Сбежать от предателя: Дракон, которого я выбрала

Глава 1

— Ты подслушала наш разговор, Фрейя — тем лучше, — назойливо барабанит по ушам громкий мужской голос. — Я долго думал, как объясниться, чтобы ты не упала в обморок, но раз уж ты всё равно упала, да ещё под дверью моего кабинета… В общем, ты не ошиблась. Моей женой скоро станет достойная Аурелис Ярнехарт, которая, наконец, родит мне сына или дочь. Ты-то за целых пять лет так и не смогла!

Я стою перед ним в гостиной — просторной комнате, обставленной мебелью с коричневой кожаной обивкой. Уже стемнело, поэтому на потолке горит люстра с полудюжиной свечей.

Неподалёку от нас красуется мраморный постамент высотой мне по грудь. А на нём блестит остроконечными гранями супружеский кристалл. Он до краёв полон белой магии Лисстейль — драконов, одним из которых является Гельдрик, мой муж. Или, вернее, муж Фрейи, в чьём теле я сейчас нахожусь.

Сама Фрейя тоже Лисстейль, но лишь наполовину. О чём не забывает дорогой супруг:

— Конечно, я тоже виноват. Должен был дважды подумать, прежде чем брать в жёны хаалтиру! Всем известно, что дракайны намного плодовитее полукровок. Но я слишком сильно влюбился в тебя… тогда, — Гельдрик умолкает и подходит ближе. Он тяжело дышит, его глаза блуждают, а на лице появляется немного безумная улыбка.

Память Фрейи подсказывает, что ничего хорошего от этой улыбки ждать не стоит. Я инстинктивно отступаю, чуть не споткнувшись о подол длинного чёрного платья. У меня колотится сердце, а Гельдрик улыбается шире, облизывая губы, и делает второй шаг. Третий.

Я упираюсь лопатками в стену. Дальше отступать некуда.

— Разведусь с тобой, и моей женой станет Аурелис, — бормочет Гельдрик, поглаживая мою скулу кончиками дрожащих пальцев. В его светлых глазах вспыхивает знакомый огонь.

Гельдрик Лисстейль не любит Фрейю и никогда по-настоящему не любил. Он просто одержим ею. А поскольку неведомое божество перекинуло мою душу в хрупкое тело этой несчастной женщины, то отныне опасность грозит мне.

— Мы разобьём супружеский кристалл в Северном храме, как положено, — Гельдрик касается моих волос — рыжих локонов, выбившихся из строгой причёски, в беспорядке рассыпавшихся по плечам. — Но не думай, что я отпущу тебя после этого, Фрейя. Ты останешься при мне. Неважно, в каком статусе… ты останешься моей.

Он обнимает меня за плечи и шепчет на ухо:

— Ни один мужчина — дракон, полукровка или человек — не имеет права касаться тебя. Ни один. Только я, Фрейя. Только я.

Я дрожу с головы до ног. Очень трудно противостоять Гельдрику, и дело не в том, что он выше и намного сильнее. Дело в том, что Фрейя была по-рабски привязана к своему мужу. Что бы он ни делал, как бы ни наказывал супругу за воображаемые провинности, для Фрейи он оставался центром её крошечного мирка. Любимым и единственным господином и повелителем.

Неудивительно, что Фрейя упала замертво, подслушав разговор Гельдрика с прекрасной золотоволосой дракайной Аурелис. Обман, измена, желание Гельдрика ввести Аурелис в дом, который Фрейя считала своим — всё это оказалось сокрушительным ударом. И она его не выдержала.

Но её тело хранит память о прикосновениях Гельдрика. Он мог быть жестоким и ласковым, нежным и злым, яростным и очень осторожным. Со временем Фрейя привыкла к боли, и та казалась ей выражением любви Гельдрика ничуть не меньше, чем столь редкая для него доброта. Даже больше.

