Самоучитель разведчика.Книга первая. Дело о пропавшем гноме

1

Офис «Донован & Ко» располагался на втором этаже старого дома из серого камня, который когда-то был складом, потом – ночлежкой для гномов шахтёров, а теперь сдавался по цене, доступной только человеку, который свято верил, что грядущий контракт с мэрией вот-вот всё изменит. Дом стоял на самой границе Нижнего берега, где кварталы гномов и человеческая беднота перемешивались в вечном компромиссе между дешевизной и безопасностью. Из окон офиса открывался великолепный вид на мусорный бак, переполненный так, что его содержимое напоминало скульптуру современного искусства, и на вывеску кофейни «У Грей», которая светилась тусклыми рунами, потому что Миссис Грей считала, что яркий свет портит настроение.

Внутри офис выглядел именно так, как и должен выглядеть офис частного детектива, который считал себя последним настоящим разведчиком в городе, где шпионские свитки уже лет пятьсот как пылились в архивах, уступая место дешёвой магии и гильдейской бюрократии. Кожаное кресло, стоявшее у стола, помнило лучшие времена – тогда оно было чёрным, гладким и, вероятно, принадлежало какому-нибудь важному чиновнику. Теперь его цвет можно было описать как «чёрный с проблесками серого и неизвестно чем ещё», а на правом подлокотнике зияла дыра, из которой лезла набивка, напоминающая старую вату, смешанную с чем-то, что лучше было не рассматривать. В этом кресле, закинув ноги на стол, восседал Рекс Донован – мужчина тридцати семи лет, чья квадратная челюсть и кожаная куртка должны были внушать доверие, но почему-то внушали желание проверить, нет ли у него на поясе фальшивого пистолета.

– Шестой параграф, – сказал Рекс голосом, который он репетировал перед зеркалом каждое утро, полагая, что он звучит таинственно и властно. На самом деле он звучал как человек, который только что проглотил горячий кофе и пытается скрыть ожог. – Разведчик всегда узнаёт новости первыми, даже если для этого нужно спать на работе. Записал?

За маленьким столом, заваленным блокнотами, рунами, банками из-под кофе, обрывками чертежей и непонятными металлическими деталями, сидел Финн Блейк – молодой человек двадцати одного года, который выглядел на семнадцать и чувствовал себя на сорок. Рыжеватые волосы вечно падали на лоб, веснушки на бледном лице делали его похожим на ученика чародея, который забыл вовремя сдать экзамен по основам магии. На самом деле он знал о магии больше, чем большинство членов Гильдии Алхимиков, но предпочитал не распространяться, потому что громкие заявления оставлял своему работодателю. Сейчас он держал в руке огрызок карандаша, а перед ним лежал потрёпанный блокнот в кожаном переплёте, куда он записывал всё, что диктовал Рекс, и всё, что происходило на самом деле.

– Записал, босс, – ответил Финн ровным голосом, и его карандаш забегал по бумаге. Однако пальцы его привычно, почти на автомате, вывели на полях другую фразу, помеченную мелким шрифтом и заключённую в аккуратные скобки: (На самом деле новости нам приносят курьеры-гоблины, потому что мы сидим в кофейне Миссис Грей и тратим время на разговоры, а единственный способ узнать что-то первым – это выйти на улицу и спросить, но босс считает, что это ниже достоинства разведчика).

Рекс удовлетворённо кивнул, хотя ничего, кроме собственного голоса, слышать не желал. Он поднялся из кресла, при этом его ноги соскользнули со стола, и он едва не упал, но устоял, сделав вид, что так и задумано. Подойдя к окну, он упёрся руками в подоконник и уставился на мусорный бак с таким видом, будто высматривал вражеского лазутчика. Пыль на стекле придавала его лицу мечтательное выражение, а может быть, это было просто отражение его собственного воображения, которое всегда рисовало картины гораздо более героические, чем реальность.

– Финн, – произнёс он, не оборачиваясь, голосом, полным пафоса, – я чувствую, что скоро наше агентство станет самым известным в городе. Не сегодня, не завтра, но скоро. Я – последний настоящий разведчик. Не эти маги, которые решают всё с помощью дешёвых иллюзий, и не гильдейские чинуши, которые продают информацию тому, кто больше заплатит. Настоящий разведчик работает по старым свиткам. По классике.

Финн поднял бровь, но ничего не сказал. Он уже давно усвоил, что спорить с Рексом, когда тот впадал в пафосное настроение, было примерно так же полезно, как пытаться убедить гнома побриться. Вместо этого он аккуратно перевернул страницу блокнота и начал набрасывать схему рунного замка, который видел вчера на дверях Гильдии Алхимиков. Ему нравилось разбираться в том, как работают вещи, особенно когда эти вещи были сделаны неправильно и требовали починки. Рекс, к счастью, не обращал внимания на его молчание – он воспринимал его как знак согласия.

– Вот увидишь, – продолжал Рекс, поворачиваясь к Финну и опираясь спиной на подоконник, так что пыль с его куртки осыпалась на пол, образуя маленькое серое облачко. – К нам придут клиенты. Важные клиенты. Не всякие там пропавшие коты и мелкие кражи, а настоящие дела. Шпионаж. Заговоры. Тайные общества. – Он сделал паузу, чтобы эффектно обвести рукой офис. – И тогда все узнают, что Донован – это не просто фамилия, это бренд.

Финн записал в блокноте: «Босс считает, что скоро к нам придут важные клиенты. Пока за последний месяц было три заказа: поиск потерявшегося голема (нашёлся в канализации, потому что забыл код от дома), слежка за подозрительным эльфом (эльф оказался коллекционером бабочек и никого не шпионил) и консультация по поводу привидения в подвале (привидение оказалось старым котом, который застрял в магическом пылесосе)».

Вслух он сказал только:

– Конечно, босс.

Рекс, услышав это «конечно», расцвёл. Он подошёл к стене, где висела нарисованная от руки карта Эйвон-Сити, испещрённая пометками «опасные кварталы», «нейтральные зоны», «тут хорошая выпечка» и, в одном месте, «здесь живёт бывшая, лучше не ходить». Он ткнул пальцем в центр Нижнего берега:

– Вот здесь, – сказал он торжественно, – начнётся наша слава. Я чую это нутром.