Секрет бывшего мужа

Глава 1.

— Катя, стилисты приехали! Выходи, до начала росписи три часа! — поторапливает меня подруга. — Пора свадебное платье надевать!
А я не могу пошевелиться…

С замиранием сердца смотрю, как на тесте на беременность медленно появляются две полоски.

Я беременна…

Боже мой. Я беременна!

Такой подарок, в такой грандиозный день!

Я начинаю плакать и улыбаться одновременно. У нас с Вовой будет ребёнок! Наш крошечка любимый, наш малыш.

Не представляю, какая у него будет реакция, когда я сообщу о новости, особенно в день свадьбы.

Так здорово совпало, я как чувствовала, что со мной начинает происходить что-то особенное. Это будет незабываем подарком любимому от меня в самый торжественный и важный день нашей жизни!
Обнимаю свой животик и представляю, как он растет, а внутри меня развивается новая жизнь. Не могу поверить, что наша с Вовой семья скоро увеличиться ещё на одного человечка.

Представляю, каким будет лицо Вовы, когда я расскажу ему о нашем будущем малыше, в ресторане, во время первого танца молодых, или в момент, когда мы будем резать свадебный торт.

Я улыбаюсь, представляя его удивленное и счастливое выражение лица. Мы будем родителями! Эта мысль наполняет меня благодарностью и любовью к моему жениху, к моей жизни, ставшей идеальной, когда в ней появился Вова.
Пока я зачарованно смотрю на две полоски на тесте, внутри меня начинают просыпаться чувства материнства. Воображение рисует яркие картинки будущего: игры, улыбки, нежные объятия. Наш ребенок станет связывающим звеном между нами, несущим в себе частичку нашей любви…

Мы — самая счастливая, самая идеальная пара на свете! Боже, не передать словами насколько сильно я люблю Вову, а он любит меня!

— Катька! — подруга уже начинает сердиться. — Тебя там смыло, что ли? Или у тебя паническая атака началась?

— Сейчас выйду.

Прячу тест в карман халата, щелкаю замком, выхожу из уборной.

Ух, мне бы прийти в себя…

— Ты плакала что ли?

— Я так… от счастья, — хлюпаю носом и расплываюсь в улыбке.

— Иди обниму!

И мы обнимаемся. Буря эмоций внутри меня немного успокаивается.

Постепенно я возвращаюсь к реальности и осознаю, что у меня впереди ещё много дел. Моя свадьба — это особенный день, я хочу, чтобы все было идеально. Но теперь у меня есть ещё одно сокровище, которым я должна поделиться с Вовой.

— Аня, у меня новость есть, — зашушукала я лучшей подруге на ухо. — Секреты умеешь хранить?

— А то ты не знаешь. Я рыба!

— Я тест на беременность сделала. Он… показал две полоски.

— Да ты что?! И ты молчала! — взвизгнула она.

— Тшш, — я приложила палец к губам, — у меня задержка, вот я и сделала, только что.

— Обалдеть, как круто! А Вова знает?

— Нет, — счастливыми глазами, в которых блестят слёзы говорю я, — сделаю ему сюрприз! Ошарашу любимого новостью, когда будем резать свадебный торт.

— Это будет самым лучшим свадебным подарком!

— Ты представляешь, как он удивиться и как обрадуется? Этот день мы запомним на всю жизнь…

***

Комната невесты наполняется шумом, смехом, суетой. Фотограф, имиджмейкеры, лучшие подруги — все здесь. Они помогают мне осуществить мою мечту — стать самой красивой невестой.

Стилисты тщательно наряжают меня, создавая изящный, восхитительный образ. Я счастлива и волнуюсь. Кручусь возле зеркала, чтобы увидеть себя во всей красе, и не узнаю девушку, парящую в отражении.

Мое свадебное платье — настоящая мечта. Оно окутывает меня легкостью и изяществом. Корсет с тонкими кружевными узорами подчеркивает стройную талию, а расшитый поясок добавляет роскоши. Юбка плавно расстилается вокруг меня, создавая эффектное пламя из нежных тканей. Каждая складка, каждая деталь вышивки на платье являются проявлением мастерства и тщательной работы дизайнера. В этом наряде я чувствую себя принцессой, которая собирается встретить свою сказку.

Мои подружки стоят рядом со мной, облаченные в одинаковые луки. Они выглядят прекрасно, и я радуюсь, что они рядом в этот особенный день.

Их платья сочетают в себе изысканность. Нежно-голубой цвет и фасон подчеркивают индивидуальность каждой из моих подруг, а одинаковый стиль придает нам единство и ощущение праздника.

Мы смеемся, шутим, делаем последние приготовления, наслаждаясь взаимной поддержкой и дружбой, которые сопровождали нас на протяжении многих лет.

— Девочки, как я же рада, что вы здесь! Не представляю свою свадьбу без вас.

— А как же иначе, Катюх! — смеётся Аня. — Мы тут, чтобы поддержать тебя и устроить самую незабываемую вечеринку!

— Точно! И помочь тебе с последними приготовлениями, — добавила Ира. — Где та коробка с аксессуарами для волос?

— Ой, вот она, на столике! Девочки, выбирайте себе броши.

Подруги кучкой налетели на коробку с моими подарками для них. Каждая брошь выполнена в уникальном, неповторимом стиле и украшена камнями Сваровски.

— Вай, какие они красивые. Дизайнерская работа, на заказ?

— Да, только для самых лучших подружек невесты!

Я сама лично прикрепила броши к платьям подруг, чтобы показать им, насколько они все мне дороги.

— Ну, девчонки, погнали! Все мужики будут сегодня у наших ног!

— Но ярче всех будет блистать наша Катя. Какая же ты красивая, волшебная и воздушная! Словно неземная…

— Вовка с ума сойдет, когда тебя увидит. Никто даже близко не сравнится с тобой! Ты — его идеал. А поэтому, Вова навсегда твой…

***

Краснея и смущаясь, я по очереди обнимаю подруг, принимая от них подарки, комплименты, поздравления.

— Спасибо, девочки. Вы лучшие! Я так благодарна вам за вашу поддержку и нашу дружбу на протяжении всех этих лет.

Комната наполнена радостью и любовью. Здесь я чувствую себя окруженной заботой и поддержкой близких мне людей.

Стилисты работают над моим образом, подруги подбадривают меня своим присутствием, а вокруг нас царит энергия ожидания и волнения.

Глава 2.

— Повезло тебе, Катя, счастливая ты! Вовка твой и красивый, и богатый, и характером идеальный. Любит тебя, на руках носит. Счастья вам, молодым!

Оказавшись на улице, Вова подхватывает меня на руки, кружит на глазах у всех, а затем горячо и нежно целует.

Гости и друзья осыпают нас лепестками роз, аплодисментами, комплиментами. Я не могу поверить, что этот день настал! Я прижимаюсь к любимому мужчине, растворяюсь в нём сквозь слёзы радости и смех.

— Катя, девочка моя, какая же ты невероятная! Люблю тебя безумно!

— А я безумно сильно люблю тебя…

Мы целуемся снова и снова, не в силах оторваться друг от друга, но нам приходится это сделать, иначе мы пропустим время нашей церемонии в ЗАГСе.

— Ты всё это устроил для меня? — указываю я на ярко украшенный особняк, белоснежную дорожку, усыпанную розами, по которой мы сейчас направляемся к машинам. Автошоу с появлением жениха, живую музыку, в исполнении талантливых музыкантов, и многое, многое другое, что ждёт нас впереди.

— А для кого ещё? — подмигивает мне с огоньком, затем помогает сесть в машину.

Я смотрю в его голубые глаза и тону в них. Он и правда очень красивый мужчина. А мне повезло стать его женой! Из миллиарда девушек, существующих на планете, Владимир Гордеев выбрал именно меня.

Он высокий, стройный, видный мужчина. С тёмными волосами, правильными чертами лица, уверенным взглядом. Но самое привлекательное в нем – его глаза.

Голубые глаза Вовы олицетворяют глубину и искренность. Когда он смотрит на меня, я ощущаю, как мир словно замирает. Радужка его глаз полна любви, нежности, защиты. Я не могу устоять перед этим прекрасным мужчиной. Да никто бы не смог!

Гордеев умеет подчеркнуть свою внешность стильным, со вкусом подобранным гардеробом. Он предпочитает классический стиль, носит элегантные костюмы, которые подчеркивают его достоинства и придают образу изысканность.

Владимир зрелый мужчина, состоятельный. Он добился высот в своём деле и уже заработал внушительное состояние.

Мы знаем друг друга давно, а наша история началась, когда я пришла к нему на собеседование в его фирму и получила должность секретаря. Со временем рабочие отношения переросли в тёплые, личные. И мы уже не могли жить друг без друга!