Пусть мучает сколько угодно — лишь бы продолжал любить, твердила себе Фрейя. И мечтала о ребёнке. Верила, что после этого наступит полное, абсолютное счастье.

Напрасно. Счастья не было. А потом к бедной Фрейе пришла смерть…

— Что скажешь? — лихорадочно шепчет Гельдрик, прижимая меня к себе. От него пахнет цветочными духами Аурелис — так явственно, будто она специально обрызгала ароматной водой его расстёгнутую на груди белую рубашку. — Ты же любишь меня и охотно останешься со мной? Аурелис не против. Быть может, мы втроём…

Гадливость, отвращение, ненависть, вспыхнувшая, как пламя — всё это даёт мне силу.

Я отталкиваю Гельдрика и бросаюсь к супружескому кристаллу. С треском срываю его с постамента и, размахнувшись, кидаю об пол. Звон разносится по всему дому!

На пару секунд мы с Гельдриком замираем, глядя на осколки, утонувшие в пушистом ворсе алого ковра. Я первой прихожу в себя, но заговариваю не как Фрейя. Не как сломленная, покорная рабыня, в которую Гельдрик Лисстейль превратил свою жену.

Нет! Я — Феодора. Женщина из мира без магии, которая помнит о себе не всё, но знает самое главное: она — не рабыня. Не та, кто смирится с болью и станет угождать господину.

— Ты, кажется, говорил, что хочешь разбить кристалл в храме? — Мрачно улыбаясь, поворачиваюсь к Гельдрику. — Так вот, нет нужды трудиться, мой драгоценный супруг. Я сделала это за нас обоих. Я дала тебе развод. А ты дай мне уйти.

---

Приветствую вас в новинке! Впереди много интересного, и, как всегда, я буду рада вашим звёздам, библиотекам и комментариям! А пока ловите визуал обложки:

---

«Драконья академия. Ведьма (не) против целителя»

Глава 2

Наступает тяжёлая, давящая пауза, а затем «драгоценный супруг» смеётся. Резким, отрывистым и совсем не весёлым смехом. Светлые глаза сужаются и блестят, как лезвия смертоносных клинков.

— Что? Ты дала мне развод, Фрейя? Да ты, похоже, рехнулась! В храме тебя по головке не погладят за нарушение драконьих традиций. Кристалл должны разбивать мы оба, это целый ритуал! Я понимаю, что хаалтирам, — он буквально выплёвывает это слово, — противны законы и обычаи чистокровных. Что вы хотели бы установить свои собственные! Но вам и так многовато позволяют!

Похоже, это его больная тема.

— Раньше вы, как и люди, были второсортными существами. Ущемлёнными в правах. И я это одобряю, порази вас молния! Вы не можете принимать драконий облик, у вас гораздо меньше магии, вы намного слабее! Вот скажи мне, — Гельдрик недобро скалится, отчего по спине пробегает знакомый табун мурашек, — что ты будешь делать, если я отпущу тебя? Куда пойдёшь?

Я вскидываю подбородок. Сжимаю кулаки изо всех сил, не обращая внимания на то, что ногти впиваются в ладони. И отвечаю, несмотря на то, что голос предательски дрожит:

— Вернусь к моему отцу. Поступлю в гильдию артефакторов, как и многие другие хаалтиры Лисстейль. Буду чинить артефакты с помощью магии, поддерживать их работу годами…

Гельдрик снова хохочет. На сей раз громко, с издёвкой, которую не считает нужным скрывать.

— Вернёшься к отцу? Глупая, наивная Фрейя! Ты забыла, с какой радостью он избавился от тебя? Как жалел, что влюблённость в человеческую женщину наградила его слабой, ненужной дочерью-полукровкой?

Слова мужа бьют точно в цель. Асбейн Лисстейль, отец Фрейи, ненавидел дочь, своим рождением забравшую жизнь у матери. После окончания школы Фрейя жила, как тень, боясь лишним движением или словом вызвать гнев отца.

