и никто не запачкался.

– Нам нужно к Драконьему морю на юг. Там вдоль берега доскачем до Коддена. Деревню здесь поблизости, уверена, найдём. А там все пойдёт гладко.

Корсут слушал, отвернувшись от неё, пока та переодевалась. Она убрала все, что было наколдовано, а он затушил костёр. На месте стоянки осталось совсем мало следов их пребывания. Они вышли на свою дорогу. Корсут то и дело придерживал губы, чтобы не зевать часто, и слишком долго моргал. Усталость брало свое, но даже сейчас он сомневался, что смог бы уснуть.

– Ты не спал всю ночь?

– Немного.

– Погоди тогда, выйдем на тракт, там сможем найти транспорт.

Они вышли на тракт, и убийца через несколько пройденных минут заметил глубокие следы от повозки. Они появились внезапно, будто что-то тяжелое упало на повозку сверху и осталось там. Эти следы несильно виляли, но вдали поднимался слабый белый дым. Чародейка, учуяв запах горелого, напряглась и стала неуверенной. Но все же они ускорили шаг. Когда показался сам источник дыма, тлеющая крытая повозка, Корсут перешел на бег. Про себя пожалел, что чародейка уничтожила его пистолет.

Он остановился в нескольких шагах от повозки. Открытого и сильного пламени не было. Только серые остывающие места на дереве. Одно колесо откатилось в сторону и обгорело полностью. Лошади, видно, давно уже разбежались. А сама повозка была найдена ими в сильно потрепанном состоянии. Подгоревшая, но не загоревшаяся крыша была разломана в щепки. Предположение о сильном ударе сверху подтверждалось.

Глава Вторая - 2

Дома у старосты уже начинались вторые сутки, как заседала небольшая банда. Начался урожайное время года, когда уже пора начинать готовится к сборке урожая, а потом подготавливаться к осени и зиме. Но, не дойдя до ближайшего постоялого двора или корчмы, атаман, главарь шайки разместил здесь своих ребят. Не желая зла деревенским и хозяевам дома, они попросту паразитировали у них, объедая их и ведя разгульный отдых. Атаман то и дело кормил старшого деревни завтраками, мол «брат, не обичай, я всего неподолгу побучу здеся и укочу, куда понесут вётры, олей?» Старосте просто некуда было деваться. Он давал разгульное свое согласие на все, ведь без особых намёков дружественное приветствие, с которым они вошли, расположило его к ним безоговорочно.

Седой мужчина с щетиной и огромными руками пинком отпер закрытую дверь посреди поздней ночи, а после еще трое мужчин, паренек и девчонка в черном платье, полностью покрытым длинными узелками, напросились к нему на постой. Все голодные до жути в глазах, при оружии и конях. При деньгах. Страх и жажда денег встали перед старостой. Но бандиты и половины не доплачивали за постой. Но и не разграбляли саму деревню.

Атаман играл в кости с одним из своих собратьев, чьи зубы давно нашли постой у дешевых таверн, а тесак все же лучше рубил мясо, чем броню. Но на руках этого человека не найти было ни одного живого места, разбитые казанки, кривые пальцы. Его жилистые плечи при каждом движении играли каждой связкой мышц в отдельности. Но он проигрывал атаману и грыз ногти, иссушая свой кошелек.

Когда дверь отворилась, а в проходе показались два силуэта, женщину приметили сразу, кто-то даже присвистнул, а пожилой седой великан, разглядев цвет её волос, лишь фыркнул и поближе к себе переложил поварской нож хозяйки. Атаман же засуетился, когда за девушкой вошёл тёмноволосый мужчина в плаще, уверенно расправив плечи, держа руку на бедре. Бандит взглядом за три стука пальцев пересчитал всех своих людей на виду. Все были на месте, кроме одного бойца с девушкой. Как вульгарно. А паренек спал, упав с печи. Ну что ж.