— Подождите! — притормаживает нас Аня, догоняя. — Вы что собираетесь ехать в одной машине?

— Ну да, а что?

— Так дело не пойдёт! Примета плохая. Жених и невеста должны ехать в ЗАГС раздельно до момента росписи, а вот после росписи — пожалуйста.

— Я не верю в приметы, — хмыкает Вова и с полной уверенностью садится вслед за мной на заднее сиденье мощного, ослепительно-красивого внедорожника, — зато уверен, что готов всю свою жизнь прожить с Катюшей.

Его слова вызывают мурашки…

Вова ловит меня за подбородок и головокружительно, сладко целует.

Дверь хлопает, рычит мотор, мы всей нашей огромной колонной, устремляемся в центр города к дворцу бракосочетания.

***

— Ты счастлива?

Шепчет любимый, ласково поглаживая мою талию, проникновенно глядя мне в глаза.

— Да, я безумно сильно счастлива.

— Не устану повторять, что ты самая красивая на свете!

— Вова… — выдыхаю шумно. — Прекрати меня смущать.

— А что, если это правда!

Мы снова целуемся, наши сердца бьются в унисон в преддверии самого ответственного момента. Мы всё ближе и ближе к ЗАГСу, через несколько минут мы станем мужем и женой.

Так сильно хочу сказать ему о малыше, но сдерживаю себя. Только ладошкой живот накрываю и улыбаюсь загадочно. Интересно, поймёт или нет? Мне кажется, у меня всё на лице написано. Да и моё поведение, наверно, изменилось в последнее время.

Ещё не время…

После росписи! А лучше в ресторане, после того, как попробуем свадебный торт. Как бы меня на разрывало на части от нетерпения, я не должна испортить сюрприз.

Торт у нас будет огромным и очень вкусным, состоящим из пяти ярусов, от лучшего кондитера столицы. Его фишка — наши миниатюрные фигурки из шоколада, сделанные на заказ по нашим портретам. Разве не прелесть?

Это ещё лишь малая часть запланированных бомбических сюрпризов на сегодня, Вова прилично потратился на свадьбу, ссылаясь на то, что этот день должен запомниться всем надолго.

А ещё я выяснила, что он готовит мне сюрприз… Я случайно подслушала его разговор по телефону с кем-то из организаторов. Помимо медового месяца на Мальдивах Вова после росписи отвезёт меня за город, где нас будет ждать незабываемая прогулка на воздушном шаре! Боже, как это будет захватывающе! Я так им горжусь, так люблю!!! Вова способен удивлять. Не то слово…

***

— Поздравляем, теперь вы муж и жена!

Вова поднимает меня на руки и выносит из холла ЗАГСа на улицу.
Мы расписались! Всё прошло безупречно, невероятно трогательно, нежно, торжественно.

Это наши первые совместные шаги как мужа и жены, теперь мы — одна семья. Эти моменты самые трогательные, самые запоминающиеся. Нас фотографируют, поздравляют, обрушивают на нас непрерывный поток комплиментов. А мы улыбаемся, позируем, довольные и счастливые. Жизнь кажется мне сказкой, и я не верю, что всё это происходит со мной на самом деле.

— Так, а теперь возьмитесь за руки, покажите ваши колечки и смотрим друг на друга с улыбкой…

Командует фотограф, звучат щелчки камер, а где-то на заднем плане гул толпы. Роспись состоялась, теперь мы устроили небольшую фотосессию возле роскошного здания ЗАГСа и живописного парка, находящегося на его территории.

— Супер!

Подбадривает нас фотограф, подсказывая, в какую лучше позу встать, куда посмотреть, как попозировать.

Я чувствую себя хорошо, лучше не бывает. Поначалу я опасалась такого обилия внимания, ведь на невесту на свадьбах обращают внимание больше всех, но вскоре успокоилась, ведь всё проходит самым лучшим образом, с комфортом для меня. Главное, рядом со мной мой любимый мужчина!

Глава 3.

Внезапно мир словно рухнул. Я осталась одна со своими мыслями и эмоциями, которые закрутились внутри меня словно торнадо.

Взгляд мужа уперся в малыша. В его глазах шок и растерянность. Он мягко положил ладонь на головку мальчика, слегка прижав его к себе в ответ.

Эти безумные события стремительно разворачивались прямо на моих глазах и не были похожи на шутку!

У Владимира есть ребёнок? Сын, о котором я ничего не знаю!

— Вова… Объясни… — пошатываясь, я выдавила из себя.

Я не могла поверить в то, что слышу и вижу!

Мы расписались буквально полчаса назад, а тут такой сюрприз!

Кто эта Снежана?

Его знакомая? Бывшая? Любовница?

Почему Владимир мне ничего не рассказывал о ней? О ребёнке?

Почему она явилась сюда именно сейчас и испортила наш праздник!

Вова зачарованно смотрел на мальчика, а тот на него, улыбаясь во весь рот.

— Похож? — спросила девица.

— Очень… — тихо ответил он, не отрываясь от сына.

В этот момент я поняла, между ними есть нечто особенное, связывающая нить, которая сближает их без слов.

Я попыталась взглянуть на Снежану, но видела я сейчас как в тумане. С каждой секундной шок накрывал меня всё больше и больше.

Она выглядела бледной, но высокомерной. Стояла с каменным лицом, молча наблюдая за происходящим.

— Папа…

Ещё раз тоненько повторил мальчик, моё сердце сильно сжалось в груди.

Наблюдать эту картину было невыносимо. Горечь, ревность, боль. Возможная обида за ложь и тайны прошлого — сжигали меня изнутри.

И куча вопросов вертелись в вечном хаосе мыслей, на которые Вова обязан был дать ответы прямо сейчас!

Выдохнув, я собралась с силами и сказала:

— Вова, что происходит? Кто эта женщина?

— Я мать его ребёнка, — вмешалась она, вздёрнув подбородок, — я же сказала…

Я покачнулась, будто меня ударили.

Так не может быть. Нет, нет, нет! Только не сегодня, не сейчас!

Неужели мой любимый человек мне изменил? Ведь, если мальчику три года… Три года назад мы уже встречались!

Неужели передо мной встанет выбор?

Мне нужно будет принять эту реальность, в которой Владимир имеет ребенка от другой женщины?

Это будет самым жёстким испытанием, которое подкинула мне жизнь…

***

— Отойдём на минутку, надо поговорить.

Сказал он.

Но не мне…

А ей!

— Да, конечно.

Вова дотронулся до локтя Снежаны, но я поймала его за запястье.

— Вова!

— Кать, подожди, хорошо? Сейчас разберемся. Я сейчас выясню всё, а ты пока сделай сольные фото.

Он быстро двинулся с ней и ребёнком в сторону лавочек парка, я растерянно смотрела им вслед, предчувствуя, что на этой ноте наш праздник закончится.

— Катя, — меня тронули за плечо, — это чё вообще такое? Что за пьеса на твоей свадьбе? Кто эта длинноногая кляча? А ребёнок…

— Пожалуйста, Ир, не накаляй! Я пока ничего не понимаю.

Они отходят в сторону, останавливаясь возле самой первой лавочки, где начинается территория парка.

Вова держал Снежану за локоть, когда вёл туда, а она взяла за руку малыша. Ребёнок всё время смотрел на Вову. С обожанием. И намертво вцепился в его брюки пальчиками.

— Это ещё что за девица, ребёнок чей?

Гости, тем временем, зашушукались активней, обсуждая инцидент, создавая ещё большее давление и напряжение, пробуждая во мне стыд.

— Знаешь её?

— Почему Гордеев с ней умчался куда-то, бросив свою жену…

— Не знаю, может любовница?

— Ха, вот прикол! Женился, а тут возле ЗАГСа любовница! Да ещё и с ребёнком!

— Я её знаю. Так это же Снежка! Бывшая Вовы. Встречались они… Роман у них бурный был, — зашептал один из друзей жениха, — Вова как-то проговорился, что он у неё первым был, а она у него.

***

— Они в одну школу вместе ходили, после в универ. А потом…

— Потом почему-то расстались и она, кажется, уехала.

Разговоры и сплетни гостей только усиливали чувство стыда и ревность. Я не могла поверить в то, что происходит. Вова и Снежана вовлекли всех в свою личную драму, разрушая наше свадебное счастье.

Мне надоело глупо торчать здесь, пока они там, разговаривают, с особой идиллией, глядя друг другу в глаза. Ещё и этот мальчишка… Опять подошёл к Вове, взяв его за руку.

С каждой новой минутой я всё больше и больше понимала, столь идеальный день, долгожданный брак — могут безжалостно треснуть по швам.