— Асбейн не примет тебя, — с видимым наслаждением продолжает Гельдрик. — Ты будешь трудиться с утра до ночи, чтобы прокормить себя. Будешь жить в рабочем квартале рядом с людишками. А людишки, Фрейя — они не такие, как мы, драконы. Великодушия или утончённости там днём с огнём не сыщешь. Глядишь, надругаются над тобой, а ты и пикнуть побоишься… Чтобы не стало ещё хуже!

Я понимаю, что Гельдрик просто хочет запугать меня, но всё равно становится страшно. Ещё страшнее, чем было до этого. Что-то, оставшееся во мне от Фрейи, робко уговаривает никуда не идти, подчиниться мужу, выбрав знакомое зло вместо незнакомого добра. Но я отмахиваюсь от трусливого голоска, шагнув к двери.

Гельдрик не пытается задержать меня. Он глядит с насмешкой, словно кот на дерзкую мышь, и говорит дальше:

— Значит, гильдия артефакторов, так? Но ты же слабенькая, Фрейя. Твоей магии еле-еле хватало на то, чтобы поддерживать работу наших домашних артефактов. И то не всех.

— Конечно, — вырывается у меня, — я ведь не огненная Ярнехарт, поэтому не могла ничего сделать с плитой на кухне и отопительными трубами! Для такого важного дела тебе пришлось позвать свою любовницу!

Я знаю, что Гельдрик лжёт. Фрейя вовсе не слабенькая. Всё время брака супруг уверял её, что она, жалкая и глупая полукровка, шагу без него ступить не сможет. И он оказал ей величайшее благодеяние, взяв в жёны. Мол, не каждый дракон способен на такое!

Да, я вижу его ложь насквозь. Но мне оттого не легче. Ведь Фрейя привыкла верить мужу, и эта вера стала частью её самой.

— Я бы посоветовал тебе проявлять больше уважения к моей новой избраннице, Фрейя, — его голос заметно холодеет, и меня передёргивает. — Вот что. Я уже решил, в каком статусе ты останешься. Будешь помощницей по дому. Да, в Штельвезене официально не держат прислугу, но я как-нибудь всё устрою, скажу, что негоже выгонять слабую умом и здоровьем полукровку…

Я не желаю больше его слушать. Разворачиваюсь и бегу, подхватив неудобные юбки. Гельдрик всегда заставлял Фрейю носить платья в пол… Наверное, затем, чтобы ей было тяжелее убегать от него.

И его расчёт оправдывается. Не говоря уж о том, что драконы намного быстрее и проворнее хаалтиров!

Удар сердца, второй, третий… и Гельдрик оказывается передо мной! Буквально на расстоянии зубчатого дюйма*. И успевает схватить меня за руку прежде, чем я врезалась бы в его твёрдую мускулистую грудь.

— Ты чересчур осмелела, Фрейя, — с этими словами Гельдрик тащит меня, упирающуюся, за руку, грубо стискивая запястье. — Настало время проучить тебя, как бывало в первый год нашего брака. Помнишь?

Ледяная волна ужаса накрывает меня с головой.

— Нет! Нет, только не черви…

— Пока не черви, — милостиво роняет супруг, — но это пока, Фрейя.

Он бьёт кулаком по стене, запуская механизм. И вскоре движущаяся лестница поднимает нас на третий этаж. Гельдрик распахивает передо мной дверь нежилой комнаты, лишённой отопительных труб и потому холодной, как если бы на дворе стояла лютая зима.

А ведь уже наступила весна, на деревьях набухают почки…

— Посидишь здесь до рассвета — подумаешь над своим поведением, — звучат в ушах небрежно брошенные слова Гельдрика.

— Нет! Отпусти меня! — Я бьюсь в его руках, но всё напрасно.

— И даже не думай о побеге. Я запру дверь, а прыгнешь из окна — только ногу сломаешь. Приятной ночи, Фрейя!