Девушка заговорила первой. Она не ожидала увидеть столько народу, но смогла сразу же обратиться к старосте. Не путая порядочного человека с дорожной шушорой. По крайней мере он был более скромно одет и не выглядел, как она сама со своим путником.

– Нам бы немного еды и двух лошадей.

Она говорила с профессиональной уверенностью, но лицо неуверенность выдавало. Заметно было всем, что ей не по себе. Хотя сейчас не только атаман обратили внимание на строгого уверенного мужчину, чьи глаза не попадали под свет деревенской масляной лампады.

– Нету ни того, ни другого. – Заявил староста.

Девушка осмотрелась вокруг и была вынуждена с ним согласиться. Им самим не особо хватало. А хитрить и юлить сейчас было бы некстати.

– Может подскажите, где этого в достатке?

– А я кокой в…?

– Совсем нет?

Старшой деревни засомневался. Он покрутил медное кольцо на своей деревянной кружке.

– Ну, есь токо…

Атаман смачно плюнул на пол густой слюной. Она туго скатывалась с губы.

– Слух, хозяйка, неси пролить глотку. Моя кружка совсем порожняя.

Хозяйка вмиг вышла из своей комнаты и вынула из подвала бочонок с компотом. То немногое спиртное, что было у них, закончилось, а новую брагу только только поставили.

– Твой компот – это чудо! – весело заметил атаман и ножом проткнул бочонок. – Деревенское, правда.

Тёмный мужчина, что пришёл с рыжеволосой девушкой, не стесняясь, прошелся от двери по зале и уселся рядом с седым. Пока его спутница все равно вела беседу о том, куда податься и за чем. Седой бросил грызть сухие бобы и через плечо покосился на него. Тот посмотрел в ответ, приметил нож у правой руки силача. После отвернулся обратно по направлению к спящему на полу пареньку. А седой недоверчиво продолжил грызть бобы, оставив правую руку на столе.

– Уди! Я толковать с ним буду. – Атаман согнал седого с места, тот собрал свои бобы и поднялся. Когда они встали рядом, атаман показался миниатюрным человеком на фоне своего собрата. Но он смело занял его место, откинул широкие полы куртки назад, по-молодецки перекинул ноги через скамью и продолжил потягивать компот из щели в бочонке.

Он смотрел на профиль мужчины и гнездо из волос на его голове.

– Ты чудной какой! С выпелками якшаешься?

Его собеседник никак не ответил. Только непонимающе, но устремленно посмотрел на собеседника. Атаман увидел его лицо. Тёмно-серые глаза, но это была лишь игра света. И что-то родное в образе.

– А ведь мы с тобой одной воды тесто. Я что-то в этом понимаю, ты не далекий мне по нраву человек.

Атаман щелкнул по полям своей шляпы, из-под неё на лицо вывалился светлый локон волос. Он дунул в него и, недолго думая, схватил нож у края стола и отрезал его, чтобы не мешался глазам и не чесал нос. После чего намотал этот клочок волос на палец. На его тонкий палец хватило на два оборота.

– Это неудачный для нас вариант. Не легко и не быстро. – девушка почти закончила разговор под любопытные взгляды окружающих. Всех она интересовала по-разному.

Глава Вторая - 3

Tidat mito torkaita, s`hi.

Светлый свет, тускловат, но бьёт по глазам. При попытке открыть их началось жжение. И совершенно невозможно отвернуться.

Tidat mito torkaita…

Пахнет жареной картошкой. Сверху немного кориандра. Все мысли о еде. Выползли старые воспоминания из детства. Там радостно было встречать утро, глядя в открытое окно, пока жарится картошка. С яйцом.

S`hi…Проснись,

– Гоова лакаваеса. Яык не щувщую.

– Хоро… no. Kaink pien.

Снова темнота и покой. Даже свет стал не таким приставучим.

Корсут открыл глаза. В воздухе все еще пахло едким приторным запахом. Он вспомнил, как чародейка вливала в него свою отраву и жарила и без того проваренный мозг. Сейчас она сидела напротив за туалетным столиком, где разбирала свои пробирки по местам, вычищала с них травы, сушила их и убирала обратно в свои свертки. Наёмник поднял голову, чтобы лучше видеть, что она делает. Она заметила, что он проснулся, и поздоровалась с ним.