— Кать, что так и будешь стоять? Неужели непонятно зачем эта фифа явилась сюда, в такой ответственный момент? Лучше времени не нашла. Ха! Ну да, конечно. Просто кто-то очень сильно хочет разрушить вашу семью…

Я сжала кулаки. Во рту разлился вкус желчи. Пытаясь собраться с мыслями, решила подойти к Вове и выяснить правду.

— Катя, ну так что, долго мы здесь будем торчать? — поканючила другая из подруг. — Я ноги натёрла… В ресторан поедем или нет? Где обещанная тусовка?

— Так, девочки, хватит!

Моему терпению приходит конец!

Всё это время я держалась из-за приличия, перед гостями, но ситуация выходит из-под контроля.

Вова, что же ты только делаешь? Ты нас позоришь…

Приподняв юбки свадебного платья, я шагнула к мужу и любовнице, как вдруг услышала крик…

— Снежана!!!!

Мои туфли будто вросли в землю от увиденного. Снежана что-то говорила Владимиру, затем покачнулась, коснувшись виска. В эту же секунду её глаза закатились, она потеряла равновесие и начала падать, но Вова успел её подхватить. Уложил на лавочку.

— Снежана! — встряхивает. — На помощь! В скорую звоните, быстро!

На площадке началась суматоха, все вокруг забегали, не понимая, что происходит.

А я, застыв как статуя, смотрела, как муж, склонившись над своей первой любовью, сначала щупает ей пульс, затем касается её лица, а потом, глубоко вдохнув, накрывает её губы своими…

Он делает ей искусственное дыхание, а мне кажется, что он её целует…

Глава 4.

Я продолжала стоять на месте, наблюдая, как Вова поднимает ребёнка на руки и вместе с медицинскими работниками усаживается в машину скорой помощи.

Он просто уходит, оставляя меня здесь, в полной неразберихе.

Мысли в голове хаотично вращались, пытаясь понять, что происходит, и почему всё так стремительно разрушается?

Слова: "Чей малыш?" ещё долго звучали в моей голове, задевая мои чувства снова и снова.

Кто этот ребенок, и как он связан с Вовой и Снежаной?

Я понимала, что всё это уже далеко выходит за рамки простого разговора и объяснений. Не представляю, как Владимир будет оправдываться передо мной.

Он сел в скорую, машина быстро тронулась, унося его прочь, а с ним и все мои надежды. Осталась лишь пустота и непонимание. Я осталась одна на этой площадке, окруженная гостями, которые наблюдали за всем происходящим, как за каким-то телевизионном шоу.

Я не знала, что делать, я находилась на грани того, чтобы развернуться и уйти. Мне не хотелось ничего. Моё сердце медленно сыпалось на осколки... Но ко мне подошла Аня и начала отговаривать меня от спонтанных поступков.

Она обняла меня, стараясь поддержать.

— Ну и дела! Кто бы мог предугадать таааакое на вашей свадьбе! Злой рок какой-то!

— Я хочу уйти, — пошатнувшись, слабо прошептала я, — я очень устала, и…

Мне немедленно хочется сорвать с себя платье, фату, туфли, которые причиняют мне ужасный дискомфорт. Платье будто стало колоться, шпильки в причёске царапают кожу, а туфли натирают до ран.

Хочу сбежать ото всех, от всего… В уютное, тихое место, где-нибудь в глуши. Завернуться в плед и просто лежать, надев на себя удобную пижаму с чашкой горячего, фруктового чая.

— Слушай, нет, ни в коем случае! Ты что не поняла, что всё это — спектакль? Снежана имитировала обморок! Не верь ей ни в коем случае! Я предлагаю сделать всё так, как говорил Вова. Может это не его ребенок! Разве она показала тест ДНК? Всё на словах!

— Но они похожи…

— И что? Вдруг совпадение?! Не принимай решений сгоряча! Ты же... не забывай, что ты в положении… Дождись подробных объяснений от Вовы. Он запаниковал, ты же видела, как он был озадачен, растерялся и действовал впопыхах. У всех шок, оно и понятно!

— Хорошо, — выдыхаю, — ты права. Буду надеяться на лучшее.

Разговор с Аней, лучшей подругой, немного облегчил мои душевные метания. Действительно, никогда нельзя рубить с плеча, нужно дать человеку шанс объясниться.

— Вот именно! Главное, позитивный настрой! Поехали в ресторан, отвлечемся пока, послушаем выступление группы “Тайфун”. Девчонки только этого и ждут — посмотреть на горячих красавчиков музыкантов! Говорят, на закрытых вечеринках они он выступают без штанов и… трусов, — хихикнула Анька, а подруги, услышав её откровения, кучкой подбежали к нам, чтобы в очередной раз погреть уши.

— Ты сказала “Тайфун”? Гдееее?

— В ресторане!

— Да ладно?!

— Вообще-то это должен был быть сюрприз…

— У них только гитары, и всё… И их жаркие, мускулистые, лоснящиеся от пота и тестостерона тела! А гитары, между прочим, прикрывают их главные мужские достоинства…

— Тогда чего мы ждём? Поехали! Никуда твой Вовка не денется, он же без ума от тебя, ваши отношения ничто не способно сломать, — поддержала меня Алёна, — а то, что случилось сейчас… Так это будет хайп для вас, это же круто! Вы станете самой обсуждаемой парой года! — Вова сказал скоро будет, думаю он отвезет её в больницу, убедится, что всё в порядке и вернется. Это недолго, тем более больница рядом. Не переживай, тебе нельзя нервничать! Я уверена, это глупое недоразумение, всё у вас будет хорошо.

***

Увидев мое смятение, Аня решительно взяла ситуацию в свои руки. Она подошла к гостям, которые все ещё стояли в замешательстве, и организованно начала просить их проследовать к машинам.

— Дорогие гости, праздник продолжается! Сейчас ситуация разъяснится, и мы скоро получим все необходимые ответы. Но сейчас давайте отправимся в ресторан, где нас ждёт вкусная еда, горячительные напитки и группа Таааайфун! Мы не допустим того, чтобы эта непредвиденная ситуация испортила наше настроение!

Гостей охватила некоторая облегченность и они стали перемещаться к машинам, подбадриваемые словами Ани.

Затем, когда двор ЗАГСа опустел, она подошла ко мне, улыбнулась и погладила меня по плечу.

— Катя, держись! Мы все болеем за тебя! Сейчас тебе нужно отбросить прочь дурные мысли и думать только о хорошем. Поехали, расслабимся…

Я кивком поблагодарила её за поддержку, села вместе с ней в машину. Такая ужасная ситуация случилась со мной в жизни впервые.

Я думала и о гостях тоже, не бросать же их, оставляя без обещанного веселья? Некоторые гости приехали к нам издалека, специально взяв отпуска.

А фуршет как же? За всё уплачено, на выброс что ли?

Пока мы направлялись в ресторан, я существовала одной лишь надеждой, мой папа всегда говорил, надежда — наше всё. Надежда умирает последней.

Говорил и его… посадили в тюрьму.

Я верю, что папа ни в чём не виноват, не он совершил преступление, его подставили.

Сейчас я решила сосредоточиться на том, чтобы сохранить свою силу и достоинство в этой непростой ситуации. Мне было неловко и совестно перед гостями, друзьями, персоналу, который старался для нас сделать этот день незабываемым.

У нас так много мероприятий было запланировано на несколько дней вперёд! Фотосессии, полёт на воздушном шаре, конная прогулка и, самое главное, медовый месяц на Мальдивах в пятизвёздочном отеле.

А мне всего этого уже не хочется…

Я продолжала держаться как могла, успокаивала гостей, натягивала на лицо доброжелательную маску.

Держа телефон в руках, я стараясь быть всегда на связи с Владимиром. Отправляла ему сообщения каждые пять минут, но ответа так и не получила. Мое беспокойство только нарастало с каждой прожитой минутой.
Мы прибыли в ресторан, где нас встретила тамада, готовая вести свадебную программу. Но она скривилась, увидев, что я явилась одна, без Владимира. Мне стало ещё хуже. Шепотки и переговоры гостей продолжались, словно зараза, распространяясь по всему помещению. Некоторые из них даже не скрывали свое удивление и недовольство, видя на свадьбе только невесту.

Глава 5.

— Вова… — выдохнула я, пошатнувшись, глядя на мальчика.

— Садись, — мягко подтолкнул меня к Стёпе, — он не кусается.

Малыш продолжал рассматриваться меня с любопытством, а во мне трещали электрические разряды, которые собирались в гигантский штормовой вихрь.

Я опять увидела в Стёпе, в этом абсолютно чужом для меня человеке, лицо моего мужа.

Он был живым доказательством связи, которую Владимир со Снежаной сохраняли в тайне от меня.

Мои мысли были взбалмошными, эмоции смешались внутри меня, и я не могла сдержать волну гнева и обиды, которая раздирала меня на части.

