Её телефон разрывался от бесконечных звонков, мешая принимать ванную. Неужели нельзя дать спокойно провести ей свой законный выходной? Очередная череда вибраций заставила психануть девушку и выползти из горячей воды. Укутавшись в полотенце, она быстрыми шагами прошла на кухню и схватила телефон с подоконника.
-Я слушаю!
-Саша! Дуй в СИЗО! Мы взяли его! - тут же послышался возбуждённый крик её товарища - Ильи.
-А я здесь при чём? Я даже не веду это дело.
-Он сказал, что будет говорить только с тобой! Весь отдел стоит на ушах, он даже адвоката не попросил, сказал лишь: «Я буду веси переговоры с Госпадарской».
-Вы отшибли ему мозги? Он хоть понимает, кем я буду являться в данной ситуации? - удивилась девушка, ведь она следователь, и её работа - сажать преступников за решётки, а не вести переговоры.
-Валентинович ждёт тебя там, - коротко бросил Илья и скинул вызов.
А ведь ей даже не платят за сверхурочные! Если этот старый пень, по имени Дмитрий Васильевич, не выдаст ей премию, она уволиться к чёртовой матери!
Наспех собравшись и высушив волосы, Саша выбежала из квартиры. По пути она вспоминала те факты о деле, что ей рассказывали коллеги, чтобы провести допрос. Девушка была следователем Уголовного розыска, но ей никогда не доводилось раскрывать серьёзные преступления, тем более расследовать убийства. А в этом деле была буквально мешанина из боевого триллера: группа вооружённых лиц совершила нападение в центральном районе города, устроили дебош в ночном баре, в ходе чего несколько лиц были госпитализированы с пулевыми ранениями. Саша подслушала разговор своих сослуживцев, которые говорили о том, что в тот вечер в баре находились довольно влиятельные люди их города, «дяди с деньгами», как она выражалась. Видимо, произошла потасовка между преступными группировками.
Она работает следователем уже 3 года, но впервые слышала о том, что в их городе есть преступные организации, которые до сих пор не были призваны к ответственности. Чем же, мать его, тогда занимается полиция? Девушка старалась не лезть туда, куда точно не стоит, если хочет сохранить голову в целости и сохранности, но ведь это не справедливо. Пока бандиты разгуливают по улицам и пугают людей, полиция даже пальцем не шевелила до того момента, пока «дядям с деньгами» не прилетело по макушке. Столько дел приходило к ним о том, что неопознанная группа лиц совершает нападения в городе, и каждый раз исход был один - дело заводили в тупик и закрывали из-за недостатка доказательств.
Саша вцепилась в руль и вела свою серую тойоту по городу. Каждый раз, когда она думает о несправедливости в этом мире, вспоминаются слова покойного отца:
-Александра, в этом мире нет и не было справедливости, - он всегда называл её полным именем. - Зато есть моральные ценности, которым ты можешь либо следовать, либо нет. Это выбор каждого человека.
Отца убили, когда ей исполнилось 12 лет. Оказался не в том месте и не в то время. Так объяснили в полиции её матери, которая умоляла хотя бы показать часть материалов дела. Её отец - Виталий Госпадарский - всю жизнь проработал адвокатом, защищая как невиновных, так и преступников. Он знал, как жесток мир, и сам же показал наглядный пример несправедливости, проиграв дело крупного бизнесмена, которого посадили за нелегальную проституцию и торговлю наркотиками.
Саша искала дело своего отца в базе данных, и когда наконец нашла, последняя надежда на справедливость была убита одним выстрелом в голову - следователь, который вёл дело её отца, написал о том, что Виталий Госпадарский был убит в ночь с 13 по 14 ноября 2010 года лицом, находившимся в наркотическом опьянении, которое было задержано спустя месяц. Никого они не искали, а убийство повесили на наркомана с улицы, угрожая сроком на 20 лет, вместо присуждённых 10.
После убийства отца, Саша убедилась в том, что помощи ждать стоит лишь только тогда, когда ты при деньгах, либо на хорошем счету. Простых смертных это не касается. Таких, как её отец, миллионы, а золотая жила дана далеко не всем. Саша пошла в полицию, как и папа, лишь затем, чтобы попытаться изменить систему. А чтобы изменить систему, нужно начинать с самого себя.
И вот, ей уже 25, 3 года службы, десятки раскрытых преступлений и десятки посаженных за решётку. Ещё один ждёт её за решёткой СИЗО. Только теперь Саша задумалась о том, откуда мог вооружённый преступник, совершивший нападение, знать её фамилию? Припарковывая машину, она стала проводить логическую цепочку, которая бы дала ей ответ на этот вопрос. Но единственный ответ, к которому она пришла, пугал её - он мог знать её отца.
Направляясь к контрольному пункту, её брови всё ближе сдвигались в раздражённой гримасе. Волосы лезли в лицо, из-за чего постоянно приходилось их поправлять. Войдя в здание, она мельком бросила взгляд на своё отражение в стекле дверного проёма, через который только что вошла. Золотистые локоны спадали по плечам, чёрный свитер, который она схватила не глядя с полки, синие джинсы и кроссовки. Дождливый конец августа наводил на Сашу какую-то тоску, отчего весь гардероб превращался в одеяния вдовы, такое же чёрное.
-Александра Витальевна, проходите за мной, - тут же бросил ей один из работников, что стоял на пункте контроля.
Девушка уверенно прошла вперёд, сама даже не зная, чего ожидать. Какие вопросы она должна задавать тому человеку? Передадут ли ей теперь дело? Она ведь даже не видела материалов, о чём ей вести переговоры?
Размышляя об этом, Саша молча следовала за сопровождающим, не обращая внимания на то, что на пути к лестнице на второй этаж стоял её начальник отдела - Егор Валентинович. Он нервно стучал пальцами по бетонной стене, наблюдая за тем, как приближается его подчинённая.
-Александра, прежде чем вы приступите к делу, мне нужно рассказать вам детали, - тут же вступил с ней в диалог Егор Валентинович, стоило им сократить дистанцию до 5 метров.