– Доброго дня. Корсут.

– Доброго, Виенна.

– Виенна?

Убийца обратил внимание на свой говор. Непривычный для него, но уже хорошо известный.

– О боже, если у вас всему так обучаются, как вы еще не вымерли.

– Меня никто из людей не зовет Виенной. – девушка до сих пор была удивленна.

– Твоя отрава. Как часто её можно употреблять? Научишь готовить.

– Нет, ты назвал меня Виенной! По второму имени. Почему? – она убрала все свертки к себе в пояс, заставила стекляшки на туалетном столике и сам столик раствориться и левой рукой поймала прядь опущенных волос.

– Потому что очень приятное слово. Звучит. На этом наречии просто прекрасно. – Корсут, не спеша, поднялся с кровати и попытался ровно сидеть.

– Но все равно у тебя пока ужасный акцент. Однако для местных это сойдет и за Хильсфуртский акцент. Да вполне, если добавишь грации и вычурности в голос.

– О, Аесторнский сведущий, ты пьян!

– Неправда!

– Ага! Но, спасибо, что выгнал того мужлана. – чародейка быстро засуетилась, забегала по маленькой комнатушке, вокруг неё стали появляться разные мебель и алхимическая утварь. – Сейчас мы научим тебе говорить.

– Языку чтоль?

– Ага.

– Откуда это всё здесь берётся?

– Я создаю осязаемые иллюзии.

– Как это? – Корсут упал на стул, что наколдовала Настенсисс.

– Сейчас. Сейчас. – она доставала из тонкой поясной сумки свертки с разными ингредиентами. Пряные запахи наполнили комнату. – Охх, давно я этого не делала. Но это не должно быть сложно.

Она подняла со столика пробирки две, запихала прутья в одну пробирку, а листву в другую. Гранулы голубого вещества растолкла и засыпала им листья. Закинула два пера, и пока томились на огне прутья, она заливала крепкой настойкой свою кашицу.

– Твои мозги сейчас в очень благоприятном состоянии для этого процесса. Они сейчас мягкие и жидкие. Их так потрепало, что вмешательства они почти не почувствуют. Но это далеко не означает, что тебе не будет больно. Честно! Это будет ужасно.

Наёмник не проронил ни слова. Он был уже в достаточно облегченном состоянии, чтобы совсем не обращать внимания на её угрозы. А чародейка в это время взяла прутик, перекрутила его и затолкала на донышко бутылька. Как пружинка, он держался у стенок сосуда. Сверху залила его тёмно-лиловой жижой из второй пробирки и свернула в пружинку еще пару прутиков. Теперь вся гуща была зафиксирована, а чародейка подлила едкой настойки. Пряные запахи давно сменились на жгучие сладкие запахи, отдаленно напоминающие больничные лекарства.

– Садись на кровать, спиной вплотную к стене у изголовья, положи подушку.

Наёмник фыркнул и быстро занял указанное место. Настенсисс вместе с ним села на кровать, на его вытянутые ноги.

– Надо было снять сапоги, но уже поздно. Не дергайся, будет больно.

Она прикоснулась к его подбородку, оттянула его на себя и влила содержимое бутылька в его горло. Корсута потянуло блевать, и он чуть не раскашлялся. Жижа была настолько вяжущей и приторной, что просто невозможно было ни сказать ни слова. Даже вздохнуть не получалось нормально. Чародейка сразу же напихала ему в рот листьев свежей травы, очень похожей на мяту по вкусу.

– Я не понимаю, для чего все это? – внятно заговорил Корсут с «мятой» во рту. Он будто в раз протрезвел. Каждая деталь в комнате стала видна ему, и никакая мысль не ускользала из головы. Одна накладывалась на другую, складываясь в логическую мозаику, которую, казалось, можно потрогать. – Что это?