"Как он мог скрыть от меня существование этого ребенка?" — пронеслось у меня в голове. — "Как много лжи и обмана было в наших отношениях? Что мне делать? Как принять и полюбить этого ребенка, которого я никогда не знала?

— Ты издеваешься? — шепнула в ответ.

— Посмотри, какой он маленький и беззащитный!

— Я не хочу ехать с ним в одной машине, я хочу быть с тобой наедине! У нас свадьба сегодня, чёрт возьми, которая, между прочим, сорвалась!

— И что ты предлагаешь? Мне просто взять и вышвырнуть его на улицу?

Стёпа, иди сюда!

Вова разозлился. Двинулся на него, я ужаснулась, закрывая собой вход в салон. Неужели и правда вышвырнет?

Господи, нервы ни к чёрту. Нас всех штормит так запредельно, что можно сойти с ума.

— Постой! Просто оставь его с кем-то другим. Давай найдем няню.

— Его мать при смерти, а он мой… — сглатывает. — Я не знал о нём ничего. Я не виноват в этом, а ребёнок тем более! Насчёт свадьбы, обещаю, всё исправить. Я оплачу ресторан снова. Даже лучше ресторан найду, чем этот! Организую вечеринку с нуля. Иногда в жизни случаются непредвиденные ситуации, ты же знаешь, какая жизнь непредсказуемая, вспомни своего отца. Я же люблю тебя, Катя! Я не хочу тебя потерять… Застолье сорвалось, так бывает, но, главное, что роспись состоялась. Мы расписались, мы вместе, муж и жена… Надо ценить то, что есть у нас сейчас.

— Я тоже тебя люблю, но это всё ненормально, понимаешь? Поставь себя на моё место. Думаешь, мне приятно видеть тебя с другой? Видеть ВСЁ это в наш главный день?! Как ты на неё смотрел, как губами в её рот тыкался и бросил меня одну отдуваться перед гостями!

— А ты поставь себя на моё место, думаешь мне легко? Думаешь, меня совесть не грызёт, и я не понимаю, что делаю тебе больно? Ошибаешься, Кать! Ты не представляешь как мне херово, как меня чувство вины убивает…

— Давай просто оставим ситуацию и уедем. Вместе. Вдвоём. На Мальдивы, как и хотели! Пусть кто-то другой ситуацию решает. Твоя мама, например…. Почему именно я должна жертвовать своими чувствами?

— Прекрати утрировать! — повысил голос недовольно. — Давай не будем закатывать скандал на ровном месте, рядом с нами ребёнок… Это всего лишь маленький мальчик, который может стать сиротой! Неужели тебе его не жаль?

— Жаль, но…

Резко развернув меня к себе лицом, Владимир встряхнул меня за плечи:

— Катя, я думал ты добрая, светлая, милая девушка… Пожалуйста, не разочаровывай меня! Я собираюсь связать с тобой всю свою жизнь! Я верен тебе. Только тебе! Я честен перед тобой, откровенен, восхищаюсь твоим внутренним миром, считаю, что ты — мой идеал. Но, пожалуйста, на разрушай мои надежды, не становись другой! Не рушь нашу семью…

— Что? — отшатываюсь. — Вов, ты вообще видишь себя со стороны?

То есть это я виновата в нарастающем конфликте между нами? Срыве свадьбе и “сюрпризе” от его бывшей, который она скинула на нас.

Владимир взял обе мои руки, сжал их сильно, а затем поцеловал по очереди.

— Без доверия, нет отношений. Если ты мне не доверяешь, значит, ты меня не любишь.

Он уколол меня этим очень сильно. Заставляет чувствовать себя виноватой.

— Всё под контролем! Ещё раз повторю. Нам нужно ехать, мы сильно устали, давай дома поговорим. Я сделаю нам горячий чай с мёдом и апельсином, наполню тёплую ванную с пеной, полежим вместе, расслабимся, успокоимся…

Его голос звучал мягко, с душой, виновато. Вова обнял меня, прижав к груди, поглаживал спину, слегка покачивая. Он умел уговаривать. Я сейчас и правда слишком устала, чтобы вступать с ним в перепалку. По крайней мере не здесь. Надо наедине. А здесь слишком много зрителей.

— Ты обещал рассказать мне правду, — подняла на него глаза, уставшие и опечаленные. — Где она? Слушаю тебя внимательно!

— Кать, — сделав вдох, серьёзно начал он. — Мои отношения со Снежаной были до встречи с тобой.

— Правда?

Я услышала то, что опасалась, но и, одновременно, слова мужа немного сгладили мои метания.

— Подожди, получается измены не было?

Владимир покачал головой.

— Мы расстались, лишь только потом я сделал предложение тебе… Начать встречаться.

Меня немного отпустило…


***

Наш разговор прерывается плачем.

Синхронно оборачиваемся и видим Стёпу. Он трёт кулачками глаза, а по его щекам катятся слёзы.

— Стёпа! Ну, ну, ты чего?

Вова подходит к ребёнку, привлекает его к себе, усаживая на руки. Пытается немного покачать, успокоить. Что-то на ухо шепчет, подбадривая, а у меня душа пополам от этой картины.

— Устал, да?

— К маме хочу, — хнычет жалобно, — и спать. Животик болит.

Боже мой.

Час от часу не легче!

Я глубоко вдыхаю, выдыхаю. Уже сама едва на ногах держусь. Затем о своём положении вспоминаю, коснувшись слегка живота.

Во всей этой суматохе я едва не забыла о главном…

Хотя, какая уже теперь радостная новость!

При таких обстоятельствах мне совершенно не хочется говорить Вове о своей беременности. О нашем крошечном малыше, которому всего несколько недель.

Я, если честно, не знаю, что будет дальше и как мы разрешим нашу запутанную драму.

Меня гложет нехорошее предчувствие…

— Кать, пора заканчивать разговор, садись в машину, дома всё решим. Ну правда…

— Не хочу, не поеду с тобой…

Глава 6.

— Мам, глупости не говори, — Владимир делает шаг вперёд, закрывая меня собой, — хотя бы сейчас, в такой сложный период… Давайте жить дружно!

Отвечает сам за меня. А у меня уже всё. Горечь во рту, озноб в теле. Будто меня ядом напоили.

И зачем только эта мегера сюда явилась? Накануне свадьбы она твёрдо дала понять сыну — или я или она.

Владимир выбрал меня…

Тогда она ушла, заявив, что разрывает с нами отношения и ни за что не приедет к нам на свадьбу.

Антонина меня не долюбливала и наша неприязнь была взаимной. Она хотела для своего единственного сына другую невесту, соответствующую их статусу и завышенным амбициям.

Антонина Павловна родилась и выросла в семье крупного чиновника, затем вышла замуж за Анатолия Гордеева — олигарха с Рублёвки. Они жили в роскоши. Сыто, богато, красиво. Как истинная элита. Ни в чём, никогда не нуждались.

Гордеева всегда стремилась к идеалу. Навязчивые стремления быть идеальной во всём сделали из неё стерву.

Естественно, подбором невесты она бы и сама занялась охотно. Вот только Владимир был против её попыток лезть в его жизнь. Он уже давно не мальчик, а зрелый мужчина со своим крупным, успешным бизнесом.

Владимира раздражали её бесконечные упрёки, которые, в итоге, закончились её отъездом. В конце концов, он не выдержал и в грубой форме поставил мать на место. Она обиделась, развернулась, ушла…

Я долго переживала по этому поводу, даже чувствовала себя виноватой, что стала причиной разлада в отношениях матери и сына. Сама несколько раз хотела поставить точку между мной и Вовой, но он не позволил. Он сказал, что не сможет жить без меня, если мы расстанемся.

Через время мы успокоились, потому что свекровь прекратила с нами общаться и жила своей жизнью. Пока внезапно не явилась вновь на пороге нашего дома… С выражением лица как ни в чём не бывало.

Будто между нами не было никакого разлада, длительностью в полгода.

— Ну что ты, сыночка, — хмыкнула она, и натянуто улыбнулась, — конечно-конечно, никаких конфликтов! Это я так пошутила, прости дуру старую! Я, кстати, с миром приехала! Раз такое дело, помощь нужна. Хватит нам уже как кошка с собакой, пора мириться. В трудных жизненных ситуациях семья обязана сплотиться.

Ближе подошла и обняла сына, всхлипнув.

— Ты уж меня прости, погорячилась. Никак не могу прийти в себя после смерти папы…

Затем глаза открыла и на меня колко уставилась, продолжая обнимать Вову, пока он не видел её лицо.

Тёмно-карие глаза, как у кобры, словно продолжали просачиваться сквозь кожу, хотя слова Антонины Павловны звучали с тоской и извинениями.

Я могу ошибаться.

Может она действительно осознала, что была не права, когда провела шесть месяцев в одиночестве?

Время покажет…

Причина её ненависти ко мне заключалась не только в моём происхождении. Моего отца посадили в тюрьму за ограбление и убийство — этот факт особенно не давал ей покоя!

— Чёрное клеймо на репутации нашего рода! Сын, ты сошёл с ума! Жениться на дочке уголовника вздумал!

Упрекала она нас постоянно…

Но Вова любит меня несмотря ни на что.

И он верит мне, верит нам с папой, что папа ни в чём не виноват.

Его бездушно подставили истинные зачинщики преступления в банке, его коллеги, где он работал охранником, хотя он, наоборот, хотел предотвратить ограбление.

Исполняя свой долг, получил ранение. А, когда очнулся, был окружён полицией и ему выдвинули обвинение в том, что он убил одного из заложников.

Вова шумно выдохнул, приобняв мать в ответ:

— Спасибо за поддержку, надеюсь всё наладится, и мы вместе найдём выход.

— Найдём, обязательно найдём!

Отстранилась от него с лёгкой улыбкой. Повернула голову в мою сторону, сказав следующее:

— Жаль, что свадьба пошла не по плану. Катя, у тебя красивое платье! И дом вы потрясающе украсили.

Слегка удивил её резкий переход к комплиментам. Далее, последовала неловкая пауза. На этом лимит “добра” свекрови был исчерпан.

— Сыночка, на два слова можно тет-а-тет?

Они, отходя, шушукаются.

Вова то хмурится, то вздыхает. Степа на руках Антонины похныкивает.

А я, тем временем, непроизвольно обвожу взглядом холл дома и вижу в углу, под лестницей, выстроены в ряд чемоданы с принтом Луи Витон.

Неужели?

Она собралась жить с нами?!

— Сыночка, — защебетала, подлизываясь, — ты точно не передумал? После всего случившегося…. Уверен, что ты хочешь, чтобы эта… Екатерина! Была твоей женой?

— Мам, ты серьёзно?!

— Шшш, спокойствие! Только спокойствие! Я не намерена начинать новый конфликт! Всего лишь хочу уточнить… в силу новых внезапно сложившихся обстоятельств, вдруг это способно многое изменить?

— Нет!

— Ну а что? У тебя сын от другой объявился, я помню Снежу, вы вместе росли, её родня у нас в гостях часто бывала. Хорошая девочка! Милая, порядочная, несколько высших у неё, включая Оксфорд. Это сильно!

— Снежана больна…

— Ох да, бедняжка, как её жаль! — вытащила из кармана пиджака платок, промокнув глаза. — Может врачи ошибаются? Такое бывает.

— Давай продолжим разговор позже. Ребёнка надо покормить и уложить спать. Мы сами на ногах еле стоим.

— Конечно, конечно, я обо всём позабочусь!

У Владимира зазвонил телефон.

— Прошу прощения, срочный разговор, — муж глянул на экран, нахмурившись, — Катя, поднимайся наверх, набери ванну, я тоже скоро к тебе присоединюсь.

Взяв трубку, торопливо ушёл в другую комнату.

Мы остались вдвоём, не считая Стёпы…

Напряжение сгущалось до критической точки. Антонина Павловна продолжала смотреть на меня в упор, будто пыталась сдержать в себе раздражение.

Я развернулась и молча направилась к лестнице.

Стёпа зашевелился в её руках, захныкал, она его покачала.

— Тише, тише, мой золотой! Самая лучшая бабушка рядом, с тобой! Не волнуйся, скоро всё наладится. Скоро всё станет на свои места и будет так, как должно быть…

Глава 7.

Сначала я не могла пошевелиться и не могла подобрать в голове нужных слов, чтобы описать свои эмоции.

Постепенно мозг начал принимать увиденное и мириться с жуткими реалиями, понимая, что другого выбора просто нет.

Я сделала один шаг навстречу, а она немного приподнялась на кровати, продолжая молча меня рассматривать.

В зелёных глазах было много мрака и отчуждения. Мне не нравился её взгляд. Не нравилось, с каким выражением лица она меня изучает, пытаясь выглядеть скрытной и тяжело больно.

Худая, бледная. Но ухоженная и привлекательная. Даже в таком состоянии держит голову высоко, а спину прямо, как прирождённая аристократка, не забывая о манерах.

Снежана сейчас напоминала Снежную королеву с её тонкой, белой кожей, ледяным взглядом и аристократической красотой.

На девушке домашнее платье с глубоким декольте, демонстративно подчеркивающее её большие формы. Пышные волосы ниспадают на плечи, а в комнате пахнет сладкими духами.

Возле комода стоит большой чемодан и несколько сумок дорогой, известной марки. Кажется она, как и свекровь, была готова к переезду. Уже и вещи разложила, и обустроилась здесь неплохо, как у себя дома.

На комоде лежат какие-то коробочки, баночки. Судя по всему, лекарства, выстроенные в один ряд с бесчисленным количеством косметических средств.

Глядя на неё, я внезапно представила, как Владимир касался её тела, гладил её снежно-белую кожу, возможно шептал то, что шептал мне в постели, грея в своих объятиях.

Целовал страстно. Занимался с ней любовью…

И ревность забурлила с новой силой!

До нашего знакомства или после тоже?

Что, если Владимир скрывает от меня правду?!

Неужели он мне изменяет и держит за дуру?

Только зачем ему это нужно?

Его цель — усидеть на двух стульях?

Так тяжело в это поверить. Я не ожидала от него предательства…

Никогда даже и мыслей таких не было, что он может увлечься другой.

Испортить нашу свадьбу. Привести любовницу в наш дом. Вместе с ведьмой свекровью и ребёнком, зачатым на стороне.

У нас всё было идеально. И в общении, и в постели. Мы понимали друг друга с полуслова, делились радостями и неудачами, всегда и везде вместе, вдвоём. Владимир, он как друг, и любимый, и как отец — он заменил мне всех, кого я потеряла, став надёжной опорой.

Он любил меня. Как одержимый любил. Это проявлялось не только на словах, но и в поступках.

Тогда почему он продолжает делать мне больно?

Почему она сейчас находится ЗДЕСЬ?! В нашем доме, рядом с нашей спальней!

Почему они меня не предупредили, что привезли её сюда?!

Поздний приход Владимира в нашу комнату и ранний уход… мог свидетельствовать о том, что они провели ночь вместе.

Пока я находилась за стенкой, мучаясь от ночных кошмаров, головной боли и токсикоза, он трахал другую!

В этот момент, ревность превратилась в ярость. Я была готова броситься на Вову, на Снежану, на всё, что связывало нас троих, и растерзать их!

Но Снежана вдруг заговорила…

— Здравствуй.

Её голос звучал монотонно, как будто ей было на всё плевать. Хотя возможно она себя действительно плохо чувствовала. Пока мне мало что известно. И мне это уже надоело, вытягивать из них правду клешнями!

Я не собираюсь с ней здороваться. Сжав кулаки, подошла ближе. Эта девушка мне неприятна, хотя она и непроизвольно вызывает у меня жалость, если ей действительно осталось жить недолго, а отношения с Владимиром и беременность Стёпой случились до меня.

Да — только в таком случае.

— Мне жаль, что сложилось всё именно так. Жаль, что ваша свадьба была сорвана.

Ах ей жаль… Ах жаль…

Эмоции рвали меня на части. Но внутренний голос умолял притормозить, вдруг она действительно больна и это её последние часы жизни?

Но почему она не подошла к нам после свадьбы?

Может у неё нет столько времени… Каждая секунда на счету.

— И что дальше?

— Дальше слово за Владимиром. Он обещал обдумать ситуацию и принять решение.

Я думала, может она хотя бы извиниться за срыв свадьбы, но она продолжая говорить о другом.

— Кстати, нас так и не представили друг другу. Катя, я хотела бы с тобой познакомиться. Меня зовут Снежана Ковалевская, мы с Владимиром… встречались когда-то и у нас была любовь.

Она протянула мне свою худую, бледную руку, которая была заклеена пластырем на сгибе локтя, что могло свидетельствовать о том, что она действительно провела время в больнице.

Сглотнув, я, чисто из жалости, секундо её коснулась и тут же отдёрнула.

— Мне продолжать или ты уже в курсе?

— Продолжай.

Жду когда наконец прольётся свет на правду.

Внезапно она начала кашлять и подхватила стакан с водой с тумбочки, сделала несколько глотков, одной рукой держа стакан, другой — касаясь лба.

— Извини, мне, порой, бывает тяжело говорить… Комната вращается перед глазами периодически, чёрные пятна мигают и даже провалы в памяти случаются. Это всё из-за опухоли. Опухоль головного мозга. Врачи говорят, случай тяжёлый.

— Операция, лечение?

Качает головой, вздохнув.

— Риск большой, они не хотят браться. Я уже в разные клиники обращалась, даже за границей. Только с сочувствием смотрят на меня и разводят руками.

— Сколько есть времени?

— Слишком мало… Смерть может наступить в любой момент.

Я промолчала, прикрыв глаза. Буря ярости внутри меня немного успокоилась, так как её речь и поведение выглядели правдоподобно.

— Если всё настолько серьёзно, почему тебя домой из больницы отпустили?

— Стёпочка плакал. Он так сильно по мне скучает. У него ночью случилась истерика, и вот я здесь. Врачи всё равно не могут ничего сделать, а я приняла решение отказаться от госпитализации и оставшиеся дни провести со Стёпой, если Владимир не будет против. Он согласился…

Снежана говорила с паузами. Медленно. Делая периодические глубокие вдохи и массируя виски. Мне стало не по себе… Как будто она сейчас рухнет и лишится чувств.

Глава 8.

— Нет, не было! Он не изменял тебе после того, как мы расстались. Я уехала, он смирился с этим и начал строить свою жизнь. Прошло время, и вот вы… теперь вы вместе. А у нас ничего с Владимиром не было!

Я слушала её. Я наблюдала за каждым движением и мимикой. Но что-то в голосе Снежаны и в её поведении вызывало у меня замешательство.

Она избегала прямого контакта, особенно визуального, а её глаза отражали всё ту же безжизненную пустошь.

Что-то не сходилось в её рассказе. Я не могла понять, или она врёт или она всегда такая ледяная и высокомерная.

Всё вокруг казалось расплывчатым, словно картина, нарисованная мазками неуверенности и сомнений. Я пыталась собраться с мыслями и проанализировать все, что пережила сейчас.

Я уже так устала от всего этого, что моё терпение практически лопнуло, хотя я по жизни неконфликтный человек, рассудительный и мягкий. Истерики, разборки, драки — не моё.

Поговорив с Вовой, поговорив с ней, я, наконец, увидела общую картину более чётко. Меня всё это не устраивало. И я сделала свой выбор…

— Послушай, Снежана, — возвышаясь над кроватью бывшей девушки мужа, серьёзно произнесла я, — мне жаль, что у тебя неприятности в жизни, что ты тяжело больна и врачи ничего не могут сделать, но это не мои проблемы. Ты мне чужой человек. Прошу тебя покинуть этот дом, вернувшись в больницу, и уяснить, что ты имеешь дело с женатым мужчиной. Тебе и твоему сыну нужна помощь? Не вопрос. Поможем. Но, между нами, должны быть чёткие границы…

Теперь она глянула на меня с вызовом, нахмурив свой идеальный лоб, будто я ударила её физически.

— Какая же ты…

Договорить Снежана не успела. Её прервал топот шагов за дверью.

— Снежа... — неожиданно послышалось со стороны коридора. — Мне показалось, или ты меня звала?

Дверь открывается до конца, входит мой муж.

— Тебе что-то нужно?

Голову поднимает и его взгляд упирается в меня…

А затем на Снежану, за моей спиной.

— Катя?

Интонация такая, будто его застали врасплох за преступлением.

Вова ерошит волосы на затылке, переминаясь с ноги на ногу.

— Вы... Вижу вы поближе познакомились.

— О да! — выкрикиваю я. — Как ты её назвал? Снежа?

Он словно был не рад нашей встрече, а во мне закипела новая порция гнева! Потому что Вова не сказал мне, не предупредил, что Снежана, вместо больницы, вдруг переедет к нам.

Я смотрела на мужа с отвращением. Сейчас мне абсолютно точно захотелось влепить ему пощёчину.

Промолчал.

Я оставила Снежану, направившись к нему.

— Надо поговорить.

Кивнул.

— Пошли.

Мы вышли из комнаты, пока Снежана с гордым видом смотрела нам вслед. Я не могла видеть её лицо, но мне казалось, будто она улыбается.

***

Когда мы вошли в нашу спальню, я хлопнула дверью и обернулась, чтобы посмотреть в глаза этому негодяю.

— Ты сошёл с ума?! Как ты мог так со мной поступить? Ты за кого меня принимаешь?! Кто я тебе? Наивная идиотка для битья?!!

Всё. Сорвалась.

Во мне долго копилось терпение и ярость, которые я сейчас же выплеснула на Гордеева.

— Катя, нет! Уймись, подожди, дай мне слово!!!

Вова вонзился в мои плечи пальцами, прижав к себе. Я начала сопротивляться и говорить ему прямо, что о нём думаю. Без цензуры.

Потом расплакалась. Вся красная, дрожащая, в слезах.

В пылу эмоций мечтала его поколотить как следует, как боксёрскую грушу, но он держал меня крепко. Терпел, молчал. Ждал, пока я выговорюсь и выплесну всю свою ярость.

В конце концов, я выдохлась. Застыла и обмякла перед ним. Тогда Вова подтянул меня к кровати, сел на неё, а меня к себе на колени посадил, заключив в объятия.

Голова непроизвольно упала на его плечо, а слёзы скатывались на пиджак мужчины. Он поглаживал мои волосы, плечи. Что-то на ухо утешающее шептал, но я не слушала.

Мне хотелось исчезнуть.

— Моя девочка, моя любимая… Вот как ты, оказывается, умеешь.

— Я хочу уйти! Не могу больше всё это терпеть. Отпусти меня, сейчас же! Лжец и подлец! Прекрати надо мной издеваться!

— Ещё немного, Кать, ещё чуть-чуть… и всё наладится.

— Я уже это слышала, но прогресса нет! С каждым часом только хуже! Сначала Снежана явилась в разгар церемонии с твоим сыном, устроив падение в обморок, затем вечером я обнаружила свекровь с чемоданами в нашем доме, а теперь твою бывшую в соседней комнате, рядом с нашей спальней! Ещё немного, и я увижу вас вдвоём, голыми, в нашей кровати!

— Ты преувеличиваешь, остынь, — Владимир цыкнул, — прекращай! Выслушай меня, у меня есть для тебя важная информация!

— Мы… наша жизнь… ты и я! Наш брак трещит по швам, а отношения уверенно летят в пропасть, как ты не понимаешь? Мы должны сделать выбор. Выбирай: я или Снежана.

Со страхом выдавила это из себя. Перед глазами вспышка тёмных пятен.

— Развод…

Не думала, что заговорю об этом так рано. Тем более, на следующий день после регистрации брака. Я вообще не думала, что когда-нибудь допущу такую мысль.

Жизнь непредсказуема. И жестока…

Бьёт в самый неожиданный момент. Не щадя.

— Прекрати, Кать, прекрати! Я нашёл выход, хочу доказать, что люблю только тебя, что только ты мне нужна!

— Я сомневаюсь в твоих словах, Вова. После того, как увидела Снежану в нашем доме. Без моего согласия ты притащил её сюда!

— Я как раз хотел тебе об этом рассказать, но ты спала. А потом ты побежала наверх, прервав наш диалог, когда я опять собрался тебе рассказать о ней. Далее, увидела Снежану и не так всё поняла.

Владимир коснулся моей щеки, стирая слёзы, и с отчаянием прошептал:

— Пока ты спала, я думал, как поступить. Ночь бессонную провёл в муках душевных. Я слишком сильно тебя люблю и готов ради тебя на всё… Но и Стёпу мне жаль, и Снежану. Я же честен перед тобой и не изменял тебе с ней. Наша связь была до тебя, — повторил он ещё раз, неотрывно рассматривая моё, залитое слезами лицо. — Так что ни я, ни они не виноваты… Так получилось. Обстоятельства сложились, которым я не подвластен.

Глава 9.

— Ты ходил к ней?

Я сделала глоток чаю, отмечая, как у меня подрагивают пальцы, которые сжимают ручку чашки.

— К кому?

— К Снежане!

Муж посмотрел на меня вопросительно и в упор. Успела я и уловить нотки укора в сторону своего требовательного тона.

— Ну да, зашёл, чтобы убедиться, что у неё всё нормально.

Я ещё раз отпила из кружки, стараясь заставить себя больше не накручивать. Хватит! Мы же всё уже обсудили! Не успели помириться, опять по второму кругу…

Просто очень меня раздражает присутствие в нашем доме Снежаны.
Она больна, я всё понимаю, по-человечески сочувствую, но это разрушает нашу семью, уничтожает наше совместное, счастливое будущее.

И ревность внутри меня душит. Вижу их вместе и воздуха бешено не хватает.

— А ты за мной следила?

Прищурился и нахмурился. В глазах вспенились волны укора.

— Я случайно увидела, как ты к ней зашёл. И всё.

— Катя, а давай ты не будешь себя накручивать?

По тону, Вова начинал раздражаться, но держал всё себе, чтобы не испортить только что образовавшуюся идиллию и наше примирение.

— К ней должен врач приехать, это планово. Три раза в день к ней специалист из клиники будет приезжать, чтобы давать оценку её состоянию.

Лучше бы она и дальше оставалась в больнице… От неё исходит неприятная энергетика. Мне некомфортно с ней рядом находится, даже сквозь стены я словно это чувствую.

Со свекровью точно также. Порой мне кажется, что они родственники.

— Если ты думаешь, у нас там с ней был интим… — кашлянул, скривившись, — поверь, за три минуты мы бы не управились. Я же сюда спустя пять минут пришёл, вместе с подносом и чаем. Ты даже позже спустилась, когда я уже чай заварил.

Мои руки, что лежали у меня на коленях, сжали моё платье.

— Может перестанешь уже пилить меня по любому поводу и отчитывать за каждый взгляд в её сторону?

Он прав. Совсем себя не узнаю. Стала такой придирчивой. Думаю, гормональный фон пляшет.

— Солнце, а давай сменим тему. Поговорим о чём-то другом! О Мальдивах, к примеру. Итак, где бы ты хотела отпраздновать нашу свадьбу, заодно и медовый месяц?

Взгляд Вовы наполнился искорками и теплом…

— Да, давай сменим тему.

Так, мы ещё где-то полчаса посидели, но начало темнеть, холоднее становилось. Второй месяц осени, вечера уже были холодными. Я куталась в плед, наслаждаясь фруктовым чаем, и смотрела на наш очаровательный сад, который вспыхнул жёлтыми фонариками. Атмосфера сейчас между нами сложилась гармоничная, так что я постаралась отбросить негативные мысли и наслаждаться хорошим вечером, природой, вкусной едой.

Мы обсудили кое-какие планы на будущее, я более-менее успокоилась. Когда мы с Вовой проговаривали вслух проблемы, открываясь друг другу, конфликты сходили на нет.

А затем к Вове приехали друзья — та самая его банда на внедорожниках. Парни выглядели помятыми, очевидно после вчерашней гулянки. Мы пригласили их сесть за стол, но я не стала им мешать и вскоре пошла к себе. Мне вдруг очень захотелось спать… Логично, если я спала ужасно прошлой ночью.

***

Войдя в дом, я услышала смех со стороны гостиной. Это был голос свекрови и весёлый лепет Стёпы. Мельком увидела, как они вместе играют в гостиной. Свекровь балует малого. Тискает, как игрушку какую-то, и всячески лелеет.

— Ну, мой пирожочек, хочешь ещё конфетку?

— Хочууууу!

— А машинку? Какую тебе машинку распаковать, выбирай.

— Красную!

— Ты ж моё золотко! А может блинчики тебе испечь? Любишь блинчики или оладьи?

— Блинчики, блинчики!

— Договорились. Но сперва давай к твоей мамочке поднимемся и проведаем её. К ней сейчас врач приходил, пошли, узнаем, как она себя чувствует.

Услышав приближающиеся шаги, я ускорилась, побежав вверх по ступенькам, чтобы они меня не увидели.

Не хочу сталкиваться с Антониной Павловной лицом к лицу и буду стремиться это делать реже. Ненавижу её змеиный взгляд и гадости, летящие из её рта в мой адрес. Опять наговорит на меня, какая я плохая жена, а я на этот раз вряд ли сдержусь.

Ничего-ничего, Вова обещал завтра с утра приступить к поиску жилья для них. Нужно всего лишь ещё денек потерпеть! Скоро этот серпентарий съедет.

***

Со Снежаной я тоже больше не хотела сталкиваться. Зачем? Мы уже всё обсудили. Я не стану ей подружкой, не буду сидеть у её кровати, с сочувствием её жалеть.

Она не была со мной мягкой и доброжелательной. Смотрела также холодно, как и свекровь.

Вернувшись в комнату, я вошла в ванную, чтобы принять душ, а затем лечь спать.

Когда проходила мимо комнаты Снежаны, чувствовала сковывающее напряжение. Дверь её спальни была закрыта, а на этаже тишина. Спит наверно… Главное, я точно знаю, что сейчас Владимир находится в саду, общаясь со своими друзьями.

Отодвинув шторку, выглянула в окно и убедилась, что Вова действительно сидит на веранде. До меня доносится грубоватый мужской смех, я вижу очертания силуэтов парней. Облегчённо выдыхаю.

Дожили. Я вот теперь всегда что ли буду контролировать шаг своего мужчины? Мне это не нравится. Хочу назад в прошлое!

Повернув кран, вошла в душевую кабинку под тёплые струи воды. Сколько я там простояла — не помню.

Прикрыв глаза, наслаждалась уединением, ароматным гелем для душа с запахом ванили и какао, блаженно натрия кожу мочалкой в пышной пене. Как только коснулась груди, ойкнула, понимая, что грудь стала больше и чувствительной.

Надо записаться к врачу. Сделаю это в ближайшее время… А когда Вова отправит этих «двух красавиц» подальше от нашего дома, я скажу ему о малыше.

Выключив кран, вышла из душа, накинув на тело лёгкий шёлковый халатик, персикового цвета. Это был подарок Вовы, который он привёз мне из Парижа.

Вова был там проездом, но он не забыл обо мне и решил побаловать. Халатик, французские духи, бутылочка самого лучшего “Château Gruaud-Larose”. Ностальгия… Были времена!

Глава 10.

Я ударила его...

Поверить не могу.

Я ударила Вову.

Впервые…

Ударила и испугалась, сама не ожидая от себя такого.

Наступила мрачная, наполненная тяжестью тишина. Комнату словно окутала тьма и холод. И нас вместе с ней.
Мои руки дрожали, ладонь горела от удара, а сердце бешено колотилось в груди.

Муж смотрел на меня разъярённо и часто дышал.
Владимир дотронулся до своей щеки, на которой проявились красные полосы, и резко отпрянул.

Когда аффект немного отпустил, я с ужасом осознала, как сильно разозлила Гордеева своим поступком.

Но я была сбита с толку, в панике! Это был единственный способ его отрезвить, который я, всё же, приняла неосознанно, чтобы себя защитить.
Мы оба замерли, словно время замедлило ход.

Гнев и разочарование отразились на его лице.

Владимир выглядел непоколебимым, словно выточенным из камня, а в его глазах, закручивались яростные вихри, напоминающие торнадо.

В течение нескольких секунд он просто стоял. Молча. Смотрел на меня.

Затем, наспех поправил рубашку, штаны. Повернулся ко мне спиной, без единого слова, и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Звук удара двери пронзил мою душу, словно с громким хлопком разбивая наши чувства.

Ноги ослабли, подкосились. Я медленно опустилась на пол, накрыв лицо ладонями, и заплакала.

Я ощущала себя разбитой, подавленной, никому ненужной. Всё, о чём болела моя душа сейчас, чтобы эти два дня оказались сном. Но это было за гранью фантастики.

Что делать? Как жить дальше?

Я не знала.

Шансов на спасение было всё меньше и меньше.

Особенно сейчас.

Мне стало так плохо, что я еле-еле поднялась на ноги. Кое-как добрела до кровати. Бездыханно рухнула на неё и сразу же провалилась в сон.

Несколько часов бесчувственная тьма вырвала из моей жизни. Когда я открыла глаза, за окном уже начало светать. Время — почти пять утра.

Постель была холодной. Я лежала на ней в удручающем одиночестве, кутаясь в одеяло, под которым никак не могла согреться. Меня колотило от озноба, но очень хотелось пить.

В комнате находилась только я. Запертая вместе со своими горькими мыслями и переживаниями.

После сна я чувствовала себя ещё более разбитой. Стоило только вернуться в состояние бодрствования, мысли вновь завертелись с сумасшедшей силой вокруг нашего вчерашнего конфликта и моей пощечины.

В районе груди что-то надломилось, а затем запекло, запылало, как будто в меня влили несколько литров кислоты.

Меня начала грызть совесть, когда перед глазами возникли некоторые картинки вчерашнего дня. Особенно чётко отпечаталось выражение лица Вова после удары — холод его лица и разочарование на дне радужки его глаз.

Он смотрел на меня как на предательницу. Без слов. В жутком молчании, которое вырывало из меня душу, просто взял и ушёл.

Лучше бы он облил меня грязными словами, ударил в ответ, чем вот так вот!

Развернуться и уйти…

Всполошить чувство вины.

Чтобы к утру я сама съела себя морально.

***

Испытывая кошмарную слабость, я поднялась с кровати. Сменила халат на домашнее платье и вышла в коридор, направляясь в сторону кухни.

Меня продолжало знобить, ноги еле-еле держали тело, отчего мне приходилось придерживаться за стену, чтобы не дай бог не упасть.

Меня настораживало своё нынешнее самочувствие, которое могло негативно отразиться на ребёнке. Прислушавшись к своему телу, я также отметила появление незначительных, тянущих болей в животе.

Хватит. С меня довольно!

Я больше не хочу рисковать. На кону жизнь моей малышки!

Вчерашний скандал уничтожил во мне остатки уступчивости и терпения.

Тогда я и приняла решение вызвать такси, поехать в больницу, затем в отель.

Пока рядом находится Снежана и Антонина Павловна мы всегда с Вовой будем испытывать дискомфорт и вступать в скандалы. Они — главный раздражитель и причина наших ссор, которую нужно немедленно устранить.

Я не хочу видеть Вову, до тех пор, пока он не отошлёт их куда подальше.

Я нервничаю. Ночами не сплю. Извожу себя до истощения морально.

Разве это допустимо, когда ты ждёшь ребёнка?

Я терпела достаточно, дала Вове шанс, пытаясь принять ситуацию, но его вчерашнее поведение выжгло во мне эти остатки терпения.

Понимаю, в чём-то я тоже виновата! Не следовало его бить.

Своим поведением я его разозлила и оттолкнула. Больше всего я боялась, что, после этого, он пойдёт в комнату к Снежане и получит то, что не дала ему я.

Он не сможет… Нет! Не посмеет!
Сколько раз он мне клялся в любви?

Что умрёт без меня… До смерти любит и не представляет жизни без меня!

Уверена, когда Вова отрезвеет — поймет, что натворил, опять, прибежит ко мне с извинениями.

Только в этот раз всё будет иначе. Я покажу ему, что у меня есть характер. Вечно прощать его и быть для него удобной, покладистой собачкой я не намерена.

Я даю Гордееву последний шанс. ПОСЛЕДНИЙ.

Он должен перестать общаться с бывшей и отправить это трио на другой конец страны.

***

Мне стоило бы признаться в своей беременности, чтобы он понял, почему я ему отказала, и был со мной мягче.

Но страх и неподходящее для этого время не даёт мне этого сделать…

Пока все спят, я быстро соберусь и уеду. Вове не скажу, где остановлюсь, пока он не предоставит доказательства, что Снежана и Антонина Павловна больше не будут лезть в нашу жизнь.

Свои требования я передам ему в сообщении.

Подойдя к раковине, взяла стакан, налила фильтрованной воды из краника, выпила до дна.

— А, это ты! Напугала!

Внезапно на кухне зажегся свет, я чуть не выронила стакан из рук от неожиданности, когда услышала сварливый голос.

— Что ты здесь делаешь?

Этот недовольный тон принадлежал свекрови.

Она стояла, подперев плечом холодильник, облачившись в красный шёлковый халат с рюшами, таращилась на меня с кислой физиономией.

Глава 11.

— Быстрее, Вова, двигайся быстрей!

Кровать скрипела, а боковинка билась о стену с глухими, отвратительными звуками.

В комнате было душно и витали запахи алкоголя, смешанные с запахами секса.

Я была близка к тому, что меня вырвет. Тошноту было сдерживать невозможно, но шок всё перебивал.

Я слышала их стоны, перебиваемые громкими ударами моего сердца и звенящего шума в ушах.

— Хочу ещё…

Снежана не выглядела тяжело больной, умирающей. Она резво скакала верхом на моём муже, как звезда порнохаба.

Её бёдра со шлепками бились о пах мускулистого тела мужчины, лежавшего под ней, а сама она изящно выгибалась во время толчков, словно гибкая кошка.

— Оргазм уже на подходе… О, да!!!

Свекровь была права.

То, что я сейчас видела, воткнулось в мою душу как острое копье.

Тело Снежаны было изящным, а её кожа белой, словно мрамор. Волосы, тёмные и разметанные по спине, создавали изящный контраст. Мужские руки скользили по её изгибам, обнимали её тело с жадностью и силой.

Я могла видеть, как он сжимает её, как она поддается его прикосновениям. И слышала сладкие стоны, которые снова и снова срывались с её губ, нанося мне бесконечные, болезненные удары.

Глядя на всё это, я едва держалась на ногах, вцепившись в стену с такой силой, что обломала свои ногти, даже не почувствовав это.

Больно…
Мамочки, как это больно!!!
Видеть своего любимого, своего мужа, полностью обнажённого, в объятиях другой женщины… Занимающегося с ней сексом. Прямо на моих глазах!

Ревность и боль обрушились на меня с силой рухнувшего небоскрёба. Чувство предательства разрывало на части мой внутренний мир.

Я была беззащитной наблюдательницей этого гадкого зрелища, которое убивало меня в мучительных пытках.

Я чувствовала себя обманутой, брошенной и опущенной до ничтожества.

Мои глаза наполнились слезами, но я сдержала их. Я не хотела, чтобы они видели мою слабость, мою боль.

Моя душа умирала в адских муках, разбиваясь на мелкие осколки. Все мечты, надежды и обещания были разрушены этим предательством.

Боже мой… Какой же я была дурой!

Каждый их стон, каждое их прикосновение наносило удар в глубоко в самую душу.

Я стояла там, неподвижная и сломленная, проницательно смотря на то, что было раньше моим сокровенным, моим миром.

Наконец, меня осенило.

В этот момент я поняла, что моя любовь была иллюзией, что наше счастье было построено на лжи и измене. Моя доверчивость была искажена, а сердце разбито вдребезги. Боль и разочарование стали моими единственными спутниками в этой комнате, которая казалась мне тюрьмой.

Больше я не могла оставаться там.

В ужасе и отчаянии, провалившись в аффект, я развернулась и побежала в свою комнату, приняв окончательное решение, которое больше не изменю никогда.

Между нами с Вовой всё кончено.

Я уезжаю и подаю на развод.

Буду действовать через адвоката, потому что больше не могу его видеть…

***

Вытирая ладонями слёзы, я захлопнула дверь. Вытащила чемодан из шкафа и начала собирать вещи, действуя на автомате.

Этот чемодан я купила специально для поездки на Мальдивы, там уже лежал аккуратно сложенный купальник, средства для загара и изящная шляпка с большими полями.

Я всё это вытряхнула и начала наполнять его удобной, практичной одеждой на каждый день.

На секунду застыла и вдруг начала нервно смеяться сквозь слёзы, вспоминая, с каким пристрастием и настойчивость Вова кормил меня обещаниями и сказками.

Сукин сын… Мерзавец и подлец! Как я могла ему верить?!! Доверять?

Но ведь он умел убеждать. Не зря этот человек добился больших успехов в жизни.

А он просто-напросто воспользовался моим добрым сердцем…

Я рванула к нашей фотографии, что стояла на столике у кровати, схватила её, глядя на нас… улыбающихся и целующихся.

Нет. Теперь НАС больше НЕТ!

С яростью бросила рамку о стену, услышав звук разбившегося стекла. Подошла, скинула осколки со снимка и разорвала фотографию на части, отделив меня от Вовы.

Мои пальцы дрожали, а перед глазами всё расплывалось из-за потока непрекращающихся слёз. Оказавшись в одиночестве, теперь мне трудно было их сдерживать. Хотя я пыталась, но это было нереально. Всё казалось жутким сном.

А дальше всё как в тумане…

Я схватила чемодан и покинула дом с первыми лучами солнца. Более-менее пришла в себя только в такси, когда уже подъезжала к отелю.

До этого вообще не помню, как вышла из дома, вызвала такси, выбрала отель.

Единственное, что хорошо запомнила, что как-то спонтанно отпечаталось в моей памяти, это силуэт свекрови, мелькнувший в окнах первого этажа.

Она смотрела на меня, стоя за занавеской, будто провожала, или, наоборот, с нетерпением ждала, пока я исчезну.

***

Почему я не ворвалась к ним и не высказала всё в лицо Вове? Почему не проявила ярость и гнев прямо там?

Всё это было результатом шока, прострации, которая охватила меня в тот момент. Я не могла понять и осознать, что происходит, и почему я не могу контролировать свои действия…

Моё сознание словно отключилось, а сама я растворилась в пространстве, будто мне ввели наркоз, и я была лишена способности принять решительные действия.

В тот момент я на всех уровнях не смогла противостоять им, хотя я хотела это сделать, но организм дал сбой. Поэтому я застыла на месте, словно окаменела. Шок затуманил разум и оглушил все эмоции, включая действия.

Как будто я оказалась на войне, на меня полетела граната и меня контузило.

Я не могла двигаться, не могла вступить в схватку, потому что всё во мне было парализовано. Я была лишена сил, чтобы противостоять своим врагам. Это было больно, это было разрушающе, но я была беззащитной перед той силой, которая разрывала мою душу.

Постепенно, когда я уже оказалась в такси и направилась к отелю, мои мысли начали проясняться. Шок покинул меня частично, и я стала немного приходить в себя. Но все ещё оставался ощущение потери, словно последний час был вырван из моей жизни.